Апелляционное постановление № 22-1310/2017 22-1310АП/2017 от 9 октября 2017 г. по делу № 22-1310/2017

Председательствующий Ионкин К.В.

Дело № 22-1310АП/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 10 октября 2017 года

Верховный Суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего Белоноговой Н.Г.,

при секретаре Мунгаловой Т.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи материалы уголовного дела по апелляционной жалобе осужденного Ни В.В. на приговор Черногорского городского суда Республики Хакасия от 28 июля 2017 года, которым

Ни В.В., судимый:

- 30 августа 2011 года Черногорским городским судом Республики Хакасия (с учетом изменений, внесенных кассационным определением Верховного Суда Республики Хакасия от 04 октября 2011 года, постановлением Президиума Верховного Суда Республики Хакасия от 10 октября 2013 года) по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ), с применением ч. 1 ст. 64 УК РФ, к 3 годам лишения свободы. Освобожден 26 мая 2014 года по отбытии срока наказания;

- 24 февраля 2016 года Черногорским городским судом Республики Хакасия по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года; постановлением Черногорского городского суда Республики Хакасия от 15 июня 2016 года испытательный срок продлен на 1 месяц;

- 13 июля 2017 года Черногорским городским судом Республики Хакасия по ч. 1 ст. 232 УК РФ к 2 годам лишения свободы, в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору Черногорского городского суда Республики Хакасия от 24 февраля 2016 года отменено, в соответствии с ч. 1 ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 24 февраля 2016 года и окончательно назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

осужден по ч. 1 ст. 232 УК РФ к 2 годам лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Черногорского городского суда Республики Хакасия от 13 июля 2017 года окончательно назначено наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания с исправительной колонии строгого режима.

Этим же приговором разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего по материалам уголовного дела и доводам апелляционной жалобы, возражениям государственного обвинителя Смирновой Л.А., выслушав выступления осужденного Ни В.В. и защитника-адвоката Руденко Н.В. об отмене приговора, возражения прокурора Анищук О.В., полагавшей приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Ни В.В. осужден за систематическое предоставление помещения для потребления наркотических средств.

Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционной жалобе осужденный Ни В.В. выражает несогласие с приговором, как постановленным с нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона, а выводы суда, изложенные в приговоре, считает несоответствующими фактическим обстоятельствам дела. Приводя показания, данные им в судебном заседании, утверждает, что наркотические средства употреблял совместно с БЕВ и ПДМ только <дата>, в связи с чем считает, что в его действиях отсутствует состав инкриминируемого ему деяния. Указывает на недостоверность показаний свидетелей КТА и КЛА, которые, по мнению автора жалобы, его оговаривают. Считает недопустимыми доказательствами показания свидетелей БЕВ, ПДМ, КТА, КЛА, данными ими в ходе дознания, поскольку на момент их первоначального и последующего допроса они находились в состоянии наркотического опьянения, что подтверждено, в том числе имеющимися в материалах дела справками. Обращает внимание на то, что показания, данные в ходе дознания свидетелем ПДМ, не подтверждены им в ходе судебного заседания. Приводит доводы о том, что осмотр жилища был произведен без его согласия и в отсутствие понятых, его задержание, как и задержание ПДМ и БЕВ проведено с нарушениями ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Ссылаясь на показания свидетеля ХДН, считает их недостоверными, направленными на сокрытие факта превышения им должностных полномочий при производстве осмотра места происшествия и задержании, а также при производстве оперативно-розыскных мероприятий. Обращает внимание на наличие в материалах дела двух рапортов, зарегистрированных в КУСП за одним и тем же номером, что, по мнению автора жалобы, является существенным нарушением. В связи с изложенным, просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного государственный обвинитель Смирнова Л.А. выражает несогласие с приведенными в ней доводами, и, высказывая по ним свое суждение, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденный Ни В.В. и его защитник-адвокат Руденко Н.В. поддержали апелляционную жалобу по изложенным в ней основаниям, настаивая на отмене обвинительного и вынесении оправдательного приговора.

Защитник-адвокат Руденко Н.В. дополнил, что судом первой инстанции не проверена версия осужденного о нахождении его на рабочем месте <дата>, выводы суда о предоставлении в указанные дни Ни В.В. помещения для потребления наркотических средств ничем объективно не подтверждены, однако указанные сомнения, в нарушение требований ст. 14 УПК РФ, судом не истолкованы в пользу его подзащитного.

Осужденный Ни В.В. дополнил, что уголовное дело в отношении него возбуждено незаконно, с нарушением сроков, установленных ст. 144 УПК РФ, на основании двух рапортов, зарегистрированных за одним номером, при этом в удовлетворении его ходатайства об исследовании указанных рапортов судом необоснованно было отказано. Считает, что свидетели КЛА и КТА не имеют отношения к делу, поскольку им не предоставлялось помещение для потребления наркотических средств. Утверждает, что в материалах дела отсутствуют доказательства его виновности в совершении инкриминируемого ему деяния, а при его допросе в качестве подозреваемого он находился в состоянии наркотического опьянения, что подтверждается справкой от <дата>. Приводит доводы о том, что материалы уголовного дела сфальсифицированы дознавателем, поскольку все допросы свидетелей проведены <дата> при нахождении их в состоянии наркотического опьянения. Считает недопустимыми показания свидетеля ИГН, поскольку он не был допрошен в судебном заседании. Обращает внимание, что в суде первой инстанции не были допрошены свидетели УВВ, МЕГ, ШРА, ОАА, ЛЕС, которые в том числе могли подтвердить факт нахождения его на рабочем месте в дни, указанные в обвинении, за исключением <дата>.

Прокурор Анищук О.В. выразила согласие с приговором суда, просила оставить его без изменения, доводы жалобы осужденного без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выслушав выступления лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции в соответствии со ст. 73 УПК РФ объективно исследовал все представленные доказательства и, дав им оценку в соответствии с требованиями ст. 17, 88 УПК РФ, правильно установил виновность Ни В.В. в систематическом предоставлении помещения для потребления наркотических средств при изложенных в приговоре обстоятельствах. Пояснения осужденного и доводы, на которые ссылается сторона защиты, в том числе в апелляционной жалобе, были известны суду первой инстанции, являлись предметом тщательного исследования и проверки в стадии судебного разбирательства. За основу доказательств вины осужденного приняты те доказательства, которые нашли свое подтверждение в материалах судебного следствия. Причины противоречий в собранных по делу доказательствах были выяснены в стадии судебного разбирательства. Исследованные в судебном заседании доказательства в приговоре проанализированы и оценены с точки зрения относимости, допустимости и достаточности для разрешения уголовного дела. Не согласиться с выводами суда о признании достоверными одних доказательств и не состоятельными других у суда апелляционной инстанции не имеется оснований.

Доводы о невиновности осужденного Ни В.В. в систематическом предоставлении помещения для потребления наркотических средств проверялись судом первой инстанции, получили надлежащую оценку в приговоре и мотивированно отвергнуты как противоречащие материалам дела.

В судебном заседании Ни В.В. виновным себя признал частично, пояснил, что является потребителем наркотического средства –дезоморфина, который употреблял с <дата>, проживая по адресу: <адрес>. <дата> к нему в квартиру пришли БЕВ и ПДМ, предложив употребить наркотическое средство, имея при себе все ингредиенты для его изготовления, на что он ответил согласием. Изготовив наркотическое средство, потребили его. Когда стали расходиться, вошли сотрудники полиции, произвели осмотр квартиры, изъяли предметы и вещества, используемые для приготовления дезоморфина. Явку с повинной и объяснение отобрали у него в тот же день, когда он находился в состоянии наркотического опьянения. Утверждал, что <дата> свою квартиру для потребления наркотических средств не предоставлял, в указанное в обвинении время находился на работе у ИП Ц.

Приведя в приговоре показания Ни В.В., суд в соответствии с требованиями ст. 276 УПК РФ исследовал показания подсудимого, данные им в ходе производства дознания.

При допросе в качестве подозреваемого Ни В.В. показал, что, являясь потребителем наркотического вещества – дезоморфина, <дата> приглашал по месту своего жительства по адресу: <адрес> знакомых: КТА, БЕВ, ПДМ, КЛА, которые с <дата> неоднократно приходили к нему для потребления дезоморфина, ингредиенты для изготовления которого приносили с собой, поскольку у него в квартире имелись все необходимые предметы для его изготовления. Помещение своей квартиры для изготовления и потребления дезоморфина предоставлял добровольно, оплату не брал, периодически оставляя себе дозу изготовленного наркотического средства. После потребления дезоморфина наводил в квартире порядок. Уточнил, что <дата> к нему приходили КТА и КЛА для изготовления и потребления дезоморфина. <дата> к нему в квартиру с этой же целью приходили БЕВ и ПДМ <дата> и <дата> изготавливал и употреблял дезоморфин в своей квартире совместно с БЕВ, ПДМ и КТА, а <дата> совместно с БЕВ и ПДМ Дополнил, что <дата>, после изготовления и потребления дезоморфина к нему пришли сотрудники полиции с целью проверки информации о потреблении у него в квартире наркотических средств. Он (Ни В.В.) не отрицал данный факт и после получения его согласия, в присутствии понятых, был произведен осмотр квартиры .

Приведенные показания Ни В.В. в судебном заседании не подтвердил, пояснив, что давал их в состоянии наркотического опьянения, в отсутствие защитника, протокол допроса не читал.

Показания подсудимого получили надлежащую оценку в приговоре. Суд проанализировал показания, данные Ни В.В. в ходе производства дознания и судебного следствия, проследил их изменения, сопоставил с другими доказательствами и обоснованно расценил позицию подсудимого в суде как способ защиты, а его показания, данные на досудебной стадии производства по делу, признал достоверными, поскольку они согласуются и с другими исследованными в суде доказательствами.

При этом доводы осужденного о производстве его допроса <дата> с нарушениями требований уголовно-процессуального закона в отсутствии защитника являются несостоятельными, поскольку из исследованного в судебном заседании протокола оспариваемого им допроса следует, что до начала его производства Ни В.В. было разъяснено право не свидетельствовать против себя и возможность использования его показаний в качестве доказательств, в том числе и в случае последующего отказа от них, в ходе допроса участвовал профессиональный защитник-адвокат Недбаева Г.Г., правильность изложения показаний удостоверена как самим осужденным, так и участвующим лицами, при этом каких-либо замечаний от участников следственного действия не поступило. Иных объективных и достоверных данных, опровергающих данный вывод, суду первой инстанции не представлено, как не представлено таких доказательств и в суд апелляционной инстанции.

Утверждение автора жалобы со ссылкой на справку от <дата>, о том, что при производстве его допроса он находился в состоянии наркотического опьянения, голословно и опровергается как показаниями свидетеля КТЛ, так и тем обстоятельством, что к моменту его допроса дознавателем он с <дата> находился под стражей, что фактически исключало возможность нахождения Ни В.В. в состоянии наркотического опьянения.

Помимо приведенных показаний подсудимого, признанных судом достоверными, в обоснование его виновности суд первой инстанции верно сослался на показания свидетелей БЕВ, ПДМ, КТА, КЛА в той части, в какой они признаны достоверными.

Свидетель БЕВ, допрошенный в судебном заседании и подтвердивший свои показания, данные им в ходе производства дознания, , показал, что он является потребителем наркотических средств. От общих с Ни В.В. знакомых ему известно, что тот приглашает к себе в квартиру, расположенную по адресу: <адрес> для изготовления и употребления дезоморфина, сообщая, когда он будет дома. Он неоднократно, в том числе совместно с КТА и ПДМ, приходил к Ни В.В. с целью изготовления и потребления дезоморфина. Помнит, что <дата> вместе с ним к Ни В.В. для изготовления и потребления дезоморфина приходили КТА и ПДМ, предварительно договорившись между собой о том, какие ингредиенты необходимо принести. <дата> он с ПДМ пришел к Ни В.В., они изготовили и потребили дезоморфин, после чего в квартиру с согласия Ни В.В. вошли сотрудники полиции, их задержали.

Из показаний свидетеля КТА, данных ею в судебном заседании и полученных в ходе дознания следует, что она, являясь потребителем наркотических средств, приходила к Ни В.В. <дата>, а после того, как последнего привлекли к уголовной ответственности за притон, стала неоднократно приходить к нему только с <дата> для изготовления и потребления дезоморфина. С этой же целью к Ни В.В. приходили КЛА, БЕВ и ПДМ Точно помнит, что приходила к Ни В.В. совместно с КЛА <дата>, <дата> и <дата> приходила совместно с БЕВ и ПДМ для изготовления и потребления дезоморфина. Все, кто приходил к Ни В.В., договаривались о приобретении необходимых ингредиентов для изготовления наркотического средства, поскольку в квартире последнего имелось все необходимое оборудование для изготовления дезоморфина. Оплаты за предоставление квартиры Ни В.В. не брал, оставлял себе дозу изготовленного наркотического средства.

Свидетель КЛА в судебном заседании, а также в ходе дознания показала, что она является потребителем наркотических средств. <дата> от КТА узнала о том, что Ни В.В. приглашает к себе в квартиру, расположенную по адресу: <адрес> для изготовления и потребления <дата>. <дата> она с КТА приходила к Ни В.В., где из принесенных с собой ингридиентов изготовили и потребили дезоморфин путем введения внутривенных инъекций. У Ни В.В. в квартире для приготовления дезоморфина все имелось.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ПДМ пояснил, что по месту жительства Ни В.В. наркотические средства с ним потреблял <дата>.

Из оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ПДМ, данных им при производстве дознания, следует, что он, являясь потребителем наркотических средств, узнал от общих знакомых о том, что Ни В.В. приглашает к себе в квартиру, расположенную по адресу: <адрес> лиц для изготовления и потребления дезоморфина, за что оставляет себе в качестве вознаграждения дополнительную дозу наркотика, денежных средств не берет. Он, КЛА и БЕВ стали неоднократно приходить к Ни В.В. для изготовления и употребления дезоморфина, принося с собой необходимые ингредиенты, поскольку у Ни В.В. в квартире иные приспособления для изготовления наркотических средств имелись. Помнит, что изготавливал и употреблял наркотическое средство у Ни В.В. <дата> вместе с БЕВ, <дата> и <дата> совместно с БЕВ и КТА, <дата> вместе с БЕВ <дата> их задержали .

Оглашенные показания свидетель ФИО1 не подтвердил, пояснил, что дознаватель его не допрашивала.

Показания названных свидетелей в приговоре на стадии производства дознания и в судебном заседании проанализированы путем сопоставления между собой, с показаниями подсудимого Ни В.В., показавшего в ходе производства дознания о совершенном им деянии, а также с другими доказательствами.

Судом дана надлежащая оценка имеющимся противоречиям в приведенных показаниях, оснований не согласиться с которой, вопреки доводам жалобы, суд апелляционной инстанции не находит. Суд обоснованно отнесся критически к измененным в суде показаниям свидетеля ПДМ, в которых он стал поддерживать версию Ни В.В. о его невиновности.

Кроме того, в судебном заседании свидетель КТЛ, являющаяся дознавателем УФСКН , показала, что при производстве допросов свидетели не находились в состоянии наркотического опьянения, протоколы были составлены со слов свидетелей и подписаны ими без замечаний относительно содержащихся в них сведений.

Оснований не доверять показаниям данного свидетеля не имеется, поскольку они объективно подтверждены содержанием протоколов допросов свидетелей и имеющимся в них собственноручными отметками об отсутствии каких-либо замечаний.

Заявленные свидетелями БЕВ, ПДМ, КТА, КЛА доводы об их допросе дознавателем в состоянии наркотического опьянения, о чем обращено внимание осужденным, ничем объективно не подтверждены и опровергаются показаниями свидетеля КТЛ

Утверждение автора жалобы о том, что названные свидетели были допрошены дознавателем <дата> опровергается материалами дела, согласно которым допросы свидетелей дознавателем КТЛ, в производстве которой находилось уголовное дело, произведены <дата>, при этом содержание протоколов в значительной степени отличается от объяснений названных лиц, данных при проведении доследственной проверки, тогда как указанные объяснения, в силу положений ст. 74 УПК РФ не могут быть признаны допустимыми и достоверными доказательствами.

Ссылка осужденного о его оговоре свидетелями КТА и КЛА, о непредоставлении им квартиры для потребления наркотического средства голословна и опровергается как показаниями самого осужденного, признанных судом достоверными, так и приведенными выше показаниями свидетелей.

Таким образом, суд обоснованно признал допустимыми и достоверными приведенные выше показания свидетелей, данные ими в ходе производства дознания, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, подробны, последовательны, согласуются как между собой, так и с показаниями подсудимого, а также с показаниями других свидетелей.

Из показаний свидетеля ХДН, являющегося сотрудником УФСКН , допрошенного об обстоятельствах задержания в квартире Ни В.В., следует, что <дата> он работал по сообщению о предоставлении квартиры, расположенной по адресу: <адрес> для потребления наркотических средств. В ходе проверки сообщения в квартире находились ПДМ, БЕВ, Ни В.В., чувствовался резкий запах ацетона. В присутствии понятых и с согласия Ни В.В., как собственника указанной квартиры, был произведен ее осмотр, в ходе которого были изъяты предметы, используемые для приготовления и потребления дезоморфина. БЕВ и ПДМ пояснили, что с <дата> по <дата> в квартире, предоставленной Ни В.В., изготавливали и потребляли наркотическое средство.

Свидетель ИГН, показания которого оглашены в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, подтвердил факт своего присутствия в качестве понятого при производстве, с согласия Ни В.В., осмотра квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в ходе которого были изъяты средства и предметы, которые использовались для изготовления и потребления наркотического средства - дезоморфина .

Вопреки доводам осужденного, оснований к признанию показаний свидетеля ИГН недопустимым доказательством не имеется, поскольку его допрос на досудебной стадии произведен в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, невозможность его допроса в судебном заседании обусловлена смертью последнего , при этом суд апелляционной инстанции отмечает, что показания указанного свидетеля подтверждены показаниями свидетеля ХДН и осужденного, признанных судом достоверными, а также протоколом осмотра места происшествия, приведенным ниже.

Несогласие автора жалобы с показаниями сотрудников УФСКН не принимается судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку в данном случае оперативный сотрудник и дознаватель допрошены не с целью восполнения доказательств по делу, не закрепленных процессуальным путем, а с целью проверки собранных процессуальным путем доказательств и доводов стороны защиты, а также с целью получения сведений, которые не могли быть получены иначе, чем путем допроса очевидцев происшествия.

Показания подсудимого и свидетелей приведены в приговоре, и, вопреки доводам жалоб, проанализированы и оценены в сопоставлении между собой и с другими доказательствами, оснований для оговора подсудимого кем-либо из допрошенных по делу лиц, нарушений уголовно-процессуального закона при получении показаний судом не установлено и по материалам дела не усматривается. Суд обоснованно признал показания свидетелей подтверждающими вину Ни В.В., приведя в приговоре и иные доказательства.

Показания подсудимого и свидетелей, признанных судом достоверными, относительно места совершения преступления подтверждаются: рапортом, зарегистрированным в КУСП , о поступлении в ДЧ анонимного сообщения по факту организации в квартире, расположенной по адресу: <адрес> притона ; рапортом об обнаружении признаков преступления, зарегистрированным в КУСП , из содержания которого следует, что Ни В.В. в период времени с <дата> по <дата> в квартире, расположенной по адресу: <адрес> систематически предоставлял помещение для потребления наркотического средства ; протоколом осмотра места происшествия , в ходе которого осмотрена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, где обнаружены и изъяты средства и предметы, необходимые для изготовления и потребления наркотического средства – дезоморфина, которые впоследствии осмотрены и признаны вещественными доказательствами ; справками , согласно которым у ПДМ, Ни В.В. в моче обнаружен дезоморфин ; протоколами медицинского освидетельствования , которыми у ПДМ, БЕВ, Ни В.В. установлено состояние опьянения ; заключением химической экспертизы , согласно вывода которой на внутренних поверхностях шприцов выявлены следовые количества синтетического наркотического средства - дезоморфина .

Суд апелляционной инстанции находит правильным вывод суда первой инстанции о достоверности результатов экспертизы, основанных на совокупности проведенных исследований. Заключения эксперта, соответствующее требованиям УПК РФ, проанализировано судом в совокупности с другими доказательствами и признано допустимым, подтверждающим факт совершения незаконных действий в отношении веществ, являющегося наркотическим.

Оснований для признания протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством, о чем указано автором жалобы, не имеется, поскольку данный протокол соответствует требованиям ст.ст. 74, 166, 176, 177, проведен в присутствии понятых и с согласия Ни В.В. , верно оценен судом первой инстанции в совокупности с показаниями подсудимого и свидетелей, признанными судом достоверными. Оснований не согласиться с мотивированными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает, а потому доводы жалобы в данной части удовлетворению не подлежат.

Таким образом, исследованными в суде доказательствами, несмотря на утверждение стороны защиты об обратном, подтверждено, что Ни В.В. неоднократно в указанное в обвинении время предоставлял другим лицам (БЕВ, ПДМ, КТА, КЛА) свою квартиру для потребления наркотических средств с использованием посуды, плиты и других необходимых для изготовления наркотических средств предметов.

Доводы Ни В.В. о его отсутствии в иные дни, кроме <дата>, на месте происшествия по причине нахождения на рабочем месте, верно расценены судом первой инстанции как избранный способ защиты от обвинения, поскольку опровергаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

Утверждение автора жалобы о нарушении сотрудниками УФСКН положений Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» не может быть принято во внимание, поскольку каких-либо результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств вины Ни В.В. в суд не представлялось.

Ссылка на незаконность возбуждения уголовного дела в связи с наличием в материалах дела двух рапортов , зарегистрированных в КУСП за одним номером, не является основанием к признанию постановления о возбуждении уголовного дела незаконным, поскольку оба рапорта (как анонимное сообщение, так и рапорт об обнаружении признаков преступления) касались сообщения об одном преступлении, что не противоречит положениям ст. 143 УПК РФ, при этом суд апелляционной инстанции отмечает, что порядок регистрации сообщений о совершенном преступлении, а также процедура организации проверки этого сообщения нарушены не были.

Нарушения срока проверки сообщения о преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 144 УПК РФ, на что обращает внимание осужденный, органом дознания не допущено, поскольку указанный срок, в порядке ч. 3 ст. 144 УПК РФ, на основании соответствующего постановления , продлен начальником ОМВД до 10 суток .

действий по систематическому предоставлению квартиры другим лицам для потребления наркотических средств суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Ссылка автора жалобы на то, что в суде первой инстанции не были допрошены МЕГ, ШРА, не может быть принята во внимание, поскольку, как следует из протокола судебного заседания, участниками процесса ходатайств о допросе названных лиц заявлено не было. Несмотря на то, что свидетель УВВ указан в списке к обвинительному акту, государственный обвинитель, исходя из положений ст. 246 УПК РФ, отказался от представления данного доказательства , а сторона защиты не настаивала на его допросе, в связи с чем указанный довод судом апелляционной инстанции не принимается во внимание. Кроме того, судом первой инстанции было удовлетворено ходатайство осужденного о вызове в судебное заседание для допроса в качестве свидетелей ОАА и ЛЕС , матери осужденного ЦТМ были вручены повестки для передачи им , однако указанные лица в судебное заседание не явились и повторно ходатайств об обеспечении явки названных лиц стороной защиты заявлено не было , в связи с чем оснований для удовлетворения доводов осужденного в данной части не имеется.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что судом первой инстанции обоснованно отказано в удовлетворении ходатайства осужденного об исследовании рапортов , поскольку они ранее уже были исследованы в судебном заседании при представлении доказательств стороной обвинения .

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что уголовное дело рассмотрено всесторонне, полно и объективно. Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, надлежащим образом обоснованы и мотивированы. Суд не ограничивал прав участников по исследованию имеющихся доказательств. Участникам судебного разбирательства были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и предоставленных прав. Из протокола судебного заседания не следует проявление предвзятости либо заинтересованности председательствующего по делу, нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено. Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ, замечаний на него в установленном законом порядке принесено не было.

Выводы суда первой инстанции об обоснованности обвинения суд апелляционной инстанции находит правильными, поскольку они основаны на материалах дела.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции находит правильным вывод суда о доказанности вины Ни В.В. и квалификации его действий по ч. 1 ст. 232 УК РФ - как систематическое предоставление помещения для потребления наркотических средств.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории средней тяжести, обстоятельства совершения преступления, в том числе мотивы и цели его совершения, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия его жизни и условия жизни его семьи, его возраст, семейное положение и состояние здоровья подсудимого - состоит на учете у врача психиатра с диагнозом «*» , заболевание – *, состоял на учете у врача нарколога с диагнозом «*», состояние здоровья его родственников, а также все данные о личности осужденного, который ранее судим, имеет регистрацию и место жительства, характеризуется удовлетворительно , трудоустроен.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание Ни В.В., суд первой инстанции принял во внимание явку с повинной, частичное признание вины в судебном заседании, полное признание вины в ходе дознания, раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступления, его состояние здоровья.

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд обоснованно признал наличие в действиях Ни В.В. рецидива преступлений.

С учетом наличия отягчающего наказание обстоятельства суд первой инстанции пришел к правильному выводу о невозможности применения при назначении наказания Ни В.В. положений ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Вывод суда о назначении Ни В.В. наказания в виде лишения свободы мотивирован, оснований не согласиться с ним не имеется.

С учетом обстоятельств совершения преступления и данных о личности подсудимого суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения положений ст. 64, ч. 3 ст. 68, ст. 73 УК РФ, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Как указано выше, Ни В.В. осужден приговором Черногорского городского суда Республики Хакасия от 13 июля 2017 года, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о применении при назначении окончательного наказания правил ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Указанные судом обстоятельства соответствуют фактическим, установленным в ходе судебного разбирательства, а также требованиям уголовного закона.

Все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде, размере и месте отбывания наказания, в связи с чем назначенное Ни В.В. наказание является справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, чрезмерно суровым не является, а потому оснований для снижения наказания, назначения более мягкого наказания, не имеется.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ в срок наказания осужденному суд правильно зачел срок его содержания под стражей с момента фактического задержания до постановления приговора.

Судом первой инстанции верно, в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, при постановлении обвинительного приговора, с учетом личности осужденного, принятия решения о назначении наказания в виде реального лишения свободы, с приведением мотивов принятого решения, до вступления приговора в законную силу для обеспечения его исполнения, отменена мера процессуального принуждения и избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Отбывание наказания Ни В.В. в исправительной колонии строгого режима назначено верно, с учетом требований п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств судом разрешен с учетом требований ст. 81 УПК РФ.

Иные доводы, приведенные в апелляционных жалобах и в судебном заседании, не влияют на законность и обоснованность принятого судом решения.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что апелляционная жалоба осужденного удовлетворению не подлежит, и оснований для отмены приговора либо его изменения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Черногорского городского суда Республики Хакасия от 28 июля 2017 года в отношении Ни Валерия Викторовича оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.

Председательствующий