Приговор № 1-1/2011 1-116/2010 от 24 января 2011 г. по делу № 1-1/2011



П Р И Г О В О Р


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № (№) г.Истра

"24"__января__2011 г.

Истринский городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Алексеенко А.В.

с участием государственного обвинителя помощника Истринского горпрокурора Штыриной Д.В., Мещалкина И.И., Гаврилова Д.Б.

потерпевшего В.С. и его представителя адвоката Калинина Л.П.

подсудимого Челяпова Николая Ивановича

защитников Бухтоярова А.И. и адвоката Кузнецовой Е.В.,

при секретаре Сметанниковой А.М., Малинском С.В., Шляевой Е.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении Челяпов, (Дата обезличена) года рождения, уроженца (адрес), зарегистрированного по адресу: (адрес), гражданина РФ, имеющего высшее образование, женатого, на иждивении две дочери 1985 и 1987 года рождения, пенсионера, военнообязанного, ранее не судимого, в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч. 2 УК РФ (в редакции ФЗ от 13 июня 1996 г.),

У С Т А Н О В И Л:


Челяпов Н.И. являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

27 июня 2007 года, он (Челяпов), будучи здоров, в трезвом состоянии, управляя личным технически исправным автомобилем Лексус (№), следовал со стороны г. Москвы в сторону г. Волоколамска в Истринском районе Московской области, с нарушением требований п.п. 1.3, 1.5, ч. 2 п. 2.1.1 Правил дорожного движения РФ (далее ПДДРФ), обязывающих участников дорожного движения знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки; действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; обязывающего водителя иметь при себе и по требованию сотрудников милиции предъявлять им для проверки регистрационные документы и талон о прохождении государственного технического осмотра на данное транспортное средство.

Около 08 часов 30 минут того же дня, следуя на указанном автомобиле по 52 км автодороги Москва - Волоколамск, имеющей двустороннее движение, по две полосы в каждом направлении, разделенные линией 1.5 Приложения 2 к ПДД РФ, горизонтального профиля без дефектов покрытия, при наличии дорожной разметки 1.3 Приложения 2 к ПДД РФ, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений, при наличии двигающегося во встречном направлении автомобиля «Сузуки Гранд Витара» (№) под управлением водителя В.В., в светлое время суток, в условиях пасмурной погоды, при наличии осадков в виде дождя, проявив преступную небрежность, неправильно выбрав скоростной режим при данных погодных условиях, видимость в направлении движения и состояние проезжей части, утратил контроль над управлением транспортным средством, пересек линию дорожной разметки 1.3,которую пересекать запрещается, выехал на полосу встречного движения и, не применяя мер к снижению скорости и возвращению в свою полосу движения, в районе 51 км + 890 м совершил столкновение с указанным автомобилем «Сузуки», чем грубо нарушил требования п. 1.4, 9.2, 10.1 ПДД РФ,устанавливающего на дорогах правостороннее движение транспортных средств; запрещающего на дорогах с двусторонним движением, имеющих четыре полосы или более, выезжать на сторону дороги, предназначенную для встречного движения; обязывающего водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В результате дорожно-транспортного происшествия водителю автомобиля «Сузуки Гранд Витара» В.В. причинены следующие телесные повреждения: разрыв тонкой кишки, разрыв брыжейки тонкой и сигмовидной кишки, гемоперитонеум, перелом костей таза с нарушением непрерывности тазового кольца (разрыв лобкового симфиза и передних связок крестцово-подвздошных сочленений, перелом обеих ветвей лобковых костей), массивная забрюшинная гематома, открытый оскольчатый перелом левой бедренной кости, закрытый оскольчатый перелом обеих костей левой голени, закрытый перелом 1, 3-й плюсневых костей левой стопы, закрытый оскольчатый перелом левой локтевой кости, кровоизлияния в области переломов, ушибленная рана правой голени, кровоподтеки туловища и конечностей - составляющие сочетанную травму живота, таза и конечностей.

Данные повреждения прижизненные, возникли от травматического воздействия тупых твердых предметов, возможно 27 июня 2007 года, являются опасными для жизни повреждениями и квалифицируются как тяжкий вред здоровью. Характер и локализация повреждений не исключают возможности причинения их в условиях дорожно-транспортного происшествия. Между наступлением смерти и сочетанной травмой имеется причинно следственная связь.

Смерть В.В. наступила 20 июля 2007 года от сочетанной травмы живота, таза и конечностей, клиническое течение которой сопровождалось острой почечной недостаточностью, осложнилось развитием отека и дислокации головного мозга, пневмонии.

Подсудимый Челяпов Н.И. вину не признал и пояснил, что его водительский стаж на момент ДТП составлял 26 лет.

На момент 27.06.2007 года управлял автомобилем «Лексус» Джи С 300. Данный автомобиль был технически исправен.

27.06.2007 года около 08-30 часов на указанном автомобиле по Волоколамскому шоссе двигался в сторону города Истры из пос.Снегири, в качестве пассажира в машине находилась его жена. Ехал по крайней правой полосе проезжей части со скоростью около 60 км/ч. Шел дождь, но видимость была хорошая. В попутном направлении транспортных средств не было. Примерно на 51 км + 800 м. указанного шоссе, на плавном закруглении дороги влево по ходу его движения, подъезжая к повороту на дачи, который находится справа, увидел автомобиль «Сузуки» темного цвета, который ехал во встречном направлении на очень большой скорости. Автомобиль «Сузуки» перестроился на левую полосу своей проезжей части, затем пересек осевую линию и выехал на полосу встречного движения. Заметил автомобиль «Сузуки» примерно за 100 метров от себя. Предпринял торможение, чтобы посмотреть траекторию движения данного автомобиля, никаких других автомобилей на тот момент на дороге не было. Маневр автомобиля «Сузуки» показался для него опасным и в этот момент его (Челяпова) автомобиль, несмотря на небольшую скорость и на то, что не поворачивал рулевое колесо, стало разворачивать против часовой стрелки, в этот момент он притормаживал. Почему его машину стало разворачивать против часовой стрелки, не знает. Его (Челяпова) автомобиль продолжал движение вперед правым боком. Затем произошел удар автомобиля «Сузуки» в переднюю правую боковую часть его автомобиля. В момент контакта его (Челяпова) автомобиль находился практически под прямым углом относительно автомобиля «Сузуки». Столкновение произошло на левой полосе движения в сторону г.Истра ближе к осевой линии, сам он на встречную полосу не выезжал. После удара потерял сознание, пришел в себя, находясь в правом кювете по направлению к городу Москва.

Находился на месте ДТП до приезда сотрудников. Осмотр места ДТП не был произведен сразу, сначала извлекли В.В..

На схеме ДТП правильно отражены автомобили после аварии, с размерами осыпи стекла не согласен, бампер и часть «Лексуса» отражены на схеме правильно.

Не согласен с тем, что место ДТП находится на 51 км + 300 метров, считает, что оно произошло на участке 51 км + 800 метров. Допускает, что это техническая ошибка.

Считает, что виновен в данной аварии водитель автомобиля «Сузуки», который превысил допустимую скорость и выехал на полосу предназначенную для встречного движения.

Согласен с выводами автотехнической экспертизы (№) в части относительного взаиморасположения автомобилей в момент их первоначального контакта, в части их поэтапного взаиморасположения при взаимодействии в ходе ДТП.

Со свидетелем А.Я. был знаком, он (А.Я.) общественный помощник в прокуратуре и выполнял его (Челяпова) поручения.

Почему в схеме ДТП не отражено, что основная концентрация осколков стекла и грязи находиться не на полосе движения в сторону Истры, не знает.

Свидетель Л.И. пояснила, что 27.06.2007 года, около 08 час. 30 мин., на автомобиле под управлением супруга двигались в направлении города Истра, в крайнем правом ряду. Шел дождь, за дорогой и движением не наблюдала. Сидела на переднем пассажирском сидении. Видела, как встречная автомашина черного цвета, которая двигалась в сторону г.Москвы, выехала на полосу их движения. Больше ничего не помнит, однако помнит, что их автомобиль не менял направление движения и не помнит, чтобы автомобиль заносило.

Свидетель защиты К.В. пояснил, что с подсудимым знаком, с ним в приятельских отношениях, ранее вместе работали в Истринской городской прокуратуре. Автомобиль «Лексус», на котором Челяпов попал в аварию, ранее принадлежал ему (Булыгину). Продал его Челяпову примерно за 2 месяца до ДТП, автомобиль был в технически исправном состоянии.

На момент ДТП Челяпов был на пенсии. Очевидцем ДТП он (К.В.) не был.

27.06.2007 года, около 08 час. 20 мин., двигался по Волоколамскому шоссе в сторону г.Красногорска. Шел дождь. Проехав 300 метров после знака «конец населенного пункта г.Истра», начался спуск дороги с плавным поворотом направо, в правом кювете по ходу своего движения увидел кузов белого автомобиля и разброс осколков деталей автомашин на автодороге в диаметре около 30 метров, основная масса которых находилась на полосе движения в сторону г.Волоколамска. Он (К.В.) проехал по своей полосе около 15 метров, в том числе по осыпи стекла и грязи, затем остановился. Увидел Челяпова и его автомобиль. Со слов Челяпова ему известно, что тот двигался в сторону г.Истра, проехав небольшой спуск он увидел, как на большой скорости из г.Истры ехал автомобиль «Джип», который стал смещаться на его (Челяпова) полосу движения. Челяпов предпринял торможение, после чего почувствовал удар в правую сторону своего автомобиля. В результате его автомобиль закрутило и выбросило в кювет по направлению в сторону Москвы.

На месте ДТП также встретил А.Я., ранее знакомого, который пояснил, что двигался следом за Челяповым и видел момент ДТП, он (Нисинец) полностью подтвердил изложенное Челяповым, а именно, что ДПТ произошло на стороне движения Челяпова.

Считает, что ДТП произошло примерно на 51 км + 850 метров Волоколамского шоссе, где имеется поворот вправо по ходу движения в сторону Москвы.

Когда подъехал к месту ДТП, увидел, что автомобиль «Лексус» находится на правой обочине, практически перпендикулярно, относительно проезжей части дороги, передней частью в сторону леса. Передняя часть автомобиля «Лексус» была оторвана. Двигатель автомобиля находился в кювете, в сторону движения в г. Волоколамск.

21 января 2011 г. по просьбе Челяпова и совместно с Н.В.В. выезжал на место ДТП, где производил замеры, от знаков 2.5 и 4.1.2, которые расположены в направлении г.Истра до знаков 4.1.1 и 3.24, которые расположены на стороне проезжей части направлении г.Москвы. Расстояние от этих знаков составило 77 метров. Также замерили место, где находилась передняя часть автомобиля «Лексус» до знаков 4,1,2 и 2.5, расстояние составило 18 метров.

Помнит расположение автомобилей после ДТП, автомобиль «Лексус» располагался в отрезке 77 метров, «Сузуки» находился дальше. В день ДТП участие в замерах не принимал.

Свидетель защиты Н.В.В. пояснил, что с подсудимым в дружеских отношениях, потерпевшего В.В. не знает.

В один из дней, летом 2007 года, утром по телефону узнал от Челяпова, что тот попал в ДТП и пояснил, где находится. Когда подъехал к месту ДПТ, увидел автомобиль «Лексус», передняя часть которого находилась за пределами проезжей части в направлении г.Истра. Передом автомобиль «Лексус» стоял в траве, задней - на обочине. Подошел к Челяпову, стал спрашивать, что случилось, на что тот пояснил, что ничего не помнит, помнит что произошел удар и машины столкнулись. Машины сотрудников ДПС стояли на противоположной стороне проезжей части. Видел много осколков.

По просьбе Челяпова, 21 января 2011 г. совместно с К.В. производили замеры на месте ДТП. В сторону Москвы стоит знак п. 3.2.4 и 4.1.1, на противоположной стороне стоит знак п. 2.5 и 4.1.2, расстояние между знаками составило 77 метров. Также замерили место, где лежала передняя часть автомобиля «Лексус», от знака 4.1.2 до березы, где лежала передняя часть автомобиля «Лексус», расстояние составило 18 метров.

Свидетель защиты В.А. пояснил, что с подсудимым знаком, ранее вместе работали в Истринской прокуратуре.

Очевидцем ДТП не был. Приехал на место ДТП спустя незначительный период времени, так как позвонил Челяпов и попросил подъехать. По приезду на место аварии, увидел, что автомобили участников ДТП располагались за проезжей частью по ходу движения в сторону г.Москвы.

Со слов Челяпова стало известно, что он попал в аварию. По дороге были разбросаны обломки автомобилей. У него (Н.) сложилось мнение, что местом аварии является полоса движения Челяпова, потому что наибольшая концентрация осыпи стекла и обломков находилась на полосе движения в сторону г.Истра.

На месте происшествия присутствовал А.Я., который часто находился в прокуратуре и выполнял различные поручения. Со слов А.Я. стало известно, что тот был очевидцем ДТП, он ехал за автомобилем Челяпова и видел, что во встречном направлении движется Джип, которого «подрезал» автомобиль «Део» и во избежание столкновения джип выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, по которой двигался Челяпов.

Свидетель зашщиты Е.В.. пояснил, что утром 27.06.2007 года находился на работе в Истринской городской прокуратуре. Поступил звонок от бывшего коллеги по работе - Челяпова, который сообщил, что произошло ДТП с его участием на Волоколамском шоссе. Со слов В.А. стало известно, что местом происшествия была территория, расположенная за кафе «Ной», позднее узнал, что это район 52 км. Волоколамского шоссе.

В.А. сразу же поехал на указанное место, а он (Е.В.) выехал спустя некоторое время. Следуя по Волоколаскому шоссе от города Истры к месту ДТП, на повороте автодороги, ведущий от г.Истры в сторону города Москвы, увидел скопление автомобилей и сотрудников ГИБДД.

На повороте автодороги Москва-Волоколамск, в правом кювете по направлению движения в сторону г.Москвы, находилось два автомобиля с серьезными повреждениями, один из них принадлежал Челяпову. У автомобиля Челяпова отсутствовал моторный отсек.

Была сырая погода, прошел дождь, шоссе было мокрым. По всей ширине автодороги были разбросаны части от автомобилей, осыпь стекла. Основная часть предметов автомобилей и осыпи находилась на полосе движения в сторону Истры, в левом ряду ближе к разделительной полосе. Данный факт определил визуально. Части от автомобилей находились по всей ширине дороги, а также на обочине.

На месте ДТП увидел Челяпова, который пояснил, что двигался на своем автомобиле в сторону города Истры по правой свободной полосе движения, в какой-то момент увидел автомобиль, двигавшийся навстречу, который выехал на полосу встречного движения. Он (Челяпов) предпринял торможение, его автомобиль развернуло, затем произошло столкновение с автомобилем «Сузуки», со слов Челяпова на левой полосе движения в сторону города Истра, ближе к разделительной полосе.

Также на месте ДТП был общий знакомый А.Я., который рассказал, что он двигался в сторону города Истры за автомобилем Челяпова и видел, как движущийся во встречном направлении автомобиль пытаясь обогнать автомобиль двигавшийся с ним в попутном направлении, выехал на полосу встречного движения и после этого произошло столкновение автомобиля Челяпова и «Сузуки». Автомобиль Александра в происшествии не участвовал.

Допрошенный по ходатайству защиты свидетель А.П. пояснил, что 27 июня 2007 года был на месте ДТП, которое произошло с участием Челяпова. О том, что случилось с Челяповым, ему сообщил В.В.. На место ДТП приехал днем, автомобили еще находились на месте ДТП. Автомобиль «Лексус» находился на обочине в сторону г.Москвы, примерно под углом 70 градусов относительно проезжей части, передней частью в сторону г. Истры. На автомашине «Лексус» не было передней части автомобиля, двигатель находился отдельно от автомобиля. Автомобиль «Лексус» был расположен под более тупым углом, чем на схеме №3 заключения эксперта Ч..

Двигатель автомобиля «Лексус» лежал на повороте, в кювете, с правой стороны по ходу движения в г. Истра. Как и где располагался на месте ДТП автомобиль «Сузуки», сказать не может.

На схеме (том 1, л.д.15), автомобиль «Лексус» расположен правильно.

Дополнительно допрошенный в судебном заседании 01.12.2010 г. свидетель А.П. пояснил, что 01.12.2010 г. опять был на месте ДТП, замерял расстояние по правой стороне проезжей части в сторону г. Москвы: от знака 4.1.1 и знака 3.24 до знака на противоположной стороне проезжей части 4.1.2 и знака 2.5 - расстояние составило 77 метров.

Допрошенный по ходатайству защиты свидетель Т.Б. пояснил, что с Челяповым знаком около 4 лет. В 2007 году у Челяпова был автомобиль «Лексус» бежевого цвета. Когда Челяпов попал в ДТП, он (Т.Б.) приехал туда с другом и сестрой, примерно в 12 часов дня. Машина Челяпова стояла на обочине, справа по ходу движения в сторону г. Москвы. Находясь на месте ДТП зафиксировал все на мобильный телефон. Данную запись передал Челяпову. На видеозаписи стоит 30 число, потому что пришлось пересохранить видеозапись через три дня после фактической записи.

Автомобиль «Лексус» располагался под углом примерно около 130 градусов относительно дороги если ориентироваться в направлении г.Москвы.

На схеме ДТП (том 1 л.д.15), автомашина «Лексус» расположена правильно.

Дополнительно допрошенный в судебном заседании 01.12.2010 г. свидетель Т.Б. пояснил, что 01.12.2010 г. был на месте ДТП, по просьбе Челяпова замерял расстояние по правой стороне проезжей части в сторону г. Москвы от знака 4.1.1 и знака 3.24 до знака на противоположной стороне дороги 4.1.2 и знака 2.5, которое составило 77 метров. Производил замер совместно с А.П..

Свидетель И.В., следователь СО СУ СК при прокуратуре РФ по г.Истра, пояснил, что 27 ноября 2010 года в СО поступило заявление Челяпова Н.И. о привлечении к уголовной ответственности инспектора 11 СБ ДПС ГУВД по МО Бабенкова за внесение в официальный документ - схему к протоколу осмотра места ДТП, заведомо ложных сведений, а именно размеров между объектами на участке 52 км автодороги Москва-Волоколамск. Проведение проверки было поручено ему и 30 ноября 2010 года он выехал на данный участок проезжей части автодороги для осмотра места происшествия с целью проверки доводов заявителя. В ходе осмотра с понятыми и в присутствии Челяпова Н.И. были измерены расстояния между знаком 4.1.2 и 2.5 находящимися у поворота на грунтовую дорогу и березой за обочиной, у которой в ходе ДТП в 2007 году находилась передняя часть автомобиля «Лексус». Измерением было установлено расстояние между березой и вышеуказанным знаком - 18 метров, также было измерено расстояние на другой стороне обочины, между знаком 4.1.1 и 3.24 до знака, который был расположен на противоположной части автодороги. Данное расстояние составило 76 метров 90 см. В ходе проверки по заявлению Челяпова было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, так как не было установлено, что инспектор действовал умышлено. Информации о том, что знаки не переносились, у него (И.В.) не было.

Несмотря на непризнание своей вины подсудимым Челяповым Н.И., его вина в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств.

Так, потерпевший В.С. пояснил, что погибший приходился ему сыном. На момент 27.06.2007 года сын управлял автомобилем «Сузуки Гранд Витара» и его водительский стаж составлял 5 лет. Сын проживал и работал в г.Истре. О произошедшем ДТП узнал по телефону от сына. На место ДТП прибыл спустя 15 минут после разговора с сыном, на месте уже была «скорая» и сотрудники ГАИ. В замерах участия не принимал.

ДТП произошло на Волоколамском шоссе. Машины участников ДТП были расположены справа по ходу движения в сторону Москвы, за пределами автодороги. На улице шел дождь. Осыпь стекла, грязи, запасных частей находились большей частью на полосе движения в сторону г.Москвы. Бампер от автомобиля сына лежал на проезжей части дороги в сторону г.Истра.

Со схемой ДТП в части расположения осыпи стекла и грязи, не согласен. Согласен с выводами автотехнической экспертизы (№) в части относительного взаиморасположения автомобилей в момент их первоначального контакта, в части их поэтапного взаиморасположения при взаимодействии в ходе ДТП. Также согласен с расстоянием между автомобилями после ДТП, которое отражено на схеме.

На месте ДТП с сыном разговаривал, затем сына госпитализировали.

Просит взыскать с подсудимого сумму морального вреда <данные изъяты> рублей и материальный ущерб в размере <данные изъяты>., который состоит из оплаты лекарств на сумму <данные изъяты> руб., расходов на похороны <данные изъяты> рублей, памятник <данные изъяты> руб.

Сын когда был в сознании, и находясь в больнице, пояснил, что ему навстречу выехала автомашина с которой и произошло столкновение.

Из оглашенных по ходатайству гособвинителя и с согласия сторон показаний не явившегося в судебное заседание свидетеля Н.Д. следует, что27 июня 2007 года, около 08 часов 40 минут на автомобиле УАЗ, принадлежащем «БРОК-ГАЗ Истра» двигался по автодороге Москва-Волоколамск, в сторону г. Москвы. Двигаясь по 52 км указной автодороги заметил на обочине в направлении г. Москвы автомобиль «Лексус» и «Сузуки Гранд Витара» принадлежащий В.В. На месте происшествия находились отец В.В., сотрудники ГИБДД и «Скорая помощь». Водитель В.В. находился в салоне автомобиля. Совместно с В.С.. вытащили водителя из салона автомобиля и положили на носилки. Затем В.В. доставили в Истринскую ЦРБ. На месте происшествия на проезжей части имелась осыпь стекла, грязи и пластмассы. Наибольшая концентрация осыпи стекол располагалась на проезжей части левой полосы движения направления г. Москвы. (том 1 л.д. 58-59).

Свидетель Н.А. пояснил, что с потерпевшим В.С. знаком, с подсудимым не знаком.

27 июня 2007 года был на месте ДТП, о котором узнал от В.С.

Местом ДТП являлся участок местности на Волоколамском шоссе в районе 52 км, напротив правого съезда в СНТ по ходу движения в сторону г.Истра. Автомобили находились слева по ходу движения из г.Москвы. Встречные полосы были разделены двойной сплошной линией дорожной разметки. На том участке, где произошло ДТП дорога имеет закругление влево по ходу движения в сторону г.Истра.

Наибольшее количество осыпи частей автомобилей, стекла и грязи находилось на полосе движения в сторону Москвы. На противоположной стороне дороги осыпи стекла и грязи не было, но были крупные части автомобилей.

На его взгляд, столкновение произошло на полосе движения в сторону г.Москвы, поскольку мелкая осыпь была именно на этой полосе движения.

В тот день шел дождь, территория разброса осыпи составляла около 7-8 метров по ширине, от двойной сплошной линии до обочины, по длине осыпь составляла примерно 7-8 метров. Повреждений полотна проезжей части деталями автомобилей на месте ДТП не имелось.

Свидетель Э.В., пояснил, что на момент 27.06.2007 года работал старшим инспектором 11 СБ ДПС.

27.06.2007 года выезжал на место ДТП вместе с инспектором Б.А.А., И.А. и С. ДТП произошло на 52 км автодороги Москва-Волоколамск с участием автомобилей «Сузуки» и «Лексус». На место ДТП прибыли первыми. По отношению к проезжей части автомобили находились справа в кювете по направлению движения в сторону Москвы. Был очень сильный дождь, на асфальте были лужи. Проезжая часть повреждений от автомобилей не имела. Схему ДТП составил инспектор Б.А.А.. Он (Э.В.) брал объяснения и производил осмотр транспортных средств.

Опрашивал очевидца, который ехал за автомобилем «Лексус» и видел, что столкновение произошло на полосе движения в сторону г.Истра. Очевидец пояснил, что ехал из Дедовска в сторону г.Истры и видел момент ДТП. Вспомнить показания очевидца в деталях не может, поскольку прошло много времени.

Осыпь стекла, грязи и пластмассы располагалась в большей степени на полосе движения в сторону г.Москвы, осыпь на стороне движения в сторону г.Истры была небольшой протяженностью.

У водителя «Сузуки» признаков алкогольного опьянения не было, второго участника ДТП не видел. Следов юза и торможения на месте ДТП тоже не было. Крупные запасные части от автомобилей лежали на полосе движения в сторону Москвы.

Не отрицает, что согласно дислокации дорожных знаков и дорожной разметки, место ДТП находиться на участке автодороги дальше, чем 51 км +300 метров, как отражено в схеме.

Также не отрицает, что осмотр места происшествия производился на участке 51-52 км автодороги, в районе поворота направо на дачи по ходу движения в сторону г.Истра.

В связи с частичными противоречиями судом по ходатайству гособвинителя оглашались показания свидетеля Э.В. данные им в стадии следствия, т.1 л.д.71-73, где он пояснял, что наибольшая концентрация осыпи стекла и грязи располагалась на левых полосах обоих направлениях движения, а также на разделительной лини дорожной разметки 1.3.

Оглашенные в этой части показания свидетель Э.В. не подтвердил. Причину противоречий объяснил тем, что при проверке показаний на месте и в судебном заседании более детально вспомнил обстоятельства дела, в том числе при даче показаний 07 мая 2009 года.

К изменению своих показаний свидетелем Э.В. в судебном заседании в части места расположения наибольшей концентрации осколков стекла, грязи и пластмассы, суд относится критически, принимает во внимание его показания данные им в стадии следствия на л.д.71-73 т.1, поскольку они давались спустя непродолжительное время после ДТП.

Свидетель Б.А.А. пояснил, что в настоящее время и на момент (Дата обезличена) работал старшим инспектором 11 СБ ДПС.

(Дата обезличена) на участке дороги Москва-Волоколамск, на 51-52 км., было совершено ДТП. На место ДТП выезжали он, Э.В. и инспектор С.. Шел дождь, дорожное полотно было мокрым. Автомобили, участвовавшие в ДТП, находились на правой по ходу движения в г.Москву стороне, за пределами проезжей части. Составлял протокол осмотра места ДТП и схему к нему, понятые при этом присутствовали. Все замеры производил совместно с понятыми. Понятых при замерах было трое. Замерял осыпь стекла. От указателя «51 км», согласно схеме, 315-320 метров до центра осыпи стекла. Не отрицает, что ДТП было совершено практически напротив поворота направо на дачи, по ходу движения в г.Истра. Допускает, что в части расстояния от указателя «51 км» до места ДТП в схеме допущена описка, допускает, что это расстояние больше, чем 300 метров. Почему в схеме и протоколе указал, что данное расстояние 300 метров, объяснить не может, так как прошло много времени.

Наибольшая концентрация осыпи стекла и грязи была на левой полосе движения в сторону г.Москвы, на правой полосе движения в сторону города Истры данная осыпь была гораздо меньшим объемом. На схеме осыпь стекла и грязи отобразил правильно, но не отметил наибольшую концентрацию осыпи. Почему на схеме не отметил наибольшую концентрацию осыпи стекла и грязи, а также, почему на схеме нет привязки осыпи к краям проезжей части, объяснить не может.

Дата на фотоснимках стоит сентябрь 2003 года, поскольку дата и время на фотоаппарате выставлены не были.

Все замеры производил при помощи измерительной рулетки. Подпись в схеме ДТП ставил в момент составления. Почему в фотокопии схемы ДТП, представленной Челяповым, не имеется его подписи, пояснить не может.

Схему ДТП составлял не в масштабе. Не отрицает, что протокол осмотра места ДТП и схема к нему имеют расхождения, а именно в протоколе осмотра нет данных об осыпи стекла и грязи. Почему так произошло, также объяснить не может, однако утверждает, что расстояние между автомобилями на месте ДТП указано верно.

Из оглашенных по ходатайству гособвинителя и с согласия сторон показаний свидетеля И.А., инспектора ДПС, следует, что (Дата обезличена) он находился на дежурстве в районе 80 км. автодороги Москва-Волоколамск Московской области. Около 08 часов 50 минут, от дежурного по 11 СБ ДПС получил сообщение о дорожно-транспортном происшествии, на 52 км. указанной автодороги. Выехал на место происшествия для оказания помощи при оформлении. Прибыв на место ДТП, обнаружил, что произошло столкновение двух автомобилей «Сузуки Гранд Витара» (№) и «Лексус» (№), также на месте происшествия находился экипаж инспекторов 11 СБ ДПС, в составе Э.В. и Б.А.А., которые уже приступили к оформлению места ДТП. Оба автомобиля располагались в кювете в направлении движения в сторону г. Москвы, передними частями повернуты в сторону лесопосадки. Проезжая часть прямая, асфальтированная, без дефектов дорожного покрытия, мокрая, с закруглением вправо по направлению г. Москвы. Предназначена для движения в двух направлениях, по две полосы в каждом, встречные потоки транспортных средств разделены линией дорожной разметки 1.3 Приложения 2 к ПДД РФ, попутные направления разделены линией разметки 1.5. В обоих направлениях движения имелась обочина шириной 0,7 м. На проезжей части направления г. Волоколамск, частично на правой полосе, частично на левой, напротив задней оси «Сузуки Гранд Витара» располагался бампер автомобиля «Лексус», на одном уровне с задним колесом автомобиля «Сузуки Гранд Витара».

Где относительно границ проезжей части располагалась осыпь стекла и грязи, не видел. Водитель автомобиля «Сузуки» располагался в салоне, находился в сознании. Водитель автомобиля «Лексус» находился возле своего автомобиля, признаки алкогольного опьянения у него отсутствовали. Через некоторое время на место ДТП подъехала «Скорая помощь», пострадавших: водителя автомобиля «Сузуки» В.В. и пассажира автомобиля «Лексус» Челяпову, с места ДТП доставили в Истринскую ЦРБ. Следы юза и торможения от обоих автомобилей на проезжей части, в месте ДТП, отсутствовали. Автомобиль «Сузуки» имел значительные повреждения передней части, у автомобиля «Лексус» передняя часть отсутствовала и располагалась в кювете по направлению движения в г.Волоколамск. водитель автомобиля «Лексус» от объяснения по факту происшествия отказался. На месте ДТП находился очевидец происшествия, с которого сотрудниками ДПС было взято объяснение.

Им (Ф.) на месте происшествия была составлена справка по дорожно-транспортному происшествию, составляя которую, ссылался на показания очевидца, т.к. никто из участников происшествия пояснить ничего не мог. (т.1 л.д.163-165).

Пояснить, где именно располагалась осыпь стекла, грязи и пластика на проезжей части не может, потому что не помнит. (т.2 л.д.36-37).

Свидетель В.А. пояснил, что (Дата обезличена) принимал участие в качестве понятого при осмотре места ДТП и осмотре транспортных средств.

(Дата обезличена) ехал в сторону г.Москвы по автодороге Москва-Волоколамск. По ходу его движения увидел, что произошло ДТП, очевидцем которого он не был. Его оставили сотрудники ДПС, сообщили, что составляют схему ДТП, попросили расписался в схеме. С его (В.В. участием замеры не производились. На месте ДТП пробыл около 10 минут. Детали автомобилей находились большей частью на полосе движения в сторону г.Москвы.

По ходатайству гособвинителя судом в связи с противоречиями оглашались показания свидетеля В.А., данные им в стадии следствия, т.2 л.д.95-97, где он пояснял, что (Дата обезличена), он управляя автомобилем ГАЗ-33022 № (№) двигался по автодороге Москва - Волоколамск из г. Истра в г. Дедовск. На 52 км указанной автодороги был остановлен сотрудниками ГИБДД, которые пояснили, что на данном участке автодороги произошло столкновение двух автомобилей «Сузуки Гранд Витара» (№) и «Лексус» № (№), и предложили принять участие в качестве понятого при производстве осмотра места происшествия и транспортных средств участников ДТП.

На месте происшествия было установлено, что оба автомобиля располагались в кювете по направлению движения в сторону г. Москвы, передними частями повернуты в сторону лесопосадки. Проезжая часть горизонтальная, прямая, асфальтированная, без дефектов дорожного покрытия, мокрая, предназначена для движения в двух направлениях, по две полосы в каждом, встречные потоки транспортных средств разделены двойной сплошной линией дорожной разметки, попутные направления разделены прерывистой линией разметки. В обоих направлениях движения имелась обочина шириной 0.7 м. На проезжей части направления г. Волоколамск, частично на правой полосе, частично на левой, напротив задней оси «Сузуки Гранд Витара» располагался бампер автомобиля Лексус, на одном уровне с задним колесом автомобиля Сузуки Гранд Витара. На полосах движения в сторону г. Волоколамск и г. Москвы располагалась осыпь стекла и грязи. Наибольшая концентрация осыпи стекол, грязи, а также фрагментов частей автомобилей располагалась на полосах движения в сторону г. Москвы. Водитель автомобиля «Сузуки» располагался в салоне, находился в сознании. Водитель автомобиля «Лексус» находился возле своего автомобиля, признаки алкогольного опьянения у него отсутствовали. Через некоторое время на место ДТП подъехала «Скорая помощь», пострадавших: водителя автомобиля Сузуки и пассажира автомобиля «Лексус», с места ДТП доставили в Истринскую ЦРБ. Следы юза и торможения от обоих автомобилей на проезжей части, в месте ДТП, отсутствовали. Все замеры на месте происшествия проводились при помощи рулетки сотрудниками ГИБДД и в присутствии второго понятого.

Оглашенные показания свидетель П.В.А. подтвердил, пояснив, что они соответствуют действительности. Причина противоречий в том, что забыл происходящие с ним на месте ДТП события, кроме того, пояснил, что при составлении схемы присутствовал третий понятой. Расстояние между автомобилями, указанное на схеме, соответствует действительности. Также подтверждает достоверность других данных, отраженных в схеме, поскольку замеры производились с его участием, кроме того подтверждает достоверность данных, изложенных в протоколах осмотра транспортных средств, поскольку осмотры производились с его участием и с участием второго понятого.

Допрошенный по ходатайству гособвинителя дополнительный свидетель М.А.В. пояснил, что (Дата обезличена) на автодороге Москва-Волоколамск, на 51-52 км. произошло ДТП. Принимал участие в качестве понятого при осмотре данного участка дороги.

(Дата обезличена) ехал с работы, было утро, его остановили сотрудники ГАИ и попросили зафиксировать положение автомобилей участников ДТП. Помнит, как сотрудники с его участием и с участием еще двух понятых замеряли расстояние от центра дороги до автомобиля и между автомобилями. Расположение, а также наличие осыпи стекла и грязи на проезжей части не помнит. Схему ДТП подписывал, те данные, которые отражены в схеме, соответствуют действительности. Измеряли ли расстояние от указателя «51 км.» до места аварии, не помнит. В протоколе осмотра места ДТП его подписи нет и в самом протоколе осмотра он не расписывался.

Свидетель А.М. пояснил, что летом, примерно 3,5 года назад, точную дату не помнит, около 08-10 часов утра двигался по Волоколамскому шоссе в сторону г. Москвы. Его остановили сотрудники ДПС и попросили принять участие в качестве понятого. Увидел 2 машины, одна стояла посередине дороги в сторону области в крайнем левом ряду, модель автомобиля не помнит, вторая машина была в кювете. Сотрудники ДПС сказали, что все живы, попросили принять участие в замерах. Видел 2-3-х сотрудников, которые что-то замеряли, ходили с рулеткой. Сам он (К.) ничего не мерил, сидел в машине, но видел, что сотрудники делали замеры, участия в замерах не принимал. С ним находился еще один понятой. Схему места происшествия смотрел, если эту схему подписал, значит она соответствует действительности, никаких замечаний к схеме места ДТП у него не было.

По ходатайству гособвинителя судом в связи с противоречиями оглашались показания свидетеля А.А., данные им в стадии следствия, т.1 л.д.78-80, где он пояснял, что (Дата обезличена) он следовал по 52 км автодороги Москва - Волоколамск, на автомобиле ВАЗ-2105 № (№), в сторону г. Москвы. На указанном участке был остановлен сотрудниками ГИБДД и приглашен в качестве понятого при оформлении дорожно-транспортного происшествия. На данном участке проезжей части произошло столкновение автомобилей «Сузуки Гранд Витара» и «Лексус». Проезжая часть горизонтальная, прямая, без дефектов покрытия, мокрая, имеет по две полосы в каждом направлении, встречные потоки транспортных средств разделены двойной сплошной линией дорожной разметки, попутные потоки транспортных средств - прерывистой линией. Указанные автомобили располагались в кювете по направлению движения в сторону г. Москвы. Осыпь стекла и грязи располагалась на проезжей части обоих направлений. Автомобиль «Сузуки Гранд Витара» имел значительные повреждения передней части, у автомобиля «Лексус» передняя часть (капот) отсутствовала. Водителей транспортных средств участников ДТП не видел, но на месте происшествия находилась «Скорая помощь». Сотрудники ГИБДД в его (К2) присутствии и в присутствии второго понятого произвели соответствующие замеры, были осмотрены автомобили участники происшествия, составлены документы и схема, в которых он (Кузьмин) и второй понятой расписались.

Оглашенные показания свидетель А.М. подтвердил, причину противоречий объяснил тем, что прошло много времени с момента ДТП и многое забыл, кроме того, пояснил, что до явки в судебное заседание, встречался с защитником Л.И., которая его письменно опросила, при этом задавала наводящие вопросы.

Давая оценку показаниям свидетеля В.А. и свидетеля А.М., суд принимает во внимание и кладет в основу приговора их показания в стадии следствия, находит их достоверными и соответствующими действительности, поскольку они не противоречат друг другу, а также показаниям свидетеля М.А.В., принимавшего участие в замерах при составлении схемы к протоколу осмотра места ДТП, при этом суд находит убедительными причины изменения свидетелем В.А. и А.М. своих показаний в судебном заседании.

Данные отраженные в опросе свидетеля А.М. адвокатом Е.В., где А.М. не подтверждал факт участия в замерах, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку свидетель А.М. подтвердил свои показания в стадии следствия, кроме того, пояснил, что в ходе опроса адвокат задавала ему наводящие вопросы, то есть вопросы, в которых содержались ответы.

Судом принимались меры к вызову в судебное заседание свидетеля А.Я., однако по месту жительства, указанному в обвинительном заключении данный свидетель не проживал, и его местонахождение суду неизвестно.

Данные обстоятельства были признаны судом исключительными, препятствующими явке в судебное заседание свидетеля А.Я., поэтому в соответствии с п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ судом были оглашены его показания, данные им в стадии следствия.

Так, из оглашенных показаний свидетеля А.Я. следует, что (Дата обезличена) он управляя автомобилем «Дэу Нексия» (№) двигался по автодороге Москва - Волоколамск в сторону г. Истра по левой полосе движения со скоростью примерно 60-80 км/ч. Впереди него на расстоянии примерно 3-5 м двигался микроавтобус «Форд» с такой же скоростью. На момент ДТП было светлое время суток, погода пасмурная, шел дождь. Проезжая часть в месте ДТП горизонтальная, прямая, асфальтированная, без дефектов дорожного покрытия, мокрая, предназначена для движения в 2-х направлениях, по 2 полосы в каждом. Встречные потоки транспортных средств разделены двойной сплошной линией дорожной разметки, попутные - прерывистой. Видимость была нормальная, более 200 м. В какой-то момент, он (А.Я.) заметил, что во встречном направлении движется автомобиль «Дэу Матиз» зеленого цвета по правой полосе движения в направлении г. Москвы, а сзади него по левой полосе движения на большом расстоянии двигался автомобиль «Сузуки Гранд Витара». В этот момент он находился на выезде из левого закругления проезжей части по ходу его движения. Далее, когда выехал на прямой участок дороги, то обзор проезжей части ему закрыл автомобиль «Форд», который двигался впереди на небольшом расстоянии. Автомобиль «Дэу Матиз» проехал мимо него (А.Я.) по той же правой полосе движения. В следующий момент он (А.Я.) услышал громкий хлопок впереди и увидел, как на автомобиле «Форд» загорелись красные стоп-сигналы. Начал тормозить и перестроился в правую полосу движения. Затем увидел, что произошло столкновение автомобиля «Лексус» и «Сузуки Гранд Витара», который двигался во встречном направлении. Самого столкновения и обстоятельства ДТП он (А.Я.) не видел и не может пояснить, какой автомобиль выехал на встречную полосу движения. Двигался за микроавтобусом «Форд» на маленьком расстоянии и он закрывал обзор проезжей части, поэтому не мог видеть, что происходит впереди. Автомобиль «Сузуки» видел только когда находился на выезде из левого закругления проезжей части по ходу своего движения.

Оба автомобиля находились в кювете за пределами проезжей части по направлению движения в сторону г.Москва. На месте происшествия на проезжей части была осыпь стекла, грязи и частей автомобилей. Данная осыпь была большой и располагалась на левой полосе проезжей части в сторону г.Истра и на обеих полосах движения по направлению в г.Москву. Наибольшая концентрация осыпи располагалась на левой полосе движения в направлении г.Москвы.(том 2 л.д. 84-87).

Перестроения автомобиля «Дэу Матиз» на полосу движения автомобиля «Сузуки Гранд Витара», не видел. Автомобиль «Дэу Матиз» поехал мимо него по правой полосе движения, направления движения не изменял, и на проезжей части никаких маневров не производил. (том 3 л.д. 68-69).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, схемы и фототаблицы к нему следует, что местом происшествия являлся 51 км + 300 м. автодороги Москва-Волоколамск, Истринского района Московской области, напротив съезда, расположенного справа по ходу движения в сторону г.Истра. Проезжая часть в районе места ДТП имеет по две полосы в каждом направлении, шириной 14.4 м, встречные потоки транспортных средств разделены линией дорожной разметки 1.3. Проезжая часть асфальтированная, мокрая. Осадки в виде дождя. Видимость более 200 м.

После происшествия, в кювете, по направлению движения в г. Москву, располагался автомобиль «Лексус» № С 770 ЕР 177, в 4.2 м передним и в 3.5 м задним правыми колесами до линии дорожной разметки 1.2.1 Приложения 2 к ПДД РФ.

Осыпь спекла, грязи располагалась на левых полосах обоих направлений движения, размерами 6.3 м х 8.1. м.

Автомобиль «Сузуки Гранд Витара» располагался в кювете, в направлении движения в г. Москву, в 4.4 м передним и в 3.1 м задним правыми колесами до линии 1.2.1, соответственно.

На проезжей части в сторону г. Истры, на обеих полосах располагался бампер от автомобиля Лексус в 2.6 м до линии дорожной разметки 1.2.1 и в 3 м до линии 1.3 Приложение 2 к ПДД РФ. В кювете указанного направления движения, в 11 м до линии разметки 1.2.1, располагался передний мост и двигатель автомобиля Лексус.

Расстояние между автомобилями «Лексус» и «Сузуки Градн Витара» составляет 42 метра. Автомобиль «Лексус» находится в 21 м. от дорожного знака 4.1.1 и 3.24. (том 1 л.д. 8-11; 12; 13-21).

По ходатайству подсудимого судом был осуществлен повторный осмотр места происшествия.

С участием лиц, участвовавших в деле, в том числе с участием свидетеля Б.А.А., были произведены замеры от указателя «51 км» до знаков 2.5, 4.1.2, установленных на съезде к прилегающей справа по ходу движения в сторону г.Истра автодороге.

Замеры производились по правому краю проезжей части в направлении г.Истра. Расстояние от указателя 51 км до знаков 2.5, 4.1.2 составило 895 метров. Ширина прилегающий справа по ходу движения в сторону г.Истра автодороги составила 4 метра. Расстояние от знаков 2.5, 4.1.2 до указателя 52 км составило 124 метра 50 сантиметров. Общее расстояние от указателя 51 км до указателя 52 км составило 1 километр 19,5 метров.

От знака 51 км. автодороги Москва-Волоколамск производилась фотосъемка на участках: в сторону города Истра: 51 км., 51 км.+360 м., + 570 м., + 660 м., + 750 м., + 840 м., +895 м., 52 км.; съезда направо по ходу движения в сторону г.Истра на участке 51 км. + 895 м.; в сторону г.Москва на участке 52 км.

Затем участники осмотра вернулись к прилегающей справа по ходу движения в сторону г.Истра автодороге, где потерпевший В.В. и подсудимый Челяпов заявили, что место ДТП находилось на участке 51 км + 890 метров указанной автодороги, при этом свидетель Б.А.А. пояснил, что именно этот участок местности был предметом осмотра (Дата обезличена).

Затем участники осмотра произвели замеры ширины проезжей части. В ходе замеров было установлено, что:

- ширина полосы автодороги по ходу движения в сторону г.Москва составляет 7,2 м., ширина правого крайнего ряда данной полосы движения составляет 3,5 м., ширина левого ряда - 3,7 м. Расстояние от дорожной разметки 1.2.1 до края обочины составляет 2,8 м., расстояние от кромки асфальта до края обочины составляет 1,4 м.

- ширина автодороги, примыкающей по ходу движения в сторону г.Истра составляет 7,1 м., ширина правого крайнего ряда данной полосы движения составляет 3,5 м., ширина левого ряда - 3,6 м. Расстояние от дорожной разметки 1.2.1 до края обочины составляет 2,5 м., расстояние от кромки асфальта до края обочины составляет 1,5м..

- данный участок автодороги (51 км.+890 м.) имеет левое закругление по ходу движения в сторону г.Истра и небольшой подъем.

Дополнений или замечаний к осмотру места происшествия у участников процесса не поступало.

Протоколами осмотра автомобиля «Сузуки Гранд Витара» (№), что у данного автомобиля повреждения локализованы в передней левой части. Передний бампер отсоединен, разрушен в левой части. Левое переднее крыло отсутствует. Диск левого переднего колеса разрушен, шина отсутствует, левая передняя дверь деформирована в виде резких складок в направлении спереди назад. Наружная панель этой двери оторвана. Левая передняя стойка деформирована и смещена назад. Ветровое стекло разрушено. (том 1 л.д. 25-26, 132-138; т. 2 л.д. 30-32; т. 3 л.д. 76-78).

Протоколами осмотра автомобиля «Лексус» (№), что у данного автомобиля отсутствует -(отсоединена в результате столкновения) вся передняя часть до щита моторного отсека. Капот, передняя подвеска отсоединены друг от друга. Направление деформации на капоте справа налево. Правое крыло деформировано на всей поверхности. Правое переднее колесо смещено справа налево. (том 1 л.д. 27-28, 127-138; том 2 л.д. 30-32; том 3 л.д. 76-78).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы (№) следует, что В.В. при происшествии получил следующие телесные повреждения: разрыв тонкой кишки, разрыв брыжейки тонкой и сигмовидной кишки, гемоперитонеум, перелом костей таза с нарушением непрерывности тазового кольца (разрыв лобкового симфиза и передних связок крестцово-подвздошных сочленений, перелом обеих ветвей лобковых костей), массивная забрюшинная гематома, открытый оскольчатый перелом левой бедренной кости, закрытый оскольчатый перелом обеих костей левой голени, закрытый перелом 1, 3-й плюсневых костей левой стопы, закрытый оскольчатый перелом левой локтевой кости, кровоизлияния в области переломов, ушибленная рана правой голени, кровоподтеки туловища и конечностей - составляющие сочетанную травму живота, таза и конечностей.

Данные повреждения прижизненные, возникли от травматического воздействия тупых твердых предметов, возможно (Дата обезличена), являются опасными для жизни повреждениями и квалифицируются как тяжкий вред здоровью. Характер и локализация повреждений не исключают возможности причинения их в условиях дорожно-транспортного происшествия. Между наступлением смерти и сочетанной травмой имеется причинно следственная связь.

Смерть В.В. наступила (Дата обезличена) от сочетанной травмы живота, таза и конечностей, клиническое течение которой сопровождалось острой почечной недостаточностью, осложнилось развитием отека и дислокации головного мозга, пневмонии. (т.1 л.д. 109-115).

Из заключения автотехнической экспертизы (№)от (Дата обезличена), проведенной в ЭКЦ при ГУВД по Московской области, следует, что в данной дорожно-транспортной ситуации автомобиль «Лексус» в процессе заноса наиболее вероятно сместился на полосу встречного движения в направлении г.Москвы где с его правой передней боковой частью совершил контактирование левой передней частью автомобиль «Сузуки Гранд Витара» под углом между осями направлений в районе осыпи стекла и частей автомобилей.

Произошло встречное косое блокирующее столкновение транспортных средств.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля «Сузуки Гранд Витара» должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ч. 2 ПДД РФ.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля «Лексус» должен был руководствоваться требованиями п. 1.3, 1.5 ч. 1,9.2 ПДД РФ и Приложением 2 к ПДД РФ.

В исследовательской части заключения эксперт указал, что место столкновения автомобилей «Лексус» и «Сузуки Гранд Витара» находилось на проезжей части автодороги Москва-Волоколамск в районе осыпи стекла и частей автомобилей, более точно определить место столкновения по зафиксированным объектам экспертным путем не представляется возможным, однако, с учетом установленного механизма контактирования и разброса транспортных средств, можно сделать вывод, что место столкновения автомобилей располагалось на полосе движения направления г.Москва, ближе к осевой линии проезжей части. (том 1 л.д. 155-159).

Допрошенный в судебном заседании эксперт-автотехник ЭКЦ ГУВД по МО Е.Ю. пояснил, что выводы своей экспертизы подтверждает в полном объеме. Для проведения экспертизы ему были предоставлены материалы уголовного дела, в том числе схема ДТП и протокол осмотра места ДТП.

Размеры и расположение в экспертизе осыпи стекла указал, опираясь на схему ДТП, однако не отрицает, что в схеме нет привязки осыпи к краям проезжей части.

Эксперт дает вероятный вывод, когда нет стопроцентной уверенности исключить обратное.

Сделал вывод о том, что место столкновения на левой полосе движения в сторону Москвы, исходя из динамики и механизма контактирования и разброса транспортных средств. Поскольку не было привязки осыпи стекла и грязи к краям проезжей части, им был дан вероятный вывод о месте столкновения. Место совершения ДТП на полосе движения в сторону г.Истры, менее вероятно.

Методика определения места столкновения по разбросу транспортных средств имеется, данная мотивировка им дана на л.д.8 экспертизы. В данной ситуации расчетов не бывает.

Методики по определению места столкновения по деформации частей автомобиля, не существует.

На заключение экспертизы угол кривизны проезжей части, наличие поворота на данном участке дороги, не могло повлиять, этот фактор незначителен. Также не использовал для дачи заключения показания свидетелей о том, где на проезжей части располагалась наибольшая концентрация осыпи стекла и грязи.

Добыть новые исходные данные, для того, чтобы дать более точное заключение, на его взгляд, невозможно.

Из заключения автотехнической экспертизы (№),(№)1от (Дата обезличена), проведенной в РФЦ СЭ при МЮ РФ, следует, что в данном случае отсутствие следов перемещения автомобилей «Сузуки» и «Лексус» как до столкновения, так и после него, не позволяет экспертным путем определить траектории их сближения и не позволяет определить их расположение относительно границ проезжей части к моменту первичного контакта, то есть определить координаты места их столкновения по ширине проезжей части.

Исходя из повреждений полученных автомобилем «Лексус» и «Сузуки Гранд Витара» можно сделать вывод о том, что при столкновении контактировали левая половина передней части автомобиля «Сузуки» с правой боковой передней частью автомобиля «Лексус», при этом угол между продольными осями указанных транспортных средств к моменту их первичного контакта был близок к прямому, то есть к 90°. В данном случае имел место занос технически исправного автомобиля «Лексус».

В данном случае, как указано выше, экспертным путем невозможно определить траектории движения автомобилей «Сузуки» и «Лексус» перед столкновением и тем самым невозможно определить действительные координаты места их столкновения, данные обстоятельства не позволяют оценить действия водителей указанных автомобилей в свете требований ПДД РФ. (т.2 л.д. 10-18).

Допрошенный в судебном заседании ведущий эксперт-автотехникРФЦ СЭ приМЮ РФКочергин Б.Ф. пояснил, что по уголовному делу в отношении Челяпова проводил повторную автотехническую экспертизу. Выводы своей экспертизы подтверждает.

На вопрос о том, где произошло столкновение транспортных средств, экспертиза не дает ответа, поскольку на схеме к протоколу осмотра места ДТП на проезжей части отражена только осыпь стекла и грязи, а также отделившиеся детали. Следов перемещения автомобилей на проезжей части не отражено. Указанная на схеме площадь осколков располагалась на обоих сторонах проезжей части и осыпь стекла и грязи не имеет привязки к краям проезжей части. Указанные обстоятельства не позволяют определить конкретные координаты места столкновения по ширине проезжей части.

Считает, что по механизму контактирования транспортных средств место столкновения транспортных средств определить невозможно; по разбросу транспортных средств также не предоставляется возможным это сделать, так как такой методики нет.

Вероятное заключение он (К3) не дает. Для того, чтобы дать ответ на поставленный перед экспертом вопрос, нужны зафиксированные следы перемещения, следы сдвига колес, выбоины образованные от деталей автомобиля на асфальте и на земле, осыпь земли.

Поскольку осыпь располагалась на обеих частях дороги, место столкновения определить не удалось.

При даче своего заключения показания свидетелей в части места наибольшей концентрации осыпи осколков, не учитывал.

Кривизна дороги на данном участке, а именно повороты вправо и лево, не могли повлиять на заключение, поскольку повороты не указывают на место столкновения.

Из заключения автотехнической судебной экспертизы (№)от (Дата обезличена), проведенной в ЭКЦ при МВД России, следует, что механизм рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия в полном объеме экспертным путем установить не представляется возможным по причине недостаточности объема информации, имеющейся в распоряжении экспертов, и, в частности, отсутствия фиксации каких-либо следов автомобилей «Лексус» и «Сузуки» на месте происшествия.

Место столкновения автомобилей «Лексус» и «Сузуки Гранд Витара», вероятно, находилось на стороне проезжей части, предназначенной для движения в направлении г. Москва, в районе расположения осыпи осколков стекла, осколки бампера и других частей автомобилей.

В данной дорожно-транспортной обстановке водителю автомобиля «Лексус» следовало руководствоваться требованиями части 1 пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ.

Водителю автомобиля «Сузуки Гранд Витара» в данной дорожно-транспортной обстановке следовало руководствоваться требованиями части 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ. (том 3 л.д. 18-39).

Допрошенный в судебном заседании эксперт-автотехник ЭКЦ МВД РФ С.А.В. пояснил, что выводы своей экспертизы подтверждает. Для проведения экспертизы ему были предоставлены материалы дела и автомобили, которые осматривал лично.

При даче заключения использовал схему и протокол осмотра места ДТП. Показания свидетелей о месте расположения осыпи стекла и грязи во внимание не принимал, так как эти данные носят субъективный характер.

На схеме ДТП привязка осыпи стекла и грязи к элементам проезжей части отсутствует, об этом указано на л.д.7 заключения.

Пришел к выводу о том, что место столкновения наиболее вероятно находится на полосе движения в сторону Москвы, поскольку есть признаки, позволяющее определить вероятное расположение места столкновения, а именно - конечное положение транспортных средств, расположение направления следов скольжения просматриваемых на фототаблице, о чем указано в заключении на л.д.6 заключения.

На рисунке (№) экспертизы по сопоставлению зон повреждения автомобилей определено взаиморасположение транспортных средств в момент их первичного контакта.

На рисунке (№) показано поэтапное взаиморасположение автомобилей при взаимодействии в ходе ДТП, к месту столкновения это привязать невозможно, поскольку отсутствуют следы, но можно сделать вывод о том, что место столкновения, вероятно, располагалось на проезжей части в сторону Москвы. Расчетов в данной ситуации быть не может, поскольку не указаны скорости автомобилей и размеры от начала столкновения до конечного расположения автомобилей.

На рис.5 экспертизы отразил вероятное расположение автомобилей в момент первичного контакта.

Анализ признаков и обоснования почему пришел к выводу о вероятном месте столкновения, отображены на л.д.6-15 экспертизы.

Маловероятно, что столкновение произошло на полосе движения в сторону г.Истры.

Передняя часть автомобиля Сузуки являлась поверхностью экранирования для осколков стекла, поскольку у автомобиля «Лексус» в результате контактирования была отделена передняя часть, а в момент их первоначального контакта они контактировали левой стороной передней части автомобиля «Сузуки» и передней частью правой боковой стороны автомобиля «Лексус» и те осколки, которые располагались в зоне их контакта в первоначальный момент, были зажаты между контактирующими поверхностями, а отделившиеся части автомобиля «Лексус» имели возможность свободно перемещаться.

Анализируя схему и место расположения этих частей, можно сказать о том, что силовые воздействия, приведшие к их перемещению, возникли от автомобиля «Сузуки». Это говорит о том, что место столкновения наиболее вероятно располагалось на полосе движения в сторону Москвы.

Взаиморасположение автомобилей при первичном контакте друг с другом влияет на их расположение после контакта. Согласно методическим рекомендациям «решения отдельных вопросов судебно-технической экспертизы», расположение обоих транспортных средств после продольного встречного столкновения на одной стороне проезжей части - признак того, что столкновение произошло на этой же стороне проезжей части. В данном случае не продольное встречное столкновение, а косое, но оно встречное, поэтому этот признак имеет место.

Место столкновения автомобилей «Лексус» и «Сузуки» на стороне проезжей части автомобиля «Лексус» маловероятно, поскольку отделившиеся части автомобилей были бы расположены иначе, но такой методики расчетов не существует.

Кривизна проезжей части на данном участке дороги на выводы экспертизы каким-либо способом повлиять не может.

Поскольку все предыдущие экспертизы имели вероятное заключение, а экспертиза (№),(№)1от (Дата обезличена) дала заключение о невозможности определить действительные координаты места столкновения автомобилей, судом по ходатайству гособвинителя назначалась дополнительная автотехническая экспертиза (эксперт Чубченко), из заключения которой следует, что место столкновения автомобилей «Лексус» и «Сузуки» расположено на стороне движения в сторону г. Москва, то есть на стороне движения автомобиля «Сузуки».

Допрошенный в судебном заседании эксперт А.Л. подтвердил выводы своей экспертизы и пояснил, что дал категоричное заключение, поскольку предыдущие эксперты недостаточно исследовали фотоснимки, на которых видна следовая картина, а именно: структура осыпи и следов автомобиля, образовавшихся перед их остановкой.

К заключению приложено 3 фотоснимка, на которых эти следы видны отчетливо. На странице 3 заключения, в 3 и 4 абзацах, идет исследование данных фотоснимков. На первом фото - расположение автомобиля «Сузуки» - хорошо видны следы в виде содранного дерна и травы. На черно-белых снимках, которые исследовали предыдущие эксперты, это видно крайне плохо. На втором снимке показан стоящий автомобиль «Лексус», в задней части автомобиля присутствуют следы в виде содранного дерна.

На черно-белом снимке информация ущербна, только при изменении цветовых характеристик можно увидеть необходимую информацию. Использовал цветные фотоснимки с места ДТП и просматривал их на компьютере, об этом имеется ссылка в исследовательской части заключения. Предыдущие эксперты не описывали, с помощью каких технических средств они просматривали снимки с места ДТП.

В результате, по следам, расположенным на снимках, определил направление движения автомобилей перед их остановкой.

Кроме того, предыдущие эксперты не обладали информацией о кривизне дороги в месте совершения происшествия. Данное обстоятельство важно при исследовании происшествия, произошедшего на закруглении дороги. По данным снимка данного участка дороги с космоса, радиус поворота получился 202 метра, с учетом этой величины выстроена схема (№), на которой показана проезжая часть, полосы, разделенной двойной линией разметки (1.3 ПДД РФ) и направление. С учетом предоставленных данных - расстояния от края проезжей части до передних и задних колес и расстояния между автомобилями, которое составляло 42 метра, на схеме (№) были построены автомобили со следами среза грунта, которые есть на схеме (№) и (№). Поскольку видно, что эти следы прямые, пунктиром было продолжено направление движения автомобиля. На схеме есть два варианта пересечения этих линий. При пересечении этих линий получилось предполагаемое место ДТП - левая полоса в направлении г.Москвы и на границе правой и левой полос в направлении г. Москвы.

Кроме того, пришел к категоричному выводу по исследованию фото с места ДТП, на котором отражены осколки от автомобилей. На снимке видно то, что не описано в протоколе и схеме, видно структуру осыпи (3 стр. заключения), на снимке четко видно, что мелкие частицы разбросаны только на полосе движения в сторону г.Москвы, наиболее крупные - в обоих направлениях, но даже на разделительной линии дорожной разметки, которая хорошо видна на снимке, нет мелких частиц осыпи, что дополнительно свидетельствует о том, что место столкновения находится на полосе движения в сторону г.Москвы.

Исследуя эти два аспекта (фтографии, где расположены автомобили со следами взрытия грунта и фотография на которой отражена осыпь стекла и грязи), пришел к выводу, что место столкновения расположено именно на стороне проезжей части в г.Москву. Предыдущие эксперты не исследовали данный аспект, не указали всех данных, которые необходимо указывать при производстве экспертизы, а именно, не указали, с помощью каких технических средств они исследовали фотографии. У них есть только констатация, что имеются следы, а не наличие выводов по этому поводу.

Кроме того, расположение автомобилей после ДТП на одной стороне, могло произойти только при смещении обоих автомобилей к правой стороне проезжей части автодороги в направлении г.Москвы. Предполагает, что автомобиль «Лексус», проходя левый поворот, наехал на разметку левыми передними колесами. При заносе автомобиль смещается к центру, на полосу движения в сторону Москвы. Автомобиль «Сузуки» тоже должен был отклоняться вправо, и при совместном смещении они оба должны были столкнуться и продолжить движения по своим траекториям.

Экспертиза не содержит математических формул, поскольку в данной ситуации в этом нет необходимости. Расчеты проводятся тогда, когда происходит блокирующий удар и машины вместе продолжают перемещение. В данной ситуации они не совершили блокирующий удар, поэтому формулы применять нет необходимости.

На схеме номер 3 заключения, расположение автомобиля «Лексус» не совпадает с его расположением на схеме к протоколу осмотра места ДТП, потому что автомобиль «Лексус» на схеме к заключению, показан в масштабе, с учетом размеров, указанных на схеме к протоколу осмотра места происшествия, а непосредственно на самой схеме места ДТП автомобиль «Лексус» показан не в масштабе.

На выводы экспертизы расположение автомобиля «Лексус», если он даже будет расположен под другим углом относительно автодороги, не повлияет.

Расстояние между машинами при даче заключения учитывалось (42 метра). При перемещении автомобилей на другое расстояние относительно друг друга, точка их пересечения на будет меняться. Для того чтобы точка столкновения автомобилей была на встречной полосе движения в сторону города Истры, расстояние между автомобилями должно составлять не менее 78 метров после столкновения.

Размер 4.2 метра до переднего правого колеса автомобиля «Лексус» также использовался при проведении экспертизы. На месте ДТП автомобиль «Лексус» был без передней части и этот размер установлен на схеме к протоколу осмотра места ДТП до передней части правого порога автомобиля «Лексус», однако разница в размерах будет составлять порядка 50 см, на схеме эти 50 см составят всего 2.5 мм - эта величина незначительна и изменение расположения автомобиля «Лексус» на схеме, приложенной к заключению, будет ничтожна и вывод экспертизы в связи с этим не поменяется.

На титульном листе экспертизы, где указано, что предупреждается за дачу ложного заключения, указан год 2009 г., это техническая описка, это было в 2010 г., следует читать 2010 год. Также не правильно указано, что предупрежден об уголовной ответственности 08 июля 2010 г. - это тоже техническая описка, на самом деле предупреждался об уголовной ответственности 9 июля, когда дело поступило на экспертизу. Также в экспертизе допущена описка: в 3 и 4 абзацах на странице номер 3 заключения говориться о фотоматериале и схемах, следует читать вместо схемы 1 схема 2, вместо схемы 2 - схема 1.

После предоставления судом эксперту А.Л. для обозрения фото и видеоматериалов с места ДТП, сделанных свидетелем Т.Б. с мобильного телефона и приобщенных к материалам уголовного дела по ходатайству стороны защиты, эксперт А.Л. пояснил, что на снимке не различим стоящий автомобиль, нет других автомобилей, которые присутствовали в момент осмотра места происшествия, что не позволяет и не позволит в дальнейшем использовать данные этого снимка, поскольку эксперт обязан использовать только достоверные данные. В момент осмотра места происшествия были определены два размера - 3.5 метра и 4.2 метра, определявшие положение автомобиля «Лексус» в момент осмотра места происшествия. Автомобиль «Сузуки» на своей схеме тоже располагал согласно размерам 3.1 метра и 4.4 метра, согласно данным, которые были предоставлены. Если просмотреть фотоснимок на л.д. 19 т.1, можно придти к выводу, что автомобиль «Сузуки» не передвигался. Согласно замерам автомобиль «Лексус» и автомобиль «Сузуки» практически расположены под одним углом относительно проезжей части автодороги.

По просмотренной видеозаписи также нельзя определить, под каким углом находился автомобиль «Лексус» в момент осуществления данной видеозаписи, потому что на ней нет критериев в виде створов на которые можно было бы ориентироваться. Согласен с тем, что на схеме номер 3 автомобиль «Лексус» расположен немного под более острым углом, но при изменении угла автомобиля «Лексус» на более тупой, вывод экспертизы остался бы прежним.

Несмотря на наличие в материалах дела двух автотехнических экспертиз, выводы которых носят предположительный характер (экспертизы (№) и (№)), одной экспертизы, в которой содержатся выводы о невозможности определить место столкновения автомобилей (экспертиза (№);(№)) и экспертизы, которая содержит категоричный вывод о месте столкновения автомобилей (экспертиза (№)), суд принимает во внимание и кладет в основу приговора автотехническую экспертизу за (№), в соответствии с выводами которой место столкновения автомобилей «Лексус» и «Сузуки» расположено на стороне движения направления к Москве, то есть на стороне движения автомобиля «Сузуки».

В компетентности и квалификации эксперта А.Л., проводившего данную экспертизу, у суда не возникает сомнений, данный эксперт имеет стаж экспертной работы более 35 лет, имеет высшее техническое образование и квалификацию инженер-механик по специальности «Автомобили и автомобильное хозяйство», для производства экспертизы данному эксперту были предоставлены достаточные материалы и надлежащие объекты исследования.

Выводы экспертиз, имеющих вероятный вывод о месте столкновения автомобилей «Сузуки» и «Лексус» (экспертизы (№) и (№)) суд принимает во внимание только в той части, в которой они не противоречат заключению эксперта А.Л., при этом суд находит убедительными доводы эксперта А.Л. о причинах, послуживших основанием для дачи предыдущими экспертами вероятного вывода о месте столкновения автомобилей.

Заключение автотехнической экспертизы (№);(№) которая не смогла дать ответ о месте столкновения автомобилей, суд не может принять во внимание, поскольку при производстве данной экспертизы, как следует из описательной ее части, были использованы только протокол осмотра места ДТП со схемой и данные осмотра транспортных средств экспертами. Те данные, которые при производстве автотехнической экспертизы использовал эксперт А.Л., а именно: исследование цветных фотоснимков, информация о кривизне данного участка автодороги, и исследование цветных фотоснимков с места ДТП, где отражены осколки автомобилей, экспертами, проводившими экспертизу за (№);(№), не использовались, в связи с чем выводы данной экспертизы суд не принимает во внимание.

Таким образом, суд считает установленным, что место столкновения автомобилей «Сузуки» и «Лексус» расположено на стороне движения автомобиля «Сузуки».

Что касается имеющихся в заключении эксперта А.Л. неточностей, то данный эксперт по этому поводу дал пояснения, что это техническая описка.

Указанные технические описки не влияют на выводы автотехнической экспертизы и не влекут за собой признание данной экспертизы недопустимым доказательством.

С учетом поправок, высказанных экспертом А.Л., дату предупреждения эксперта об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, следует читать «09 июля 2010 г.»; в 3 и 4 абзацах на странице номер 3 заключения следует читать вместо «схеме 1» читать «схеме 2», вместо «схеме 2» читать «схеме 1».

Нарушений закона при производстве автотехнической экспертизы экспертом А.Л., вопреки доводам подсудимого Л.И., суд не усматривает. Тот факт, что эксперт А.Л. определил радиус поворота проезжей части, где было совершено ДТП, не является нарушением при производстве экспертизы, поскольку в соответствии с п.4 ч.3 ст.57 УПК РФ эксперт вправе давать заключение в пределах своей компетенции, в том числе по вопросам, хотя и не поставленным в постановлении о назначении экспертизы, но имеющим отношение в предмету экспертного исследования.

Данные действия эксперта не являются самостоятельным сбором материалов для экспертного исследования, поскольку все исходные данные для экспертного исследования были предоставлены эксперту судом.

В обвинительном заключении органами следствия указано, что столкновение транспортных средств произошло в районе 51 км.+300 метров автодороги Москва-Волоколамск.

В ходе судебного следствия сотрудник ДПС Б.А.А., составлявший протокол осмотра места ДТП и схему к нему, пояснил, что допускает, что от указателя «51 км» до места ДТП расстояние больше, чем он указал в схеме - 300 метров. Почему в схеме и в протоколе указал, что данное расстояние 300 метров, объяснить не смог, так как прошло много времени.

Судом с участием сторон и свидетеля Б.А.А. установлено, что местом столкновения автомобилей является участок автодороги 51 км.+890 м. С данным расстоянием были согласны как подсудимый Челяпов, так и потерпевший В.В., подтвердившие, что ДТП произошло на данном участке дороги, свидетель же Б.А.А., сотрудник ДПС, подтвердил, что именно это место было предметом осмотра места ДТП имевшего место (Дата обезличена)

Таким образом, суд считает необходимым изменить указание в обвинении Челяпова о месте столкновения транспортных средств, указав, что столкновение транспортных средств произошло на участке 51 км.+890 м. автодороги Москва-Волоколамск.

Изменяя обвинение в этой части, суд не выходит за пределы предъявленного Челяпову обвинения и это не нарушает его право на защиту, а также вопреки доводам Челяпова не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст.237 УПК РФ.

Приобщенное в последнем слове Челяпова (Дата обезличена) постановление заместителя прокурора Московской области от (Дата обезличена), которым удовлетворена жалоба Челяпова на ненадлежащее расследование уголовного дела не является доказательством по делу, а является лишь процессуальным документом должностного лица, принятого по жалобе Челяпова, и наличие данного постановления, вопреки доводам Челяпова, также не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Доводы защиты и подсудимого Челяпова о том, что протокол осмотра места ДТП и схему к нему, а также производные от них доказательства, в том числе и экспертизу эксперта А.Л. следует признать недопустимым доказательством, являются несостоятельными.

Действительно протокол осмотра места ДТП не содержит в себе некоторых данных, указанных в схеме (т.1 л.д.8-11,12), однако допрошенные в судебном заседании понятые В.А., М.А.В. и А.М. подтвердили правильность замеров, указанных в схеме к протоколу осмотра места ДТП. Не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей у суда нет оснований, поэтому как схему к протоколу осмотра места ДТП, кроме данных о том, что ДТП произошло на участке +300 м., так и сам протокол осмотра места ДТП суд не может признать недопустимыми доказательствами и кладет их в основу приговора.

То обстоятельство, что в приобщенной к материалам уголовного дела по ходатайству Челяпова фотокопии схемы к протоколу осмотра места ДТП, отсутствует подпись инспектора Б.А.А., также не является обстоятельством, ставившим под сомнение данную схему в целом, поскольку приобщенный документ является фотокопией, что не исключает фотомонтаж в целях дискредитации подлинного документа, кроме того, данная фотокопия не заверена соответствующим должностным лицом, что также вызывает сомнение в том, что данная фотокопия соответствует оригиналу.

Доводы Челяпова о том, что понятые не принимали участие в осмотре автомобилей, а также показания свидетеля А.М. о том, что он не принимал участие в осмотре автомашин, также несостоятельны и опровергаются показаниями свидетеля В.В., подтвердившего достоверность данных, изложенных и в протоколах осмотра транспортных средств, которые производились с его участием и с участием второго понятого.

Не доверять показаниям свидетеля В.В. в этой части у суда нет оснований.

Показания свидетелей защиты, которые не были очевидцами ДТП, о том, что наибольшая концентрация осыпи стекла и грязи находилась на полосе движения в сторону г.Истра, и свидетелей обвинения, которые также не были очевидцами ДТП, о том, что наибольшая концентрация осыпи стекла и грязи находилась на стороне движения в сторону г.Москвы, суд не принимает во внимание, поскольку данные утверждения свидетелей носят субъективный характер, размер осыпи стекла и грязи в схеме к протоколу осмотра места ДТП не имеет привязки к проезжей части, что не позволяет проверить правдивость показаний свидетелей, кроме того, как показали эксперты, проводившие автотехнические экспертизы, никто из них при даче заключения не принимал во внимание показания свидетелей в этой части.

Утверждение свидетелей защиты К.В., В.А. и Васильева о том, что свидетель А.Я. пояснял, что ДТП произошло на стороне проезжей части по которой двигалась автомашина Челяпова, опровергается показаниями свидетеля А.Я., оглашенными в судебном заседании, из содержания которых следует, что самого столкновения и обстоятельства ДТП он не видел и не может пояснить, какой автомобиль выехал на встречную полосу движения.

В судебном заседании подсудимый Челяпов и сторона защиты поставили под сомнение расстояние между автомобилями (42 м.), указанное в схеме к протоколу осмотра места ДТП и с помощью показаний дополнительных свидетелей защиты И.В., Т.Б., А.П., К.В. и Н.В.В., которые самостоятельно произвели замеры на данном участке дороги от знаков 4.1.1 и 3.24 на полосе движения в сторону г.Москвы, до знаков на противоположной стороне проезжей части у съезда на дачный поселок, где произошло ДТП. Челяпов возражал против того, что данное расстояние между автомобилями, составляло 42 метра. Кроме того, стороной защиты было заявлено ходатайство о приобщении к материалам уголовного дела справки с 11 СБ ДПС 1-го спецполка «Северный», согласно которой на данном участке дороги с (Дата обезличена) по настоящее время дорожные знаки и их места расположения не менялись, а данными о замене не располагают.

Данное утверждение Челяпова и его защитника суд не может принять во внимание, поскольку допрошенные в судебном заседании понятые подтвердили правильность замеров, указанных в схеме, в том числе и расстояние между автомашинами, сам Челяпов на начальной стадии судебного следствия не ставил под сомнение указанное расстояние между машинами после ДТП, а кроме того, дорожные знаки 4.1.2 и 2.5 находящиеся у поворота на грунтовую дорогу, с помощью которых защита оспаривает расстояние между автомашинами, не имеют привязки к автомашинам, находящимся на противоположной стороне проезжей части, как пояснил свидетель Б.А.А., схема ДТП составлена не в масштабе, в связи с чем не доверять тому обстоятельству, что расстояние между автомашинами составляло 42 метра, у суда нет никаких оснований.

Следует отметить, что правомерность действий следователя СО СУ СК при прокуратуре РФ по г.Истра И.В., проводившего проверку по заявлению Челяпова о возбуждении уголовного дела в отношении Б.А.А. по факту фальсификации схемы и протокола осмотра места ДТП, вызывает сомнение, поскольку на момент принятия соответствующего заявления от Челяпова, уголовное дело находилось в производстве Истринского горсуда, и указанные доводы Челяпова должны проверяться в рамках данного уголовного дела в ходе судебного следствия.

Между тем, суд не находит в действиях инспектора ДПС Бабенкова при составлении схемы и протокола нарушений, влекущих за собой уголовную ответственность. Судом установлено, что и схема и протокол осмотра места ДТП имеют расхождение, однако по причинам, изложенным выше, суд не может признать данные документы недопустимыми доказательствами, а расстояние от знака 51 км. до места ДТП суд подкорректировал с учетом данных, полученных в ходе осмотра места ДТП с участием сторон.

Что касается несоответствия замеров дорожного полотна, указанных в схеме к протоколу осмотра места ДТП с аналогичными замерами, установленными в ходе осмотра места ДТП судом, то это несоответствие объясняется тем, что на данном участке дороги в июле 2007 г. были выполнены работы по ремонту асфальтированного покрытия проезжей части и ежегодно выполняются работы по восстановлению дорожной разметки. (л.д.63 т.4).

Приобщенная к материалам уголовного дела фото и видеофиксация места ДТП, сделанная свидетелем Т.Б. с мобильного телефона в день ДТП, не подтверждает версию Челяпова о месте столкновения транспортных средств на полосе движения в сторону г.Истра; о большем, чем 42 м. расстояния между автомобилями после ДТП; и доводы относительно расположения автомобиля «Лексус» к проезжей части.

Как следует из показаний эксперта А.Л., на фотоснимке неразличим стоящий автомобиль, нет других автомобилей, которые присутствовали в момент осмотра места происшествия, что не позволяет и не позволит в дальнейшем использовать данные этого снимка, поскольку эксперт обязан использовать только достоверные данные. В момент осмотра места происшествия были определены два размера - 3.5 метра и 4.2 метра, определявшие положение автомобиля «Лексус» в момент осмотра места происшествия. Автомобиль «Сузуки» на своей схеме тоже располагал согласно размерам 3.1 метра и 4.4 метра, согласно данным, которые были предоставлены. Если просмотреть фотоснимок на л.д. 19 т.1, можно придти к выводу, что автомобиль «Сузуки» не передвигался. Согласно замерам автомобиль «Лексус» и автомобиль «Сузуки» практически расположены под одним углом относительно проезжей части автодороги.

По просмотренной видеозаписи также нельзя определить, под каким углом находился автомобиль «Лексус» в момент осуществления данной видеозаписи, потому что на ней нет критериев в виде створов, на которые можно было бы ориентироваться. Согласен с тем, что на схеме номер 3 автомобиль «Лексус» расположен немного под более острым углом, но при изменении угла автомобиля «Лексус» на более тупой, вывод экспертизы остался бы прежним.

То обстоятельство, что в своем заключении эксперт А.Л. использовал расстояние 4.2 м. от края проезжей части до правого переднего колеса автомашины «Лексус», а не до начала правого переднего порога данной автомашины, также не повлияет на выводы эксперта о месте столкновения транспортных средств.

Как следует из показаний эксперта А.Л., на месте ДТП автомобиль «Лексус» действительно был без передней части и этот размер установлен на схеме к протоколу осмотра места ДТП до передней части правого порога автомобиля «Лексус», однако разница в размерах (если измерять данное расстояние до начала правого порога) будет составлять порядка 50 см, на схеме эти 50 см составят всего 2.5 мм - эта величина незначительна и изменение расположения автомобиля «Лексус» на схеме приложенной к заключению, будет ничтожна и вывод экспертизы в связи с этим не поменяется.

Доводы Челяпова о том, что фототаблица к протоколу осмотра места происшествия приобщена к материалам уголовного дела следователем А.Ю. незаконно, также несостоятельны.

В материалах дела имеется запрос следователя А.Ю., в производстве которого находилось уголовное дело, от (Дата обезличена) на имя начальника 11 СБ ДПС «Северный» о предоставлении фотографий осмотра места происшествия и электронного носителя с фотографиями (т.1 л.д.22). В соответствии с запросом следователю были предоставлены запрашиваемые материалы (т.1 л.д.23).

Таким образом, совокупность собранных по делу доказательств, позволяет суду сделать вывод, что вина Челяпова Н.И. в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, доказана материалами дела и нашла свое подтверждение в ходе судебного следствия.

Действия Челяпова Н.И. по ст.264 ч. 2 УК РФ (в редакции ФЗ от 13 июня 1996 г.) органами следствия квалифицированы правильно.

Нарушения п.п. 1.4, 9.2, 10.1 Правил дорожного движения Челяповым Н.И. находятся в причинной связи с наступившими последствиями.

При назначении наказания Челяпову суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного Челяповым Н.И. преступления, его состояние здоровья, личность подсудимого, который ранее не судим, совершил преступление впервые, относящееся к категории неосторожных, женат, пенсионер, по месту жительства характеризуется положительно.

Суд не может вопреки доводам защиты и Челяпова признать смягчающим наказание обстоятельством управление погибшим В.В. транспортным средством с не пристегнутыми ремнями безопасности, поскольку соответствующих данных о том, что водитель В.В. управлял транспортным средством будучи не пристегнутым ремнями безопасности, в материалах дела не содержится.

Несмотря на положительную характеристику Челяпова и то обстоятельство, что он ранее не судим, суд тем не менее считает, что Челяпову следует назначить наказание в виде реального лишения свободы, с лишением права управления транспортным средством.

Обстоятельств, позволяющих назначить Челяпову наказание с применением ст.73 или 64 УК РФ, суд не усмаотривает.

Гражданский иск потерпевшего В.С. в части возмещения материального ущерба подлежит удовлетворению в полном объеме. Взысканию с Челяпова Н.И. в пользу В.С. подлежит 553 964 рубля (лекарства - 13.447 руб.; 62 247 руб. - расходы на похороны; 478 240 руб. - расходы на приобретение памятника).

Что касается размера морального вреда, подлежащего возмещению в пользу потерпевшего, суд, с учетом физических и нравственных страданий, причиненных потерпевшему В.С. действиями подсудимого, а также с учетом имущественного положения Челяпова Н.И. оценивает сумму морального вреда, подлежащего возмещению в пользу потерпевшего в размере 400 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст.307,308,309 УПК РФ, ст.1064, 1079, 1099-1101, 151 ГК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать виновным ЧЕЛЯПОВА Николая Ивановича по ст.264 ч. 2 УК РФ (в редакции федерального закона № 63-ФЗ от 13.06.1996 года) и назначить наказание - 1 (один) год 6 (шесть) месяцев лишения свободы в колонии-поселении, с лишением права управлять транспортным средством на срок 2 (два) года.

Осужденному Челяпову Н.И. следовать в колонию-поселение самостоятельно в соответствии с предписанием о направлении к месту отбывания наказания территориального органа уголовно-исполнительной системы.

Меру пресечения Челяпову Н.И. до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю - подписку о невыезде.

Взыскать с Челяпова Н.И. в пользу потерпевшего В.С. в счет возмещения материального ущерба - 553 964 рубля, в счет возмещения морального вреда - <данные изъяты> рублей.

Вещественные доказательства: а/м «Сузуки Гранд Витара» (№), хранящийся на территории ЗАО «<данные изъяты>» по адресу: (адрес) - передать О.; а/м «Лексус» № (№), хранящийся там же, - передать Челяпову Н.И.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Мособлсуд в течение 10 суток со дня провозглашения, осужденным Челяповым - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чем должно быть указано в кассационной жалобе, которая должна соответствовать ст.375 УПК РФ, поданной в установленные законом сроки, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий:

Суд:

Истринский городской суд (Московская область) (подробнее)

Подсудимые:

Челяпов Н.И. (подробнее)

Судьи дела:

Алексеенко Анатолий Викторович (судья) (подробнее)


Судебная практика по:

Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вреда
Судебная практика по применению норм ст. 151, 1100 ГК РФ

Ответственность за причинение вреда, залив квартиры
Судебная практика по применению нормы ст. 1064 ГК РФ

Источник повышенной опасности
Судебная практика по применению нормы ст. 1079 ГК РФ

Нарушение правил дорожного движения
Судебная практика по применению норм ст. 264, 264.1 УК РФ