Постановление от 13 февраля 2023 г. по делу № А61-5422/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-5422/2019
г. Краснодар
13 февраля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 7 февраля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 февраля 2023 г.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Илюшникова С.М. и Резник Ю.О., в отсутствие акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк», ФИО1, ФИО2 и иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, при рассмотрении кассационной жалобы акционерного общества «Российский сельскохозяйственн ый банк» на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 19.08.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2022 по делу № А61-5422/2019 (Ф08-108/2023), установил следующее.

В рамках дела о банкротстве ФИО1 (далее – должник) в Арбитражный суд Республики Северная Осетия – Алания обратилось акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – кредитор, банк) с заявлением о признании недействительной сделкой договора займа от 01.10.2018, заключенного ФИО1 и ФИО2 (далее – ответчик).

Определением суда от 19.08.2022, оставленным без изменения постановлением от 07.12.2022, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе банк просит отменить обжалуемые судебные акты, ссылаясь на то, что договор займа является мнимой, заключенной аффилированными лицами в период неплатежеспособности сделкой.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции надлежит оставить без изменения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 13.12.2019 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.

Решением суда от 28.05.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника.

Определением суда от 29.03.2021 финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

В суд обратился банк с заявлением, в котором просил признать недействительной сделкой договор займа от 01.10.2018, заключенный ФИО1 и ФИО2

В обоснование заявленных требований банк ссылался на наличие у должника признаков неплатежеспособности, которая подтверждается вступившими в законную силу судебными актами, о чем ответчик был осведомлен. Указывает на отсутствие доказательств предоставления денежных средств по договору займа, поскольку представленные расписки вызывают у банка сомнения. Кроме того, отсутствуют сведения о расходовании должником полученных денежных средств. Также банк указывает на аффилированность должника и ответчика.

Банк, полагая указанную сделку недействительной, совершенной для создания фиктивной кредиторской задолженности с целью вывода денежных средств, обжаловал ее в суд со ссылкой на статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались статьями 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 19, 32, 61.1, 61.2, 61.9, 213.23 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 166, 168, 170, 181, 807, 810 ГК РФ, разъяснениями постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"», от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

В ходе судебного заседания суды проверили, была ли направлена подлинная воля сторон на установление заемных правоотношений, либо договор займа является безденежным и имеет признаки мнимой сделки, направленной на искусственное создание необоснованной подконтрольной задолженности кредитора и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Суды пришли к выводу о том, что подтвержден факт заключения договора займа, факт передачи денежных средств, ФИО2 подтвердил свою финансовую возможность предоставления займа ФИО1 в сумме 24 млн. рублей, поскольку из деклараций формы 3-НДФЛ за 2015 – 2018 год следует, что он получил доход в размере 171 140 798 рублей, в том числе, за 2018 год – получил доход в размере 32 224 469 рублей. По пояснениям ФИО1, денежные средства были ему необходимы для приобретения ГСМ, семян, гербицидов.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что оспариваемый договор займа подписан исключительно с целью придания вида законности приобретения ФИО2 прав кредитора с целью получения необоснованных преимуществ в деле о банкротстве ФИО1 в нарушение прав независимых кредиторов должника.

Кроме того, следует учесть обстоятельства, установленные судом в данном деле при рассмотрении требований ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника указанной суммы задолженности по договорам займа. Вступившим в законную силу определением суда от 17.11.2020 по данному делу в третью очередь реестра включена сумма в размере 24 351 232 рубля 88 копеек (по договору займа от 01.10.2018). Суд установил наличие финансовой возможности у ФИО2 предоставить должнику по договору займа спорные суммы денежных средств, а также реальность договоров займа.

В пункте 26 постановления № 35 разъяснено, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Таким образом, при установлении обоснованности заявленного требования о включении в реестр суд проверяет наличие признаков ничтожности сделки, реальность предоставления по договорам займа. При рассмотрении требований ФИО2 о включении в реестр суд выяснял наличие финансовой возможности у заявителя предоставить спорные займы, а также реальность данного договора. То, каким образом должник потратил полученные денежные средства, не может нести негативные последствия для лица, реально предоставившего заем. С учетом изложенного доводы банка об отсутствии реальности данного договора займа и отсутствии финансовой возможности у ФИО2 предоставить спорные денежные средства фактически направлены на преодоление судебного акта в неустановленном порядке, без учета установленных судом обстоятельств реальности договора займа, которые в силу статьи 69 Кодекса являются преюдициальными.

Учитывая, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о совершении спорных сделок при злоупотреблении правом либо об их мнимости, суды пришли к верному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки должника недействительной.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

Доводы кассационной жалобы не опровергают правильности выводов судов, основаны на ином понимании заявителем норм права и по существу направлены на переоценку доказательств и фактических обстоятельств дела, что в силу статей 286 и 287 Кодекса не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. Оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы не имеется. Нарушения, предусмотренные статьей 288 Кодекса, не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 19.08.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2022 по делу А61-5422/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий И.М. Денека

Судьи С.М. ФИО5 Резник