Решение от 22 августа 2019 г. по делу № А45-47682/2018

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-47682/2018
г. Новосибирск
23 августа 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 19 августа 2019 года.

Решение в полном объёме изготовлено 23 августа 2019 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Цыбиной А.В., при ведении протокола помощником судьи Рахимовой О.Р., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Профф» (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

к акционерному обществу «Аэропорт Толмачево» (ОГРН <***>), г. Обь Новосибирской области,

о взыскании 620 246 рублей 60 копеек,

при участии представителей

истца: ФИО1, доверенность от 26.03.2019, паспорт,

ответчика: ФИО2, доверенность от 25.03.2019 № 19062, паспорт,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Профф» (далее – истец) обратилось с иском, уточнённым 14.08.2019 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к акционерному обществу «Аэропорт Толмачево» (далее – ответчик) о признании удержанной ответчиком суммы в размере 577 219 рублей 38 копеек неосновательным обогащением; о взыскании 577 219 рублей 38 копеек долга по оплате выполненных работ по договору подряда от 05.09.2017 № 01-13-170605; в случае признания удержания неустойки в сумме 577 219 рублей 38 копеек обоснованной, применить к данной сумме положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации; о взыскании 11 280 рублей 18 копеек неустойки за нарушение срока оплаты выполненных работ за период с 10.04.2018 по 30.05.2018; о взыскании 31 747 рублей 04 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 30.03.2018 по 27.12.2018.

По утверждению истца, он полностью исполнил обязательства по выполнению работ по договору подряда от 05.09.2017 № 01-13-170605 по текущему ремонту на объектах ответчика (смена разбитого остекления в витражах, замена стеклопакетов в витраже со стороны привокзальной площади), о чём 15.03.2018 сторонами подписан акт о приёмке выполненных работ № 1. Так как ответчик стоимость выполненных истцом работ оплатил частично, у него образовалась задолженность по оплате выполненных работ в размере 577 219 рублей 38 копеек. Поскольку ответчик образовавшуюся задолженность не оплатил, мотивируя отказ в оплате удержанием из стоимости выполненных работ суммы неустойки за нарушение срока выполнения работ, истец, полагая такое удержание незаконным, просил в судебном порядке признать удержанную ответчиком сумму неосновательным обогащением и взыскать её с ответчика в пользу истца. На случай признания удержания ответчиком неустойки обоснованным, применить к данной сумме положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, истец просил взыскать с ответчика неустойку за нарушение срока оплаты, рассчитанную от суммы 221 180 рублей 10 копеек, уплаченной ответчиком платёжным поручением от 30.05.2018 № 12681 за период с 10.04.2018 по 30.05.2018, а так же взыскать с ответчика 31 747 рублей 04 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 30.03.2018 по 27.12.2018, рассчитанных от 577 219 рублей 38 копеек.

Ответчик отзывом исковые требования не признал, заявил о том, что неустойка за нарушение срока выполнения работ была рассчитана в строгом соответствии с положениями договора. Так же ответчик заявил о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку заявленная истцом ко взысканию неустойка несоразмерна последствиям нарушения обязательства по оплате выполненных работ.

В ответ на отзыв ответчика истец представил свои возражения с несогласием одностороннего взыскания неустойки без согласия истца. По утверждению истца, нарушение срока выполнения работ произошло по вине ответчика, поскольку лишь 27.09.2017 было получено уведомление ответчика о необходимости заполнять пропуска в стерильную зону аэропорта для проверки сотрудников полицией, таможней, и это займёт одну-две недели. Сведения на монтажников высылались истцом 28.09.2017 и 03.10.2017 и лишь 11.10.2017 ФИО3 и двух монтажников вызвали на беседу в ЛОВД с целью проверки наличия судимости. 30.10.2017 монтажникам отказано в доступе. Формирование новой бригады монтажников и её одобрение заняли период до 15.11.2017.

По утверждению истца, ни договор, ни приложения к нему не содержали правил получения одобрения работников и выдачи пропусков, вследствие чего срок согласования и допуска работников истца к месту выполнения работ не может входить в срок нарушения обязательств истца по его вине (36 дней).

Так же истец указал, что габариты трёх стеклопакетов, указанные в дефектных ведомостях, не соответствовали фактическим – дефектная ведомость № 59 стеклопакет 1175*1115 мм – фактически стеклопакет 1170*1111 мм, дефектная ведомость № 60 два стеклопакета 2585/950 мм – фактически стеклопакеты 2979/946 мм, дефектная ведомость № 61 стеклопакет 1860*710 мм – фактически стеклопакет 1976*766 мм, что повлекло дополнительные временные и материальные затраты.

Кроме того, были установлены и иные ошибки в технической документации, выданной ответчиком. Так, после монтажа светопрозрачных конструкций в аэровокзальном комплексе было установлено, что они бликуют и зеркальное отражение световых лучей больше, чем у ранее установленных светопрозрачных конструкций. Всего по указанной причине пришлось произвести шесть из смонтированных стеклопакетов. В технической документации, по утверждению истца, отсутствовала информация на какой стороне – внутренней или внешней, должно производиться зеркальное напыление.

По утверждению истца, об ошибках технической документации ответчик извещался письмами от 19.12.2017 № 19.12/17 и от 29.12.2017 № 29.12/17. Так же, по утверждению истца, он обращался к ответчику за продлением срока выполнения работ. Данные письма ответчик оставлял без ответа, либо отказывал в продлении срока.

Истец полагает такое поведение ответчика злоупотреблением правом, что влечёт применение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы сторон, суд пришёл к следующим выводам.

05.09.2017 истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) заключён договор подряда № 01-13-170605 (далее – договор), по условиям которого подрядчик принял на себя обязательства на выполнение работ по текущему ремонту на объектах «Нежилое здание общей площадью 27434,5 кв.м.» (смена разбитого остекления в витражах) инв. номер -00000005000101, кадастровый номер 54:36:010801:884; сооружение: «Установка телескопических авиатрапов (ВВЛ галерея) 2 шт» (замена стеклопакетов), инв. номер 00000005005505, кадастровый номер 54:36:010801:220; здание «Блок расширения аэровокзала внутренних воздушных линий аэропорта «Толмачёво» (замена стекол и стеклопакетов), инв. номер 00000009005062, кадастровый номер 54:36:010801:0083:36:0017 и «Нежилое помещение (блок расширения № 2 аэровокзала внутренних воздушных линий» (замена стеклопакетов в витраже со стороны привокзальной площади), инв. номер 00000005005731, кадастровый номер 54:36:01:08:01:648, расположенных по адресу: 633104, Новосибирская область, г. Обь, Аэропорт «Толмачёво» (п. 1.1. договора). Подрядчик обязался за свой риск из собственных материалов, своими силами и средствами выполнить работы, указанные в п. 1.1 договора. Перечень (состав) и объём работ и перечень и количество материалов определяются расчётом стоимости работ (приложение № 5 к договору), подготовленным в соответствии с дефектными ведомостями от 24.05.2017 № 59, 60, 61, 62 (приложения №№ 1, 2, 3, 4 к договору). Заказчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат в установленном порядке и уплатить обусловленную договорную цену (п. 1.3 договора).

Договорная стоимость поручаемых работ определена в п. 2.1 договора с учётом дополнительного соглашения от 17.04.2018 № 1 в размере 977 577 рублей 80 копеек с учётом налога на добавленную стоимость. Оплата работ по договору производится заказчиком путём 20 % авансирования от стоимости работ по договору (199 178 рублей 32 копейки с учётом налога на добавленную стоимость) в течение пяти банковских дней с момента подписания договора и представления счёта (п. 9.1.1 договора). Оставшуюся часть от установленной стоимости выполненных работ с учётом перечисленного аванса и фактически выполненных объёмов работ заказчик оплачивает не позднее десяти банковских дней после подписания акта выполненных работ (п. 9.1.2 договора в редакции дополнительного соглашения от 17.04.2018 № 1).

В п. 3.1 договора стороны согласовали начало выполнения работ – с момента подписания договора, окончание работ – 30 календарных дней с момента подписания договора. Так как договор подписан сторонами 05.09.2017, истец должен был окончить выполнение работ 04.10.2017.

В порядке п. 5.1 договора заказчик приступает к приёмке выполненных работ в течение трёх рабочих дней после получения сообщения подрядчика об их готовности к сдаче. Не позднее следующего рабочего дня от даты окончания срока выполнения работ либо их части подрядчик представляет заказчику для подписания акт о приёмке выполненных работ, счёт-фактуру на данный вид работ и исполнительную документацию (п. 5.2 договора в редакции дополнительного соглашения от 17.04.2018 № 1). Подрядчик передаёт заказчику за три рабочих дня до начала приёмки результатов полностью выполненных им работ два экземпляра исполнительной документации согласно действующим нормам, с письменным подтверждением соответствия переданной документации фактически выполненным работам (п. 5.3 договора).

Согласно п. 5.4 договора, заказчик вправе отказаться от приёмки выполненных работ в случае обнаружения некачественно выполненных работ до момента устранения недостатков.

04.10.2017 ответчик уплатил истцу 199 178 рублей 32 копейки аванса (платёжное поручение от 04.10.2017 № 12681). Истец приступил к выполнению работ.

16.02.2018 истец составил акт о приёмке выполненных работ № 1. Данный акт подписан сторонами в двустороннем порядке. На стороне ответчика возникло обязательство по оплате выполненных работ с предельным сроком его исполнения 05.03.2018.

Исходя из договорного срока выполнения работ, к 16.02.2018 истец допустил нарушение срока выполнения работ по договору на 136 дней – с 05.10.2017 по 16.02.2018.

30.05.2018 ответчик уплатил истцу 221 180 рублей 10 копеек за выполненные работы (платёжное поручение от 30.05.2018 № 16704), то есть с нарушением установленного договором срока оплаты.

05.12.2018 истец обратился к ответчику с претензией об оплате долга по договору на сумму 577 219 рублей 38 копеек.

Статья 329 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет сторонам возможность обеспечить исполнение обязательств в том числе неустойкой, предусмотренной законом или договором.

В соответствии со статьёй 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признаётся определённая законом или договором сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В порядке п. 10.3 договора в случае нарушения заказчиком срока оплаты выполненных работ подрядчик вправе потребовать от заказчика уплаты неустойки в размере 0,1 % от неуплаченной суммы долга за каждый день просрочки.

Истец рассчитал неустойку за нарушение срока оплаты выполненных истцом работ от 221 180 рублей 10 копеек за период с 10.04.2018 по 30.05.2018 в размере 11 280 рублей 18 копеек.

Суд проверил расчёт неустойки, выполненный истцом, признал его верным. Ответчик расчёт неустойки, выполненный истцом, не оспорил.

Так как ответчик не доказал наличие оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд не нашёл оснований для удовлетворения заявления ответчика о снижении начисленной истцом неустойки.

Исковое требование о взыскании с ответчика 11 280 рублей 18 копеек неустойки удовлетворено судом на основании статей 329, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 10.4 договора в случае нарушения (неисполнение или ненадлежащее исполнение) подрядчиком своих обязательств по настоящему договору, заказчик вправе потребовать от подрядчика уплаты неустойки в размере: если период просрочки составляет от 1 до 30 дней – 0,1 %, от 31 до 60 дней – 0,2 %, от 61.до 90 дней – 0,4 %, более 90 дней 0,8 % от общей стоимости работ по договору за каждый день нарушения обязательства.

В силу пункта 10.6 договора, в случае нарушения подрядчиком своих обязательств, заказчик вправе произвести оплату по договору только после перечисления подрядчиком соответствующего размера неустойки (штрафа, пени), предусмотренных настоящим договором, или произвести оплату за выполненные работы путём выплаты подрядчику суммы, уменьшенной на сумму неустойки (штрафа, пени).

Ответчик письмом от 07.11.2017 № 13-18/118 указывал истцу на то, что он нарушил срок выполнения работ по договору и требовал выполнения работ.

Далее, письмом от 05.12.2017 № 13-18/136 ответчик указывал истцу, что работы по договору идут очень медленно, что были некорректно произведены замеры, вследствие чего четыре стеклопакета не подошли по размерам. Работы по монтажу стеклопакетов на терминале международных авиалиний остановлены по причине неправильного изготовления стеклопакетов – наружное стекло в стеклопакете установлено напылением вверх, что не соответствует формуле стеклопакета, заявленной в техническом задании. Истцу было указано на необходимость замены установленных стеклопакетов и сделано напоминание о возможности начисления неустойки по п. 10.4 договора.

03.04.2018 ответчик направил истцу письмо № 29/121 (вручено истцу согласно почтовому уведомлению 19.04.2018), в котором указал на нарушение истцом срока выполнения работ в период с 05.10.2017 по 16.02.2018, рассчитал неустойку за данный период согласно п. 10.4 договора в размере 557 219 рублей 38 копеек и заявил о принятом решении произвести оплату по договору с учётом положений п. 10.6 договора в размере 221 180 рублей 10 копеек (977 577 рублей 80 копеек – 199 178 рублей 32 копейки аванса – 557 219 рублей 38 копеек неустойки за нарушение срока выполнения работ).

20.12.2018 ответчик письмом № 29/373 «О рассмотрении претензии» (направлено почтой в адрес истца 27.12.2017) в ответ на претензию истца об оплате работ указал на нарушение истцом срока выполнения работ, произвёл расчёт пени по п. 10.4 договора за нарушение срока выполнения работ с 05.10.2017 по 16.02.2018 в размере 577 219 рублей 38 копеек. Со ссылкой на п. 10.6 договора ответчик заявил о том, что сумма оплаты по договору была уменьшена на сумму пени, остаток в размере 221 180 рублей 10 копеек (977 577 рублей 80 копеек – 199 178 рублей 32 копейки аванса – 557 219 рублей 38 копеек неустойки за нарушение срока выполнения работ) оплачен платёжным поручением № 16704.

Расчёт неустойки выполнен ответчиком верно, правовые основания для удержания суммы неустойки при расчёте с истцом имеются в силу п. 10.6 договора.

Исследуя наличие обстоятельств, исключающих вину истца в нарушении срока выполнения работ, суд пришёл к следующим выводам.

Согласно пункту 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Из пункта 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон либо кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера неустойки либо действовал недобросовестно, размер ответственности должника может быть уменьшен судом по этим основаниям в соответствии с положениями статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, что в дальнейшем не исключает применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По утверждению истца, основная задержка в выполнении работ (36 дней) была связана с длительным получением пропусков на монтажников, в чём истец усматривает вину ответчика.

Суд не может согласиться с данным утверждением истца.

В п. 8 технического задания к договору указано, что подрядчик должен соблюдать требования норм, правил и процедур по авиационной безопасности. АО «Аэропорт Толмачёво» является режимным предприятием, поэтому сотрудники подрядчика в случае, если этого требует законодательство Российской Федерации, должны иметь разрешения, аттестации, свидетельства и иные документы.

Требования к обеспечению транспортной безопасности изложены в находящихся в свободном доступе нормативных актах – Федеральном законе от 09.02.2017 № 16-ФЗ «О транспортной безопасности», «Требованиях по обеспечению транспортной безопасности, учитывающих уровни безопасности для различных категорий объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств воздушного транспорта» (утв. Приказом Минтранса России от 02.08.2011 № 40).

Из пунктов 5.31.15, 5.31.16 указанных выше Требований следует, что субъект транспортной инфраструктуры обязан осуществлять выдачу постоянных, временных пропусков по согласованию с уполномоченными подразделениями федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности Российской Федерации, федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

Согласно пункту 13 приказа МВД России от 21.12.2015 № 1203 «О порядке выдачи органами внутренних дел Российской Федерации заключения о возможности (заключения о невозможности) допуска лиц к выполнению работ, непосредственно связанных с обеспечением транспортной безопасности» (зарегистрирован в Минюсте России 12.02.2016 № 41084) выдача (направление) заключения осуществляется в срок не более 30 дней со дня регистрации письменного обращения заявителя в территориальном органе МВД России, осуществляющего выдачу заключения.

Из пояснений сторон следует, что первая бригада монтажником, предложенная истцом, не была допущена к производству работ после проверки ЛО МВД в аэропорту Толмачёво ввиду наличия судимостей у двух монтажников. При наличии должной осмотрительности истца, понимая необходимость оформления пропусков в стерильную зону аэропорта, данные обстоятельства могли бы быть выявлены им самостоятельно, а не в результате проведённой ЛО МВД в аэропорту Толмачёво проверки.

ЛО МВД в аэропорту Толмачёво сообщило суду, что в период с сентября по октябрь 2017 года истцом были направлены заявки на работников ФИО3 и ФИО4 Данные заявки были рассмотрены в соответствии с приказом МВД России от 21.12.2015 № 1203 «О порядке выдачи органами внутренних дел Российской Федерации заключения о возможности (заключения о невозможности) допуска лиц к выполнению работ, непосредственно связанных с обеспечением транспортной безопасности».

Таким образом, при передаче заявки на проверку в ЛО МВД в аэропорту Толмачёво 28.09.2017 срок её рассмотрения ЛО МВД в аэропорту Толмачёво окончился бы лишь 30.10.2017 (за пределами договорного срока выполнения работ). Из возражений истца на отзыв от 11.03.2019 следует, что ответчиком отказано в доступе монтажникам истца 30.10.2017, то есть в пределах тридцатидневного срока, нормативно установленного для проверки. Следующая бригада монтажников истца получила одобрение в течение недели, что так же не свидетельствует о наличии на стороне ответчика просрочки кредитора.

Доказательств того, что истцу было непонятно содержание п. 8 технического задания, истец суду не представил. Вплоть до получения от ответчика 27.09.2017 уведомления о необходимости заполнения форм на пропуска в стерильную зону аэропорта, истец решением данной задачи не занимался.

Кроме того, в техническом задании к ранее заключённому сторонами договору подряда от 26.02.2016 так же было указано на то, что ответчик является режимным предприятием.

За продлением срока выполнения работ впервые истец обратился к ответчику 29.12.2017, то есть почти через два месяца по окончанию срока выполнения работ (при том, что общий срок выполнения работ по договору составлял 30 дней).

В соответствии со статьёй 721 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан обеспечить качественное выполнение работ. Так как истец переделал результаты выполненных работ и по стеклопакетам с несоответствующими габаритами, и по стеклопакетам с ненадлежащим напылением, не затребовал проверки качества выполненных работ путём проведения экспертизы, следовательно, истец согласился с замечаниями ответчика о ненадлежащем качестве выполненных работ. Соответственно, вина за нарушение срока выполнения работ при переделке стеклопакетов лежит на истце и не может быть возложена на ответчика.

Так же суд отмечает, что в порядке статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации истец вправе был обратиться к ответчику за получением разъяснений относительно исполнения договора подряда и приостановить выполнение работ до получения соответствующих указаний ответчика. Согласно письму истца без номера и даты он не смог выполнить замеры всех оконных/витражных проёмов. При этом доказательств того, что выполнение работ было приостановлено истцом по этой причине, суду не представлено.

Ссылки истца на установление аномально низких температур, препятствовавших проведению работ, отклонены судом, поскольку низкие температуры воздуха установились в январе 2018 года, то есть существенно позднее окончания договорного срока выполнения работ. По тем же основаниям суд отклонил довод истца о необходимости демонтажа камер наблюдения (данное письмо датировано 16.11.2017, то есть по истечении договорного срока выполнения работ).

Так же суд не установил наличия оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Как следует из пункта 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) - пункт 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

В пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Истец не доказал наличие оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, не привёл никаких доводов, обосновывающих несоразмерность начисленной ответчиком неустойки за нарушение срока выполнения работ, вследствие чего к неустойке, рассчитанной ответчиком и удержанной из стоимости выполненных истцом работ статья 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежит.

Ссылки истца на высокие ставки неустойки отклонены судом. При этом суд принял во внимание, что при сроке выполнения работ один месяц (30 дней) истец окончил выполнение работ почти через шесть месяцев от начала их выполнения. Нарушение срока выполнения работ связано с плохой организацией выполнения работ истцом и отсутствием должного контроля за действиями работников со стороны руководства истца.

В отсутствие оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации исковые требования о признании удержанной ответчиком суммы неосновательным обогащением, о взыскании 577 219 рублей 38 копеек долга и о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации к сумме неустойки, начисленной ответчиком, удовлетворению не подлежат ввиду их необоснованности.

Так как суд отказал в удовлетворении указанных выше исковых требований, исковое требование о взыскании с ответчика 31 747 рублей 04 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на 577 219 рублей 38 копеек, удовлетворению так же не подлежит.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску суд в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнёс на стороны пропорционально удовлетворённым исковым требованиям. При этом суд не учитывал в качестве отдельных исковых требований для цели определения размера государственной пошлины по иску заявление истца о признании удержанной ответчиком суммы неосновательным обогащением и о применении к удержанной ответчиком сумме неустойки статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку эти утверждения истца входят в обоснование заявленного искового требования о взыскании долга по оплате выполненных работ и отдельной оплате государственной пошлиной не подлежат.

В связи с уменьшением истцом размера денежных исковых требований, ему надлежит возвратить часть государственной пошлины из федерального бюджета по основаниям статьи 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 части 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с акционерного общества «Аэропорт Толмачево» (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Профф» (ОГРН <***>) 11 280 рублей 18 копеек неустойки и 280 рублей 00 копеек судебных расходов по уплате государственной пошлины по иску, а всего 11 560 рублей 18 копеек. Отказать в остальной части иска.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Профф» (ОГРН <***>) из федерального бюджета 2 199 рублей 00 копеек государственной пошлины.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока с момента его принятия. Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск). Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

СудьяА.В. Цыбина