Решение от 29 ноября 2023 г. по делу № А51-23091/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-23091/2022
г. Владивосток
29 ноября 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 22 ноября 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 29 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Калягина А.К., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «СЭЙФКО» (ИНН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью «Клевер» (ИНН <***>), при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Индивидуального предпринимателя ФИО2, о запрете использовать товарный знак, взыскании 3 000 000 рублей,

при участии в судебном заседании:

от истца (до и после перерыва): представитель ФИО3 по доверенности от 01.08.2023, диплом о высшем юридическом образовании, паспорт; после перерыва - представитель ФИО4 по доверенности от 01.08.2023, диплом о высшем юридическом образовании, паспорт;

от ответчика: до и после перерыва – представитель ФИО5, паспорт, доверенность от 01.09.2023, диплом;

от третьего лица (до и после перерыва): представитель ФИО6 по доверенности от 15.05.2023, диплом о высшем юридическом образовании, паспорт.

установил:

Истец – Общество с ограниченной ответственностью «СЭЙФКО», уточнив свои исковые требования на основании ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ), обратился с исковыми требованиями к ответчику - Обществу с ограниченной ответственностью «Клевер» о запрете использования обозначения «3W CLINIC», сходного до степени смешения с товарным знаком Общества с ограниченной ответственностью «СЭЙФКО» (ИНН <***>) по свидетельству № 881642, при предложении к продаже и продаже товаров в отношении 3 класса Международной классификации товаров и услуг; взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак «3W CLINIC» в размере 3 000 000 рублей.

В судебном заседании 15.11.2023 арбитражный суд в порядке ст. 163 АПК РФ определил объявить в судебном заседании перерыв до 13 часов 15 минут 22.11.2023. О дате и времени продолжения судебного заседания по настоящему делу арбитражным судом размещено объявление в сети Интернет на официальном сайте арбитражного суда Приморского края. После окончания перерыва судебное заседание было продолжено 22.11.2023

Ответчик оспаривает исковые требования, сослался на наличие признаков злоупотребления правом в действиях истца по предъявлению настоящего иска; пояснил, что истец, не осуществляя до и после даты регистрации товарного знака собственную деятельность, целенаправленно предпринимал активные действия для выявления различных лиц, использующих сходное обозначение, для предъявления им исков, преследуя цель извлечения прибыли от таких действий. Кроме того, ответчик выражает несогласие с размером компенсации, считая его завышенным.

Третье лицо иск не оспаривает, относительно товара, приобретенного истцом в магазине, принадлежащем ИП ФИО2 (в ходе контрольной закупки), упаковка (этикетка) которого содержит товарный знак «3W CLINIC», поясняет, что указанный товар приобретен на территории РФ у иного поставщика - ИП ФИО7

Заслушав пояснения представителей сторон, третьего лица, исследовав собранные по делу доказательства, суд установил следующее.

ООО «СЭЙФКО» является правообладателем комбинированного товарного знака «3W CLINIC» (номер заявки: 2021726878, номер государственной регистрации: 881642, дата истечения срока действия исключительного права 30.04.2031, дата приоритета 30.04.2021), что подтверждается сведениями реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации, размещенными на официальном сайте Федерального института промышленной собственности, свидетельством о регистрации товарного знака.

Указанное обозначение было зарегистрировано Роспатентом 14.07.2022 в отношении товаров 3-го класса «ароматизаторы [эфирные масла]; бальзамы, за исключением используемых для медицинских целей; блески для губ; блестки для тела; вата для косметических целей; вата, пропитанная препаратами для удаления макияжа; вода ароматическая; вода лавандовая; вода мицеллярная; вода туалетная; воски для кожи; гели для массажа, за исключением используемых для медицинских целей; диффузоры с палочками ароматические; духи; жиры для косметических целей; изделия парфюмерные; кремы для кожи; кремы косметические; кремы косметические отбеливающие; лосьоны для косметических целей; лосьоны после бритья; маски косметические; масла для парфюмерии; масла косметические; масла туалетные; масла эфирные; масла, используемые как очищающие средства; масло жасминное; масло лавандовое; масло миндальное; молоко миндальное для косметических целей; мыла; мыла дезодорирующие; мыла для бритья; мыла кусковые туалетные; мыла против потения; мыла против потения ног; мыло миндальное; наборы косметические; накладки для глаз гелевые косметические; пасты зубные; патчи для глаз гелевые косметические; помада губная; помады для косметических целей; препараты для бритья; препараты для ванн косметические; препараты для промывания глаз, не для медицинских целей; препараты для удаления макияжа; препараты для ухода за ногтями; препараты с алоэ вера для косметических целей; препараты солнцезащитные; салфетки, пропитанные косметическими лосьонами; салфетки, пропитанные препаратами для удаления макияжа; свечи 5 массажные для косметических целей; смеси ароматические из цветов и трав; средства для бровей косметические; средства для загара косметические; средства для окрашивания волос; средства для ресниц косметические; средства для ухода за кожей косметические; средства для чистки зубов; средства косметические; средства косметические для детей; средства косметические для окрашивания ресниц и бровей; средства моющие для интимной гигиены немедицинские; средства моющие для личной гигиены дезинфицирующие или дезодорирующие; средства туалетные; средства туалетные против потения [туалетные принадлежности]; средства фитокосметические; тампоны ватные для косметических целей; шампуни; шампуни сухие; экстракты растительные для косметических целей; экстракты цветочные [парфюмерия]» МКТУ.

В ходе мониторинга торговых точек в г. Владивостоке истцу стало известно, что ООО «Клевер» незаконно использует товарный знак «3W CLINIC» в виде размещения его на продукции, которая реализуется на территории Российской Федерации, в частности через сеть магазинов косметики «Юми», расположенных по адресам: <...>; <...>; <...>; <...>, павильон 27; <...> (ТЦ «Черемушки»); <...>; <...>; <...> (ТЦ «Славянский»).

09.12.2022 истцом в магазине «Юми» по адресу: <...> был приобретен товар - восстанавливающая эмульсия для лица, осветляющий крем для лица с коллагеном марки «3W CLINIC». На обратной стороне упаковки приобретенного истцом товара содержатся сведения об импортере - ООО «Клевер». Аналогичный товар ООО «СЭЙФКО» продает посредством своего сайта «safeko.ru».

Приобретение товара подтверждается фотофиксацией покупки и кассовым чеком от 09.12.2022.

Полагая, что действиями по ввозу на территорию Российской Федерации без разрешения правообладателя, реализации товара с нанесенным охраняемым товарным знаком ответчик нарушил исключительные права истца на использование охраняемого товарного знака, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском в уточненной итоговой редакции.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Согласно статье 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно статье 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 13.02.2018 N 8-П национальное исчерпание прав означает, что на территории определенного государства исключительное право на размещенный правообладателем на конкретном товаре товарный знак, подлежащее правовой охране на территории данного государства, исчерпывается с момента первого введения товара в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия на территории данного государства. Региональное исчерпание прав предполагает исчерпание правообладателем исключительного права на товарный знак в рамках таможенной территории нескольких государств. При международном исчерпании прав исключительное право на товарный знак признается исчерпанным по отношению к конкретному товару с момента его первого введения в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия на территории любого государства.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Как закреплено в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО «СЭЙФКО» является правообладателем комбинированного товарного знака «3W CLINIC» (номер заявки: 2021726878, номер государственной регистрации: 881642, дата истечения срока действия исключительного права 30.04.2031, дата приоритета 30.04.2021).

Обстоятельство того, что истец является правообладателем товарного знака «3W CLINIC» и факт использования истцом в своей коммерческой деятельности этого товарного знака установлены судом, подтверждены документально.

Таким образом, истец как правообладатель имеет исключительное (приоритетное, преимущественное) право на использование своего товарного знака любым не противоречащим закону способом.

Факт однородности товаров, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, и товаров, ввезенных ответчиком на территорию Российской Федерации и предлагаемых к продаже, очевиден, подтвержден документально.

Доказательствами по делу достаточно и достоверно подтверждаются обстоятельства совершения ответчиком действий, направленных на введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации товаров, содержащих изображения, сходные до степени смешения с изображением вышеуказанного товарного знака истца, в том числе с 15.07.2022. Довод ответчика о том, что реализация товаров со спорным обозначением после указанной даты не осуществляется, опровергается контрольной закупкой товара 09.12.2022, на этикетках которого ООО «Клевер» указано в качестве импортера и продавца.

Доказательства наличия у ответчика законных оснований использования в своей деятельности указанного товарного знака, а также доказательства законного предложения к продаже ответчиком спорных товаров у полномочного лица в материалы дела не представлены.

Истец не давал ответчику согласия или разрешения на использование товарного знака при введении в гражданский оборот однородных товаров.

Доводы ответчика о злоупотреблении правом со стороны истца, суд признает голословными, необоснованными и неподтвержденными документально.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 154 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за защитой принадлежащего ему права, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом.

С учетом установленного ГК РФ общего требования о необходимости использования зарегистрированного товарного знака являются недобросовестными и не подлежат судебной защите такие действия обладателя права на товарный знак, которые направлены на создание препятствий к использованию даже тождественных или сходных с ним до степени смешения обозначений, в случае отсутствия фактического его использования самим правообладателем, поскольку у истца, не приложившего в установленный законом период времени усилий для использования товарного знака, отсутствует нарушенное право. Попытка получить такую защиту при отсутствии достойного защиты интереса (например, при имитации нарушения права) является злоупотреблением правом со стороны истца.

Проверяя наличие факта злоупотребления правом со стороны истца в подобных случаях, суд, кроме факта неиспользования товарного знака правообладателем, должен также учесть цель регистрации товарного знака, намерение правообладателя его использовать, причины неиспользования.

В случае же установления того, что правообладателем был зарегистрирован товарный знак не с целью его использования самостоятельно или с привлечением третьих лиц, а лишь с целью запрещения третьим лицам использовать соответствующее обозначение, в защите такого права указанному лицу судом может быть отказано.

Как указал Верховный суд РФ не подлежат судебной защите такие действия обладателя права на товарный знак, которые направлены на создание препятствий к использованию даже тождественных или сходных с ним до степени смешения обозначений, в случае отсутствия фактического его использования самим правообладателем, поскольку у истца, не приложившего в установленный законом период времени усилий для использования товарного знака, отсутствует нарушенное право.

Попытка получить такую защиту при отсутствии достойного защиты интереса (например, при имитации нарушения права) является злоупотреблением правом со стороны истца.

Таким образом, злоупотребление правом устанавливается судом в конкретном деле не в силу самого факта неиспользования истцом товарного знака, в защиту права на который предъявлен иск, а с учетом исследования цели регистрации товарного знака, реального намерения правообладателя его использовать, причины неиспользования, если таковые имели место быть.

В рассматриваемом случае судом не установлен факт регистрации товарного знака «3W CLINIC», как акт недобросовестной конкуренции, что также отражено в решении Суда по интеллектуальным правам от 22.11.2023 по делу № СИП-586/2023 по иску ООО «Восточная Гавань», ООО «КОРЕАТРЕЙД», ООО «КЛЕВЕР» о признании действий ООО «СЭЙФКО» по приобретению и использованию исключительного права на товарный знак по свидетельству РФ № 881642 актом недобросовестной конкуренции. Напротив, из представленных в материалы дела доказательств следует, что после регистрации прав на спорный товарный знак истец предпринимает действия для реального использования товарного знака.

Следовательно, материалами настоящего дела не подтверждена недобросовестность цели такой регистрации, а также то обстоятельство, что после регистрации товарного знака его правообладатель пытался причинить ущерб иным лицам путем обращения в суды с исками или претензиями.

Так, из материалов дела усматривается, что истец получил исключительное право на товарный знак «3W CLINIC» после его регистрации 14.07.2022, в связи с чем именно с этой даты действия третьих лиц по ввозу на территорию Российской Федерации, хранению, предложению к продаже и продаже товаров в отсутствие разрешения правообладателя спорного товарного знака стали неправомерными.

Вопреки ошибочному мнению истца, полученные им от правообладателя товарного знака письма от 01.01.2019 и 08.01.2019, согласно которым ООО «СЭЙФКО» уполномочено быть официальным дистрибьютором компании на территории Российской Федерации с правом осуществлять продвижение, поставку и реализацию продукции в рамках товарного знака «3W CLINIC», представлять интересы Xai Cosmetics Korea Со., Ltd (изготовитель продукции «3W CLINIC») на территории Российской Федерации, использовать исключительные права на товарные знаки, с правом регистрации товарного знака и прочих объектов интеллектуальной собственности на себя, не являются основанием для вывода об отсутствии у истца права на защиту исключительного права на товарный знак, в том числе путем заявления требований о запрете использовать товарный знак при предложении к продаже и продаже товаров, а также взыскании компенсации за нарушение исключительного права, поскольку правовая охрана товарного знака возникает только с момента государственной регистрации в порядке, установленном статьей 1503 ГК РФ.

При этом, ответчик опровергал реализацию спорного товара на территории РФ после регистрации товарного знака за истцом, чем, в том числе, было вызвано обращение в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании действий истца недобросовестной конкуренцией, в связи с чем, суд относится критически к доводам ответчика об обратном. Кроме того, довод ответчика о том, что реализация товаров со спорным товарным знаком была приостановлена, является недоказанным и противоречит представленным в материалы дела доказательствами, в том числе сведениями контрольной закупки 09.12.2022.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что товары были введены в гражданский оборот Российской Федерации, в том числе, после даты государственной регистрации товарного знака истца.

В соответствии со статьей 1479 ГК РФ на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

Государственная регистрация товарного знака осуществляется федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской в порядке, установленном статьями 1503 и 1505 указанного Кодекса (статья 1480 ГК РФ).

Следовательно, исключительное право на товарный знак начинает действовать на территории Российской Федерации с момента его государственной регистрации и с этого момента товарный знак подлежит правовой охране, в связи с чем, любое лицо должно воздерживаться от нарушения исключительного права на зарегистрированный товарный знак.

При этом, предоставление правовой охраны товарному знаку в Республике Корея и иных странах, не может являться основанием для предоставления правовой охраны такому товарному знаку на территории Российской Федерации. Утверждение ответчика об обратном противоречит ст.ст. 1229, 1252, 1484 ГК РФ и ст. 6 Конвенции по охране промышленной собственности (Заключена в Париже 20.03.1883).

Пленум Верховного суда Российской Федерации в пункте 155 Постановления от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что положения статьи 1491 ГК РФ не могут быть расценены как свидетельство того, что действия, совершенные до даты государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков, являются нарушением исключительного права на товарный знак. Использование третьими лицами обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с заявленным на регистрацию в качестве товарного знака обозначением, в период между датой подачи заявки (датой приоритета) и датой регистрации этого товарного знака не может считаться нарушением исключительного права на товарный знак. Дата подачи заявки служит лишь моментом отсчета срока действия исключительного права и определяет согласно пункту 1 статьи 1494 ГК РФ дату приоритета (в частности, в целях применения пункта 6 статьи 1483 ГК РФ).

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о наличии нарушения со стороны ответчика исключительных прав истца на товарный знак, поскольку продукция со спорным обозначением вводилась ответчиком в гражданский оборот после даты государственной регистрации товарного знака истцом.

В качестве восстановления нарушенного права суд считает необходимым запретить ООО «Клевер» использование обозначения «3W CLINIC», сходного до степени смешения с товарным знаком ООО «СЭЙФКО» по свидетельству № 881642, при предложении к продаже и продаже товаров в отношении 3 класса Международной классификации товаров и услуг.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак «3W CLINIC» в размере 3 000 000 рублей. Ответчиком заявлено о снижении размера взыскиваемой компенсации.

В обоснование заявленной суммы компенсации истец сослался на то, что товарный знак «3W CLINIC» является достаточно известным на территории РФ, пользуется широкой популярностью в сфере косметических товаров, представлен на различных маркетплэйсах (Wildberries, OZON), гипермаркетах и универсамах. Ответчик, в свою очередь, ссылался на необоснованность заявленной суммы.

Оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, степень вины ответчика, известность товарного знака, принимая во внимание, принципы разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд пришел к выводу о том, что размер компенсации подлежит снижению до 1 000 000 рублей за нарушение исключительных прав.

Суд полагает, что компенсация в указанном размере соответствует целям обеспечения восстановления нарушенных прав и пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности и стимулирования участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению и соразмерна допущенному правонарушению.

Иные доводы ответчика арбитражный суд также учел и оценил, но отклонил, как не имеющие правового значения для настоящего дела.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст. 110, 167-171 АПК РФ, арбитражный суд

решил:

Запретить Обществу с ограниченной ответственностью «Клевер» (ИНН <***>) использование обозначения «3W CLINIC», сходного до степени смешения с товарным знаком Общества с ограниченной ответственностью «СЭЙФКО» (ИНН <***>) по свидетельству № 881642, при предложении к продаже и продаже товаров в отношении 3 класса Международной классификации товаров и услуг.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Клевер» (ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «СЭЙФКО» (ИНН <***>) 1 018 665 (один миллион восемнадцать тысяч шестьсот шестьдесят пять) рублей 40 копеек, в том числе 1 000 000 рублей компенсации, 18 665 рублей 40 копеек расходов по уплате госпошлины.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.

Решение может быть обжаловано через арбитражный суд Приморского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, в Пятый арбитражный апелляционный суд и в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, в Суд по интеллектуальным правам, при условии, что решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции.




Судья Калягин А.К.