Решение от 28 октября 2025 г. по делу № А39-241/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МОРДОВИЯ

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А39-241/2025
город Саранск
29 октября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 22 октября 2025 года. Решение в полном объеме изготовлено 29 октября 2025 года.

Арбитражный суд Республики Мордовия в лице судьи Бобкиной С.П., при ведении протокола судебного заседания секретарём Костюниной С.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску

индивидуального предпринимателя ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании компенсации в сумме 200000 руб.,

при участии привлеченных в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью «Пекарня Крошкина»,

участники процесса не явились,

у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, правообладатель, истец) обратилась в суд с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ИП ФИО2, ответчик) с требованием о взыскании компенсации в сумме 200000 руб.

К участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3 (далее - ФИО3) и общество с ограниченной ответственностью «Пекарня Крошкина» (далее - ООО «Пекарня Крошкина»).

Извещенные надлежащим образом о месте и времени проведения судебного заседания участники процесса в суд не явились. На основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие сторон.

Из материалов дел следует, что истец является правообладателем исключительного права на товарный знак по свидетельству № 738262 -

обозначение . Неохраняемые элементы товарного знака: Слово "Пекарня".

Классы МКТУ и перечень товаров и/или услуг в отношении которых действует правовая охрана указанного товарного знака:

30 - батончики злаковые с высоким содержанием белка; блины; булки; вафли; вермишель; галеты солодовые; гренки; закуски легкие на основе хлебных злаков; изделия из сладостей для украшения тортов; изделия кондитерские для украшения новогодних елок; изделия кондитерские из сладкого теста, преимущественно с начинкой; изделия кондитерские мучные; изделия макаронные; крекеры; кулебяки с мясом; мука гречневая; мука пшеничная; мука ячменная; мюсли; паштет запеченный в тесте; печенье; печенье сухое; пироги; пицца; продукты зерновые; пряники; птифуры [пирожные]; пудинг рисовый; пудинги [запеканки]; сладости; сухари; сухари панировочные; сэндвичи; тесто готовое; тесто для кондитерских изделий; тесто сдобное сладкое для кондитерских изделий; тортиллы; украшения шоколадные для тортов; хлеб; хлеб из пресного теста; хлопья [продукты зерновые]; хлопья кукурузные; хлопья овсяные; хот-доги; чизбургеры [сэндвичи].

43 - закусочные; кафе; прокат кухонного оборудования; прокат мебели, столового белья и посуды; прокат палаток; прокат передвижных строений; услуги по приготовлению блюд и доставке их на дом; кулинарии (услуги по обеспечению пищевыми продуктами); пекарни (услуги по обеспечению пищевыми продуктами).

Исходя из открытых данных реестра товарных знаков, знаков обслуживания Федеральной службы по интеллектуальной собственности правообладателем заключен договор о предоставлении права использования товарного знака (коммерческой концессии) с ООО «Пекарня Крошкина» (Дата и номер государственной регистрации договора: 03.06.2021 РД0365350), которым заключен договор коммерческой субконцессии с ФИО4 (Дата и номер государственной регистрации договора: 02.09.2021 РД0373365).

Истец использует принадлежащее ему исключительное право на товарный знак в предпринимательской деятельности, а именно путем рекламы, предложения к продаже, продажи хлебобулочных изделий. Продукция, предлагаемая к продаже Истцом, является известной на российском рынке.

В результате проведенных проверочных мероприятий, правообладателем зафиксирован факт незаконного использования ответчиком товарного знака правообладателя в торговых точках по адресам:

1) г. Саранск, <...> (02.10.2024); 2) <...> (04.10.2024); 3) <...> (04.10.2024).

Факт функционирования пекарен по вышеуказанным адресам, а также факт незаконного использования ответчиком обозначения, сходного до степени

смешения с товарным знаком правообладателя подтверждается результатами скрытой проверки (осмотра) пекарен методом «тайный покупатель» («Mystery Shopping»), проведенной Обществом с ограниченной ответственностью «Агентство маркетинговых исследований ЛОГОС» (ОГРН <***>) по заданию Истца на основании договора на оказание услуг № 2503221 от 25.03.2022 (приложены документы проверки).

Принадлежность указанных пекарен ответчику подтверждается отчётом исполнителя и чеком, выданным при расчете с тайным покупателем, который приложен к отчёту исполнителя по вышеуказанному договору.

Полагая, что ответчик нарушил исключительные права ИП ФИО1 на товарный знак, истец направил ответчику претензию с требованием о выплате компенсации, которая оставлена последним без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Ответчиком представлен отзыв с возражениями относительно заявленных требований, отмечается, что ранее по указанным адресам торговых точек, деятельность по реализации хлебобулочных изделий осуществлялась иным индивидуальным предпринимателем (ИП ФИО3, ИНН <***>, ОГРНИП <***>), с которым у правообладателя был заключен соответствующий договор. Один из разделов названного договора предусматривал действия индивидуального предпринимателя, касаемые демонтажа любых обозначений, связанных с правообладателем, в том числе и обозначений товарного знака (п. 12.1.3. раздела 12 договора). Однако, указанные действия индивидуальным предпринимателем после освобождения названных выше помещений произведены не были, в связи с чем ИП ФИО2, за счет собственных средств, с привлечением подрядной организации, произвел демонтажные работы обозначений, служивших для индивидуализации товаров, т. е. товарного знака, принадлежащего ФИО1, а также произвел скрытие охраняемых элементов товарного знака материалом, не позволяющим его прочтение. В рассматриваемом случае, ИП ФИО2 были произведены все возможные действия по недопущению нарушения прав правообладателя на товарный знак, что указывает на отсутствие его вины (направление в адрес ИП ФИО3 уведомления о необходимости демонтажа обозначений товарного знака правообладателя, заключение договора подряда на демонтаж обозначений товарного знака правообладателя). Резюмируя, ответчик указывает, что товарный знак правообладателя неизвестен либо практически неизвестен публике, изображения товарного знака если и были ранее размещены, то размещены они третьим лицом - пользователем по договору коммерческой концессии (ИП ФИО3), а не ИП ФИО2, а какие-либо вероятные имущественные потери правообладателем не доказаны.

Исследовав представленные в материалы доказательства, суд считает требования истца подлежащими удовлетворению в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к

ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в числе прочего, товарные знаки. Интеллектуальная собственность охраняется законом (пункт 2 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак (пункт 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Наличие у ИП ФИО1 исключительных прав на товарный знак подтверждено представленным в материалы дела свидетельством на товарный знак № 738262, зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 09.12.2019.

В подтверждение факта нарушения ответчиком исключительных прав на спорный товарный знак, истцом представлены отчеты в рамках договора об оказании услуг № 2503221 от 25.03.2022, которые содержат результаты выполнения проверок (метод проверки «Тайный покупатель») торговых точек по следующим адресам:

- г. Саранск, <...> (Дата и время визита 02.10.2024 09:11; Имя сотрудника Без бейджа, темные волосы; Приобретенный товар Пирожное школьное; Сумма по чеку 135 рублей; приложены фотографии: - торговой точки снаружи и внутри; - кассового чека № 8221 от 02.10.2024);

- <...> (Дата и время визита 04.10.2024 13:07; Имя сотрудника Без бейджа, темные волосы; Приобретенный товар - Твист с шоколадом; Сумма по чеку 132 рубля; приложены фотографии: - торговой точки снаружи и внутри; - кассового чека № 15730 от 04.10.2024);

- <...>(Дата и время визита 04.10.2024 13:24; Имя сотрудника Без бейджа, темные волосы; Приобретенный товар Корн дог сыр; Сумма по чеку 132 рубля; приложены фотографии: - торговой точки снаружи и внутри; - кассового чека от 04.10.2024).

О фальсификации представленных доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ ответчиком не заявлено.

В кассовых чеках содержится информация о продавце (ИП ФИО2, ИНН <***>), дате продажи, цене реализованного товара, его наименовании.

В силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 Кодекса), договор розничной купли- продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Поскольку покупка товаров оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, кассовые чеки являются допустимым доказательством, подтверждающим факт розничной купли-продажи товара в торговых точках ответчика.

Фотофиксация торговых точек снаружи и внутри произведена в целях самозащиты гражданских прав истца (статьи 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации) и подтверждает факт приобретения товаров в торговых точках, в которых ответчиком осуществляется предпринимательская деятельность.

Доказательств того, что в торговых точках ответчика им реализованы иные товары, внешний вид торговых точек и внутренняя обстановка отличается от зафиксированных 02.10.2024 и 04.10.2024, в нарушение требовании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума № 10) разъяснено, что вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного постановления.

Согласно упомянутому пункту 162 названного постановления установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных

знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Следует отметить, что определяющим для установления сходства обозначений является вероятность наличия у рядовых потребителей ассоциативных связей между сравниваемыми обозначениями.

По смыслу статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

При исследовании фотографий торговых помещений (снаружи и внутренней обстановки, включая ценники на товары), в которых ответчиком осуществляется деятельность по реализации хлебобулочной продукции, судом установлено, что используемые ИП ФИО2 обозначения (по состоянию на 02.10.2024 и 04.10.2024) совпадают с зарегистрированным товарным знаком истца № 738262.

Доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на использование названного товарного знака, последним в материалы дела не представлены.

При указанных обстоятельствах, факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 738262 является доказанным.

Довод ответчика об отсутствии его вины в размещении спорных обозначений, не исключает нарушение последним исключительных прав истца, с учетом использования спорных обозначений уже в своей деятельности в приведенных помещениях по состоянию на 02 и 04 октября 2025 года. При этом договоры аренды на названные помещения заключены ответчиком в июле 2024 года.

Представленные ответчиком договор подряда на выполнение демонтажных работ от 15.07.2024 (на выполнение работ по демонтажу вывесок, содержащих изображения товарного знака «Пекарня Крошкина», акт выполненных работ от 19.07.2024 (о выполнении демонтажных работ по демонтажу вывесок, содержащих изображения товарного знака «Пекарня Крошкина»), не опровергают факт использованияя спорного обозначения ответчиком по состоянию на 02 и 04 октября 2025 года (на ценниках реализуемых товаров, )

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Положениями статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность за незаконное использование товарного знака. В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Учитывая, что факт нарушения исключительных прав на товарный знак подтвержден документально, требование о взыскании компенсации предъявлено истцом правомерно.

В рассматриваемом случае истец, заявляя требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на спорный товарный знак в размере 200000 руб., избрал вид компенсации, предусмотренный подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассчитав ее исходя из стоимости права использования товарного знака, установленной договором коммерческой концессии № 13ПК/20 от 23.12.2020 (заключен между ООО «ПЕКАРНЯ КРОШКА» и ИП ФИО4).

Договор № 13ПК/20 предусматривает комбинированный способ определения размера вознаграждения: единоразовый платеж (паушальный взнос) в размере 150000 руб. (п. 6.1.1) и периодические выплаты (роялти), размер которых зависит от полученной пользователем выручки за один календарный месяц от одной пекарни (п.п. 6.1.2, 6.1.2.1, 6.1.2.2): при сумме выручки до 600000 руб. в месяц от одной пекарни – 15 000,00 руб., при сумме выручки свыше 600000 руб. в месяц от одной пекарни – 3% от полученной выручки за один месяц за каждую пекарню.

Поскольку и паушальный взнос, и роялти составляют стоимость права использования объекта интеллектуальной собственности, обе суммы подлежат учету при расчете компенсации за нарушение исключительного права на объект интеллектуальных прав.

Производя расчет размера компенсации с учетом деления на количество объектов интеллектуальной собственности, переданных по Договору № 13ПК/20 (п. 1.1: 4 шт.) и разного периода использования ответчиком спорного товарного знака (при использовании 11 мес. - 472500 руб., 6 мес. – 360000 руб., 4 мес. – 315000 руб.)) истец добровольно снизил требуемую сумму компенсации до 180000 руб.

Ответчиком представлен контррасчет стоимости права использования товарного знака на основании указанного договора исходя из роялти за один месяц (октябрь 2024 г.), сумма компенсации определена в 109190 руб. 08 коп.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления Пленума № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Установленный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании

части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята стоимость права за аналогичный способ использования.

Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, в отношении того, что определение размера компенсации не может быть произведено судом произвольно.

Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

При этом установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021).

Разъяснения, приведенные в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда», предусматривают возможность взыскания с ответчика в пользу истца компенсации в размере, равном однократной стоимости права использования спорного объекта интеллектуальной собственности, в том числе в случае единичного правонарушения, подлежащей определению судом с учетом установленных им фактических обстоятельств дела.

Оценив представленный в обоснование размера компенсации договор коммерческой концессии № 13ПК/20 от 23.12.2020 (заключен между ООО «ПЕКАРНЯ КРОШКА» и ИП ФИО4), а также имеющиеся в материалах дела договоры коммерческой концессии № 1ПК/19 от 09.12.2020 (заключен между ИП ФИО1 и ООО «ПЕКАРНЯ КРОШКА»), № 7ПК/20 от 18.02.2020 (заключен между ООО «ПЕКАРНЯ КРОШКА» и ИП ФИО3), суд приходит к выводу, что при правомерном использовании ответчиком товарного знака № 738262, последним был бы заключен договор коммерческой концессии с ООО «ПЕКАРНЯ КРОШКА», а не с истцом (исходя из положений пунктов 1.1. - 1.4. договора № 1ПК/19 от 09.12.2020, что ИП ФИО1 передано ООО «ПЕКАРНЯ КРОШКА» право заключения договоров коммерческой концессии и лицензионных договоров на в т.ч. территории Российской Федерации).

Поскольку действующим договором является № 13ПК/20 от 23.12.2020 (заключен между ООО «ПЕКАРНЯ КРОШКА» и ИП ФИО4), условия последнего могут быть использованы для определения расчета размера компенсации (в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака).

Иные действующие договоры (для целей определения стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака) в материалы дела сторонами не представлены.

Соотнеся количество объектов интеллектуальной собственности, переданных по договору № 13ПК/20 (п. 1.1): 4 шт. (при условии, что только один, был использован ответчиком в своей деятельности, но на трех объектах), учитывая документально подтвержденный период использования ответчиком спорного обозначения товарного знака с июля (с месяца заключения договоров аренды) по октябрь 2024 г. (4 мес.), суд считает, что расчет суммы компенсации должен быть в следующем виде, исходя из следующих условий

Исходные данные:

Размер паушального взноса за первую пекарню (п. 6.1.1 Договора № 13ПК/20): 150000 руб.

Размер паушального взноса за вторую и третью пекарню (второй и третий объект ответчика), в условиях отсутствия в материалах дела доказательств

открытия ответчиком пекарен полного цикла (п. 6.2, п. 6.3. Договора № 13ПК/20): 60000 руб.

Размер роялти (п. 6.1.2.1): 15000 руб.

Размер роялти по одному объекту в октябре 2024 г.: 21595 руб. 04 коп. (в октябре по данным ответчика выручка в одном объекте составила 719834 руб. 50 коп.).

Длительность незаконного использования товарного знака: 4 месяца (июль 2024 - октября 2024 года). Доказательства более длительного использования ответчиком спорных обозначений материалы дела не содержат.

Количество объектов интеллектуальной собственности, переданных по Договору № 13ПК/20 (п. 1.1): 4 шт.

Зафиксировано нарушений исключительных прав Истца Ответчиком: 3 (в трех объектах ответчика).

Расчет:

- 150000 руб. - паушальный взнос за первый объект ответчика / 4 количество объектов в переданном комплексе исключительных прав по Договору № 13ПК/20) = 37500 руб.;

- 60000 руб. - паушальный взнос за второй объект ответчика / 4 количество объектов в переданном комплексе исключительных прав по Договору № 13ПК/20) = 15000 руб.;

- 60000 руб. - паушальный взнос за третий объект ответчика / 4 количество объектов в переданном комплексе исключительных прав по Договору № 13ПК/20) = 15000 руб.;

Итого сумма по паушальным взносам за 3 объекта ответчика составит 67500 руб.

- 15000 руб. роялти в месяц за один объект ответчика / 4 количество объектов в переданном комплексе исключительных прав по Договору № 13ПК/20) * 4 мес. использования спорного обозначения = 15000 руб.

- 15000 руб. роялти в месяц за второй объект ответчика / 4 количество объектов в переданном комплексе исключительных прав по Договору № 13ПК/20) * 4 мес. использования спорного обозначения = 15000 руб.

- (15000 руб. роялти в месяц (в июле - сентябре 2024 г.) * 3 мес.), + (21595 руб. 04 коп. - роялти в месяц в октябре 2024 г.) за третий объект ответчика / 4 количество объектов в переданном комплексе исключительных прав по Договору № 13ПК/20 = 16648 руб. 76 коп.

Итого сумма по роялти за 3 объекта ответчика за 4 мес. использования спорного товарного знака составит 46648 руб. 76 коп.

Общая сумма паушальных взносов за 3 объекта ответчика и роялти за 3 объекта ответчика за 4 мес. использования спорного товарного знака составит 114148 руб. 76 коп., а двукратный размер стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака - 228297 руб. 52 коп.

Таким образом, заявленная истцом сумма компенсации - 200000 руб. соразмерна характеру и последствиям допущенного ответчиком нарушения.

Представленный ответчиком контррасчет суммы компенсации ответчиком судом отклоняется в силу несоответствия условиям договора № 13ПК/20 от 23.12.2020 в части отсутствия использования переменных: паушального взноса и большего периода использования ответчиком спорных обозначений.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее – Постановление № 40-П) определены порядок и условия снижения размера компенсации, определенного подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В абзаце четыре пункта 5 Постановления № 40-П указано, что впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из указанного постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации величины.

При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).

Кроме того, снижением размера компенсации за нарушение исключительного права с учетом этого Постановления не могут подменяться как установление судом обстоятельств рассматриваемого им дела, так и исследование им доказательств, относящихся к допущенному нарушению и условиям правомерного использования товарного знака, на стоимость которого ссылается истец.

Поскольку ответчик является индивидуальным предпринимателем, нарушение исключительных прав совершено им впервые, ответчиком устранены последствий нарушения, у него на иждивении находится несовершеннолетний ребенок, суд считает подлежащим удовлетворению его ходатайства о снижении суммы компенсации на основании положений Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П до 114148 руб. 76 коп. (от суммы правомерного использования - 228297 руб. 52 коп.)

С учетом указанного, с ответчика подлежит к взысканию компенсация за допущенное нарушение в сумме 114148 руб. 76 коп.

Поскольку снижение размера компенсации по правилам Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П не учитывается для целей распределения судебных расходов, то на основании

статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 14000 руб. относятся на ответчика и подлежат к взысканию в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) компенсацию в сумме 114148 руб. 76 коп., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 14000 руб.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Мордовия в течение месяца со дня вынесения решения.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья С.П. Бобкина