Постановление от 21 декабря 2022 г. по делу № А32-48185/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-48185/2019
г. Краснодар
21 декабря 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 декабря 2022 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Тамахина А.В., судей Бабаевой О.В. и Малыхиной М.Н., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «СИр» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 25.12.2019), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Амико» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО2 (директор), ФИО3 (доверенность от 08.08.2022), третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Югспецкож» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО4 (доверенность от 01.12.2022) (после перерыва), в отсутствие третьих лиц: закрытого акционерного общества «Лайка» (ИНН <***>, ОГРН <***>), арбитражного управляющего ФИО5, ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Тройка» (ИНН <***>, ОГРН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Курсор» (ИНН <***>, ОГРН <***>), извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Амико» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.06.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022 по делу № А32-48185/2019, установил следующее.

ООО «СИр» обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Амико» о возложении обязанности передать следующее оборудование: автоматическая ротационная установка крашения с 2 кабинами ROT 3400/12+12 пистолетов, изготовитель Barnini, заводской номер 3521; машина проходная для нанесения покрытий 1800 мм DUAL COLOR; вал отжимной для разводной машины POLETTO АС3200.

Общество «Амико» предъявило встречный иск о расторжении договоров купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и от 02.10.2018 № ОС/2, договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ЗАО «Лайка» (исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 26.11.2021), арбитражный управляющий ФИО5, ООО «Югспецкож», ФИО6, ООО «Тройка» (исключено из ЕГРЮЛ 30.12.2020), ООО «Курсор» (исключено из ЕГРЮЛ 30.06.2022).

Решением от 14.06.2022 первоначальный иск общества «СИр» удовлетворен, принят отказ общества «Амико» от встречного иска в части требования о расторжении акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018, производство по делу в указанной части прекращено, в остальной части в удовлетворении встречного иска отказано, распределены расходы по уплате государственной пошлины.

Постановлением апелляционного суда от 22.09.2022 принят отказ общества «Амико» от встречного иска, производство по делу в указанной части прекращено, в остальной части решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе и дополнении к ней общество «Амико» просит отменить решение и постановление в части удовлетворения первоначального иска и принять новый судебный акт. По мнению заявителя, при разрешении спора суды не учли преюдициально установленный в рамках ранее рассмотренного дела № А32-8910/2020 факт отсутствия со стороны общества «СИр» встречного предоставления (оплаты) за отчуждаемое оборудование. В связи с неисполнением обязательства по оплате оборудования продавцом в адрес покупателя направлено уведомление об отказе от исполнения обязательств по передаче имущества и расторжении договоров купли-продажи, следовательно, у общества «Амико» отсутствует обязательство по передаче оборудования. Суды не приняли во внимание, что в настоящее время оборудование во владении общества «Амико» не находится в связи с его реализацией по договору купли-продажи другому лицу – обществу «Югспецкож», в связи с чем на общество «Амико» не может быть возложена обязанность передать спорное оборудование обществу «СИр».

В отзыве общество «СИр» отклонило доводы кассационной жалобы, просило оставить судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Общество «Югспецкож» в отзыве поддержало кассационную жалобу, подтвердило факт приобретения у общества «Амико» спорного оборудования по договору купли-продажи от 30.12.2021 № КП-12/2021.

В судебном заседании представители общества «Амико» поддержали доводы кассационной жалобы, пояснили, что судебные акты обжалуются только в части удовлетворения первоначального иска.

Представитель общества «СИр» против удовлетворения кассационной жалобы возражал по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель общества «Югспецкож» кассационную жалобу поддержала.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) в судебном заседании от 07.12.2022 объявлялся перерыв до 16 часов 00 минут 14.12.2022; в назначенное время рассмотрение кассационной жалобы продолжено с участием представителей общества «СИр», общества «Амико» и общества «Югспецкож».

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.

Изучив материалы дела, доводы жалобы, отзывов на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает кассационную жалобу подлежащей удовлетворению на основании следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «СИр» (покупатель) и общество «Амико» (продавец) 26.09.2018 и 02.10.2018 заключили договоры купли-продажи № ОС/1 и ОС/2, согласно которым продавец передает в собственность покупателя следующее оборудование: автоматическую ротационную установку крашения с 2 кабинами ROT 3400/12+12 пистолетов (изготовитель Barnini, заводской номер 3521), машину проходную для нанесения покрытий 1800 мм DUAL COLOR, вал отжимной для разводной машины POLETTO AC 3200, а покупатель обязан принять и оплатить это оборудование в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

Общая стоимость оборудования составила 5 400 тыс. рублей (пункт 2.1 договоров).

Согласно пункту 2.2 договоров купли-продажи оплата производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца. По соглашению сторон оплата может производиться векселями, встречными поставками, зачетом встречных требований, а также иными способами, не запрещенными действующим законодательством.

В пункте 3.2 договоров купли-продажи стороны согласовали, что после подписания акта о приеме-передаче объекта основных средств оборудование находится у продавца в безвозмездном пользовании по 31 марта 2019 года.

1 ноября 2018 года общество «СИр» (цедент) и общество «Амико» (цессионарий) заключили договор уступки прав (требований), в соответствии с которым цедент уступает, а цессионарий принимает принадлежащее цеденту право требования к должнику – ООО «Курсор» по договору уступки прав требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 суммы задолженности в размере 5 400 тыс. рублей.

В соответствии с пунктом 1.3 договора уступка права цедента к должнику, осуществляемая по договору, является возмездной. Общая стоимость уступаемых цедентом и приобретаемых цессионарием прав требования оценивается сторонами в 5 400 тыс. рублей и подлежит оплате до 02.11.2018 путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет цедента. По соглашению сторон оплата может производиться векселями, встречными поставками, зачетом встречных требований, а также иными способами, не запрещенными действующим законодательством Российской Федерации.

2 ноября 2018 года общество «СИр» и общество «Амико» подписали соглашение о зачете взаимных требований по договорам купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и 02.10.2018 № ОС/2, а также по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018.

Согласно акту о зачете подписанием данного акта определенные в нем суммы взаимных обязательств считаются погашенными.

В претензии от 20.04.2019 общество «СИр» потребовало от общества «Амико» передать оборудование, являющееся предметом купли-продажи, ссылаясь на его полную оплату.

Неисполнение обществом «Амико» обязательств по передаче оборудования по договорам купли-продажи послужило основанием для обращения общества «СИр» в арбитражный суд с иском.

Суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 12, 309, 310, 382, 384, 398, 410, 454, 456, 457, 463, 487 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7), установив факт неисполнения продавцом – обществом «Амико» обязательства по передаче оборудования, оплата которого произведена покупателем – обществом «СИр» путем зачета встречных однородных требований сторон, что соответствует условиям договоров купли-продажи, удовлетворили требования покупателя по первоначальному иску о возложении обязанности передать оборудование. Суд апелляционной инстанции принял отказ общества «Амико» от встречного иска, производство по делу в указанной части прекратил.

Суды отклонили доводы общества «Амико» о неисполнении обществом «СИр» обязательства по оплате оборудования.

Исследовав обстоятельства оплаты по договорам купли-продажи, суды установили факт заключения следующих договоров:

– договор займа от 21.11.2013 № 005, на основании которого обществом «Тройка» (займодавец) был предоставлен заем обществу «Таганрогский кожевенный завод» (заемщик) в сумме 7 500 тыс. рублей;

– договор уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016, по которому обществом «Тройка» (цедент) было уступлено обществу «Курсор» (цессионарий) требование к обществу «Таганрогский кожевенный завод» (должник) о возврате займа на сумму 7 500 тыс. рублей;

– договор уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1, согласно которому общество «Тройка» (цедент) уступило обществу «СИр» (цессионарий) требование к обществу «Курсор» (должник) об оплате по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 тыс. рублей;

– договор уступки прав (требований) от 01.11.2018, по которому общество «СИр» (цедент) переуступило обществу «Амико» (цессионарий) требование к обществу «Курсор» (должник) об оплате по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 тыс. рублей.

Проанализировав условия перечисленных выше договоров, суды пришли к выводу о том, что по договору цессии от 01.11.2018 обществу «Амико» было передано действительное требование к обществу «Курсор, в связи с чем в соответствии с условиями названного договора у общества «Амико» возникло обязательство по оплате за уступленное право в размере 5 400 тыс. рублей.

Как установили суды, в связи с возникновением однородных встречных обязательств на сумму 5 400 тыс. рублей 02.11.2018 стороны достигли соглашения о зачете взаимных требований по договорам купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и 02.10.2018 № ОС/2, а также по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018. Согласно акту о зачете с подписания данного акта определенные в нем суммы взаимных обязательств считаются погашенными.

В соответствии со статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Принимая во внимание наличие воли сторон на прекращение обязательства общества «СИр» по оплате оборудования по договорам купли-продажи зачетом встречных однородных требований, а также то, что такой способ исполнения обязательства прямо предусмотрен условиями договоров, суды сделали вывод о прекращении обязательства по оплате оборудования надлежащим исполнением.

Суды учли, что общество «Амико» реализовало свое право на оспаривание договоров купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1, от 02.10.2018 № ОС/2, договора уступки прав (требований) от 01.11.2018, акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018, путем обращения с самостоятельным иском о признании указанных сделок недействительными в рамках дела № А32-8910/2020. Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.04.2021 по указанному делу, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2021 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.01.2022, в удовлетворении исковых требований общества «Амико» отказано.

Суды не приняли довод общества «Амико» об отсутствии оплаты по договорам купли-продажи, мотивированный несостоявшимся переходом права требования суммы задолженности с ООО «Курсор» в размере 5 400 тыс. рублей по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018.

В обоснование своей правовой позиции общество «Амико» ссылалось на имеющие, по его мнению, преюдициальное значение выводы, содержащиеся в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2021 по делу № А32-8910/2020, согласно которым по договорам купли-продажи общество «Амико» (продавец) не получило от общества «СИр» (покупатель) встречного удовлетворения (оплаты) за отчуждаемое имущество; предложенная в качестве встречного удовлетворения цессия права требования таковой считаться не может ввиду отсутствия у общества «СИр» субъективного материального права, которое могло бы быть передано по указанному договору цессии. Данные выводы суда апелляционной инстанции основаны на том, что по договору уступки прав (требований) № 1 общество «Тройка» (цедент) уступило обществу «СИр» (цессионарий) требование к обществу «Таганрогский кожевенный завод» (должник) из договора займа от 21.11.2013 № 005, а поскольку указанное требование ранее было уступлено обществом «Тройка» (цедент) обществу «Курсор» (цессионарий) по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016, то общество «Тройка» не вправе было уступать обществу «СИр» по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 уже не принадлежащее ему требование к обществу «Таганрогский кожевенный завод» из договора займа от 21.11.2013 № 005, соответственно, общество «СИр» не могло передать обществу «Амико» требование, которое цеденту не принадлежало на момент заключения договора уступки прав (требований) от 01.11.2018. Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что общество «СИр» не могло получить от общества «Тройка» и затем передать обществу «Амико» требование к обществу «Таганрогский кожевенный завод» из договора займа от 21.11.2013 № 005.

Отклоняя ссылку общества «Амико» на выводы, содержащиеся в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2021 по делу № А32-8910/2020, относительно несостоявшегося перехода к обществу «Амико» перехода требования по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018, суды исходили из того, что данные выводы не могут быть приняты во внимание при рассмотрении настоящего дела, поскольку по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 общество «Тройка» (цедент) уступило обществу «СИр» (цессионарий) не требование к обществу «Таганрогский кожевенный завод» из договора займа от 21.11.2013 № 005, а требование к обществу «Курсор» об оплате по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 тыс. рублей. Соответственно, общество «СИр», получив от общества «Тройка» требование к обществу «Курсор» об оплате по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 тыс. рублей, вправе было переуступить его обществу «Амико».

По мнению судов, то обстоятельство, что общество «Тройка» (первоначальный цедент) уже после состоявшейся 01.11.2018 в пользу общества «СИр» уступки требования к ООО «Курсор» о взыскании суммы задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в размере 5 400 тыс. рублей, самостоятельно взыскало в свою пользу данную задолженность с ООО «Курсор» (решение Арбитражного суда г. Москвы от 25.02.2020 по делу № А40-49986/2019), не свидетельствует о недействительности переданного обществом «СИр» обществу «Амико» требования к ООО «Курсор».

Суды не усмотрели признаков недобросовестности в действиях общества «СИр», которое, по мнению судов, не было осведомлено об обращении общества «Тройка» в Арбитражный суд г. Москвы с иском к обществу «Курсор» при наличии уступленного права другому лицу.

Суды заключили, что наличие у общества «СИр» требования к обществу «Амико» о передаче оборудования, являющегося предметом договоров купли-продажи, не может ставиться в зависимость от осуществления или неосуществления обществом «Амико» своих прав по договору уступки прав требования от 01.11.2018, так как общество «СИр» полагалось на добросовестное поведение участников гражданского оборота.

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу о доказанности условий для удовлетворения требования покупателя о возложении обязанности передать товар по договору купли-продажи: подтверждение факта оплаты товара и наличие товара у продавца.

Факт наличия товара у продавца (общества «Амико») установлен судами на основании постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.04.2022, согласно которому в ходе проверки проводился осмотр производственного цеха общества «Югспецкож», расположенного по адресу: ст. Кущевская, ул. Гагарина, 73, которым установлено, что указанное оборудование находится в целостном состоянии в производственном цеху общества «Югспецкож». Также в ходе проверки установлено, что общество «Амико» арендует помещения у общества «Югспецкож» по адресу ст. Кущевская, ул. Гагарина, 73, где и находится спорное имущество.

Суд апелляционной инстанции расценил в качестве злоупотребления правом факт направления обществом «Амико» в адрес общества «СИр» уведомления от 22.10.2021№ 26 об отказе от исполнения договоров купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1, от 02.10.2018 № ОС/2, договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 с учетом того, что иск общества «СИр» о возложении обязанности передать приобретенный товар предъявлен в октябре 2019 года.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отклонил ссылку общества «Амико» на то, что истребуемое имущество по спорным договорам купли-продажи в связи с расторжением договоров в одностороннем порядке продавцом продано третьему лицу (обществу «Югспецкож») ввиду отсутствия в материалах дела доказательств передачи спорного имущества указанному лицу.

Между тем суды не учли следующее.

Исходя из разъяснений о применении норм права, содержащихся в пункте 22 постановления № 7, право кредитора (в настоящем деле, – покупателя по договору купли-продажи) требовать по суду от продавца (поставщика) исполнения обязательства по передаче товара в натуре может быть реализовано только с учетом норм права, регулирующих правоотношения купли-продажи (поставки), а также существа обязательств между покупателем и продавцом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – постановление № 54), ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее обязательства другой стороне.

Встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств, вне зависимости от того, предусмотрели ли стороны очередность исполнения своих обязанностей (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, по общему правилу в договоре купли-продажи обязанность продавца передать товар в собственность покупателя и обязанность последнего оплатить товар являются встречными по отношению друг к другу (пункт 57 постановления № 54).

Поскольку действующим законодательством при продаже товара в кредит (статья 488 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условиями договора в настоящем деле не предусмотрена возможность покупателя по суду требовать от продавца исполнения обязательства по передаче товара в натуре в отсутствие исполнения своего встречного обязательства по оплате товара, то общество «СИр» как покупатель имеет право на иск к обществу «Амико» как продавцу о возложении обязанности передать товар в натуре только при условии исполнения им своего встречного обязательства по оплате товара.

Сложившаяся судебная практика по данному вопросу исходит из того, что неисполнение покупателем встречной обязанности по оплате товара исключает для него право требовать поставки неоплаченного товара.

В рамках настоящего дела оплата товара по договорам купли-продажи обосновывается произведенным между покупателем – обществом «СИр» и продавцом – обществом «Амико» зачетом встречного требования общества «СИр» к обществу «Амико» об оплате по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018, по которому общество «СИр» (цедент) переуступило обществу «Амико» (цессионарий) право требования к обществу «Курсор» (должник) оплаты по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 тыс. рублей.

В свою очередь требование к обществу «Курсор» (должник) об оплате по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 тыс. рублей получено обществом «СИр» (цессионарий) от общества «Тройка» (первоначальный цедент) по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1.

Переуступленное в пользу общества «Амико» требование к обществу «Курсор» (должник) 5 400 тыс. рублей являлось задолженностью общества «Курсор» перед обществом «Тройка» по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 за уступленное в пользу общества «Курсор» требование к обществу «Таганрогский кожевенный завод» (должник) о возврате займа на сумму 7 500 тыс. рублей по договору займа от 21.11.2013 № 005.

Между тем, несмотря на уступку требования к обществу «Курсор» в пользу общества «СИр» (цессионарий) по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 и последующую его переуступку обществом «СИр» (цедент) в пользу общества «Амико» (цессионарий) по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018, общество «Тройка» (первоначальный цедент) 27.02.2019 обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к обществу «Курсор» о взыскании 5 400 тыс. рублей задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 25.02.2020 по делу № А40-49986/2019 исковые требования общества «Тройка» удовлетворены в полном объеме.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 04.02.2021 по делу № А40-49986/2019 отказано в удовлетворении заявления общества «СИр» о процессуальном правопреемстве по тому основанию, что переход в материально-правовых отношениях не состоялся.

Поскольку общество «Тройка» самостоятельно реализовало требование к обществу «Курсор», получив решение суда о взыскании 5 400 тыс. рублей задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в свою пользу, то в общество «Амико» утратило уступленное ему по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 требование по не зависящим от него причинам.

При рассмотрении настоящего дела суды исходили из того, что наличие у общества «СИр» требования к обществу «Амико» о передаче оборудования, являющегося предметом договоров купли-продажи, не может ставиться в зависимость от осуществления или неосуществления обществом «Амико» своих прав по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018.

Суды не усмотрели признаков недобросовестности в действиях общества «СИр», которое, по мнению судов, не было осведомлено об обращении общества «Тройка» в Арбитражный суд г. Москвы с иском к обществу «Курсор» при наличии уступленного права другому лицу.

Однако суды не указали и на наличие признаков недобросовестности в действиях общества «Амико», которое, получив требование по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018, имело право рассчитывать на реализацию полученного требования.

Так, договор уступки прав (требований) с обществом «Амико» заключен 01.11.2018, а уже 27.02.2019 (через 4 месяца) общество «Тройка» самостоятельно предъявило иск в Арбитражный суд г. Москвы к обществу «Курсор».

Суды не привели правовое обоснование, позволяющее считать отсутствие со стороны общества «Амико» действий по реализации полученного им требования к обществу «Курсор» в течение 4-х месяцев неразумным или недобросовестным поведением.

Действующее законодательство не содержит положений о том, что нереализация цессионарием уступленного ему требования влечет утрату последнего.

Суды не учли, что в соответствии с пунктом 2.1.1 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 общество «СИр» (цедент) обязалось в течение 10 календарных дней с момента заключения договора передать обществу «Амико» (цессионарий) все необходимые документы, удостоверяющие права (требования), указанные в пункте 1.1 договора, в том числе договор уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016; платежные поручения, подтверждающие перечисление денежных средств по названному договору; иные имеющиеся документы, относящиеся к исполнению названного договора.

В материалах дела отсутствуют доказательства исполнения обществом «СИр» обязанности, предусмотренной пунктом 2.1.1 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018.

Суды не обосновали, каким образом в отсутствие документов, удостоверяющих уступленное право (требование), общество «Амико» могло его реализовать до момента обращения общества «Тройка» в Арбитражный суд г. Москвы с иском к обществу «Курсор» о взыскании задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016.

Кроме того, пунктом 6.5 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 предусмотрена обязанность цедента (общества «СИр») в трехдневный срок после подписания договора уведомить должника по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 и всех заинтересованных третьих лиц об уступке своего права (требования).

Аналогичная обязанность общества «Тройка» предусмотрена пунктом 6.5 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1.

Однако в материалах дела отсутствуют доказательства уведомления обществом «Тройка» и обществом «СИр» должника (общества «Курсор») о состоявшейся уступке.

Признавая общество «СИр» добросовестным участником сложившихся правоотношений и отдавая приоритет защите его права на получение товара по договорам купли-продажи, суды не учли, что в результате упомянутых сделок цессии обществу «Амико» передано в качестве оплаты требование к обществу «Курсор», которое впоследствии утрачено в результате действий первоначального цедента (общества «Тройка»).

В соответствии с пунктом 3.1 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 общество «СИр» (цессионарий) обязалось уплатить обществу «Тройка» (цедент) за уступленное требование 5 400 тыс. рублей в срок до 31.12.2019.

Согласно пункту 5.3 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 при неоплате цессионарием стоимости прав (требований), передаваемых по настоящему договору, в сроки, указанные в пункте 1.3 договора, договор считается прекратившим свое действие.

Определением от 10.08.2022 суд апелляционной инстанции предлагал обществу «СИр» представить доказательства оплаты обществу «Тройка» 5 400 тыс. рублей по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1, однако, обществом «СИр» соответствующие доказательства не представлены.

Суды не дали оценки тому обстоятельству, что в сложившейся ситуации общество «СИр», получив от общества «Тройка» требование к обществу «Курсор» по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 в отсутствие какой-либо оплаты, и переуступив его в тот же день обществу «Амико», не понесло никаких финансовых потерь.

В связи с исключением общества «Тройка» из ЕГРЮЛ 30.12.2020 обязательство общества «СИр» по оплате уступленного права по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 прекратилось на основании статьи 419 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В свою очередь на общество «Амико», утратившее возможность получения исполнения по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018, суды возложили обязанность передать обществу «СИр» дорогостоящее оборудование, стоимость которого согласно оценке сторон, выраженной в договорах купли-продажи, составляет 5 400 тыс. рублей, что свидетельствует о нарушении баланса интересов сторон.

При таких обстоятельств выводы судов о добросовестности общества «СИр» являются преждевременными, сделанными без исследования всех обстоятельств дела.

В ходе судебного заседания представители общества «Амико» пояснили, что 02.11.2018 единственным участником общества «Амико» принято решение об освобождении ФИО6 от занимаемой должности директора. Заявление о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ подано 09.11.2018, запись в ЕГРЮЛ внесена 16.11.2018.

Таким образом, договоры купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и от 02.10.2018 № ОС/2, договор уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акт о зачете взаимных требований от 02.11.2018 подписаны от имени общества «Амико» директором ФИО6 незадолго до освобождения ее от должности директора (02.11.2018).

В апелляционной жалобе общество «Амико» указывало, что обществу стало известно о существовании договоров купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и от 02.10.2018 № ОС/2, договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 после получения 01.03.2019 от общества «СИр» почтового отправления (почтовый идентификатор 34400030030447), в котором находились оригиналы указанных документов, в подтверждение чего к апелляционной жалобе приобщена копия почтового конверта с описью вложения, в которой перечислены упомянутые документы, однако, суд апелляционной инстанции не дал оценки доводам общества «Амико» и представленным доказательствам.

В материалах электронного дела №А32-8910/2020 имеется копия постановления мирового судьи судебного участка № 261 Кущевского района Краснодарского края от 25.12.2020 по делу №1-43/2020 о прекращении уголовного дела в отношении подсудимой ФИО6 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 330 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Как следует из названного постановления, на основании решения участника общества «Амико» от 02.11.2018 с указанной даты ФИО6 освобождена от занимаемой должности директора общества «Амико» с назначением на должность директора другого лица. В период с 06.11.2018 по 15.11.2018 у ФИО6, достоверно осведомленной 09.11.2018 о том, что 02.11.2018 она не является директором общества «Амико» и не имеет права распоряжаться имуществом и денежными средствами общества, возник умысел, направленный на самовольное, вопреки установленному законом и иным нормативным правовым актам порядку совершение действий по перечислению денежных средств размере 2 300 тыс. рублей с расчетного счета общества «Амико» на расчетный счет ООО «Индастриал Груп» (ИНН <***>, ОГРН <***>), с использованием средства электронного доступа к расчетному счету. Реализуя указанный умысел, ФИО6 15.11.2018 в неустановленное время, находясь в неустановленном месте, действуя умышленно, осознавая, что с 02.11.2018 она не является директором (единоличным исполнительным органом) ООО «Амико», в связи с чем не имеет права распоряжаться имуществом и денежными средствами общества, в нарушение положений пункта 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, подпункта 2 пункта 2.1 статьи 32, подпункта 4 пункта 2 статьи 33, статьи 39, пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьи 25 устава ООО «Амико», утвержденного решением единственного учредителя от 27.11.2012 № 1, с использованием средства электронного доступа перечислила денежные средства в размере 2 300 тыс. рублей с расчетного счета ООО «Амико» на расчетный счет ООО «Индастриал Груп» с указанием назначения платежа «за вет-блю по договору № 54/8 от 30.10.2018г.», причинив тем самым ООО «Амико» существенный вред в виде лишения общества права на распоряжение денежными средствами для осуществления своей хозяйственной деятельности и исполнения возложенных на него обязательств, невозможности своевременного погашения налоговых платежей и выплаты заработной платы работникам общества в соответствии с очередностью, предусмотренной статьей 855 Гражданского кодекса Российской Федерации. Действия ФИО6 органом предварительного расследования квалифицированы по части 1 статьи 330 Уголовного кодекса Российской Федерации – самоуправство, то есть самовольное вопреки установленному законом и иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред.

Согласно содержащимся в ЕГРЮЛ сведениям единственным участником и директором ООО «Индастриал Груп» является ФИО7

При этом ФИО7 является единственным участником и директором общества «СИр».

При наличии доказательств неправомерных действий ФИО6 в период осведомленности ее об освобождении от должности директора общества «Амико» в пользу ООО «Индастриал Груп», единственным участником и директором которого является ФИО7, в ущерб интересам общества «Амико», судам следовало оценить действиям ФИО6 по заключению договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и подписанию акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018, совершенных в преддверии освобождения ее от должности директора, с обществом «СИр», единственным участником и директором которого также является ФИО7 При этом следует иметь ввиду экономический результат заключения спорных сделок: возникновение у общества «СИр» права требования передачи оборудования стоимостью 5 400 тыс. рублей и получение обществом «Амико» в счет оплаты оборудования утраченного по не зависящим от него обстоятельствам права требования к обществу «Курсор».

Кроме того, как следует из судебных актов Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-49986/2019 интересы общества «Тройка» при рассмотрении указанного дела по существу и при рассмотрении заявления общества «СИр» о процессуальном правопреемстве представлял один и тот же представитель – ФИО8 (решение суда от 25.02.2020, определение от 04.02.2021).

При наличии у обществ «Тройка» и «СИр» общего представителя по делу № А40-49986/2019 вывод судов об отсутствии осведомленности общества «СИр» о самостоятельном обращении общества «Тройка» в Арбитражный суд города Москвы в рамках упомянутого дела о взыскании задолженности с общества «Курсор» не может быть признан достаточно обоснованным.

Изложенные обстоятельства в совокупности подтверждают согласованность действий ФИО6, общества «Тройка» и общества «СИр» и могут свидетельствовать о том, что при подписании договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1, договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 указанные лица не предполагали реальный переход к обществу «Амико» права требования к обществу «Курсор».

При таких обстоятельствах судам следовало оценить действия ФИО6, общества «Тройка» и общества «СИр» на предмет наличия признаков злоупотребления правом.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

В пункте 7 постановления № 25 указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно пункту 8 постановления № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 постановления № 25, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса, а также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

При рассмотрении дела суды ограничились формальным указанием на состоявшийся 01.11.2018 переход к обществу «Амико» права требования от общества «СИр» и прекращение обязательства по оплате товара по договорам купли-продажи в соответствии с подписанным сторонами 02.11.2018 соглашением о зачете взаимных требований.

Вместе с тем заключение договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 обществом «Тройка» с обществом «СИр» и договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 обществом «СИр» с обществом «Амико» в один день; неисполнение обществом «Тройка» и обществом «СИр» своих обязательств по договорам уступки в части передачи цессионарию документов, удостоверяющих требования к должнику (обществу «Курсор»), и по уведомлению должника о состоявшейся уступке; отсутствие оплаты со стороны общества «СИр» в пользу общества «Тройка» за уступленное требование; подписание обществом «СИр» и обществом «Амико» акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 в последний день исполнения ФИО6 полномочий директора; подписание ФИО6 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 без получения от цедента документов, удостоверяющих уступленное требование, и доказательств уведомления должника о состоявшейся уступке и непринятие ФИО6 мер к какому-либо взаимодействию с должником; совершение ФИО6 после освобождения от должности директора общества «Амико» незаконных действий по перечислению денежных средств с расчетного счета общества «Амико» на расчетный счет общества «Индастриал Груп», единственным участником и директором которого является ФИО7; наличие связи между обществом «Тройка» и обществом «СИр» через общего представителя ФИО8; наличие связи между ФИО6 и обществом «СИр» через директора и единственного учредителя ФИО7; самостоятельная реализация обществом «Тройка» уступленного по спорным договорам права путем обращения в Арбитражный суд г. Москвы без привлечения цессионария к участию в деле; направление обществом «СИр» в адрес общества «Амико» оригиналов договоров купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1, от 02.10.2018 № ОС/2, договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 от общества «СИр» по почте только 18.01.2019 может свидетельствовать об отсутствии у общества «Тройка», общества «СИр» и ФИО6 намерений реально передать обществу «Амико» требование к обществу «Курсор».

Уступка требования по договору от 01.11.2018 без намерения его реальной передачи может свидетельствовать о заведомо недобросовестном осуществлении обществом «СИр» гражданских прав (злоупотребление правом) и являться основанием для вывода о ничтожности договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018.

В случае ничтожности договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 обязанность общества «СИр» по оплате оборудования, приобретенного по договорам купли-продажи, не может считаться прекращенной.

При рассмотрении дела судами указанные обстоятельства не исследовались и оценка им не давалась.

При таких обстоятельствах выводы судов о наличии оснований для удовлетворения исковых требований общества «СИр» являются преждевременными, сделанными без всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены судами первой и апелляционной инстанций (часть 2 статьи 287 Кодекса).

С учетом изложенного суд кассационной инстанции считает, что судами первой и апелляционной инстанций не были исследованы и установлены обстоятельства, относящиеся к предмету доказывания, не применены нормы права, подлежащие применению, не дана правовая оценка всем представленным доказательствам и всем доводам сторон, выводы судов сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела. Для принятия обоснованного и законного судебного акта по существу спора требуется исследование и оценка доказательств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции, поэтому обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 Кодекса).

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное в настоящем постановлении, установить все существенные для правильного разрешения спора обстоятельства, а также дать надлежащую правовую оценку доводам (возражениям) участвующих в деле лиц, представленным ими доказательствам. Спор следует разрешить с правильным применением норм материального и процессуального права.

Согласно абзацу второму части 3 статьи 289 Кодекса при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.06.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022 по делу № А32-48185/2019 в части удовлетворения первоначального иска и взыскания расходов по уплате государственной пошлины по первоначальному иску отменить, дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Тамахин



Судьи

О.В. Бабаева


М.Н. Малыхина