Решение от 12 октября 2020 г. по делу № А66-9029/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ

170100, г. Тверь, ул. Советская, д.23

http://tver.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

с перерывом в порядке статьи 163 АПК РФ

Дело № А66-9029/2019
г.Тверь
12 октября 2020 года


резолютивная часть объявлена 05 октября 2020 года


Арбитражный суд Тверской области в составе судьи Матвеева А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление от 31.05.2019 Общества с ограниченной ответственностью «Полиэксим», Московская область, г.Королев к ответчикам: ФИО3, г.Москва, ФИО4, Московская область, г.Пушкино о взыскании 3 078 225 руб. 62 коп. в порядке привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

11 июня 2019 года Общество с ограниченной ответственностью «Полиэксим», Московская область, г.Королев обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением к ответчикам: ФИО3, г.Москва, ФИО4, Московская область, г.Пушкино о привлечении контролирующих лиц Общества с ограниченной ответственностью Торгово-производственная компания «Астронг» (г.Тверь, ОГРН <***>, ИНН <***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего в размере 3 078 225 руб. 62 коп.

Определением суда от 03 июля 2019г. заявление принято к производству с присвоением делу номера А66-9029/2019.

В ходе рассмотрения дела ответчиками письменно заявлено о применении срока исковой давности по требованию Общества с ограниченной ответственностью «Полиэксим», Московская область, г.Королев.

Заявителем представлены в материалы дела письменные возражения по существу заявлений ответчиков о пропуске срока исковой давности.

26 марта 2020г. в материалы дела поступили сведения, истребованные арбитражным судом первой инстанции в налоговом органе.

22 сентября 2020г. в материалы дела поступило письменное заявление от 13.09.2020 Общества с ограниченной ответственностью «Полиэксим», Московская область, г.Королев об изменении основания искового заявления от 31.05.2019 – заявителем исключены из основания требования обстоятельства, связанные с отсутствием на стороне ответчиков действий, направленных на обращение в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «ТПК «Астронг», действий по совершению сделки с Обществом с ограниченной ответственностью «Астронг-К».

В настоящем судебном заседании представителем Общества с ограниченной ответственностью «Полиэксим», Московская область, г.Королев заявление от 13.09.2019 об уточнении основания требования поддержано.

Ответчиком не заявлено возражений против удовлетворения заявления об уточнении основания требования.

Суд определил: удовлетворить заявление от 13.09.2019 Общества с ограниченной ответственностью «Полиэксим», Московская область, г.Королев об уточнении основания искового заявления от 31.05.2019, как не противоречащее статьям 41, 49 АПК РФ, не нарушающее права и законные интересы лиц, участвующих в деле, и третьих лиц.

С учетом указанного процессуального действия представителем заявителя требование поддержано.

Возражая по существу заявления ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, представителем заявителя указано на то, что такой срок следует исчислять не ранее даты внесения в Единый государственный реестр юридических лиц записи о ликвидации Общества с ограниченной ответственностью «Продкомпани», поскольку, как отмечено представителем заявителя, с даты ликвидации указанного юридического лица в распоряжении истца появилась информация о неисполнимости ООО «Продкомпани» принятых обязательств перед контрагентами.

Ответчиком ФИО3 заявлено о неизменности правовой позиции по делу – данным лицом заявлены возражения против удовлетворения требования заявителя.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще, явку представителей не обеспечили, возражений против рассмотрения дела в их отсутствие не заявили.

В судебном заседании был объявлен перерыв до 09 час. 10 мин. 05 октября 2020г.

В назначенное время судебное заседание продолжилось. Явка представителей для участия в судебном заседании после перерыва, лицами, участвующими в деле, не обеспечена.

Дело рассмотрено по имеющимся материалам в отсутствие лиц, участвующих в деле, по правилам статей 123, 156 АПК РФ.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что 20.12.2010 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее ЕГРЮЛ) внесена запись о государственной регистрации создания Общества с ограниченной ответственностью Торгово-производственная компания «Астронг» (далее – ООО ТПК «Астронг») с размером уставного капитала 20 000 руб.

Учредителями (участниками) ООО ТПК «Астронг» являлись: ФИО4 (размер доли участия в уставном капитале Общества – 25 %), ФИО3 (размер доли участия в уставном капитале Общества – 25 %), последний до признания ООО ТПК «Астронг» банкротом также являлся руководителем ООО ТПК «Астронг».

Определением Арбитражного суда Тверской области от 19 февраля 2014 (резолютивная часть объявлена 17 февраля 2014) по делу № А66-15090/2013 требования Общества с ограниченной ответственностью «Строймол» признаны обоснованными, в отношении ООО ТПК «Астронг» введена процедура наблюдения.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 07 октября 2014 по делу № А66-15090/2013 требования Общества с ограниченной ответственностью «Полиэксим» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО ТПК «Астронг» в сумме 3 391 911 руб. 99 коп., включая основную задолженность в размере 3 040 069 руб. 29 коп., пени в размере 313 686 руб. 37 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 38 156 руб. 33 коп.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 03 июня 2014 (резолютивная часть объявлена 28 мая 2014) по делу № А66-15090/2013 ООО ТПК «Астронг» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО5.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 14 октября 2014 по делу № А66-15090/2013 конкурсным управляющим ООО ТПК «Астронг» утвержден ФИО5.

В ходе конкурсного производства, исполняя возложенные Законом о банкротстве обязанности, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Нижегородской области к Обществу с ограниченной ответственностью «Продкомпани», г.Нижний Новгород о взыскании 30 576 977 руб. 71 коп., включая 30 006 169 руб. 36 коп. основной задолженности по оплате товара, переданного по товарным накладным, 570 742 руб. 34 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 03.09.2014 по 25.11.2014.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 19 февраля 2015 по делу № А43-30680/2014 требования истца удовлетворены; с Обществу с ограниченной ответственностью «Продкомпани» в пользу ООО ТПК «Астронг» взыскано 30 006 169 руб. 36 коп. основной задолженности по оплате товара, переданного по товарным накладным, 570 742 руб. 34 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 03.09.2014 по 25.11.2014.

В указанном судебном акте судом установлено, что при отсутствии заключенного договора поставки ООО ТПК «Астронг» по товарным накладным от 24.10.2013 № 1240, от 21.01.2014 № 2, от 30.05.2014 № 5, от 05.02.2014 №№ 7, 8 передало ООО «Продкомпани» товар на общую сумму 30 006 169 руб. 36 коп. При этом, обязательство по оплате полученного товара ООО «Продкомпани» не исполнило.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ от 12.11.2019, ООО «Продкомпани» с 22.10.2018 прекратило свою деятельность как юридическое лицо в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 03 июня 2016 по делу № А66-15090/2013 конкурсное производство в отношении ООО ТПК «Астронг» завершено. 13.07.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.

Кредитор – ООО «Полиэксим» – после завершения процедуры банкротства в порядке пункта 1 статьи 61.19 Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обратилось с самостоятельным заявлением о привлечении ответчиков: ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь на совершение сделки с заведомо неспособным исполнить обязательства лицом – ООО «Продкомпани», приведшей к неплатежеспособности должника.

Проанализировав материалы дела, исследовав собранные по делу доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, арбитражный суд пришел к нижеследующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными указанным федеральным законом.

Исходя из общих положений статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) о действии гражданского законодательства по времени и правовой позиции, изложенной в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) и Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статьи 4.2 и 14 положения о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73- ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10), и Закона о банкротстве банков в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона №266-ФЗ).

Другими словами, к спорным правоотношениям подлежат применению те положения Закона о банкротстве, которые действовали на момент существования обстоятельств, расцененных заявителем в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, при этом новые положения Закона о банкротства подлежат применению только к процессуальным моментам.

В соответствии с пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

Согласно пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного Закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Тверской области от 07 октября 2014 по делу № А66-15090/2013 требования ООО «Полиэксим» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО ТПК «Астронг» в сумме 3 391 911 руб. 99 коп., включая основную задолженность в размере 3 040 069 руб. 29 коп., пени в размере 313 686 руб. 37 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 38 156 руб. 33 коп.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 03 июня 2016 производство по делу № А66-15090/2013 о несостоятельности (банкротстве) ООО ТПК «Астронг» завершено, в связи с завершением всех мероприятий конкурсного производства, предусмотренных Законом о банкротстве.

Доказательства того, что требование заявителя было удовлетворено, в ходе проводившихся в отношении должника процедур банкротства, в материалах дела отсутствуют.

Следовательно, заявитель обладает правом на обращение с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Поскольку, обращаясь в суд с анализируемым заявлением, заявитель указывает на совершение ФИО3, ФИО4 неправомерных действий, направленных на умышленное уменьшение активов должника в 2013-2014г.г., повлёкшие невозможность погашения задолженности перед кредитором, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве, действующий в соответствующий период времени.

В обозначенный период действовавшая редакция пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривала, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства - причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в пункте 4 статьи 10 закона о банкротстве, не устранены и в настоящее время содержатся в статье 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица по совершению (одобрению) этим лицом или в пользу этого лица одной или нескольких сделок должника, а также при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности либо отсутствие в них информации об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации или искажении этой информации, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Как указывалось выше, ФИО4 и ФИО3 в спорный период являлись учредителями (участниками) ООО ТПК «Астронг», а ФИО3, в свою очередь, также до признания ООО ТПК «Астронг» банкротом являлся руководителем Общества, следовательно, данные лица имели право давать обязательные указания для должника либо иным образом определять действия должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

При рассмотрении вопроса об ответственности руководителей должника необходимо иметь в виду, что физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя вреда (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Вместе с тем, по общему правилу предполагается, что ситуация невозможности исполнения должником имеющихся обязательств обусловлена в первую очередь причинами экономического характера, а не наличием умысла со стороны руководителя должника, действия которого признаются не выходящими за пределы обычного разумного делового риска даже при наличии негативных последствий принятия им управленческих решений, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Таким образом, ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества), кредитор, не получивший должного от юридического лица (должника) и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях таких лиц умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Бремя опровержения обоснованных доводов истца по общему правилу лежит на ответчике, привлекаемом к ответственности. Вместе с тем, целесообразным в данном случае является также возложение на истца бремени доказывания наличия исключительных обстоятельств, свидетельствующих о противоправном использовании конструкции юридического лица путем совершения его руководителями противоречащих требованиям добросовестности и разумности действий (бездействия). Необходимо учитывать, что рассматриваемая ситуация является исключением из принципа ограниченной ответственности участников, и стандарт доказывания не должен быть менее строгим, чем по делам о привлечении к субсидиарной ответственности.

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел, как привлечение руководителя к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества) суд должен исследовать и оценивать как заявленные истцом требования и приведенные в обоснование своей позиции доводы, так и приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействия) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

В соответствии с пунктами 3 и 4 Постановления № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации, или до принятия решения не предпринял действия, направленные на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Согласно пункту 25 Постановления № 25, абзацу второму пункта 1 Постановления № 62 негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Из буквального содержания норм главы III.2 Закона о банкротстве и приведенных в Постановление № 53 разъяснений не следует, что при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности оценке подлежат исключительно действия указанных лиц, совершенные в рамках осуществления хозяйственной деятельности должника.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что в результате действий ФИО3 и ФИО4 по совершению сделки (разовых сделок поставки) с ООО «Продкомпани» (лицом заведомо неспособным исполнить свои обязательства), произошло уменьшение активов ООО «ТПК «Астронг» при отсутствии соразмерного встречного предоставления, что в свою очередь привело к имущественным потерям ООО «Полиэксим» в виде неполучения денежных средств, причинило убытки истцу в виде невыплаты ему 3 078 225 руб. 62 коп.

Вместе с тем суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований истца о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 (абзаца третьего пункта 4 статьи 10) Закона о банкротстве в связи с причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, ввиду недоказанности конкурсным управляющим всей совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения к такой ответственности.

Факт совершения сделки приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления.

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, т.е. лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 06.07.2016).

Доказательств того, что только действиями или указаниями ФИО3, ФИО4 ООО «ТПК «Астронг» было доведено до состояния несостоятельности (банкротства) в полной мере удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, в материалы дела не представлено.

Наряду с этим, судом приняты во внимание пояснения ответчика ФИО3 изложенные в письменном отзыве, указывающего на то, ООО «ТПК «Астронг» являлось производственно-торговой компанией, основным видом деятельности которого являлось производство и реализация различных видов пленки и полиэтилена; в рамках осуществления своей текущей деятельности ООО «ТПК «Астронг» заключались сделки с многочисленными контрагентами. Сделка, совершенная должником с ООО «Продкомпани» была осуществлена ООО «ТПК «Астронг» в процессе обычной хозяйственной деятельности. Данные доводы истцом не опровергнуты.

Кроме того, в соответствии с пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Из буквального содержания норм главы III.2 Закона о банкротстве и приведенных в Постановление № 53 разъяснений не следует, что при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности оценке подлежат исключительно действия указанных лиц, совершенные в рамках осуществления хозяйственной деятельности должника.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве указано, что если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 названного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Таким образом, основанием для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности являются только те обстоятельства, которые стали известны заявителю после прекращения дела о банкротстве должника.

Вместе с тем фактически в основаниях заявленных требований истцом поставлены вопросы, по сути связанные с исполнением обязательств по разовым сделкам поставки. В то же время кредитор являясь лицом, участвовавшим в деле о банкротстве должника, каких-либо требований к конкурсному управляющему, претензий к контролирующим должника лицам в ходе процедуры банкротства, применяемой в отношении ООО «ТПК «Астронг», не предъявлял.

В такой ситуации, само по себе исключение ООО «Продкомпани» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица 22.10.2018, т.е. спустя четыре года после ненадлежащего исполнения обязательств, установленных судебным актом по делу № А43-30680/2014, вследствие которых у ООО «Продкомпани» возникли денежные обязательства перед ООО «ТПК «Астронг», и более двух лет с момента завершения процедуры конкурсного производства в отношении последнего, при недоказанности причинно-следственной связи между невозможностью погашения должником в полном объеме требований кредиторов и действиями (бездействием) контролирующих должника лиц, не является основанием для привлечения последних к субсидиарной ответственности по обязательствам самого должника.

Доказательства, свидетельствующие об умышленных действиях ответчиков, направленных на уменьшение активов должника, недобросовестности либо неразумности в действиях ответчиков, повлекших неисполнение обязательств общества перед заявителем, не представлены.

Данные бухгалтерской отчетности, на которые ссылается истец, представляет собой лишь субъективное мнение относительно эффективности хозяйственной деятельности ООО «Продкомпани». Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние. Уменьшение чистых активов общества следует рассматривать как признак ухудшающегося финансового состояния общества, требующего принятия соответствующих мер.

Обстоятельства наличия у ООО «Продкомпани» задолженности перед ООО «ТПК «Астронг», её размере, основаниях возникновения, были известны как конкурсному управляющему, так и кредитору ООО «Полиэксим» - истцу по настоящему делу, в рамках дела о банкротстве ООО «ТПК «Астронг». Бухгалтерская отчетность должника также анализировалась арбитражным управляющим должника ООО «ТПК «Астронг» в ходе процедуры наблюдения, по результатам которой сделан финансово-хозяйственный анализ деятельности должника.

Соответственно, как арбитражный управляющий, так и конкурсный кредитор, располагали сведениями о дебиторской задолженности ООО Полиэксим», взысканной конкурсным управляющим в ходе процедуры банкротства ООО «ТПК «Астронг», а в последующем и реализованной на торгах. Так, согласно пояснениям истца, изложенных в возражениях на отзыв ответчика, сведениями о совершении спорной сделки, равно неисполнении ООО «Продкомпани» обязательств перед должником, истцу стало известно в 2015г.

Но при всем при этом, ни арбитражный управляющий, ни конкурсный кредитор в рамках дела о банкротстве не обращались с заявлением об оспаривании сделки по поставке товарно-материальных ценностей по товарным накладным в адрес ООО Полиэксим». Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции приходит выводу о том, что недобросовестность в действиях ответчиков, противоправность действий, а также наличие причинно-следственной связи между наступившими убытками истца и действиями (бездействием) ответчиков не доказаны.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно статье 68 АПК РФ, обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В силу статьи 71 Арбитражного Процессуального Кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

При таких обстоятельствах, поскольку совокупность необходимых условий для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков не доказана, оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности не установлено, суд не усматривает законных оснований для удовлетворения заявленных Обществом с ограниченной ответственностью «Полиэксим», Московская область, г.Королев требований о взыскании с ответчиков убытков в размере 3 078 225 руб. 62 коп.

Оценивая довод ответчиков ФИО3 и ФИО4 о пропуске истцом при обращении с заявленными требованиями срока исковой давности суд первой инстанции отмечает следующее.

Срок исковой давности является категорией материального права, в связи с чем при установлении факта того, является ли он пропущенным, в рассматриваемом случае надлежит руководствоваться нормами Закона о банкротстве в редакции Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, поскольку вменяемые в вину ответчиков действия имели место до вступления указанного закона в силу (2013-2014 г.г.).

В этот период применительно к заявленным основаниям вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности регулировался положениями статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (далее – Закон № 73-ФЗ), а с 30.06.2013 - статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (далее - Закон № 134-ФЗ).

По смыслу действовавшей на момент совершения контролирующим должника лицами вменяемых им незаконных действий (бездействия) редакции статьи 200 ГК РФ, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у заявителя права на иск и объективной возможности для его реализации.

Вменяемые ответчикам действия совершены в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, согласно положениям пункта 5 которой заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Указанный в абзаце 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве срок является специальным сроком исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), который в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом.

ООО «ТПК «Астронг» признано банкротом 28.05.2014. Все обстоятельства, о которых заявляет истец, имели место в течение 2013-2015 г.г., были и должны были быть известны истцу в ходе дела о банкротстве, процедура которого в силу закона является публичной.

Исходя из материалов дела, срок исковой давности по заявлению ООО «Полиэксим» истек 29.05.2015, то есть по истечение года с даты открытия конкурсного производства, когда конкурсный кредитор мог обратиться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Поскольку с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности истец обратился только 01.06.2019, годичный срок исковой давности пропущен, равно как с учетом даты обращения последнего в арбитражный суд, им пропущен и максимальный срок (не позднее трех лет со дня признания должника банкротом) на обращение с настоящими требованиями.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя по правилам статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 65, 110, 121-123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

удовлетворить заявление от 13.09.2019 Общества с ограниченной ответственностью «Полиэксим», Московская область, г.Королев об уточнении основания искового заявления от 31.05.2019.

В удовлетворении искового заявления от 31.05.2019 Общества с ограниченной ответственностью «Полиэксим», Московская область, г.Королев отказать, с отнесением расходов по уплате государственной пошлины на истца.


Решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Вологда в месячный срок со дня его принятия.


Судья А.В. Матвеев