Постановление от 20 марта 2023 г. по делу № А41-1022/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 20.03.2023 Дело № А41-1022/16

Резолютивная часть постановления объявлена 13.03.2023 Полный текст постановления изготовлен 20.03.2023

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, судей: Н.Я. Мысака, Н.Н. Тарасова при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 14.05.2021, срок 3 года;

от ФИО3 – ФИО2, по доверенности от 13.08.2020, срок 5 лет;

от ФИО3 - ФИО2, по доверенности от 12.10.2020, срок 5 лет; от ФИО4 – ФИО5, по доверенности от 26.04.2022, срок 5 лет;

от конкурсного управляющего должником – ФИО6, по доверенности от 21.10.2022, срок 1 год;

от уполномоченного органа – ФИО7, по доверенности от 20.12.2022 до 22.11.2023;

от ФИО8 – ФИО9, по доверенности от 21.06.2019, срок 5 лет;


от ФИО10 – ФИО11, по доверенности от 23.03.2021, срок 3 года;

от Ткача В.Р. – лично по паспорту РФ; ФИО12, по доверенности от 25.08.2021, срок 3 года;

от ФИО13 – лично по паспорту РФ, ФИО12, по доверенности от 12.10.2021, срок 2 года;

от ФИО14 – ФИО12, по доверенности от 30.12.2020, срок 3 года;

рассмотрев 13.03.2023 в судебном заседании кассационные жалобы ФИО3, ФИО3, УФНС по городу Москве и конкурсного управляющего должником,

на определение от 15.07.2022 Арбитражного суда Московской области, на постановление от 09.12.2022 Десятого арбитражного апелляционного суда,

о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО3, ФИО8, ФИО15, ФИО14, ФИО13, Ткача В. Р., ФИО10, ООО «МИНОРА ЛАЙФ», ЗАО «ГК «СУ-155», ООО «ЛАРЕМ», ООО «МЕНЕЛАЙ», ООО «МУ-2», ООО «МУ-3», ООО «ПРИНТМАРКЕТ ТМ», ООО «РИДЖЕНСИ», ООО «ШАТОВО», ООО «БЕЛЭСКО», ООО «ЭВИЯ», ПК ПУН «СОЦИНВЕСТ- РЕЗЕРВ»,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «СУ-155»

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 12.04.2018 акционерное общество «СУ-155» (далее - АО «СУ-155», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура банкротства - конкурсное производство.


Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.04.2018 № 65.

Определением Арбитражного суда Московской области от 20.12.2018 ФИО16 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «СУ-155», конкурсным управляющим должником утвержден ФИО17.

Определениями Арбитражного суда Московской области от 27.12.2016, 17.09.2018, 17.09.2018, 28.01.2019 в реестр требований кредиторов должника включены требования ФНС России в лице МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 3 (далее уполномоченный орган) на общую сумму 4 393 956 898 руб. 15 коп.

11.09.2018 ФНС России в лице УФНС России по г. Москве обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просило:

- признать доказанным наличие оснований для солидарного привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «СУ-155» следующих лиц: ФИО1, ФИО4, ФИО18, ФИО3, ФИО3, ФИО19, ФИО8, ФИО20, ФИО21, ФИО15, ФИО14, ФИО13, ФИО22, ФИО10, ФИО23, общество с ограниченной ответственностью «минора лайф», закрытое акционерное общество «Визель», закрытое акционерное общество «Группа компаний СУ-155» (сокращенное наименование ЗАО «ГК СУ-155»), закрытое акционерное общество «Гранд Инвест», общество с ограниченной ответственностью «Гранд-Инвест», общество с ограниченной ответственностью «Ларем», общество с ограниченной ответственностью «Менелай», общество с ограниченной ответственностью «МУ-2», общество с ограниченной ответственностью «МУ-3», общество с ограниченной ответственностью «Принтмаркет ТМ», общество с ограниченной ответственностью «Ридженси», общество с ограниченной ответственностью «Шатово», общество с


ограниченной ответственностью «Белэско», общество с ограниченной ответственностью «Эвия», потребительский кооператив по приобретению и управлению недвижимостью «Социнвест-резерв» (сокращенное наименование ПК ПУН «Социнвест-резерв»), закрытое акционерное общество «Русский дом»;

- приостановить рассмотрение заявления ФНС России о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами в части размера;

- привлечь к субсидиарной ответственности руководителя АО «СУ-155» М.А.СБ. за неисполнение обязанности по самостоятельному обращению в арбитражный суд с заявлением о признании АО «СУ-155» несостоятельным (банкротом) и взыскать с него в пользу ФНС России задолженность, возникшую в период с 01.08.2014 по 16.01.2016, в размере 11 968 154 478,90 руб.

Протокольным определением суда от 06.04.2021 в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требования уполномоченного органа в отношении ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО3, ФИО8, ФИО15, ФИО14, ФИО13, Ткача В.Р., ФИО10, ООО «Минора лайф», ЗАО «ГК «СУ-155», ООО «Ларем», ООО «Менелай», ООО «МУ-2», ООО «МУ-3», ООО «Принтмаркет ТМ», ООО «Ридженси», ООО «Шатово», ООО «Белэско», ООО «ЭВИЯ», ПК ПУН «Социнвест-резерв» в целях их правильного и полного рассмотрения выделены в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.07.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2022, заявление уполномоченного органа удовлетворено частично, ФИО3, ФИО3 и ООО «Минора лайф» привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в части определения размера субсидиарной ответственности производство по заявлению приостановлено до момента завершения формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами, в удовлетворении заявления в отношении остальных лиц отказано.


Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

С кассационной жалобой также обратилась ФИО3, в которой просит определение и постановление отменить в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

Уполномоченный орган также обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить, направить обособленный спор в части привлечения ФИО1, ФИО4, ФИО8, ФИО15, ФИО14, ФИО13, Ткача В.Р., ФИО10, ООО «Белэско», ООО «Ларем», ООО «Менелай», ООО «МУ-3», ООО «Принтмаркет ТМ», ООО «Ридженси», ООО «ЭВИЯ» к субсидиарной ответственности на новое рассмотрение в Десятый арбитражный апелляционный суд.

Кроме того, с кассационной жалобой обратился конкурсный управляющий должником, в которой просит определение и постановление отменить в части отказа в привлечении ФИО1, ФИО4, ФИО8, ФИО15, ФИО14, ФИО13, Ткача В.Р., ФИО10, ООО «Белэско», ООО «Ларем», ООО «Менелай», ООО «МУ-3», ООО «Принтмаркет ТМ», ООО «Ридженси», ООО «ЭВИЯ» к субсидиарной ответственности, направить обособленный спор в обжалуемой части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

В обоснование кассационных жалоб ФИО3, ФИО3, уполномоченный орган и конкурсный управляющий должником ссылаются на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам в обжалуемых частях.


В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ФИО3, ФИО3, уполномоченного органа, конкурсного управляющего должником поддержали доводы, изложенные в своих кассационных жалобах.

Представители уполномоченного органа, конкурсного управляющего должником возражали против удовлетворения жалоб ФИО3, ФИО3, просили оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части привлечения ФИО3, ФИО3 к субсидиарной ответственности без изменения.

Представители ФИО1, ФИО4, ФИО8, ФИО10, Ткача В.Р., ФИО14 в удовлетворении кассационных жалоб уполномоченного органа и конкурсного управляющего должником просили отказать.

Иные лица, участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационных жалоб, изучив материалы обособленного спора, заслушав представителей ФИО3, ФИО3, уполномоченного органа, конкурсного управляющего должником, ФИО1, ФИО4, ФИО8, ФИО10, Ткача В.Р., ФИО14, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Суд округа проверяет законность и обоснованность судебных актов только в обжалуемых частях в пределах доводов кассационных жалоб.


В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых заинтересованным лицом деяний, контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Исходя из толкования данного пункта, перечень критериев для определения лица, как контролирующего, не является исчерпывающим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического


лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (пункт 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, контролирующим должника лицом, согласно данным нормам, могли быть не только официальные лица, но и конечные бенефициары, фактически принимавшие решения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, действующей на момент рассмотрения спора, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое


лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В пункте 2 данной статьи указано, что возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).


Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие у него статуса контролирующего должника лица, негативных последствий в виде невозможности полного погашения требований кредиторов, причинно-следственной связи действия/бездействия контролирующих лиц должника с этими последствиями.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3) по делу № А56-26451/2016 изложена правовая позиция, согласно которой при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:


1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Как установлено судами, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 16.04.2021, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2021, производство по настоящему обособленному спору в части заявленных требований к ЗАО «ВИЗЕЛЬ», ООО «ГРАНД ИНВЕСТ», ЗАО «ГРАНД ИНВЕСТ» и ЗАО «РУССКИЙ ДОМ» прекращены; ФИО18 и ФИО19 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «СУ-155»; в части определения размера субсидиарной ответственности производство по заявлению приостановлены до момента завершения формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

В данной части постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.12.2021 судебные акты оставлены без изменения.

Судами при рассмотрении указанного спора было установлено, что конечным бенефициаром и лицом, имевшим фактическую возможность определять действия АО «СУ-155», являлся ФИО18 При этом он


фактически управлял всеми организациями, входившими в группу компаний «СУ-155».

Данное обстоятельство подтверждается, как его публичными выступлениями в средствах массовой информации, так и показаниями самих работников должника. Кроме того, ФИО18 на протяжении многих лет занимал должность председателя совета директоров АО «СУ-155», за что единственным из всех членов совета директоров получал заработную плату, превышающую по размеру заработные платы всех остальных сотрудников должника, в том числе и генерального директора.

Одновременно с этим суды в данном споре согласились с позицией уполномоченного органа о том, что кроме ФИО18, выгодоприобретателями от неправомерных действий последнего по руководству как должником, так и по сути всей группой компаний СУ-155, являлись его супруга и дочь.

Вышеуказанным определением суда от 16.04.2021 установлено, что признаки неплатежеспособности у должника возникли в 2011 году, а объективные признаки банкротства АО «СУ-155» - не позднее 2014 г., что подтверждается данными бухгалтерского баланса за 2012 - 2016 гг., указывающими на отрицательную динамику чистых активов к 2015 году.

Суды установили, что ФИО3 (в период совершения должником неправомерных действий являвшаяся супругой бенефициара, ФИО18.) в 2014 (и ранее) являлась совладельцем порядка 10 организаций, в том числе: ЗАО «ГКСУ-155», ООО «МУ-3».

В свою очередь, совладельцами ЗАО «ГК СУ-155» являются: ФИО18, ФИО3, ООО «МУ-3», ООО «ЛАРЕМ», ООО «РИДЖЕНСИ», ЗАО «ГК СУ-155» участвует в более чем в 20 организаций, в том числе: АО «СУ-155», после 02.10.2014 ООО «Русский дом» (ранее ЗАО «Русский дом», ИНН <***>), ООО «ШАТОВО». Участниками АО «СУ-155» являются: ФИО18, ООО «МУ-3», ЗАО «ГК СУ-155», ООО «РИДЖЕНСИ», ООО «ШАТОВО». АО «СУ-155» участвует в уставном капитале более 20 организаций, в том числе в ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» (ИНН <***>) с долей участия 100%,


генеральным директором которого является ФИО24 (ИНН <***>), работающий одновременно в ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» и ООО «МИНОРА ЛАЙФ», (где учредителем являлась дочь ФИО3 - ФИО3), с ООО «ВЫСОТА-М» от 27.10.2009, являлась, наряду с ФИО1 и ООО «РИДЖЕНСИ» учредителем ООО «ВЫСОТА-М».

У АО «СУ-155» и у ООО «МИНОРА ЛАЙФ» открыты расчетные счета в ЗАО КБ «НС БАНК».

В ходе выездной налоговой проверки за 2012-2014 годы (решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 09.01.2017 № 21-14/3/1) Межрегиональной инспекцией установлено, что Общество, получая авансы, перечисляло деньги в виде авансов другим аффилированным организациям (в том числе ЗАО «СК «РосСтрой»), некоторые суммы возвращались обратно, а другие перечислялись ФИО3 в виде дивидендов. Учредителем АО СК «РОССТРОЙ» 15.01.2003 выступило ЗАО «СУ-155» (33% долей) совместно с ООО «МУ-3» (67% долей). АО СК «РОССТРОЙ» владело 67% долей в ООО «МУ-3», которое, в свою очередь владело 12% долей в ООО «МИНОРА ЛАЙФ».

Суды установили, что сложные корпоративные связи аффилированных компаний контролировалась близкими родственниками, в том числе ФИО3 (супруга), ФИО3 (дочерью) и ФИО18 (супруг).

Так суды установили, что 29.12.2011 в адрес ФИО3 были перечислены дивиденды в сумме 1348 671143 руб., а в 2012 году с расчетного счета ООО «МУ-3», аффилированного с ФИО18 и АО «СУ-155» были перечислены дивиденды учредителю - ФИО3 в размере 2 604 717 000 руб. Сумма данных денежных средств была сформирована за счет поступлений от АО «СУ-155» по договорам, от ООО «МУ-4» по договору займа № 25/05-МУ- 4 от 25.05.2012 г.

В ходе проведения контрольных мероприятий (решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения 21-14/1/007 от 12.03.2019) установлено, что между АО «СУ-155» и ООО «МУ -3», контролирующими лицами которых являлись супруги Б-ны, заключены


договоры уступки прав (цессии) от 16.10.2015 № 1-МУЗ и от 03.12.2015 № 2- МУЗ, предметом которых является право требования АО «СУ-155» к ФИО18 в сумме 2 914 427 598.28 руб. и 15 906 126.36 руб. соответственно. По указанному договору АО «СУ-155» уступило ООО «МУ -3» долг ФИО18

В бухгалтерском учете АО «СУ-155 долг ФИО18 в сумме 2 914 427 598.28 руб. списан в прочие расходы (счет 91.02). В прочих доходах (счет 91.01) АО «СУ-155 отражен доход от закрытия договора цессии от 16.10.2015 № 1- МУЗ в сумме 2 914 427 598.28 рублей.

Исполнение договора цессии от 16.10.2015 № 1-МУЗ произошло за счет зачета встречных требований, существовавших между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» на момент заключения данного договора.

По договору уступки прав (цессии) от 03.12.2015 № 2-МУЗ АО «СУ-155» уступило ООО «МУ-3» долг ФИО18 в сумме 15 906 126.36 руб. ООО «МУ-3» не исполнило договор цессии от 03.12.2015 № 2-МУЗ в срок. По данному договору за ООО «МУ-3» числится долг в сумме 15 906 126.36 руб. на 31.12.2016.

АО «СУ-155» долг в размере 2 914 427 598.28 руб. списало ФИО18 и ООО «МУ-3» путем зачета встречных требований, существовавших между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» на момент заключения договора от 16.10.2015 № 1- МУЗ, освободив тем самым ООО «МУ-3» от обязанности включить задолженность АО «СУ-155» в реестр требований кредиторов четвертой очереди в деле о банкротстве АО «СУ-155» и получить удовлетворение своих требований в рамках общей очередности, предусмотренной Законом о банкротстве.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 07.10.2016 в отношении ООО «МУ-3» введена процедура банкротства - наблюдение, 19.11.2015 в отношении ФИО18 возбуждено дело о банкротстве, рассмотрение дела продолжается в настоящее время.

Следовательно, как отметили суды, обязательства ООО «МУ-3» по договорам цессии исполнены не будут, договоры между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» заключены на выгодных для аффилированных лиц (АО «СУ-155», ООО «МУ-3», ФИО18) условиях, при неравноценном встречном исполнении.


Кроме того, суды указали, что договоры уступки прав (цессии) от 16.10.2015 № 1-МУЗ и о. 03.12.2015 № 2-МУЗ, заключенные между АО «СУ155» и ООО «МУ-3», обладают признаками подозрительных сделок в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Определением суда от 16.04.2021 подтверждена недействительность заключенных между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» договоров уступки права требований (цессии) от 16.10.2015 № 1-МУЗ и от 03.12.2015 № 2-МУЗ.

Судами установлено, что исполнение договора цессии от 16.10.2015 № 1- МУЗ произошло за счет зачета встречных требований, существовавших между АО «СУ-155» и ООО «МУ-3» на момент заключения данного договора, а именно: задолженность АО «СУ-155» перед ООО «МУ-3» по другим договорам в сумме 2 914 427 598, 28 рублей.

Совершение сделок при отрицательных активах должника на протяжении нескольких лет не отвечает критериям добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности поведения контролирующих должника лиц.

Судами в рамках настоящего обособленного спора установлено, что из оборота должника выведены активы и трансформированы в обязательство денежные средства в общем размере 36 469 067 тыс. рублей.

Суды в данном случае пришли к выводу, что ФИО3 как собственник ООО «МУ-3», извлекла выгоду из незаконного, недобросовестного поведения контролирующих должника лица, действующего в противоправных целях, противоречащих принципам учреждения юридических лиц в целях добросовестного хозяйствования и извлечения прибыли). При этом ФИО3 выплачены дивиденды в 2012-2013 гг., в сумме 4 517 825 274 руб., в 20136 715 700 руб. КБ «НС БАНК» (ЗАО) представило в налоговый орган сведения по форме 2-НДФЛ о выплате ФИО3 дивидендов в 2011 - 31 034 400 руб., в 2012 - 33 620 615 руб., 2013 - 10 344 830 руб. ООО «ВИРА ДВА» представило в налоговый орган, сведения по форме 2-НДФЛ о выплате ФИО3 дивидендов в 2013 - 64 000 руб.


Общий размер дивидендов, поступивших ФИО3 за период 2011-2013 гг. от данных компаний, составил 4 592 889 119 рублей, большая часть которых в размере 4 517 825 274 руб. выплачена в 2012 году от ООО «МУ-3». Согласно карточке расчетов с бюджетом ООО «МУ-3» перечислило налоги суммы налога с дивидендов по ставке 9%: 416 279 559 руб. с датой уплаты 10.10.2012 - 10 000 000 руб., 14.11.2012 - 122 579 559 руб., 09.01.2013 - 283 700 000 руб.

Таким образом, суды пришли к выводу, что ФИО3, в том числе в результате неправомерных транзитных операций, совершенных должником в пользу ООО «МУ-3», в результате незаконного, в том числе недобросовестного, поведения должника, извлекла выгоду в общем размере 4 592 889 119 рублей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться, в том числе в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения.

Учитывая приведенные обстоятельства, суды пришли к выводу, что ФИО3 с 2013 года до середины 2015 года являлась контролирующим АО «СУ-155» лицом, в соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве и имела возможность определять действия должника в силу нахождения с должником в отношениях родства, а также в виду получения выгоды от недобросовестного поведения бенефициара должника.

В силу положений пункта 1 Постановления № 53, несмотря на наличие, у участников корпораций, иных лиц, в том числе входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, имеется запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом в Постановлении № 53 указано, что сделки могут совершаться под влиянием контролирующего лица, так и под влиянием нескольких контролирующих лиц.

В силу положений пункта 25 Постановления № 53 в целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены


согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Согласно пункту 7 Постановления № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

С учетом изложенного, суды пришли к верному выводу о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Кроме того, суды установили, что ФИО3 является дочерью ФИО18, учредителем ООО «МИНОРА ЛАЙФ» до мая 2015 года (50%), директором Департамента внешнеэкономических связей АО «СУ-155». ООО «МИНОРА ЛАЙФ», в свою очередь, совместно с ЗАО «ГК СУ-155», КТ «СУ-N 155» И КОМПАНИЯ», АО «ВИЗЕЛЪ» и иными аффилированными лицами в различных периодах являлось участником не менее 12 ЖСК через которые, в том числе в АО «СУ-155» поступали денежные средства. ФИО3 также являлась директором австрийской компании MBG Handelsgmbh («MBG»), аффилированной АО «СУ-155» (доля участия более 50% согласно общедоступным данным, размещенным на информационном портале www.bvdinfo.com «бюро ФИО25»), участие в компании подтверждено показаниями, отраженными в допросе ФИО3 от 15.10.2015, ФИО18 от 03.02.2016.

С 2012 по дату проведения выездной налоговой проверки (решение N 21- 14/1/007 от 12.03.2019) ответчик являлась держателем 19% акций


аффилированного лица, ЗАО «ВИЗЕЛЬ», (учредителя ООО «СЕРПУХОВСКИЙ ЛИФТОСТРОИТЕЛЬНЫЙ ЗАВОД», которому принадлежит крупнейший в России лифтопроизводственный комплекс, построенный при финансовом участии АО «СУ-155»).

Указанными мероприятиями налогового контроля также установлено, что ответчик с 2002 по 2015 являлась держателем 50% акций аффилированного лица ЗАО «МОНБЛАН». Через компанию ООО «МИНОРА ЛАЙФ» после вынесения налоговым органом в 2014 году решения о приостановлении операций по счетам АО «СУ-155» в связи с неисполнением им требования об уплате налога, АО «СУ-155» осуществляло расчеты со своими контрагентами.

Так, судами установлено, что в период с 14.08.2014 по 03.03.2015 ООО «МИНОРА ЛАЙФ» в счет исполнения обязательств должника было перечислено более 10 миллиардов рублей. АО «СУ-155» использовало расчетные счета ООО «МИНОРА ЛАЙФ» для минимизации поступлений денежных средств на собственные расчетные счета с целью уклонения от принудительного взыскания задолженности перед кредиторами общества по исполнительным листам.

Суды установили, что счета ООО «МИНОРА ЛАЙФ» использовались для обналичивания ФИО18 денежных средств. Данные денежные средства конвертировались в иностранную валюту (фунт Англии) и перечислялись ООО «МИНОРА ЛАЙФ» на счет ФИО3 в Великобритании. Например, в 2015 на расчетный счет ФИО18 от ООО «МИНОРА ЛАЙФ», в ПАО «ВТБ 24» поступило 283 837 220,30 руб. из них 13 887 722.79 руб. перечислены на расчетные счета иностранных юридических лиц в иностранных банках с расчетного счета ФИО18 за ФИО3 за аренду/бронирование недвижимости, турагентство, аренда вилл и шалле).

Согласно решением МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам N 3 от 30.06.2015 № 19-14/3/242 задолженность ООО «МИНОРА ЛАЙФ» перед АО «СУ-155» составляет 1 777 349 916,27 руб. В расшифровках строк 1410, 1510 «Заемные средства» бухгалтерского баланса за 2014 год, представленных к письменным возражениям от 15.06.2015 N 1833, отражена задолженность АО «СУ-155» перед ООО «МИНОРА ЛАЙФ»:


долгосрочная - в сумме 6 701 844 057,70 руб., краткосрочная - в сумме 674 302 842,84 руб.

Указанной проверкой установлено, что АО «СУ-155» использовало расчетные счета ООО «МИНОРА ЛАЙФ» для минимизации поступлений денежных средств на собственные расчетные счета с целью уклонения от принудительных взысканий задолженностей перед кредиторами общества по исполнительным листам.

При этом, согласно раскрытию информации об учетной политике должника, задолженность застройщика перед участниками долевого строительства за период с 2012 по 2016 гг. выросла с 6 588 734 тыс. руб. до 17 137 759 тыс. руб. Стоимость незавершенного строительства (жилых и нежилых объектов) за период с 2012 по 2016 гг. выросла с 24 802 241 тыс. руб. до 56 786 722 тыс. руб. Размер основных средств должника за период с 2013 по 2016 гг. снизился с 19 005 412 тыс. руб. до 13 204 810 тыс. руб.

Указанный финансовый результат АО «СУ-155» является результатом выбранной должником стратегии ведения бизнеса, при которой средства за выполненные для должника работы не перечислялись на счет должника, в обход счета должника и перечислялись с использованием расчетных счетов, расчеты производились ООО «МИНОРА ЛАЙФ».

Как было указано выше, ФИО3 являлась директором австрийской компании MBG Handelsgmbh («MBG»). Данная компания приобрела в лизинг воздушное судно. Агентский договор от 27.12.2010 был заключен «MBG» с ООО «ИнвестПроект-М». Налоговую отчетность «MBG» на территории РФ подписывает и сдает ФИО3 в налоговый орган по месту жительства лично. Таким образом, полномочия ФИО3 не ограничивались представительскими функциями.

Суды отметили, что согласно протоколу допроса ФИО18 от 03.02.2016 сделками с MBG Handelsgmbh («MBG») по приобретению воздушного судна занималась его дочь, ФИО3

Судами установлено, что АО «СУ-155» имело непогашенную задолженность перед «ХетаЛюфтфайцорге Лизинг ГМБХ» вследствие неоплаты


покупателем «МБГ Хандельсгмбх» (MBG HandelsgmbH) по договору купли-продажи воздушного суда, согласно которому АО «СУ-155» являлось гарантом. Из изложенного следует, что активы АО «СУ-155» использовались в личных целях бенефициаром, ФИО3

Таким образом, как правильно указали суды, ФИО3 с 2013 до 2015 года являлась контролирующим АО «СУ-155» лицом, и имела возможность определять действия должника в силу нахождения с бенефициаром должника в отношениях родства. Кроме того, ФИО3 являлась выгодоприобретателем ввиду совершения неправомерных действий иными ответчиками по обособленному спору АО «СУ-155».

При анализе представленных АО «СУ-155» в ходе выездной налоговой проверки правильности исчисления, полноты удержания и своевременности уплаты (перечисления) налога на доходы физических лиц за 2014 год документов налоговым органом установлено, что ООО «МИНОРА ЛАЙФ» в 2014 году, до того как налоговым органом были вынесены решения о приостановлении операций по счетам АО «СУ-155», осуществляло перечисление заработной платы сотрудникам АО «СУ-155», а также платежи контрагентам АО «СУ-155» за услуги и товар в основном в счет взаиморасчетов по договору займа от 19.07.2010 № 19-07/10-СУ.

По существу, по мнению судов, имело место вложение средств с использованием заемного механизма, при котором финансирование публично не раскрывалось, что позволяло завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами видимость финансовой достаточности АО «СУ-155». Заключение договора займов со специально созданным в этих целях участием ООО «МИНОРА ЛАЙФ», позволило скрыть докапитализацию должника нарастить подконтрольную внутригрупповую кредиторскую.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.07.2017 по делу № А40-159374/2015 по делу о банкротстве ООО «МИНОРА ЛАЙФ» было отказано АО СК «РОССТРОЙ» во включении в реестр требований кредиторов должника в размере 4 284 078 782,84 рублей и 2 517 371 894,38 рублей. Судом установлено, что ООО «МИНОРА ЛАЙФ» не использовало полученные денежные средства


для осуществления собственной хозяйственной деятельности, а осуществляла оплату в интересах третьих лиц за АО «СУ-155». Структурируя вышеуказанным способом свои правоотношения стороны в действительности стремились получить необоснованную налоговую выгоду с одной стороны в форме исключения факта исчисления и уплаты НДС, а с другой - уменьшение налога на прибыль путем отнесения платежей по договорам займа к внереализационным расходам. Счета ООО «МИНОРА ЛАЙФ» использовались в качестве транзитных счетов для перечисления денежных средств в интересах третьих лиц.

Кроме того, определением суда по настоящему требование кредитора ООО «СТРОИТЕЛЬНЫЕ АКТИВЫ», являющемуся правопреемником ООО «МИНОРА ЛАЙФ», к АО «СУ-155» в размере 9 670 585 956,55 руб. признаны обоснованными и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в порядке предликвидационной квоты ввиду аффилированности лиц и наличии компенсаторного финансирования.

С учетом изложенного суды пришли к выводу, что ФИО3 и ФИО3, как лица, получившие выгоду от недобросовестного поведения ФИО18 и в результате выбранной им модели ведения бизнеса, а также ООО «МИНОРА ЛАЙФ», как лицо, сделки с которым изменили экономическую и (или) юридическую судьбу должника, подлежат привлечению к субсидиарной ответственности.

Одновременно отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО4, ФИО8, ФИО15, ФИО14, ФИО13, Ткача В.Р., ФИО10, суды правомерно исходили из того, что заявителем не представлено надлежащих доказательств презумпции наличия у них статуса контролирующих должника лиц, суды оценили их степень вовлеченности в принятие управленческих решений, и пришли к выводу, что она была минимальна: ни один из них, в отличие от бенефециара - ФИО18 - и членов его семьи, не имел возможности самостоятельно определять и контролировать деятельность АО


«СУ-155». Тот факт, что часть заинтересованных лиц являлись руководителями и учредителями контрагентов должника по сделкам, которые также входили в группу компаний СУ-155, сам по себе не свидетельствует об извлечении выгоды из незаконного поведения должника. Доказательств того, что данные заинтересованные лица являлись инициаторами сделок, в результате которых должнику и его кредиторам были причинены убытки, не представлено и судом не установлено. Наличие в обществе совета директоров носило формальный характер.

Суды пришли к выводу, что СУ-155 представляла собой монокомпанию под единым руководством ФИО18, которым единолично принимались все без финансово-хозяйственные решения и контролировались все бизнес-процессы компании.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Ларем», ООО «Менелай», ООО «МУ-3», ООО «ПринтМаркет ТМ», ООО «Ридженси», ООО «Белэско» и ООО «Эвия», суды также правомерно исходили из недоказанности обстоятельств, являющихся основанием для признания их контролирующими должника лицами.

Суды в указанной части дали надлежащую правовую оценку всем доводам и доказательствам, с которой суд кассационной инстанции согласен.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к обоснованному и правомерному выводу об удовлетворении заявленных требований в части.

Нормы материального права, в том числе на нарушение которых в кассационных жалобах ссылаются ФИО3, ФИО3, уполномоченный орган и конкурсный управляющий должником, применены судами правильно.


Доводы кассационных жалоб являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанции, получили надлежащую оценку, с которой арбитражный суд округа согласен.

Доводы кассационных жалоб свидетельствуют о несогласии ФИО3, ФИО3, уполномоченного органа и конкурсного управляющего должником с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 15.07.2022 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2022 по делу № А41-1022/2016 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Е.Л. Зенькова Судьи: Н.Н. Тарасов Н.Я. Мысак