Решение от 10 февраля 2026 г. АС Нижегородской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ Дело № А43-4570/2025

г. Нижний Новгород 11 февраля 2026 года

Дата объявления резолютивной части решения суда 28 января 2026 года.

Дата изготовления решения в полном объеме 11 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи Курашкиной Светланы Анатольевны (шифр судьи 50-91),

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Крошилиной

Анастасией Сергеевной,

рассмотрев в судебном заседании дело путем использования системы веб-конференции по иску

общества с ограниченной ответственностью «Стройсистема» (ОГРН <***>, ИНН

<***>), г. Реутов Московской области,

к ответчику индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП

<***>, ИНН <***>), д. Ройка Кстовского района Нижегородской области,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета

спора:

1. компании «Вайсс Хеми + Техник ГмбХэнд Ко, КГ» (Weiss Chemie + Technik GmbH & Co.

KG) (регистрационный номер DE111798978), Ханзаштрассе, Германия;

2. общества с ограниченной ответственностью «Вайлдберриз» (ОГРН <***>,

ИНН <***>), Московская область, г.о. Подольск, д. Коледино;

3. общества с ограниченной ответственностью «Манс» (ОГРН <***>,

ИНН <***>), г. Нижний Новгород, о взыскании 1 037 336 руб. 00 коп.

при участии представителей: от истца: Тристан О.С. по доверенности от 01.06.2024 (посредством веб-конференции),

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 05.03.2025,

установил:

представитель истца в порядке статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участвовала в судебном заседании путем использования системы веб-конференции, поддержала исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в отзыве.

В порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заедание проведено в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

В порядке пункта 2 статьи 176 АПК РФ резолютивная часть решения объявлена 28.01.2026, изготовление полного текста решения отложено до 11.02.2026.

Как следует из материалов дела, Компания «Вайсс Хеми + Техник ГмбХ энд Ко, КГ» является правообладателем серии товарных знаков, объединённых общим словесным элементом «COSMO»:

(1) Товарного знака «COSMO» по международной регистрации № 1298164, зарегистрированного в отношении широкого перечня товаров 01,02,03,04,06,17,19,20,27 классов МКТУ, в том числе в отношении клеев и всех видов клеящих веществ. Правовая охрана указанного товарного знака распространяется на следующие страны и территории: Европейский Союз, Грузия, Туркменистан, Турция, США, Узбекистан, Армения, Азербайджан, Швейцария, Китай, Кыргызстан, Казахстан, Российская Федерация, Таджикистан, Украина. Срок действия правовой охраны до 14 января 2035.

(2) Товарного знака «Weiss» по международной регистрации № 1065415, зарегистрированного в отношении широкого перечня товаров 01, 03, 06, 17, 19 классов МКТУ, в том числе в отношении клеев и всех видов клеящих веществ.

(3) Товарного знака «COSMO FIX» по свидетельству РФ № 589465, зарегистрированного 03.10.2016 по заявке № 2015706452 от 11.03.2015 в отношении широкого перечня товаров 01,02,03 классов МКТУ, в том числе в отношении различных клеящих веществ и клеев.

(4) Товарного знака по свидетельству РФ № 589872, зарегистрированного 03.10.2016 по заявке № 2015706451 от 11.03.2015 в отношении широкого перечня товаров 01,02,03 классов МКТУ, в том числе в отношении различных клеящих веществ и клеев.

15.01.2024 между ООО «Стройсистема» (лицензиат) и Компанией «Вайсс Хеми + Техник ГмбХ энд Ко, КГ» (правообладатель, лицензиар) заключен лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков с международной регистраций № 1065415 и № 1298164 от 08.04.2024 (далее – лицензионный договор от 15.01.2024), в соответствии с условиями которого, лицензиар предоставил лицензиату на срок действия исключительных прав на товарные знаки исключительную лицензию на использование товарных знаков международных регистраций № 1065415 и № 1298164.

08.04.2024 между ООО «Стройсистема» (лицензиат) и Компанией «Вайсс Хеми + Техник ГмбХ энд Ко, КГ» (правообладатель, лицензиар) заключен лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков с международной регистраций № 1065415 и № 1298164 от 08.04.2024 (далее – лицензионный договор от 08.04.2024), в соответствии с условиями которого, лицензиар предоставил лицензиату на срок действия исключительных прав на товарные знаки исключительную лицензию на использование товарных знаков международных регистраций № 1065415 и № 1298164, а также в соответствии с пунктами 8.1 - 8.3 договора уступил истцу, а истец принял от правообладателя права требования компенсации к третьим лицам за нарушение третьими лицами исключительных прав на товарные знаки, зарегистрированные по международной регистрации № 1298164, № 1065415 (перечень лиц указан в п. 8.1), в том числе в отношении исков, поданных к третьим лицам, нарушившим права по настоящему договору, не указанных в п. 8.1 настоящего договора.

Государственная регистрация предоставления права использования международной регистрации товарного знака № 1298164 по лицензионному договору подтверждается уведомлением № 2024Д15365, выданным РОСПАТЕНТ, номер государственной регистрации: РД0469809, дата государственной регистрации- 11.06.2024.

Таким образом, право требования перешло к ООО «Стройсистема» (далее – истец).

20.12.2024 решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу А43- 13713/2024 установил факт нарушения обществом с ограниченной ответственностью «Манс» исключительных прав на товарный знак по международной регистрации № 1298164 .

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу А43- 13713/2024 от 20.12.22024 обществу с ограниченной ответственностью «Манс» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Нижний Новгород запрещено использовать обозначение «COSMOS» сходное до степени смешения с товарными знаками по свидетельствам РФ № 589465, № 589872, а также по международной регистрации № 1298164 путем размещения обозначение «COSMOS» на товаре или упаковке товара, в предложениях к продаже и при реализации таких товаров, рекламе и объявлениях в сети Интернет на сайте: https://mansnn.ru/, в отношении товаров 01 класса МКТУ (включая, адгезивы, используемые в промышленности; клеи, используемые в промышленности; клеи для древесины; клеи для металлических окон и металлических дверей; клеи для пластиковых окон и пластиковых дверей; клеи для использования при производстве коммунальных транспортных средств, автомобильной промышленности, кузовов транспортных средств, производстве транспортных средств, контейнеров, кораблей и яхт, железнодорожного транспорта, производстве железнодорожных вагонов, авиационной промышленности, производстве автоприцепов и домов на колесах, систем кондиционирования и вентиляции, а также производстве сэндвич-элементов; клеи для твердого ПВХ [поливинилхлорида], армированного стеклопластика [полированного], нержавеющей стали, алюминия, оцинкованного листового металла, ламината HPL [высокого давления], резины, дерева, керамики, полиуретановой пены, пенопласта и минеральной ваты; однокомпонентные клеи и двухкомпонентные клеи; однокомпонентные полиуретановые клеи; двухкомпонентные полиуретановые клеи; однокомпонентные цианакрилатные клеи; двухкомпонентные цианакрилатные клеи; однокомпонентные эпоксидные клеи; двухкомпонентные эпоксидные клеи; однокомпанетные

метакрилатные клеи; двухкомпонентные метакрилатные клеи; дисперсионные клеи; клеи для жидкого стекла; клеи, шпаклевочные пасты, шпатлевки, цементные и герметизирующие составы на основе однокомпонентного цианакрилата, двухкомпонентной эпоксидной смолы, двухкомпонентного метакрилата; однокомпонентные диффузионные клеи; бытовые и канцелярские клеи; белые клеи; клеи для фанеры; термоклеи; контактные клеи; однокомпонентные клеи на основе силанотерминированных полимеров [STP]; двухкомпонентные клеи на основе силанотерминированных полимеров [STP], ускорители (химические продукты) для клеев; грунтовки (химические продукты) для подготовки базовых поверхностей склеиваемых участков; клеи для строительной отрасли, а именно для полов, стен, потолков, фасадов, лестничных конструкций, для мебельной промышленности и для интерьерных работ; клеи для изоляции и герметики; клеи для строительства и строительных материалов; жидкости (химические продукты) для обработки или гибки пластика), а также в отношении однородных с ними товаров.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, Арбитражным судом Нижегородской области установлено, что ООО «Манс» реализовывал (предлагал к продаже) (счет на оплату от 02.04.2024 № Т1232) товар с обозначением «COSMOS» сходным до степени смешения с товарным знаком «COSMO» по международной регистрации № 1298164.

Как утверждает истец, ИП ФИО1 (далее - ответчик) приобретал спорный товар с обозначением «COSMOS» у ООО «Манс», что подтверждается универсальным передаточным документом № 1006 от 09.04.2024. Ответчик и ООО «Манс» являются аффилированными лицами, ответчик является генеральным директором ООО «Манс».

Таким образом, установлено, что ответчик реализовывал товар с обозначением «COSMOS» сходным до степени смешения с товарным знаком «COSMO» по международной регистрации № 1298164. Ответчик реализовывал товар посредством предложения к продаже и продажи через сайт https://www.wildberries.ru/.

Ответчик нарушил право на товарный знак при реализации товара:

-Арт. 141151509. Ссылка на товар: https://www.wildberries.ru/catalog/141151509/detail.aspx;

- Арт. 141151319. Ссылка на товар: https://www.wildberries.ru/catalog/141151319/detail.aspx;

- Арт. 141226222. Ссылка на товар: https://www.wildberries.ru/catalog/141226222/detail.aspx;

- Арт. 141227300. Ссылка на товар: https://www.wildberries.ru/catalog/141227300/detail.aspx.

Дополнительно истцом проведена контрольная закупка товара на сайте Wildberries у продавца ИП ФИО1 О приобретении товара торговой площадкой покупателю направлен кассовый чек с указанием ИНН продавца - ответчика. Истцом получен купленный товар с обозначением COSMO.

В связи с нарушением своих прав истец 23.12.2024 направил ответчику претензию с требованием выплатить компенсацию за незаконное использование товарного знака истца. Факт направления претензии подтверждается материалами дела.

Ссылаясь на неправомерное использование ответчиком при осуществлении предпринимательской деятельности сходного с товарным знаком до степени смешения обозначения, что нарушает исключительные права истца как правообладателя спорных средств индивидуализации, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статьям 1477 - 1479, 1481 ГК РФ товарный знак – обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, которое подлежит регистрации в Государственном реестре товарных знаков, о чём правообладателю выдаётся свидетельство. Товарный знак является средством индивидуализации. На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В соответствии с частью 1, 2 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным

образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ правообладатель (обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации) может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. При этом отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не вправе использовать соответствующий результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии со статьей 1233 ГК РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор).

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Из разъяснений пункта 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10) следует, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ).

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения.

Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

Факт нарушения исключительного права может подтверждаться любыми средствами доказывания по смыслу статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По смыслу статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака, помимо реализации товаров с размещенным на них товарным знаком, признается и предложение к продаже таких товаров.

Факт предложения ответчиком к продаже товаров и их фактической реализации с использованием в предложениях о продаже, на товаре/упаковке товара обозначения COSMOS подтверждается скриншотами с сайта wildberries.ru (соответствующих карточек товара), данными из сервиса аналитики https://mpstats.io.

Как следует из положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

При этом бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что другая сторона по делу употребила свое право исключительно во зло другому лицу.

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено (а ответчиком – доказано), что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Ответчиком таких доказательств не представлено.

Согласно статье 4 (1)а) протокола к Мадридскому соглашению с даты регистрации или внесения записи, произведенной в соответствии с положениями статей 3 и 3ter, охрана знака в каждой заинтересованной договаривающейся стороне будет такой же, как если бы этот знак был заявлен непосредственно в ведомстве этой договаривающейся стороны. Таким образом, на территории Российской Федерации гарантирована равная охрана интеллектуальной собственности иностранных организаций, в том числе зарегистрированных на территории иных стран.

Товарный знак истца по международной регистрации № 1298164, зарегистрирован в отношении широкого перечня товаров 01,02,03,04,06,17,19, 20,27 классов МКТУ, в том числе в отношении клеев и всех видов клеящих веществ.

Правовая охрана указанного товарного знака распространяется на следующие страны и территории: Европейский Союз, Грузия, Туркменистан, Турция, США, Узбекистан, Армения, Азербайджан, Швейцария, Китай, Кыргызстан, Казахстан, Российская Федерация, Таджикистан, Украина. Срок действия правовой охраны товарного знака не истек.

Истец является правообладателем, а право на обращение в суд за защитой объектов исключительных прав, не может являться злоупотреблением права вне зависимости от того, является ли правообладатель иностранным лицом или нет, в виду чего доводы ответчика отклоняются.

Исходя из пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 г. № 482 (далее – Правила), подлежащих применению к рассматриваемым правоотношениям по аналогии закона (статья 6 ГК РФ), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение.

В пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее по тексту - постановление Пленума ВС РФ № 10) указано, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.

При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство – сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения обозначения с товарным знаком учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В силу пункта 45 Правил при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки. Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Предлагаемые ответчиком к продаже товары однородны товарам 1 класса МКТУ (клеи), в отношении которого зарегистрирован товарный знак истца. Сильным элементом всех товарных знаков истца является словесный элемент «COSMO», поскольку именно этот элемент выполняет индивидуализирующую функцию в товарных знаках. Данный словесный элемент звучит: [к`осмо].

При этом фонетически все пять звуков в словесном элементе «COSMO» товарных знаков истца и в используемом ответчиком обозначении «COSMO» полностью совпадают. Таким образом, по наличию совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях, наличию совпадающих слогов и их расположению, числу слогов, близости состава согласных, можно сделать вывод о высокой степени звукового сходства используемого ответчиком обозначения с товарными знаками истца.

Графическое сходство тоже следует признать высоким ввиду выполнения всех сравниваемых элементов одним алфавитом (латинским).

Обозначение «COSMOS» является основным элементом карточки товара на маркетплейсе и этикетки контрафактного клея, поскольку написано заглавными буквами, выполнено белым шрифтом на красном фоне.

Высокая степень семантического сходства также представляется очевидной, поскольку и обозначение «COSMO», и обозначение «COSMOS» ясно указывают потребителям на ассоциации с космосом.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что обозначение, используемое ответчиком сходно до степени смешения с товарным знаком истца.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В соответствии с пунктом 59 постановления № 10 в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Как разъяснено в пункте 61 постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Согласно данным MPSTATS (сервиса аналитики) ответчиком реализовано товара на общую сумму 1 037 336 руб. 00 коп.

Указание ответчика на наличие сомнений в достоверности представленных доказательств не может быть принято во внимание, поскольку они противоречат представленным в дело доказательствам и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Институт взыскания компенсации введен в гражданское законодательство, в том числе, потому, что, видя нарушение своих прав, правообладатель, как правило, не обладает точными знаниями об объеме допускаемого нарушения, доказательства которого находятся у ответчика. Ответчик, в свою очередь, не заинтересован в раскрытии всего объема допускаемого нарушения.

В абзаце третьем пункта 62 Постановления № 10 отмечено: суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Суд отмечает, что действующее законодательство не содержит указаний о том, какими доказательствами должно подтверждаться количество предлагаемого к продаже или реализованного контрафактного товара и его стоимость.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 55 Постановления № 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых

устанавливается факт нарушения. Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети Интернет.

Истец вправе представлять данные об имеющихся у него данных об объеме нарушения - о предполагаемых количестве товара и его стоимости, основываясь, в том числе, на информации, полученной от независимых от истца источников.

Сервис MPSTATS представляет собой сервис аналитики маркетплейсов Wildberries, Ozon и Яндекс Маркет, инструмент для анализа конкурентов, выбора ниши и управления продажами товаров. Данный сервис не предназначен для осуществления учета точного количества реализуемых товаров, его сведения являются приблизительными, ориентировочными.

Более того, реализуя свои товары на маркетплейсах, продавцы, как правило, используют две системы работы со складами: продавец может использовать свой склад (FBS, Fulfillment by Seller - продажи со склада продавца) или склад маркетплейса (FBO, Fulfillment by operator - продажи со склада маркетплейса). При работе по системе FBO маркетплейс четко отражает изменение остатков на складах. При работе по системе FBS изменение остатков товара регулируется самим продавцом. Изменение остатков товара может быть связано не только с продажами, но и с отгрузкой на другой склад или с движением на другом маркетплейсе, иными словами, сервис не имеет доступа к каналам сбыта товара.

С учетом этого данные MPSTATS могут выступать допустимыми доказательствами, но их оценка производится судом с учетом всех представленных сторонами доказательств в обоснование своих доводов и возражений.

При этом суд должен оценить с учетом стандарта доказывания баланс вероятностей, соотносятся ли доказательства истца с предметом спора - относятся ли они к конкретному нарушению.

Ответчик вправе опровергать расчет истца, в том числе основанный на ориентировочных данных сервиса MPSTATS, раскрывая имеющиеся у него данные о реальном собственном поведении и представляя соответствующие доказательства.

При наличии предположительных данных истца и объективных данных ответчика суд основывает свой расчет компенсации на объективных данных.

Оценка таких данных также производится судом с учетом всех представленных сторонами доказательств в обоснование своих доводов и возражений.

Сервис MPSTATS служит достоверным сервисом для определения объема товара.

Данные о количестве товара, размещенные на сервисе https://mpstats.io и представленные сведения основаны на тех данных, которые указал непосредственный продавец при формировании карточки товара. Ввиду вышеизложенного данные, основанные на количестве фактов продаж, также являются и данными о количестве соответствующего товара.

Таким образом, истец обоснованно просит взыскать компенсацию в двукратном размере стоимости реализованного товара, а именно в размере 1 037 336 руб. 00 коп.

При этом действующее законодательство не содержит указаний о том, какими доказательствами должно подтверждаться количество предлагаемого к продаже или реализованного товара.

С учетом этого нет оснований считать, что данные MPSTATS не могут выступать допустимыми доказательствами.

Представленные ответчиком скриншоты не содержат полной, детализированной информации о продажах товаров по всем артикулам реализуемого ответчиком клея COSMOS. В частности, на скриншотах не видны артикулы товаров, поскольку отчет показан только по бренду COSMOS. Вместе с тем ответчик не раскрывает какой товар реализовывался под брендом. Более того, при исследовании скриншота карточки товара клей COSMOS, представленного самим Ответчиком, в разделе бренд указано «Клей универсальный». Иными словами, контрафактный товар не может быть отображен в представленном графике, поскольку он не помещен в группу товаров под брендом COSMOS. При этом на графике видна только лишь одна неделя реализации товара, а не 6 месяцев, как вменяется ответчику.

Так, в таблицах, представленных Ответчиком, сделана выборка по продажам бренда «Клей универсальный». В представленных Ответчиком скриншотах личного кабинета с изображением графиков продаж в поле «Бренд» указан «Mans». При этом на скриншотах отсутствуют артикулы реализуемого товара, что само по себе исключает достоверность таких доказательств, поскольку в

спорный период под брендом «Mans», как и под брендом «Клей универсальный», ответчиком не реализовывался контрафактный товар с обозначением «COSMOS».

На скриншотах карточки товара от 11.04.2024, представленных в материалы дела истцом, в качестве бренда указано «COSMOS». В ходе судебного заседания ответчик не смог пояснить чем вызвана неоднократное изменение поля «бренд» в представленных им доказательствах.

Между тем последовательное изменение карточек продажи зафиксировано сервисом MPStats. Так, 30.03.2024 в карточке использовался бренд «COSMOFEN», 19.06.2024 бренд изменен на «Cosmos», 11.02.2025 бренд изменен на «Mans», а 25.08.2025 бренд изменен на «Клей универсальный».

Таким образом, ответчик вносил изменения в карточку товара в поле «Бренд» в целях выгрузки недостоверных сведений, используя бренды «Клей универсальный» и «Mans», тогда как в период продажи спорного товара по соответствующим артикулам выл указан бренд «Cosmos».

Соответственно, представленные ответчиком доказательства, не отвечают критериям достоверности, относимости и допустимости. В материалы дела представлены распечатки из личного кабинета WB ООО «Стройсистема», которые подтверждают, что в отчете реализации используется не какой-то абстрактный бренд, а именно тот, который был указан в карточке товара в момент реализации. Истец ранее обращал внимание, что единственным достоверным способом опровержения расчета истца может являться только нотариально заверенный отчет о реализации товара за весь вменяемый период. Однако ответчик уклонился от раскрытия достоверных сведений, в связи с чем достоверным надлежит признать расчет исковых требований истца на основании сведений MPStats.

Из материалов дела не усматривается, что ответчиком представлены доказательства, подтверждающие необоснованность расчета размера компенсации, в том числе сведения о цене товаров, их количестве.

При таких обстоятельствах, исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Рассмотрев доводы ответчика о снижении размера компенсации, суд указывает на отсутствие оснований для такого снижения (ниже низшего предела, установленного действующим гражданским законодательством), приведенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда».

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Согласно абзацу второму пункта 4.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П, в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Вместе с тем, ответчиком не представило в дело доказательств многократного превышения предъявленной истцом к взысканию компенсации над размером причиненных правообладателю убытков, при том, что такое превышение должно быть доказано ответчиком; а равно не доказано то, что использование принадлежащего истцу товарного знака, с нарушением этих прав, не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика и не носило грубый характер.

В спорной ситуации отсутствуют фактические и правовые основания для применения правовых позиций, изложенных в постановлениях Конституционного суда Российской Федерации

от 13.12.2016 № 28-П и от 24.07.2020 № 40-П, и снижения размера взыскиваемой с ответчика компенсации ниже минимального предела, установленного законом.

Приведенные ответчиком аргументы о необоснованности размера взысканной компенсации не опровергают выводы суда об установленных обстоятельствах нарушения, о соразмерности и разумности взысканной суммы.

Кроме того, при рассмотрении дела ответчиком оспаривался факт регистрации лицензионного договора от 15.01.2024, ответчиком указывалось, что номер государственной регистрации: РД0469809, дата государственной регистрации- 11.06.2024 не относится к лицензионному договору от 15.01.2024.

С целью выяснения данного обстоятельства по ходатайству ответчика судом направлялся запрос в Федеральную службу по интеллектуальной собственности о предоставлении надлежащим образом заверенной копии лицензионного договора о предоставлении права использования товарного знака по свидетельству № 1298164 от 11.06.2024 № РД0469809, заключенного между Компанией "Вайсс Хеми + Техник ГмбХэнд Ко, КГ" и ОБЩЕСТВОМ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СТРОЙСИСТЕМА" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 10.03.2015, ИНН: <***>).

Согласно ответу Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2025 оригиналом или копией испрашиваемого договора Роспатент не располагает.

Также в ответе указано, что данное обстоятельство обусловлено тем, что в соответствии с пунктом 3 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о государственной регистрации предоставления права использования товарного знака может быть подано сторонами договора или одной из сторон договора. В случае подачи заявления одной из сторон договора к заявлению должен быть приложен по выбору заявителя один из следующих документов: подписанное сторонами договора уведомление о состоявшемся распоряжении исключительным правом; удостоверенная нотариусом выписка из договора; сам договор. В заявлении сторон договора или в документе, приложенном к заявлению одной из сторон договора, должны быть указаны: вид договора; сведения о сторонах договора; предмет договора с указанием номера документа, удостоверяющего исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации. При этом, поскольку представленное в Роспатент заявление о государственной регистрации предоставления права использования товарных знаков по международным регистрациям №№ 1065415, 1298164 подано двумя сторонами лицензионного договора: компанией «Вайсе Хеми + Техник ГмбХ & Ко. КГ» и ООО «Стройсистема» (ОГРН <***>, ИНН <***>), предоставление права использования названных товарных знаков зарегистрировано Роспатентом без представления в материалы административного дела указанного договора.

К ответу Роспатента приложены копии, всех материалов административного дела по государственной регистрации Роспатентом 11 июня 2024 года за № РД0469809 предоставления ООО «Стройсистема» права использования товарных знаков по международным регистрациям №№ 1065415, 1298164 (заявление от 30.05.2024, документ об оплате госпошлины от 28.05.2024, доверенности от 08.04.2024, уведомление № 2024Д15365 Государственная регистрация предоставления права использования международной регистрации товарного знака № 1298164, № 1065415, ЗАКЛЮЧЕНИЕ о государственной регистрации предоставления права использования по лицензионному договору входящий номер: 2024Д15365 Международные регистрации №№ 1065415, 1298164).

Таким образом, из анализа поступивших документов не возможно точно установить какой именно лицензионный договор (от 15.01.2024 или от 08.04.2024) представлялся сторонами на регистрацию предоставления права использования международной регистрации товарного знака.

Исходя из дат документов, приложенных к материалам административного дела по государственной регистрации не исключено как предоставление договора от 15.01.2024, так и договора от 08.04.2024.

Содержание пунктов 1.1.-7.1 лицензионных договоров от 15.01.2024 и от 08.04.2024 идентично.

Подписанный между компанией и обществом «Стройсистема» 15.01.2024 договор называется «лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков международных регистрации № 1065415 и № 1298164».

В соответствии со статьей 1235 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона – обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство

индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах. Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату. Лицензионный договор заключается в письменной форме, если Кодексом не предусмотрено иное. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность лицензионного договора.

По правилам пункта 5 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение.

В силу пункта 3 статьи 1236 ГК РФ лицензионный договор заключается в письменной форме, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность лицензионного договора.

Предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации по лицензионному договору подлежит государственной регистрации в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 1232 ГК РФ.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 1503 ГК РФ в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр) вносятся товарный знак, сведения о правообладателе, дата приоритета товарного знака, перечень товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, дата его государственной регистрации, другие сведения, относящиеся к регистрации товарного знака, а также последующие изменения этих сведений.

Также в Государственный реестр подлежат внесению сведения о предоставлении в отношении товарного знака права его использования иным лицам.

Подписанный между компанией и обществом «Стройсистема» 08.04.2024 договор называется «лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков международных регистрации № 1065415 и № 1298164».

Несмотря на указанное выше название договора его положения (раздел 8) содержат условия об уступке права требования, подпадающие под регулирование нормами статей 388, 388.1, 389 ГК РФ.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

На основании пункта 3 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор).

К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Суд на основании статьи 431 ГК РФ устанавливает действительную волю сторон исходя из положений подписанного сторонами договора, иных доказательств по делу, принимая во внимание практику, сложившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Суд считает, что наличие в подписанном между компанией и обществом «Стройсистема» договоре от 08.04.2024 условий как о предоставлении права использования товарных знаков, так и об уступке права требования компенсации является основанием для вывода о том, что это смешанный договор.

Материалами дела подтвержден факт регистрация предоставления истцу права использования международной регистрации товарного знака № 1298164.

Государственная регистрация предоставления истцу права использования международной регистрации товарного знака № 1298164 по лицензионному договору подтверждается уведомлением № 2024Д15365, выданным РОСПАТЕНТ, номер государственной регистрации: РД0469809, дата государственной регистрации- 11.06.2024.

Таким образом, право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации по лицензионному договору на товарный знак по свидетельству № 1298164, возникло у истца 11.06.2024, то есть с момента государственной регистрации.

Таким образом, с момента государственной регистрации право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации истцу принадлежит право использования товарного знака по свидетельству № 1298164 в отношении всех товаров, указанных классов на территории Российской Федерации. Способы использования указаны в п. 2.2 лицензионного договора. Также в силу п. 3.2 лицензионного договора истец имеет право предъявлять иски к третьим лицам, нарушившим права по настоящему договору, о защите таких прав.

Настоящий иск заявлен истцом после регистрации вышеуказанного права.

Согласно п. 8.1 лицензионного договора от 08.04.2024 лицензиар уступает, а лицензиат принимает права требования, которое возникнет у лицензиара в будущем в отношении лиц, указанных в данном пункте. В пункте 8.1 наименование ответчика отсутствует.

В соответствии с п. 8.2. лицензионного договора от 08.04.2024 Лицензиар уступает, а Лицензиат принимает право требования, которое возникнет у Лицензиара в будущем в отношении исков, поданных к третьим лицам, нарушившим права по настоящему Договору, не указанных в п. 8.1 настоящего Договора.

В силу п. 8.3. лицензионного договора от 08.04.2024 уступаемое требование состоит в истребовании у Должника компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, зарегистрированные по международной регистрации № 1298164, № 1065415 и судебных расходов по делам, номера которых указаны в п. 4.1 настоящего Договора (по- видимому здесь имеется опечатка в номере пункта, должно быть п. 8.1), а также по вновь поданным искам в связи с нарушением исключительных прав на товарные знаки Лицензиара.

Согласно п 8.4. договора от 08.04.2024 указанное право требования возникает на основании настоящего Договора, заключенного между Лицензиаром и Лицензиатом.

Согласно пункту 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Пунктом 2 статьи 389 ГК РФ предусмотрено, что соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, должно быть зарегистрировано в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Обзора практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120, в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», в абзаце третьем пункта 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской

Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление N 10), право требования возмещения убытков или выплаты компенсации может быть передано по соглашению об уступке требования.

Из приведенных разъяснений следует, что стороны вправе заключить договор уступки требования возмещения убытков или выплаты компенсации, размер которых не установлен на момент заключения договора.

По смыслу пункта 3 статьи 1252, пункта 4 статьи 1515 ГК РФ право требования правообладателем компенсации возникает с момента нарушения исключительного права, при доказанности факта правонарушения. Размер подлежащей взысканию компенсации определяется судом.

Исходя из данных нормативных положений, для определения предмета договора уступки права требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права сторонам необходимо указать в договоре исключительное право, а также обстоятельства нарушения в объеме, достаточном для удовлетворения требования о взыскании компенсации в определенном судом размере.

Из приведенных норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого было нарушено исключительное право.

Кроме того, согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 статьи 455 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование). Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом. Соглашением сторон может быть предусмотрено, что будущее требование переходит позднее (пункт 2 статьи 388.1 ГК РФ) (п. 6 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Так, в договоре уступки права (раздел 8 лицензионного договора от 08.04.2024) указаны исключительные права, подлежащие защите (товарный знак по свидетельству № 1298164), также указано на уступку право требования, которое возникнет у Лицензиара в будущем в отношении исков, поданных к третьим лицам, нарушившим права по настоящему Договору, не указанных в п. 8.1 настоящего Договора, а также по вновь поданным искам в связи с нарушением исключительных прав на товарные знаки Лицензиара.

Таким образом, с учетом п. 8.4 договора от 08.04.2024 право требование о взыскании с ответчика компенсации перешло к истцу с 08.04.2024.

Спорные закупки, по которым заявлен настоящий иск, осуществлены 20.04.2024, с исковым заявлением истец обратился 20.02.2025, то есть истец обладает правом на защиту исключительных прав на вышеназванный результат интеллектуальной деятельности.

20.12.2024 между истцом (цессионарий) и правообладателем (цедент) заключен договор уступки прав требования.

Согласно п. 1.2 цедент уступает, а цессионарий принимает все права (требования), в том числе, к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), (далее – Ддолжник), возникшие у цедента к должнику в связи с нарушением должником прав цедента на товарные знаки, в том числе права требования к Должнику о выплате компенсации за нарушение Должником прав на Товарные знаки (в том числе по свидетельству № 1298164 «COSMO»), а также взыскания судебных расходов (далее – Право требования).

В соответствии с п. 1.3 договора уступки право требование переходит к цессионарию с момента подписания сторонами настоящего договора.

Договор уступки от 20.12.2024 также содержит исключительные права, подлежащие защите (товарный знак по свидетельству № 1298164), наименование нарушителя (ИП ФИО1), указано на уступку права требования компенсации и судебных расходов.

Таким образом, право требование о взыскании с ответчика компенсации перешло к истцу с 20.12.2024.

Кроме того, поскольку предметом договоров уступок являлись не интеллектуальные права или результаты интеллектуальной деятельности, то нормы о регистрации данных договоров применению не подлежат.

Упомянутая в абзаце третьем пункта 70 Постановления № 10 общая норма пункта 2 статьи 389 ГК РФ касается уступки права требования, основанного на сделке, а не на нарушении права - внедоговорном деликте.

Таким образом, вопреки доводам ответчика на основании лицензионного договора, зарегистрированного 11.06.2024 истцу принадлежит исключительная лицензия на использование спорного товарного знака, и в порядке статьи 1254 ГК РФ общество «Стройсистема», будучи исключительным лицензиатом, вправе обращаться с защитой исключительных прав на указанные средства индивидуализации.

Кроме того, право требование о взыскании компенсации с ответчика за нарушение прав на товарный знак «COSMO» по международной регистрации № 1298164, перешло к истцу на основании договора уступки от 20.12.2024 и договора от 08.04.2024, содержащего элементы договора уступки.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3 постановления от 03.07.2018 № 28-П «По делу о проверке конституционности пункта 6 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Суда по интеллектуальным правам», обеспечивая публичность и достоверность сведений, вносимых в Государственный реестр, государственная регистрация товарных знаков направлена на защиту прав их обладателей и иных лиц и, следовательно, обеспечивает устойчивость гражданского оборота в целом.

При этом статьей 1254 ГК РФ предусмотрено право лицензиата, которому выдана исключительная лицензия, при нарушении третьими лицами исключительного права, предоставленного по соответствующему договору, защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 ГК РФ.

Исходя из изложенного, а также достоверности сведений, размещенных в публичном реестре о наличии у истца права использования товарного знака на основании исключительной лицензии, заключенных договоров уступки, суд признает соответствующий довод ответчика несостоятельным и подлежащим отклонению.

При рассмотрении дела ответчик заявлял о ничтожности лицензионного договора от 15.01.2024 и договора уступки прав требования от 20.12.2024, ссылаясь на их мнимость.

В обоснование данного довода ответчик ссылается на отсутствие у истца прав на спорное средство индивидуализации и соответственно защиту этих прав.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу прямого указания закона к ничтожной сделке, в частности, относится мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

Из правовой позиции, изложенной в пункте 86 Постановления N 25, следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, т.е. анализ сделки на предмет установления признаков мнимости требует определения наличия действительного экономического интереса в ее совершении.

Предметом договора от 15.01.2024 является предоставление Лицензиату на срок действия исключительных прав на товарные знаки, за уплачиваемое Лицензиатом вознаграждение, исключительную лицензию на использование товарного знака международной регистрации № 1065415, приоритет от 27.10.2010 г., на все товары, указанные в свидетельстве, с кодами МКТУ 01,03, 06, 17,19, а также Лицензиар предоставляет Лицензиату на срок действия исключительных прав на товарные знаки, за уплачиваемое Лицензиатом вознаграждение, исключительную лицензию на использование товарного знака «COSMO» международной регистрации № 1298164, приоритет от 14.01.2015 г., на все товары, указанные в свидетельстве, с кодами МКТУ 01, 02, 03, 04, 06,17, 19, 20, 27.

Лицензиат использует принадлежащие Лицензиару товарные знаки по п. 1.1 и п. 1.2 в отношении всех товаров, указанных классов на территории Российской Федерации (п 1.3).

Лицензиат имеет право использовать товарные знаки следующими способами (п. 2.2.1):

- путем размещения на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории РФ;

-выполнения работ, оказания услуг;

- путем размещения/указания в документации, связанной с производством, продажей и введением товаров в гражданский оборот;

- путем размещения в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

- путем размещения в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Таким образом, объем предоставленных истцу прав на использование товарных знаков не сводится к их размещению на товарах, а включает в себя использование товарных знаков способами, которыми опосредовано продвижение и реклама продукции, а также маркетинговая активность.

Суд также полагает несостоятельным довод ответчика об отсутствии у сторон по оспариваемому договору экономического интереса, поскольку маркетинговая деятельность является самостоятельным видом предпринимательства, сопутствующим реализации товара. Суд отмечает, что диверсификация субъектов, вовлеченных в процессы продвижения и реализации товара, является обычной торговой практикой и не содержит признаков мнимости.

20.12.2024 между истцом (цессионарий) и правообладателем (цедент) заключен договор уступки прав требования.

Согласно п. 1.2 цедент уступает, а цессионарий принимает все права (требования), в том числе, к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>), (далее – должник), возникшие у цедента к должнику в связи с нарушением должником прав цедента на товарные знаки, в том числе права требования к Должнику о выплате компенсации за нарушение Должником прав на Товарные знаки (в том числе по свидетельству № 1298164 «COSMO»), а также взыскания судебных расходов (далее – Право требования).

Договор от 20.12.2024 со стороны цедента подписан руководителем группы компании, со стороны цессионария – генеральным директором.

Договор уступки от 20.12.2024 также содержит исключительные права, подлежащие защите (товарный знак по свидетельству № 1298164), наименование нарушителя (ООО «Манс»), указано на уступку права требования компенсации и судебных расходов.

Из договора уступки прав требования (цессии) от 20.12.2024 также не усматривается его безвозмездность (пункт 1.4. договора).

По общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, например договора продажи имущественного права (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ). Однако законом или таким договором может быть установлен более поздний момент перехода требования. Стороны вправе установить, что переход требования произойдет по истечении определенного срока или при наступлении согласованного сторонами отлагательного условия. Например, стороны договора продажи имущественного права вправе установить, что право переходит к покупателю после его полной оплаты без необходимости иных соглашений об этом (пункт 4 статьи 454, статья 491 ГК РФ).

Момент перехода право требования к цессионарию указан в п. 1.3 договора и возникает с момента подписания настоящего договора и не связан с оплатой уступаемых прав.

Таким образом, суд, принимая во внимание, что в материалы дела представлены надлежащие доказательства заключения договора уступки прав требования (цессии), сам договор уступки прав требования от 20.12.2024 соответствует требованиям статей 382 - 389 ГК РФ, не имеет признаков ничтожности, признает уступку спорного права требования состоявшейся.

Приведенные ответчиком доводы об отсутствии у истца прав были предметы рассмотрения суда и не нашли своего подтверждения по основаниям, указанным выше.

Доводы ответчика о том, что требования истца не подлежат удовлетворению, поскольку в отношении иностранного лица не применяются правила о защите исключительных прав на средства индивидуализации ввиду действия Указа Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 95 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми иностранными кредиторами», распоряжения Правительства Российской Федерации от 05.03.2022

№ 430-р, а также в силу ч. 3 ст. 18 Федерального закона от 08.03.2022 № 46-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», судом отклоняются.

Регистрация Компании в Германии не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Правовое регулирование отношений в сфере интеллектуальной собственности в Российской Федерации осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, являющимися в соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, иными законами и другими правовыми актами об интеллектуальных правах.

К числу международных договоров Российской Федерации в сфере интеллектуальной собственности, в частности, относятся: Мадридское соглашение о международной регистрации знаков от 14 апреля 1891 года - вступило в силу для СССР 1 июля 1976 года и Протокол к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков от 27 июня 1989 года - вступил в силу для Российской Федерации 10 июня 1997 года. Германия также является участницей указанного международного соглашения.

Согласно статье 4 (1)а) протокола к Мадридскому соглашению с даты регистрации или внесения записи, произведенной в соответствии с положениями статей 3 и 3ter, охрана знака в каждой заинтересованной договаривающейся стороне будет такой же, как если бы этот знак был заявлен непосредственно в ведомстве этой договаривающейся стороны. В связи с чем, на территории Российской Федерации гарантирована равная охрана интеллектуальной собственности иностранных организаций, в том числе зарегистрированных на территории иных стран.

Нормативные правовые акты, на которые ссылается ответчик, ограничений в части возможности рассмотрения и удовлетворения иска иностранной компании о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака не содержат.

Само по себе предъявление иска в данном случае не может быть признано недобросовестным действием применительно к статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Наличие оснований для применения Федерального закона от 08.03.2022 № 46-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и соответствующего Приказа Минпромторга, которые регулируют параллельный импорт (ввоз на территорию Российской Федерации без согласия правообладателей оригинальных иностранных товаров, которые введены в гражданский оборот за рубежом), исходя из обстоятельств настоящего дела применительно к товару, реализованному ответчиком, не установлено. Наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что заявленное нарушение не признается нарушением исключительного права на товарный знак, ответчиком не доказано.

Компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» 35708, Германия (далее – Правообладатель) является правообладателем товарного знака «COSMO» по международной регистрации № 1298164.

Между Правообладателем и Истцом заключен лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков по международным регистрациям № 1065415 и № 1298164.

Пунктом 8 Лицензионного договора установлено, что Лицензиар уступил право требования взыскании компенсации за нарушение исключительных прав третьими лицами, как указанных так и не указанных в договоре.

Кроме того, между правообладателем и истцом заключен договор уступки прав требования от 20.12.2024, по которому право требование взыскания компенсации и судебных расходов с ответчика перешло к истцу.

Указом № 322 установлен временный порядок исполнения резидентами Российской Федерации денежных обязательств, связанных с использованием ими результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации, исключительные права на которые принадлежат иностранным правообладателям, которые совершают в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия.

В то же время необходимо иметь в виду, что Указ № 322 предусматривает дифференцированный подход в вопросе применения ограничений, предусмотренных Указом №

322, в зависимости от того совершались или нет правообладателями недружественные действия в отношении Российской Федерации.

Ограничения, предусмотренные Указом № 322, применяются к правообладателям, которые: публично поддержавшим введение политических или экономических санкций в отношении Российской Федерации; запретившим после 23 февраля 2022 г. использование на территории Российской Федерации результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации; прекратившим, приостановившим или существенно ограничившим после 23 февраля 2022 г. на территории Российской Федерации производство (поставку) товаров, оказание услуг и (или) выполнение работ; совершившим публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации; распространившими в информационнотелекоммуникационных сетях, в том числе в сети "Интернет", информацию, выражающую в неприличной форме, которая оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам Российской Федерации.

В то же время Указом № 322 прямо предусмотрено, что Указ № 322 не применятся к правообладателям, которые являются иностранным лицом, связанным в недружественными государствами, однако такие правообладатели не совершали недружественных действий и надлежащим образом, исполняют свои обязанности по договорам, заключенным с должниками (подпункт «в» пункта 17 Указа № 322).

Доказательств того, что Компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» совершала недружественных действий в отношении Российской Федерации ответчиком не представлено.

Судом установлено, что компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» не поддержала недружественные страны, не заявила об уходе с рынка Российской Федерации, а напротив продолжает в настоящее время поставлять свою оригинальную продукцию российским потребителям. Товары с использованием интеллектуальной собственности присутствуют в свободной продаже в Российской Федерации. Осуществление деятельности на территории России продолжается через официального представителя ООО «Стройсистема», Компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» не создавала и не создает каких-либо препятствий российским лицам в правомерном договорном использовании объектов интеллектуальном собственности.

С учетом вышеизложенного, Компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» является добросовестным правообладателем, не совершавшим недружественные действий в отношении Российской Федерации и надлежащим образом исполняющим свои договорные обязательства в связи с чем при рассмотрении настоящего дела подлежат применению положения, предусмотренные подпунктом «в» пункта 17 Указа № 322, а осуществление с ним расчетов через специальный счет типа «О» не требуется (письмо Минэкономразвития России от 19.07.2022 N 26614- КМ/ДО1, пункт 9).

В материалы дела представлены таможенные декларации, подтверждающие ввоз товара иностранной компанией в Россию в период с 2022 по 2025 года, которые приобщены к материалам дела.

Таким образом, лицензионный договор, договор уступки, заключенные между Истцом и Правообладателем, не нарушают публичный порядок и являются реальными сделками, направленными на предоставление Компанией Вайсс Хеми + Техник ГмбХ & Ко. КГ своему официальному дилеру в Российской Федерации - ООО «Стройсистема» право использовать товарные знаки Компании Вайсс Хеми + Техник ГмбХ & Ко. КГ при реализации оригинальной продукции, а также в целях защиты исключительных прав на товарные знаки в Российской Федерации.

Расходы по оплате государственной пошлины относятся на ответчика на основании статьи 110 АПК РФ.

Недоплаченная истцом государственная пошлина, учитывая уточнение исковых требований, подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета в размере 46 120 руб. 00 коп.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и будет направлен лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте Арбитражного суда в сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171, 176, 180, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), д. Ройка Кстовского района Нижегородской области, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройсистема» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Реутов Московской области, 1 037 336 руб. 00 коп. компенсации, а также 10 000 руб. 00 коп. расходов по государственной пошлине.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), д. Ройка Кстовского района Нижегородской области, в доход федерального бюджета 46 120 руб. 00 коп. государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня принятия, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы, решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если оно не будет отменено или изменено таким постановлением.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с даты принятия решения. В таком же порядке решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы; если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судья С.А. Курашкина