Постановление от 5 апреля 2026 г. 9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-5570/2026

г. Москва Дело А40-84099/17

06 апреля 2026 года


Резолютивная часть постановления объявлена 31 марта 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 апреля 2026 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Н. Федоровой,

судей А.С. Маслова, Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседании ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Инспро»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 17.12.2025 по делу № А40-84099/17, вынесенное судьей П.П. Лангом в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Стройклиент»,

о признании договора залога недвижимого имущества № 1/18-З от 06.12.2018, заключенного между ООО «Инспро» и ООО «Троицкий Крановый завод», ничтожной сделкой и применении последствий недействительности ничтожной сделки,

при участии в судебном заседании:

от к/у ООО «Стройклиент» ФИО2 – ФИО3 по дов. от 02.02.2026

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.10.2018 ООО «Стройклиент» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

25.04.2024 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО4 о признании сделки недействительной сделок в виде заключенных между ООО «Троицкий Крановый Завод» и ООО «Инспро» договора займа № 16-ТКЗ от 06.12.2018 и договора залога недвижимого имущества № 1/18-№ от 06.12.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.12.2025 договор залога недвижимого имущества № 1/18-З от 06.12.2018 между ООО «Инспро» и ООО «Троицкий Крановый завод» признан ничтожной сделкой, применены последствия недействительности ничтожной сделки: установлен факт отсутствия залога следующего недвижимого имущества по договору залога № 1/18-З от 06.12.2018:

- производственно-складской комплекс с кадастровым номером 77:22:0020322:126 площадью 7662,9 кв.м, по адресу Российская Федерация, город Москва, вн.тер.г. поселение Краснопахорское, поселок подсобного хозяйства Минзаг, улица Солнечная, дом 18, стр. 1,

- земельный участок с кадастровым номером 50:27:0020322:163 площадью 1090 кв.м., г. Москва, пос. Краснопахорское, <...> земельный участок 18/4,

- земельный участок с кадастровым номером 77:22:0000000:513 площадью 7440 кв.м, адрес: г. Москва, пос. Краснопахорское, вблизи поселка Минзаг,

- земельный участок с кадастровым номером 50:27:0020322:182 площадью 1248 кв.м, г. Москва, пос. Краснопахорское, <...> земельный участок 18/2,

- земельный участок с кадастровым номером 50:27:0020322:199 площадью 1759 кв.м, расположенный по адресу г. Москва, пос. Краснопахорское, <...> земельный участок 18/3,

- административно-хозяйственный блок с кадастровым номером 77:22:0020322:118 площадью 235 кв.м, расположенный по адресу Российская Федерация, город Москва, вн.тер.г. поселение Краснопахорское, поселок подсобного хозяйства Минзаг, улица Солнечная, дом 18/1.

Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом, ООО «Инспро» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает на пропуск ФИО4 срока исковой давности по заявленным требованиям. По мнению апеллянта заявление об оспаривании сделки должно быть подано в течение года, право на обращение у истца возникло ещё в период с 2018 по 2021 год, а его процессуальный правопредшественник (налоговый орган) был включён в реестр требований кредиторов ещё 13.02.2018. Кроме того, апеллянт указывает, что суд первой инстанции неверно квалифицировал сделку, признав её ничтожной на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве, тогда как указанная норма предусматривает оспоримость, а не ничтожность сделок. Апеллянт указывает, что суд не установил каких-либо пороков сделки, выходящих за пределы дефектов, указанных в ст. 61.2 Закона о банкротстве, и не применил иных оснований недействительности. Апеллянт указывает на недопустимость квалификации подозрительных сделок как ничтожных в обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

На основании изложенного, просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В суд апелляционной инстанции поступили отзывы конкурсного управляющего должника, ФИО4 на апелляционную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника возражал на доводы апелляционной жалобы, поддержал позицию, изложенную в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 АПК РФ, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее по тексту – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 AПK РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с рассматриваемым требованием, ФИО4 указывал, что 06.12.2018 между ООО «Троицкий Крановый Завод» и ООО «Инспро» были заключены договор займа № 16-ТКЗ и договор залога недвижимого имущества № 1/18-З, по условиям которого в обеспечение обязательств заемщика (Троицкий крановый завод) перед займодавцем (Инспро) был передан в залог комплекс объектов недвижимости, включающий производственно-складской комплекс, несколько земельных участков и административно-хозяйственный блок, расположенные в поселении Краснопахорское города Москвы.

Заявитель указывал, что данное имущество фактически являлось спорным, поскольку ранее уже было предметом сделок между ООО «Стройклиент» (должником в деле о банкротстве) и ООО «Троицкий крановый завод», которые определением арбитражного суда от 01.11.2022 были признаны недействительными.

По мнению заявителя, договор залога был заключен внутри аффилированной группы лиц с целью вывода ликвидных активов и создания подконтрольной кредиторской задолженности в ущерб интересам кредиторов ООО «Стройклиент».

В подтверждение своей позиции ФИО4 ссылался на вступившие в законную силу судебные акты об аффилированности участников группы, данные о движении денежных средств по счетам, а также на то, что ООО «Инспро», будучи осведомленным о банкротстве ООО «Стройклиент» с 21.11.2017, тем не менее заключило оспариваемый договор залога, а при этом само ООО «Стройклиент» не получало от Инспро никаких денежных средств и не являлось стороной по этим сделкам.

На основании изложенного заявитель просил суд признать договор залога недвижимого имущества № 1/18-З от 06.12.2018 недействительной (ничтожной) сделкой и применить последствия ее недействительности в виде отсутствия залога на указанное недвижимое имущество, а также погашения записи об ипотеке в ЕГРН.

Разрешая по существу заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В случае, если продажа имущества, выполнение работы, оказание услуги осуществляются по государственным регулируемым ценам (тарифам), установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в целях настоящей статьи при определении соответствующей цены применяются указанные цены (тарифы).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) недействительная сделка недействительна с момента ее совершения.

Лицо, имеющее иное вещное право, может передавать вещь в залог в случаях и в порядке, предусмотренных законом, в частности статьями 295 - 298 ГК РФ (абзац первый пункта 2 статьи 335 ГК РФ). В случаях, предусмотренных законом, залогодателем может быть лицо, управомоченное распоряжаться вещью, например доверительный управляющий (статья 1020 ГК РФ).

Залогодателем может быть, как сам должник, так и третье лицо (пункт 1 статьи 335 ГК РФ).

По смыслу абзаца 2 пункта 2 статьи 335 ГК РФ недобросовестным признается залогодержатель, которому вещь передана в залог от лица, не являющегося ее собственником (или иным управомоченным на распоряжение лицом), о чем залогодержатель знал или должен был знать.

Право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи. Лицо, имеющее иное вещное право, может передавать вещь в залог в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Если вещь передана в залог залогодержателю лицом, которое не являлось ее собственником или иным образом не было надлежаще управомочено распоряжаться имуществом, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать (добросовестный залогодержатель), собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами и договором залога (пункт 2 статьи 335 ГК РФ).

Как следует из Закона об ипотеке (залоге недвижимости) ипотека может быть установлена в обеспечение обязательства по кредитному договору, по договору займа или иного обязательства, в том числе обязательства, основанного на купле-продаже, аренде, подряде, другом договоре, причинении вреда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии с пунктом 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) отмечено, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов (и тем самым принадлежности к одной группе лиц) допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, в том числе выдача поручительства, предоставление залога.

Факты фактической и юридической аффилированности раскрываются из участия физических и юридических лиц в составе участников и руководителей юридических лиц, как непосредственно, так и через родственников либо лиц, связанных на основании прямой или косвенной трудовой деятельности. Факты фактической аффилированности, в частности, подтверждаются общностью экономических интересов при ведении хозяйственной деятельности группы компаний, фактическим поведением лиц при реализации своих прав.

Факт одномоментного отчуждения основных активов двух юридических лиц в пользу одного, подконтрольного основным бенефициарам, юридического лица также свидетельствует об отсутствии стабильного экономического состояния и взаимозависимость между собой всех участников группы лиц.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Многочисленной судебной практикой, в том числе, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056 (6) доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

О наличии подконтрольности, в частности, свидетельствуют следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества у контрагентов должника; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии заинтересованности лиц по отношению друг к другу. Учитывая объективную сложность получения конкурсным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на лицо, ссылающееся на независимый характер отношений с должником. Данная правовая позиция также отражена в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 305-ЭС18-17629 (2) и от 14.02.2019 № 305-ЭС18-17629.

Как следует из фактических обстоятельств дела, установленных судом первой инстанции, 17.10.2016 между ООО «Стройклиент» (продавец) и ООО «Троицкий крановый завод» (ИНН <***>) был заключён договор купли-продажи имущества, находящегося в залоге, а 22.09.2016 – договор купли-продажи нежилого помещения.

Конкурсный управляющий ООО «Стройклиент» обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением об оспаривании указанных договоров по основаниям пункта 1 статьи 61.2 и пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2019 ООО «ИНСПРО» было привлечено к участию в данном обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2022, вступившим в законную силу, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, договор купли-продажи имущества находящегося в залоге от 17.10.2016 и договор купли-продажи нежилого помещения от 22.09.2016 заключенные между ООО «Стройклиент» и ООО «Троицкий крановый завод» признаны недействительными.

Вместе с тем, 06.12.2018 ООО «Троицкий крановый завод» и ООО «ИНСПРО» заключили договор займа № 16-ТКЗ и договор залога недвижимого имущества № 1/18-З, по условиям которого заёмщик получил от займодавца денежные средства, а в обеспечение своих обязательств передал в залог недвижимое имущество, которое на тот момент уже находилось в споре в связи с оспариванием сделок между «Стройклиентом» и заводом.

Одновременно с этим ООО «ИНСПРО» обратилось в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов ООО «Стройклиент» суммы основного долга в размере 40 000 000 рублей и процентов в размере 12 756 164,38 рублей, ссылаясь при этом на договор займа № 1 от 16.12.2014, заключённый между ООО «Инспро» и ООО «Стройклиентом», а также на платёжное поручение от 16.12.2024 № 13.

Однако судом было установлено, что денежные средства по указанному договору ООО «Стройклиент» фактически не получало, поскольку расчётный счёт, указанный в договоре и представленный ОО «Инспро», не принадлежал должнику.

Суд первой инстанции также установил, что ООО «Инспро» знало о банкротстве ООО «Стройклиент» с 21.11.2017, при этом заявления об установлении требований в реестр кредиторов ООО «Троицкий крановый завод» как обеспеченных залогом не заявляло.

Вступившими в силу судебными актами подтверждено, что ООО «Стройклиент» осуществляло деятельность в составе группы юридически и фактически аффилированных лиц, включая ООО «Эс Энд Эй Инженерные решения», ООО «Межрегиональное инвестиционное агентство», ООО «Троицкий крановый завод» с различными ИНН, ООО «Торговый дом «Троицкий крановый завод» и других, при этом основной контроль над группой осуществлялся ФИО5 и ФИО6

Участниками ООО «Стройклиент» являлись ФИО5 (11%), ФИО7 (50%), ООО «Межрегиональное инвестиционное агентство» (28%) и ФИО6 (11%).

Именно ООО «Межрегиональное инвестиционное агентство» является единственным участником ООО «Троицкий крановый завод» (ИНН <***>).

В свою очередь, участниками ООО «Троицкий крановый завод» (ИНН <***>) являются ФИО8 (85%) и ФИО9 (15%), при этом, последняя также являлась участником другой организации той же группы.

Более того, с 31.08.2016 ООО «Троицкий крановый завод» (ИНН <***>) изменило своё наименование и юридический адрес на адрес: город Москва, поселение Краснопахорское, <...>, который полностью совпадает с юридическим адресом ООО «Стройклиент»; по этому же адресу зарегистрированы и другие аффилированные лица.

Судом также принято во внимание, что из протокола общего собрания учредителей ООО «Стройклиент» от 17.10.2016, на котором принималось решение о перечислении 25 миллионов рублей в счёт погашения задолженности заводов перед ООО «Эс Энд Эй Инженерные решения», следует, что от имени учредителей выступали ФИО10 и ФИО11.

Согласно сведениям ИФНС России № 51 о движении денежных средств по счетам ООО «Инспро» и ООО «ТКЗ» за 2018-2021 годы, ООО «ТКЗ» заключило ряд договоров займа с АО «ЭС ЭНД ЭЙ» (генеральный директор ФИО10), с ООО «Инспро» (генеральный директор ФИО10), с ООО «ЭС ЭНД ЭЙ Автоматизация» и с ООО «Авантаж-Энерго».

При этом АО «ЭС ЭНД ЭЙ» владеет долей в уставном капитале ООО «Инспро» в размере 96,7%, а также долей в уставном капитале ООО «ЭС ЭНД ЭЙ Автоматизация» в размере 40%.

Ранее конкурсным управляющим уже был оспорен договор купли-продажи имущества от 18.11.2016 между должником и ФИО10 по отчуждению газопровода, а ООО «Авантаж-Энерго», являющееся заявителем по делу о банкротстве ООО «Стройклиент», исключено из реестра требований кредиторов.

На основании совокупности приведенных доказательств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что оспариваемая сделка (договор залога) носит внутригрупповой характер, денежные средства остаются под контролем одной группы лиц, а сама сделка направлена на вывод объектов недвижимости из конкурсной массы.

В условиях доказанной аффилированности займодавца и заемщика на них в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки.

Вместе с тем, ООО «ТКЗ» и ООО «Инспро» не представили каких-либо доказательств, указывающих на то, что спорные сделки совершались в ходе обычной хозяйственной деятельности, равно как и доказательств наличия добросовестной экономической цели.

Напротив, выбор подобной структуры внутригрупповых связей, по верному суждению суда первой инстанции, позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность и осуществить вывод активов.

Положениями статьи 10 ГК РФ запрещаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, что квалифицируется как злоупотребление правом.

В соответствии с пунктом 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25, посягающей на публичные интересы признается, в том числе, сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом.

Договоры, при заключении которых допущено нарушение императивных норм гражданского законодательства, являются ничтожными на основании пункта 2 статьи 168 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость.

Ипотека обеспечивает уплату залогодержателю причитающихся по договору денежных средств.

При рассмотрении дела судом первой инстанции было установлено, что ООО «Стройклиент» не заключало никаких договоров с ООО «Инспро» и не получало от него денежных средств, в связи с чем ООО «Инспро» не лишено права обратиться в арбитражный суд с самостоятельным исковым заявлением для удовлетворения своих денежных требований непосредственно к ООО «Троицкий крановый завод».

Относительно доводов о пропуске срока исковой давности суд первой инстанции указал следующее.

В силу пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве для конкурсных кредиторов срок исковой давности по заявлениям об оспаривании сделок не может начать течь ранее даты включения их требований в реестр требований кредиторов должника, поскольку право на подачу такого заявления возникает лишь после установления судом размера кредиторской задолженности.

Более того, оспаривание сделки в рассматриваемом случае осуществлено также по общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации, где течение срока исковой давности не связано с датой введения процедуры банкротства и включения в реестр.

Судом установлено, что ФИО4 обратился с заявлением о признании недействительными договора займа № 16-ТКЗ от 06.12.2018 и договора залога недвижимого имущества № 1/18-З от 06.12.2018, заключённых между ООО «Троицкий крановый завод» и ООО «Инспро», уже после замены в реестре требований кредиторов первоначального кредитора – ИФНС России № 51 по городу Москве – на самого ФИО4

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что заявитель обратился в суд с момента, когда он узнал о совершенной сделке, в связи с чем, срок исковой давности, предусмотренный для оспаривания сделок по специальным нормам Закона о банкротстве, а также по общим основаниям, не пропущен.

С учетом изложенного, принимая во внимание доказанность факта злоупотребления правом при заключении оспариваемого договора залога, отсутствие какой-либо связи сделки с обычной хозяйственной деятельностью, а также соблюдение заявителем срока исковой давности, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление конкурсного кредитора о признании договора залога недвижимого имущества № 1/18-З от 06.12.2018 недействительной (ничтожной) сделкой с применением последствий ее недействительности в виде установления факта отсутствия залога следующего недвижимого имущества по договору залога № 1/18-З от 06.12.2018.

Довод жалобы о неверной квалификации сделки как ничтожной отклоняется судебной коллегией в связи со следующим.

Так, суд первой инстанции признал договор залога ничтожным в связи с установлением факта злоупотребления правом по статье 10 ГК РФ, а также ввиду того, что залогодатель (ООО «Троицкий крановый завод») не являлся собственником переданного в залог имущества, что запрещено пунктом 2 статьи 335 ГК РФ.

Материалами дела подтверждено, что право собственности на спорные объекты недвижимости было ранее признано выбывшим из владения ООО «Стройклиент» по недействительным сделкам, о чём имеется вступившее в законную силу определение Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2022.

Поскольку ООО «Инспро» является аффилированным с должником и с залогодателем лицом, оно не может считаться добросовестным залогодержателем, и к нему не применимы исключения, предусмотренные для добросовестного приобретателя.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности ничтожной сделки в виде отсутствия залога и погашения ипотечной записи.

Судебная коллегия также принимает во внимание дополнительные обстоятельства, свидетельствующие о мнимости и недобросовестности оспариваемой сделки, которые были установлены судом первой инстанции и на которые ссылаются конкурсный управляющий и кредитор в отзывах.

Так, ранее ООО «Инспро» уже пыталось включить свои требования в реестр кредиторов ООО «Стройклиент» на сумму около 52,7 млн рублей, ссылаясь на договор займа от 16.12.2014 и платёжное поручение № 13, однако при проверке выяснилось, что расчётный счёт получателя, указанный в поручении, не принадлежал ООО «Стройклиент», что подтверждено справкой ИФНС и ответом ПАО «Сбербанк».

Более того, на момент выдачи предполагаемого займа ООО «Инспро» действовало всего пять месяцев, его бухгалтерский баланс за 2014 год составлял лишь 15 000 рублей, что объективно исключало возможность предоставления займа в размере 40 млн рублей.

После заявления конкурсным управляющим о фальсификации доказательств ООО «Инспро» отказалось от своих требований к должнику, что прямо указывает на отсутствие реальной задолженности.

Таким образом, договор займа, в обеспечение которого был заключен оспариваемый договор залога, является фиктивным, а сам залог – мнимой сделкой, направленной исключительно на вывод ликвидных активов из конкурсной массы и создание подконтрольной обеспеченной задолженности в ущерб интересам независимых кредиторов.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при вынесении обжалуемого определения, апелляционным судом не установлено.

В соответствии с п. 1 ст. 270 АПК РФ, основаниями для изменения или отмены решения, определения арбитражного суда первой инстанции являются, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в решении, определении обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Определение суда законно и обоснованно. Основания для отмены определения отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 17.12.2025 по делу № А40-84099/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ю.Н. Федорова

Судьи: А.С. Маслов


Н.В. Юркова