Постановление от 5 марта 2024 г. по делу № А51-10892/2023

152/2024-4557(1)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-307/2024
05 марта 2024 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 28 февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 марта 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи: Н.В. Меркуловой судей: Л.М. Черняк, И.В. Ширяева при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «СТи-СЕРВИС»: представитель не явился;

от Владивостокской таможни: ФИО1, представитель по доверенности от 15.05.2023 № 57;

рассмотрев в проведенном с использованием веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СТи-СЕРВИС»

на решение от 01.08.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2023

по делу № А51-10892/2023 Арбитражного суда Приморского края по заявлению общества с ограниченной ответственностью «СТи-

СЕРВИС» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 690065, <...>)

к Владивостокской таможне (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 690003, <...>)

о признании незаконным решения

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «СТи - Сервис» (далее - декларант, общество, ООО «СТи - Сервис») обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о признании незаконными решения Владивостокской таможни (далее - таможня, таможенный орган) от 13.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №№ 10702070/210220/0038964 (далее - ДТ № 8964), 10702070/080420/0070661 (далее - ДТ № 7066), 10702070/130320/0050285 (далее - ДТ № 0285) после выпуска товаров.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 01.08.2023, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2023, обществу в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с судебными актами, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, несоответствие выводов судебных инстанций фактическим обстоятельствам дела, ООО «СТи - Сервис» просит Арбитражный суд Дальневосточного округа их отменить.

По мнению общества, у судов отсутствовали правовые основания для признания законным решения таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, содержащиеся в спорных ДТ, поскольку определенная декларантом таможенная стоимость основана на достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации. Выражает несогласие с выводом судов о том, что декларантом не подтверждена оплата ввезенной партии товара. Считает, что информация о стоимости товара в Республике Корея не является достоверным источником и может быть принята без учета договорной цены, ассортимента товара и его качества. Настаивает на том, что стоимость товара, условия поставки и сведения, представленные в таможенный орган, сопоставимы и сравнимы. Указывает, что экспортная декларация не относится к обязательным документам, перечень которых установлен таможенным законодательством, поэтому её отсутствие не могло служить основанием для принятия оспариваемого решения. Обращает внимание на принятие обществом мер с целью получения экспортной декларации, но иностранная компания указанный документ не представила.

В отзыве на кассационную жалобу таможенный орган заявил о своем несогласии с изложенными в ней доводами, считает, что у суда округа оснований для отмены принятых по делу судебных актов не имеется.

В заседании суда кассационной инстанции представитель

таможенного органа просил решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда оставить без изменения как законные и обоснованные.

ООО «СТи - Сервис», надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своего представителя в суд округа не обеспечило, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ) не явилось препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Арбитражный суд Дальневосточного округа, проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, приходит к следующему.

При рассмотрении данного дела судами установлено, что во исполнение внешнеторгового контракта от 01.04.2019 № 10024, заключенного между ООО «СТи - Сервис» и иностранной компанией «Fineskin» (продавец), на таможенную территорию Евразийского экономического союза в Российскую Федерацию на условиях CFR Владивосток ввезен товар - косметические средства для ухода за кожей тела.

В целях таможенного оформления товара общество подало в таможню ДТ №№ 8964, 0285, 0661, определив таможенную стоимость товаров по первому методу таможенной оценки «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В период с 23.05.2022 по 02.02.2023 таможней проведен таможенный контроль в форме проверки документов и сведений после выпуска товаров, о чём составлен акт от 02.02.2023 № 10702000/211/02022023/А000279.

По результатам таможенного контроля 13.02.2023 таможней принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 8964, 0285, 0661, в соответствии с которыми внесены изменения в сведения о таможенной стоимости товаров и сумме таможенных платежей, вследствие чего сумма дополнительно начисленных таможенных пошлин, налогов по ДТ № 8964 составила 1 281 166 руб. 78 коп., по ДТ № 0285 -

1 142 953 руб.17 коп., по ДТ № 0661 - 764 782 руб. 33 коп.

Основанием для принятия данного решения послужили следующие обстоятельства: представленные обществом банковские документы по оплате товаров невозможно соотнести с рассматриваемыми поставками товаров, так как в графе «назначение платежа» имеется ссылка только на контракт без указания на конкретный инвойс либо спецификацию; непредставление

прайс-листа изготовителя товаров; непредставление экспортной декларации страны отправления; значительное отклонение цены стоимости товара от ценовой информации, полученной по линии представительства ФТС России в Республике Корея.

Решением Дальневосточного таможенного управления от 25.05.2023 № 16-02-15/78 решение Владивостокской таможни от 13.02.2023 признано правомерным.

Не согласившись с решением таможни от 13.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары, после выпуска товаров, обществом обратилось в арбитражный суд с вышеуказанным заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что декларант не устранил сомнения таможенного органа относительно правомерности выбора метода определения таможенной стоимости ввозимого товара по стоимости сделки, поскольку совокупный анализ представленных пояснений и дополнительных документов не обосновал стоимостные характеристики заявленной таможенной стоимости, в связи с чем признали решение таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 8964, 0285, 0661, соответствующим таможенному законодательству и не нарушающим права и законные интересы общества.

Изучение обжалуемых судебных актов и доводов кассационной жалобы, исследование материалов дела, показали, что суды не допустили неправильного применения норм материального права, существенного нарушения норм процессуального права, исходили из конкретных обстоятельств дела и доводов лиц, участвующих в деле, которым дана соответствующая правовая оценка, поэтому суд округа полагает, что оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции и постановления апелляционного суда не имеется.

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки.

В силу пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на

достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункт 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС установлено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В силу пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров по общему правилу является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 данного Кодекса.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 49) разъяснено, что система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье ГАТТ VII 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего

действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В соответствии с пунктом 11 постановления Пленума ВС РФ № 49 отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Одним из правил таможенной оценки является наделение таможенных органов правом убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости исходя из действительной стоимости ввозимых товаров, которое реализуется при проведении таможенного контроля.

Пунктом 1 статьи 313 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза (пункт 2 статьи 313 ТК ЕАЭС).

Пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено право таможенного органа запрашивать у декларанта коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств.

При завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации (пункт 17 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Материалами дела подтверждается, что в отношении косметических товаров производства компании «Myungin Cosmetic Co., LTD» TM FARMSTAY таможенным органом получена ценовая информация по линии представительства ФТС России в Республике Корея (письмо ФТС России от 16.05.2022 № 13/155/26890), в соответствии с которой стоимость крема для рук (100 мл) в указанный период составляла 550 корейских вон или 0,44 долл. США за 1 шт., стоимость пенки для умывания (180 мл) - 1 500 корейских вон или 1,20 долл. США за 1 шт., стоимость маски питательной для волос (1000 мл) в ассортименте в указанный период составляла 4 200 корейских вон или 3,36 долл. США за 1 шт., стоимость крема для лица

(80 мл) в ассортименте - 5 000 корейских вон или 4 долл. США за 1 шт., что в 4 и более раза ниже стоимости, заявленной ООО «СТи-Сервис»

В этой связи суды обоснованно указали, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости и запроса у декларанта дополнительных пояснений и документов по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемого товара по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Судами установлено, что декларант при таможенном оформлении ввезенного товара представил следующие документы: контракт от 01.04.2019 № 10024, приложения от 14.02.2020 № FIN-0220/01 к контракту на сумму

10 785, 43 долл. США, от 06.03.2020 № FIN0320/02 на сумму 8 768,31 долл. США, от 23.03.2020 № FIN-0320/04 на сумму 6 805,63 долл. США, заявления на перевод от 31.01.2020 № 14 на сумму 23 281,64 долл. США, от 03.03.2020 № 17 на сумму 21019,04 долл. США, проформы-инвойсы от 28.01.2020

№ STI-001-30/20 на сумму 23 281,64 долл. США, от 03.03.2020 № STI-001- 03/03 на сумму 21 019,04 долл. США, инвойсы от 14.02.2020 № FIN-0220/01 на сумму 10 785,53 долл. США, от 06.03.2020 № FIN-0320/02 на сумму

8 768,31 долл. США, от 23.03.2020 № FIN0320/04 на сумму 6 805,63 долл. США, ведомость банковского контроля по состоянию на 17.06.2022.

Проанализировав положения пунктов 1.1, 4.1 контракта от 01.04.2019

№ 10024, суды установили, что все платежи по поставкам производятся в соответствии со счетами, представленными продавцом, и в соответствии с приложениями на каждую партию товара, как по факту поступления товара, так и по 100% предоплате банковским переводом в долларах США по предварительному проформе-инвойсу. Кроме того, предусмотрено, что продавец вправе предоставить отсрочку оплаты, что должно быть отражено в приложении на конкретную партию товара.

Из приложения от 14.02.2020 № FIN-0220/01 к контракту на сумму

10 785, 43 долл. США следует согласование сторонами сделки поставки товара на условиях CFR Владивосток, что входит в противоречие с условиями, названными в пунктах 1.1 и 3.1 контракта (условия поставки FOB). Какие-либо дополнительные соглашения об изменении контрактных условий поставки заявителем в материалы дела не представлены. Приложение от 14.02.2020 № FIN-0220/01 к контракту содержит условие о том, что платежи по данному приложению могут быть произведены с отсрочкой платежа в течение 180 дней с даты получения товара. Аналогичные условия поставки и оплаты указаны в приложениях к контракту от 06.03.2020 № FIN-0320/02 на сумму 8 768,31 долл. США, от 23.03.2020 № FIN-0320/04 на сумму 6 805,63 долл. США, а также в инвойсах по рассматриваемым партиям товаров.

Из представленных обществом заявлений на перевод от 31.01.2020 № 14 на сумму 23 281,64 долл. США и от 03.03.2020 № 17 на сумму 21 019,04 долл. США следует, что перевод денежных средств осуществлен на счет продавца по реквизитам, указанным в дополнительном соглашении от 06.12.2019 № 2 к контракту от 01.04.2019 № 10024.

Вместе с тем судами выявлено, что в разделе «информация о переводе» данных заявлений содержатся только реквизиты контракта по рассматриваемым поставкам, без указания реквизитов приложений к контракту, инвойсов, по которым произведен платеж, при этом суммы в данных платежных документах не сопоставимы с суммами, приведенными в приложениях к контракту и инвойсах от 14.02.2020 № FIN-0220/01 (10 785,53 долл. США), от 06.03.2020 № FI N0320/02 (8 768,31 долл. США), от 23.03.2020 № FIN-0320/04 (6 805,63 долл. США).

Кроме того, судами учтено, что согласно пункту 4.1 контракта от 01.04.2019 № 10024 (в редакции дополнительного соглашения от 01.05.2019 № 12019) стороны определили, что все платежи производятся по предварительному проформе-инвойсу. Однако представленные декларантом

проформы-инвойсы от 28.01.2020 № STI-001-30/20 на сумму 23 281,64 долл. США, от 03.03.2020 № ST1-001- 03/03 на сумму 21 019,04 долл. США не идентифицируются по наименованию, количеству и стоимости с товарами, указанными в приложениях к контракту, в инвойсах и задекларированными в спорных ДТ.

При таких обстоятельствах суды сделали обоснованный вывод о неустранении декларантом сомнений таможни как в части согласования сторонами сделки порядка и условий оплаты и поставки товара, так и в части обстоятельств фактической оплаты товара.

Между тем подтверждение факта оплаты товаров по спорным декларациям имеет существенное значение, поскольку в ходе таможенного контроля таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении.

Настаивая в кассационной жалобе на подтверждении факта оплаты, общество не учло, что сведения, влияющие на структуру таможенной стоимости, обязательно должны быть количественно определенными, подтвержденными, сопоставимыми между собой относительно каждой партии товара и однозначно свидетельствовать об исполнении сделки в соответствии с условиями внешнеэкономического контракта. Документы, представленные в подтверждение факта оплаты, должны позволить декларанту доказать, а таможенному органу признать подтвержденным факт оплаты товара. В рассматриваемом случае декларантом данная обязанность не исполнена. Указанные в заявлении на перевод проформы-инвойсы не сопоставляются с рассматриваемыми поставками товаров; суммы, содержащиеся в представленных документах, не соотносятся со стоимостью товара по каждой декларации; примененный обществом порядок учета платежей не подтверждает оплату спорного товара.

Кроме того, судами установлено, что обществом не представлены экспортные декларации, которые могли бы устранить выявленные обстоятельства недостоверности заявленной таможенной стоимости, поскольку экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

При таких обстоятельствах, учитывая, что обществом факт оплаты спорной партии товара допустимыми и достоверными доказательствами не

подтвержден, принимая во внимание значительно низкий индекс таможенной стоимости ввезенного товара, отсутствие документов, обосновывающих объективный характер отличия цены ввезенного товара от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни, суды сделали правомерный вывод о том, что декларант обязанность по подтверждению достоверности заявленной таможенной стоимости не исполнил, следовательно, таможенный орган в соответствии с указанными выше нормами таможенного законодательства имел безусловные основания для принятия оспариваемого решения.

Таким образом, принимая во внимание нормы таможенного законодательства, регулирующие порядок и условия определения таможенной стоимости товара, а также установленные фактические обстоятельства, суды обоснованно признали оспариваемое решение законным.

Оценив довод заявителя о нарушении таможней срока направления в адрес общества решения от 13.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорные ДТ, суды установили, что обжалуемое решение от 13.02.2023 направлено в адрес декларанта заказным письмом только 21.02.2023 (исх. № 26-12-06903), то есть с нарушением срока, установленного пунктом 22 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289.

Вместе с тем суды обоснованно указали, что при наличии не опровергнутых декларантом оснований для принятия решения от 13.02.2023, данное обстоятельство не может свидетельствовать о незаконности оспариваемого решения таможенного органа.

Выводы судов мотивированы, подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, допустимость и достоверность которых никаких сомнений в своей совокупности не вызывает, они признаны судами достаточными для установления всех юридически значимых обстоятельств, непротиворечивы и согласуются друг с другом. В этой связи выводы судов первой и апелляционной инстанций признаются судом округа правильными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Доводы кассационной жалобы выводы судов не опровергают, по существу направлены на переоценку установленных фактических обстоятельств дела и представленных участниками спора доказательств, что в силу положений главы 35 АПК РФ не допускается при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции.

Поскольку выводы судов сделаны с правильным применением норм материального права на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, не установлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 01.08.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2023 по делу № А51-10892/2023 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Н.В. Меркулова

Судьи Л.М. Черняк

И.В. Ширяев