Постановление от 8 апреля 2024 г. по делу № А22-451/2023

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357600, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. (87934) 6-09-16, факс: (87934) 6-09-14


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А22-451/2023
г. Ессентуки
8 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 2 апреля 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 8 апреля 2024 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Сомова Е.Г., судей Егорченко И.Н. и Сулейманова З.М. при ведении протокола судебного заседания секретарем Денисовым В.О., в отсутствие истца – ООО «ЁбидоЁби» и ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО1, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 01.11.2023 по делу № А22-451/2023,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ЁбидоЁби» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – предприниматель) о взыскании 418 704 руб. 69 коп. компенсации за нарушение исключительных прав и возложении обязанности прекратить использование комплекса исключительных прав, принадлежащих обществу.

Решением от 01.11.2023 иск удовлетворен в полном объеме.

Не согласившись с решением, ответчик обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований. Предприниматель указал на его ненадлежащее извещение о начатом судебном процессе, сослался на наличие у него прав на использование исключительных прав истца, в связи с заключением между

ними сублицензионного договора от 09.07.2021 № SL125_21. В ходе осуществления

предпринимателем хозяйственной деятельности истцом выставлялись счета, а ответчиком оплачивались суммы роялти.

Отзыв на апелляционную жалобу не поступил.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, явку представителей в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что жалоба удовлетворению не подлежит.

Как видно из материалов дела, с 06.07.2022 индивидуальный предприниматель ФИО2 является правообладателем комбинированного товарного знака (знака обслуживания) «Ё», что подтверждается свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) № 668521, выданным Федеральной службой по интеллектуальной собственности (дата приоритета: 26.10.2017, дата государственной регистрации: 30.08.2018, дата истечения срока действия исключительного права: 26.10.2027) в отношении следующих классов МКТУ и перечня товаров и (или) услуг: 43 – закусочные, кафе, кафетерии, рестораны самообслуживания, услуги по приготовлению блюд и доставке их на дом.

6 июля 2022 года между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и обществом (пользователь) заключен договор коммерческой концессии (далее – договор), в соответствии с которым правообладатель предоставляет пользователю право использования КИП, а пользователь обязуется своевременно уплатить правообладателю вознаграждение в порядке и на условиях, определенных в разделе 2 настоящего договора. В составе КИП пользователю передается: право использования товарного знака, право использования коммерческого обозначения – словесное обозначение «ЁбиДоёби», а также его графическое изображение, используемое правообладателем в качестве средства индивидуализации своих предприятий, право использования ноу-хау, в том числе руководства и стандартов (п. 1.2. договора).

Обществу стало известно о незаконном использовании предпринимателем комплекса исключительных прав (КИП), принадлежащих обществу: использование КИП в отношении товаров и услуг, перечень которых определен присвоенными Торговой марке «Ёбидоёби» международными классами услуг от «29» сентября 2020 года № 039, 040, 043 – Доставка еды, производство еды и приготовление еды.

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав общество в

порядке досудебного урегулирования спора направило предпринимателю претензию от 28.12.2022 с требованием о прекращении использования комплекса исключительных прав и выплате компенсации за неправомерное использование КИП.

Меры по досудебному урегулированию спора не привели к его разрешению, что послужило основанием для обращения истца в суд.

Пунктом 1 статьи 1225 ГК РФ установлено, что результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе товарные знаки и знаки обслуживания.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ признается исключительное право на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что 03.06.2021 в сети- Интернет (https://instagram.com/sushiyobidoyobi.ys?igshid=MzR1ODBiNWF1ZA==) была размещена информация об открытии доставки суши и роллов в Южно-Сахалинске с

изображением товарного знака № 668521. Указанная реклама также была распространена ответчиком в социальной сети "ВКонтакте" (https://vk.com/sushi_i_rolly_yuzhno_sahalinsk).

Факт размещения предложения о продаже ответчиком не оспаривается.

Судом также установлен функционирования заведения предпринимателя по адресу: <...>. На фотоснимке режима работы заведения, имеются реквизиты ответчика – ИП ФИО1, ИНН <***>. На фотоснимке наружной рекламы (баннера) указан официальный сайт «ебидоеби.рф».

Принадлежность обществу комплекса исключительных прав сторонами не оспаривается.

Истец не давал разрешения ответчику на использование объектов исключительных прав. Следовательно, использование ответчиком комплекса исключительных прав является незаконным.

В пункте 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума № 10), согласно которому вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного постановления.

Согласно упомянутому пункту 162 названного постановления установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Следует отметить, что определяющим для установления сходства обозначений является вероятность наличия у рядовых потребителей ассоциативных связей между сравниваемыми обозначениями.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемым обозначением и товарным знаком следует руководствоваться не

только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила от 20.07.2015 № 482), а также пунктом 162 постановления Пленума № 10.

В силу пункта 42 Правил от 20.07.2015 № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

Звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение.

Графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание.

Смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

В соответствии с пунктом 43 Правил от 20.07.2015 № 482, изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное,

карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункта 162 Постановления Пленума № 10 разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. При определении сходства обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сравнив по указанным в Правилах № 482 признакам принадлежащие истцу товарный знак и используемое ответчиком обозначение в рамках оказываемых услуг, суд верно пришел к выводу, что указанные обозначения являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца по визуальному, смысловому, графическому признакам, виду и характеру изображений.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции законно и обоснованно пришел к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав.

С учетом установленного судом тождества используемого ответчиком обозначения с принадлежащим истцу товарным знаком, а также их идентичности (близости) деятельности, в отношении которых ответчик использует спорное обозначение, с услугами, в отношении которых зарегистрирован защищаемый товарный знак, то требование истца о возложении обязанности на предпринимателя прекратить использование комплекса исключительных прав, принадлежащих обществу правомерно, поэтому и удовлетворено судом.

Материалами дела установлено, что обществом заявлена сумма компенсации в размере 418 704 руб. 69 коп. на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ (в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака), рассчитанная на основании заключенных договоров коммерческой субконцессии.

Для установления размера компенсации, суд апелляционной инстанции

определениями от 06.02.2024 и от 05.03.2024 истребовал у общества аргументированный (детализированный) расчет компенсации с расшифровкой его формулы (методики), основанный на документальном подтверждении стоимости права.

Во исполнение определений от истца поступили дополнительные документы, в частности расчет компенсации и документы в обоснование такого расчета (счета на оплату, платежные документы).

По расчету истца стоимость права составляет 434 000 рублей, двукратная стоимость права - 868 000 рублей.

При этом в иске заявлено о взыскании компенсации в размере 418 704 руб. 69 коп. Поскольку суд не вправе выходить за пределы заявленных требований, исковые требования удовлетворены в заявленном размере.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем. Аналогичное разъяснение содержится в пункте 59 Постановления № 10.

Соответственно, при избранном истцом виде компенсации и учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены. При этом определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, по правилам указанной нормы.

При этом суду, исходя из требования об установлении обстоятельств с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, надлежит также определять, на что

конкретно направлены доводы ответчика о снижении размера компенсации - на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного размера.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с расчетом размера компенсации, заявленным истцом, как было отмечено выше, могут основываться на оспаривании заявленной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими такое несогласие.

Применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен был быть проверен судом на основании данных, которые должен был представить ответчик, о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 указанного Обзора, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Требования указанной нормы распространяется, в том числе, и на установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, а также двукратного размера такой цены.

При этом ответчик стоимость права использования спорного товарного знака по лицензионным договорам теми способами и в том объеме, который использовал ответчик, не оспорил. Какое-либо обоснование иной стоимости права использования ответчик не привел, равно как и не привел иной расчет компенсации.

Кроме того, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что при установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов (в том числе рассчитанной двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях (с учетом нормы абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, содержащейся в Постановлении от 13.12.2016

№ 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края").

Вместе с тем, таких доводов ответчик в суде первой инстанции не заявлял.

В жалобе ответчик сослался на неизвещение его судом о принятии иска к производству.

Рассмотрев указанные доводы, суд апелляционной инстанции счел их несостоятельными.

В соответствии с частью 4 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства. При этом место жительства индивидуального предпринимателя определяется на основании выписки из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

Согласно части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд (пункт 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление № 25), с учетом положения пункта 2 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в Едином государственном реестре юридических лиц либо по

адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом.

Гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзаце втором данного пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя (абзац третий пункт 63 постановления № 25).

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, копия определения от 02.03.2023 о принятии иска к производству направлена предпринимателю по адресу, указанному в выписке из ЕГРИП: 359140, <...> (л.д. 18).

Однако почтовое отправление (РПО № 35800081214992) не вручено адресату по причине истечения срока хранения и возвращено органом связи в суд.

Аналогичным образом возвращены почтовые отправления с промежуточными судебными актами (л.д. 21, 27, 33, 121), а также и с решением суда (л.д. 140).

Таким образом, суд первой инстанции надлежащим образом известил предпринимателя о начавшемся судебном разбирательстве по адресу его регистрации. Предприниматель не представил доказательств неполучения корреспонденции по вине органа почтовой связи.

Указанные обстоятельства указывают на то, что предприниматель в силу требований пункта 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела.

Таким образом, поскольку ответчик не опроверг представленный истцом расчет, не ходатайствовал о снижении размера компенсации в суде первой инстанции, риск несовершения процессуальных действиях в силу положений части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежит на ответчике.

Доводы подателя жалобы о наличии у него права на использование исключительных прав истца, основанного на заключенном между ними сублицензионном договоре от 09.07.2021 № SL125_21, исследованы судебной коллегией и отклонены как документально не подтвержденные.

В целях проверки названных доводов ответчика, суд апелляционной инстанции определениями от 06.02.2024 и от 05.03.2024 предлагал предпринимателю представить

сублицензионный договор от 09.07.2021 № SL125_21, доказательства его фактического исполнения (счета на оплату; акты выполненных работ, платежные документы и т.д.).

Предприниматель определения суда не исполнил, пояснения суду апелляционной инстанции не направил, документы, подтверждающие свои доводы, не представил.

При установленных обстоятельствах, судом первой инстанции требования истца обоснованно удовлетворены в полном объеме, полно и правильно установлены все фактические обстоятельства по делу, исходя из оценки доказательств и доводов, приведенных лицами, участвующими в деле, правильно применены нормы материального и процессуального права, принято законное и обоснованное решение, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены судебного акта не имеется.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по уплате государственной пошлины, в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 01.11.2023 по делу № А22-451/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Е.Г. Сомов

Судьи: И.Н. Егорченко

З.М. Сулейманов