Постановление от 2 февраля 2026 г. 9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-61880/2025

Дело № А40-285762/23
г. Москва
03 февраля 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 03 февраля 2026 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной,

судей Е.Ю. Башлаковой-Николаевой, О.И. Шведко,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.С. Волковым,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

конкурсного управляющего ООО «Альтаир» - ФИО1

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 14 октября 2025 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств должника с расчетного счета № <***> в ПАО Сбербанк в г. Москве в адрес ООО «АККАУНТЭКСПЕРТ» по платежному поручению № 608 от 04.08.2023 на сумму 4.500.000 руб. и применении последствий ее недействительности

по делу № А40-285762/23 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Альтаир»,

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий ООО «Альтаир» ФИО1 – лично, паспорт,

ФИО2 – лично, паспорт,

иные лица не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд города Москвы 05.12.2023 поступило заявление ООО «Адмирал» о признании должника ООО «Альтаир» несостоятельным (банкротом); определением от 08.12.2023 заявление принято и возбуждено производство по делу № А40-285762/23-123-686Б.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.02.2024 признано обоснованным заявление ООО «Адмирал» о признании должника ООО «Альтаир» несостоятельным (банкротом). В отношении ООО «Альтаир» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО3, ИНН <***>, член Союза СРО АУ «Стратегия».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 07.03.2024.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2024 ООО «Альтаир» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3, ИНН <***>, член Союза СРО АУ «Стратегия».

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 20.07.2024.

Определением суда от 19.09.2024 арбитражный управляющий ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей, возложенных на него в деле о банкротстве должника; определением суда от 21.11.2024 конкурсным управляющим ООО «Альтаир» утвержден арбитражный управляющий ФИО1, ИНН <***>, член Союза СРО АУ «Стратегия».

В Арбитражный суд города Москвы 12.05.2025 поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств должника с расчетного счета должника № <***> в ПАО Сбербанк в г. Москве в адрес ООО «АККАУНТЭКСПЕРТ» по платежному поручению № 608 от 04.08.2023 на сумму 4.500.000 руб. и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2025 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки должника и применении последствий ее недействительности отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ООО «Альтаир» - ФИО1 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом первой инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить апелляционную жалобу, обжалуемое определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

От конкурсного управляющего ООО «Аккаунтэксперт» - ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Отзыв приобщен к материалам дела.

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО «Альтаир» - ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

ФИО2 возражал на доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с рассматриваемым требованием, конкурсный управляющий указывал, что в ходе проведения мероприятий, предусмотренных процедурой, им было выявлено, что 04.08.2023 с расчетного счета должника в пользу ООО «Аккаунтэксперт» осуществлен платеж на сумму 4 500 000 руб.

Конкурсный управляющий должника полагал, что данный платеж является сделкой, подлежащей оспариванию, и просил суд признать ее недействительной и применить последствия недействительности ничтожной сделки.

В обоснование своих требований конкурсный управляющий ссылался на положения пункта 1 статьи 61.2, пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, а также на статью 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), указывая на неравноценность встречного исполнения, совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, оказание предпочтения и притворность спорного платежа.

При этом конкурсный управляющий ссылался на то, что оспариваемый платеж совершен в период подозрительности и неплатежеспособности должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим не представлено достаточных и надлежащих доказательств, подтверждающих наличие законных оснований для оспаривания сделки.

Суд установил, что оспариваемый платеж, как пояснил бывший руководитель должника, являлся платой за выполнение подрядных работ на объектах заказчиков должника, что соответствовало обычной хозяйственной деятельности должника и ответчика.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, что цена оспариваемой сделки была занижена по отношению к стоимости аналогичных подрядных работ в аналогичный период.

Заявителем не был проведен сравнительный анализ условий оспариваемой сделки с условиями аналогичных сделок, совершавшихся должником или иными участниками оборота в сравнимых обстоятельствах, что является необходимым для установления признака неравноценного встречного исполнения.

Относительно довода о наличии оснований, предусмотренных пунктами 1 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказана совокупность обстоятельств, для признания сделки недействительной по данному основанию: факт оказания предпочтения и осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника.

В частности, суд установил, что конкурсным управляющим не представлено доказательств аффилированности должника и ответчика, а также доказательств того, что ответчик знал или должен был знать о признаках недостаточности имущества или неплатежеспособности должника, поскольку одного лишь факта наличия у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами или размещения сведений о предъявленных исках в картотеке арбитражных дел для этого недостаточно.

Суд также не нашел оснований для признания сделки недействительной по статье 170 ГК РФ, указав, что конкурсным управляющим не доказано, что стороны при совершении оспариваемого платежа не имели намерения создать соответствующие правовые последствия или что этот платеж прикрывал собой иную сделку.

Напротив, пояснения бывшего руководителя должника и сведения о видах экономической деятельности сторон свидетельствовали, по мнению суда, о реальности и исполнимости хозяйственных отношений, связанных с выполнением подрядных работ, объекты по которым были введены в эксплуатацию.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как усматривается из материалов дела, оспариваемый платеж совершен 04.08.2023, производство по делу о банкротстве возбуждено 08.12.2023, то есть оспариваемая сделка совершена в течение одного года до возбуждения производства по делу о банкротстве, в период подозрительности, установленный п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Следовательно, из толкования приведенных норм права для признания сделки должника недействительной на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать два факта: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

Из диспозиции п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

Исходя из буквального содержания п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, неравноценность встречного исполнения предполагается в момент заключения сделки и выражается в условиях ее заключения.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Таким образом, одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной по основанию п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, является факт равноценности или неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения.

Установление такого факта возможно путем сравнения условий оспариваемой сделки и условий ее заключения с соответствующими условиями аналогичных сделок и условиями их заключения, а также путем исследования документов, подтверждающих условия аналогичных сделок, совершавшихся при сравнимых обстоятельства.

Из материалов обособленного спора следует, что в судебном заседании бывший руководитель должника пояснил, что оспариваемый платеж являлся платой за выполнение подрядных работ на объектах заказчиков должника.

Согласно сведениям, размещенным в ЕГРЮЛ, основными видами экономической деятельности ответчика являются строительные и отделочные работы, что соответствует характеру операции.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2025 по настоящему делу установлено, что конкурсный управляющий указал, что должник в период своей деятельности выполнял подрядные работы для заказчиков.

Согласно сведениям, размещенным в ЕГРЮЛ, основными видами экономической деятельности ответчика является: 41.20 - строительство жилых и нежилых зданий; 43.12 - подготовка строительной площадки; 43.12.3 - производство земляных работ; 43.31 - производство штукатурных работ; 43.32 - работы столярные и плотничные; 43.32.1 - установка дверей (кроме автоматических и вращающихся), окон, дверных и оконных рам из дерева или прочих материалов; 43.32.2 - работы по установке внутренних лестниц, встроенных шкафов, встроенного кухонного оборудования; 43.32.3 - производство работ по внутренней отделке зданий (включая потолки, раздвижные и съемные перегородки и т.д.); 43.33 - работы по устройству покрытий полов и облицовке стен; 43.34 - производство малярных и стекольных работ; 43.34 - производство малярных и стекольных работ; 43.99 - работы строительные специализированные прочие, не включенные в другие группировки.

Соответственно, оспариваемый платеж осуществлен в рамках обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником и ответчиком.

Проанализировав представленные ответчиком доказательства, суд первой инстанции правомерно указал, что конкурсным управляющим в рассматриваемом случае не доказана неравноценность встречного исполнения.

Для применения п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве заявителю необходимо доказать, что цена оспариваемой сделки и иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Суд первой инстанции верно отметил, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, что цена оспариваемой сделки занижена по отношению к стоимости аналогичных работ и товаров в аналогичный период.

Конкурсный управляющий не провел сравнительного анализа условий оспариваемой сделки с условиями аналогичных сделок, совершавшихся должником или иными участниками оборота в сравнимый период.

В материалы дела не представлено каких-либо данных или расчетов, свидетельствующих о том, что рыночная стоимость переданных должником денежных средств существенно превышает стоимость полученного им встречного предоставления, определенную с учетом всех условий и обстоятельств.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований по данному основанию.

Равным образом суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания сделки недействительной по основаниям пунктов 1 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве (сделка с предпочтением).

В соответствии с п.1 ст.61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице.

В п. 12 Постановления № 63 предусмотрено, что если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При оспаривании сделки должника по основаниям п. 1, п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве в предмет доказывания входят обстоятельства, подтверждающие, что кредитору должника, получившему предпочтительное удовлетворение своих требований, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как следует из материалов дела, по состоянию на дату совершения оспариваемого платежа у должника имелись иные кредиторы, требования которых в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника.

Однако этого обстоятельства, как правильно указал суд первой инстанции, недостаточно для вывода об осведомленности контрагента.

Вопреки требованиям части 1 статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлены доказательства, указывающие на возможность ознакомления ответчика с актами налоговой проверки, проводимой в отношении должника, а также с документами, раскрывающими состояние расчетов должника с иными кредиторами.

Таким образом, доказательства того, что ответчик знал или должен был знать о признаке недостаточности имущества должника – превышении размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активами) - в деле отсутствуют.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил довод конкурсного управляющего об осведомленности ответчика о финансовом состоянии должника со ссылкой на то, что к должнику предъявлялись исковые заявления, сведения о которых размещены в картотеке арбитражных дел.

Возбуждение дела по иску одного из кредиторов к должнику не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Размещение подобных сведений в картотеке арбитражных дел не означает, что должник перестал исполнять свои обязательства: сам по себе факт предъявления исков не свидетельствует о том, что у должника имелись признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда РФ от 25.01.2016 N 307-ЭС15-20344.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно констатировал, что конкурсным управляющим не доказана осведомленность ответчика о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, что является необходимым условием для удовлетворения требований по статьям 61.3 Закона о банкротстве.

В материалы дела не представлено доказательств, что цена договоров подряда была занижена по отношению к рыночной стоимости аналогичных работ.

Так, конкурсным управляющим не представлено каких-либо данных или расчетов, свидетельствующих о том, что рыночная стоимость переданных должником денежных средств существенно превышает стоимость полученного им встречного предоставления, определенную с учетом всех условий и обстоятельств.

Более того, суд первой инстанции обоснованно сослался на презумпцию равноценности взаимных предоставлений по исполненной сделке, которая не была опровергнута заявителем.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований по данному основанию

Равным образом, вопреки позиции апеллянта, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания сделок недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества (абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 указанного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как разъяснено в пункте 6 упомянутого Постановления, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305- ЭС17-11710(4), сформулирован правовой подход, согласно которому по смыслу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходимо доказанность совокупность следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 Постановления 8 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Вместе с тем из содержания положений п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (ст. 9 и ст. 65 АПК РФ).

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в ст. 3 и ст.6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Для целей признания судом оспариваемых договоров недействительными сделками по основанию заинтересованности в заключении договора необходимо наличие совокупности двух обстоятельств:

1) совершения сделки должником с заинтересованным лицом;

2) причинения или возможности причинения убытков должнику или кредиторам в результате исполнения указанной сделки.

Согласно п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве в целях указанного Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет) должника, коллегиальный исполнительный орган должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей, в течение трех лет, предшествующих дате возбуждения производства по делу о банкротстве.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются также лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в настоящем пункте, в отношениях, определенных пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 11, 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве при определении круга заинтересованных лиц и толковании абзаца пятого пункта 1 статьи 19 Закона, в силу которого к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц помимо субъектов, прямо указанных в пункте 1 статьи 19 Закона, относятся и иные лица в случаях, предусмотренных федеральным законом, судам необходимо исходить из следующего.

Под иными лицами понимаются лица, признаваемые законодательством о юридических лицах заинтересованными в совершении юридическим лицом сделки (пункт 1 статьи 81 Федерального закона «Об акционерных обществах», пункт 1 статьи 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», пункт 1 статьи 27 Федерального закона «О некоммерческих организациях»).

Вместе с тем, применительно к обстоятельствам настоящего спора, вопреки требованиям части 1 статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не были представлены какие-либо доказательства аффилированности должника и ответчика.

Обязательным условием оспаривания сделки по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является установление осведомлённости контрагента о противоправных целях должника.

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что другая сторона по сделке знала о совершении должником данной сделки именно в целях причинения ущерба имущественным правам кредиторов, а также что контрагент располагал или должен был располагать информацией о неудовлетворительном финансовом состоянии должника на момент платежей.

Так, в материалах дела отсутствуют доказательства, указывающие на возможность ознакомления ответчика с документами, раскрывающими состояние расчётов должника с иными кредиторами, что могло бы свидетельствовать об ущемлении их интересов.

Равным образом в деле не имеется каких-либо копий публикаций о финансово-экономическом состоянии должника, размещённых в открытых источниках в соответствующий период.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно констатировал, что доказательства того, что ответчик знал или должен был знать о признаке недостаточности имущества должника – превышении размера его денежных обязательств над стоимостью активов, конкурсным управляющим представлены не были.

При этом, наличие у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами само по себе, как правильно указал суд, не доказывает наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества в контексте оспаривания сделки по данному основанию.

Суд также отметил, что конкурсный управляющий не представил доказательств, позволяющих сделать вывод об умысле сторон на причинение вреда кредиторам или о притворном характере сделок.

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок. Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора доказательств наличия у оспариваемых сделок дефектов, выходящих за пределы специальных норм, финансовым управляющий должника в материалы обособленного спора не представил, соответственно, оснований для применения к спорным отношениям ст.ст. 10,168 ГК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Судебная коллегия также соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения к оспариваемым платежам положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ о мнимости (притворности) сделок.

Как следует из разъяснений высших судебных инстанций, мнимость сделки заключается в отсутствии у её сторон цели достижения заявленных результатов, когда волеизъявление не совпадает с подлинным намерением. Лицо, требующее признания сделки ничтожной по данному основанию, обязано доказать, что стороны, заключая соглашение, не намеревались создавать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида, а также что оспариваемая сделка действительно не была исполнена и не породила правовых последствий. Обязательным условием является порочность воли каждой из сторон.

Как следует из пояснений бывшего руководителя должника, воля сторон была направлена на оплату подрядных работ на объектах заказчиков должника.

Конкурсный управляющий осведомлен о характере производственно-хозяйственной деятельности должника, связанной с выполнением подрядных работ.

Сведения из ЕГРЮЛ подтверждают, что деятельность ответчика связана со строительством и отделочными работами.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств притворности сложившихся правоотношений между сторонами, а также доказательств выполнения спорных подрядных работ силами иных организаций.

Непредставление конкурсным управляющим доказательств, опровергающих реальность сделки, в условиях состязательности процесса должно квалифицироваться как отказ от опровержения фактов, на которые указывает процессуальный оппонент.

Следовательно, оснований для применения статьи 170 ГК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что стороны при совершении платежей не имели намерения создать соответствующие правовые последствия или что сделка прикрывала собой иную волю всех ее участников.

При этом отсутствие у конкурсного управляющего части первичных документов, подтверждающих детали хозяйственной деятельности должника, не может свидетельствовать о наличии дефектов оспариваемой сделки.

В свою очередь, непередача конкурсному управляющему документов, подтверждающих хозяйственную деятельность должника, влечет иные правовые последствия, нежели признание сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Представленные конкурсным управляющим в материалы дела доказательства, а именно факт осуществления платежей в пользу ответчика, не образуют совокупности доказательств, необходимой и достаточной для признания оспариваемых сделок недействительными по заявленным основаниям.

Ссылка заявителя на проведенные в отношении должника налоговые проверки не может быть принята во внимание при разрешении настоящего спора, поскольку из материалов этих проверок не усматривается, что ООО «АККАУНТЭКСПЕРТ» являлось участником каких-либо противоправных схем либо что ему были известны обстоятельства финансовой несостоятельности должника; взаимоотношения должника и ответчика не были предметом указанных проверок, а выводы налогового органа касаются взаимоотношений должника с иными контрагентами.

Применение должником схем налоговой оптимизации с использованием ряда юридических лиц, установленных в рамках налоговой проверки, не исключает ведение должником реальной хозяйственной деятельности, для целей которой привлекались контрагенты, в том числе ответчик.

В материалах дела отсутствуют какие-либо факты, свидетельствующие о мнимости, фиктивности или притворности спорных сделок.

Судебная коллегия отмечает, что недобросовестность должника в отношениях с одними контрагентами не может автоматически и бездоказательно распространяться на все его сделки.

Для признания данной конкретной сделки ничтожной по статье 170 ГК РФ апеллянту необходимо было представить доказательства, что именно при её совершении стороны не имели намерения создать соответствующие правовые последствия, то есть что поставка строительных материалов по счёту № 84 от 04.08.2023 не осуществлялась и не планировалась к осуществлению.

Такие доказательства в материалы обособленного спора не представлены.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и конкретных обстоятельства, доводы лиц, участвующих в деле правильно оценены, выводы сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на их подателей, при этом, поскольку при подаче апелляционной жалобы конкурсному управляющему ООО «АЛЬТАИР» была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения жалобы по существу, доказательств оплаты суду не представлено, на основании части 1 статьи 110 АПК РФ и подпункта 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (в ред. от 29.10.2024) с ООО «АЛЬТАИР» в доход федерального бюджета подлежит взысканию 30 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 14 октября 2025 года по делу №А40-285762/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Альтаир» - ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Альтаир» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 30 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: В.В. Лапшина


Судьи: Е.Ю. Башлакова-Николаева


О.И. Шведко