Решение от 2 июля 2019 г. по делу № А40-56698/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-56698/19

116-511


02 июля 2019 г.

Резолютивная часть решения объявлена 25 июня 2019 года

Полный текст решения изготовлен 02 июля 2019 года

Арбитражный суд в составе судьи Стародуб А. П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело

по исковому заявлению: ЗАСО «ТАСК»

к ФГБУ ГНЦ ФМБЦ ИМ. А.И. БУРНАЗЯНА ФМБА РОССИИ

о взыскании 1 372 552, 72 руб. страхового возмещения


при участии представителей:

от истца: не явился, извещен.

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 29.12.2018 года.

У С Т А Н О В И Л:

ЗАСО «ТАСК» обратилось в арбитражный суд города Москвы с иском к ФГБУ ГНЦ ФМБЦ ИМ. А.И. БУРНАЗЯНА ФМБА РОССИИ о взыскании страхового возмещения в порядке суброгации в сумме 1 372 552 рублей 72 копеек.

Представитель истца надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения спора, в суд не явился.

Представитель ответчика не возражал против рассмотрения дела в отсутствие представителя истца, представил отзыв, просил в иске отказать в связи с пропуском срока исковой давности.

Дело рассмотрено в порядке ст.123, ч.3 ст. 156 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы представителя ответчика, исследовав и оценив, имеющиеся в деле доказательства, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, ЗАСО «ТАСК» по договору добровольного страхования наземных транспортных средств ТС№0312152 является страховщиком транспортного средства Скания, рег. № АВ9558-7, принадлежащего ООО “ТЭП Белгрузавтотранс”.

22.02.2016 года на территории Российской Федерации сотрудниками ГИБДД было зарегистрировано дорожно-транспортное происшествие с участием вышеуказанного транспортного средства. Лицом, ответственным за причинение вреда в указанном ДТП, был признан ФИО3, управлявший принадлежащим ответчику автомобилем Фиат Дукато, рег. №Р475АВ99.

В результате указанного ДТП транспортное средство Скания, рег. № АВ9558-7 получило механические повреждения. 25.02.2016г. в наш адрес от страхователя ООО «ТЭП Белгрузавтотранс» поступило заявление о выплате страхового возмещения.

Для проведения восстановительного ремонта автомобиль был направлен на СТО СП ЗАО «Миллениум Групп», однако по оценке указанного предприятия автосервиса

стоимость ремонта составит 37885,41 евро, что превышает страховую стоимость автомобиля, установленную в договоре страхования в 35000 евро. В таком случае в соответствии с п.9.1.1 Правил №5а добровольного страхования наземных транспортных средств юридических лиц, на условиях которых заключен договор ТС№0312152 (далее – Правила №5а), поврежденный автомобиль считается погибшим, поскольку ожидаемые расходы по его ремонту, включая налоги и сборы, превышают 80% его страховой стоимости. Принимая во внимание данный факт, в соответствии с п.9.1.1 Правил №5а независимому оценщику было поручено подготовить заключение о стоимости годных остатков поврежденного автомобиля.

Согласно заключению №158-17АЭ расчетная стоимость годных остатков составила 11406 евро. На основании указанного заключения и в соответствии с абзацем 3 п. 9.1.1 Правил №5а страхователю была произведена выплата страхового возмещения в сумме 23594 евро, то есть 35000 евро (страховая стоимость) минус 11406 евро (стоимость годных остатков).

Впоследствии, указал истец, годные остатки были реализованы страхователем через официальный аукцион ООО «БелАвтоЛот» и фактическая их стоимость при этом составила 19813,08 белорусских рублей (8224,27 евро в эквиваленте по курсу Национального Банка Республики Беларусь на дату ДТП 22.02.2016г.), то есть менее стоимости остатков, рассчитанной оценщиком. Учитывая этот факт, в соответствии с абзацем 4 п. 9.1.1 правил №5а ЗАСО «ТАСК» произвело доплату страхового возмещения в сумме 3181,73 евро, то есть 35000 евро (страховая сумма) минус 23594 евро (выплачено ранее на основании заключения оценщика) минус 8224,27 евро (фактическая стоимость реализованных годных остатков). Также страхователю были возмещены расходы, понесенные им в связи с организацией реализации остатков автомобиля на официальном аукционе в сумме 1500,00 белорусских рублей (на основании абзаца 4 п. 9.1.1 Правил №5а).

Таким образом, указал истец, ЗАСО «ТАСК» урегулировало претензию страхователя, выплатив страховое возмещение в общем размере EUR 26775,73 и BYN 1500,00, что подтверждается п/п №628 от 15.06.2017 (выплата в сумме 23594,00 евро), №14352 от 26.12.2017 (выплата в сумме 1500 белорусских рублей) и №1363 от 26.12.2017 (выплата в сумме 3181,73 евро).

В соответствии с п. 1 ст. 317 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) денежные обязательства должны быть выражены в рублях (статья 140).

В силу п. 2 ст. 317 ГК РФ в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

Таким образом, указал истец, сумма страхового возмещения, выплаченная истцом потерпевшей стороне в евро, эквивалентна:

сумма выплаты в размере 23594 евро = 1508791,47 RUB (по курсу ЦБ РФ на дату платежа 15.06.2017г., 1 евро = 63,9481 RUB);

сумма выплаты 1500,00 белорусских рублей = 43923,75 RUB (по курсу ЦБ РФ на дату платежа 26.12.2017г., 1 BYN = 29,2825 RUB);

сумма выплаты 3181,73 евро = 219837,50 RUB (по курсу ЦБ РФ на дату платежа 26.12.2017г., 1 евро = 69,0937 RUB).

Общая сумма выплаченного страхового возмещения составила: RUB 1508791,47 + 43923,75 + 219837,50 = 1772552,72 рублей.

В соответствии с п. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию)

при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). В силу части 2 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования может быть застрахован риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (статья 930).

Согласно п. 1 и 2 ст. 965 ГК РФ если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Таким образом, указал истец, к ЗАСО «ТАСК» перешло право требования возмещения вреда с его причинителя в пределах выплаченной суммы.

Принимая во внимание то, что гражданская ответственность причинителя вреда на момент ДТП была застрахована САО «ВСК» по договору ЕЕЕ№0340369776, ЗАСО «ТАСК» направило соответствующее требование в адрес указанного страховщика. В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" САО «ВСК» удовлетворило претензию истца, возместив 400000 российских рублей, то есть сумму страхового возмещения в пределах установленного лимита ответственности по договору ОСАГО.

Принимая во внимание вышеизложенное, в настоящий момент размер вреда, подлежащий взысканию с ответчика, составляет:

1772552,72 – 400 000 = 1372552,72 российских рублей.

Между тем, истец не учел следующее.

Между тем, судом усматривается, что Истцом пропущен срок исковой давности, установленный статьей 966 ГК РФ. Пунктом 1 указанной статьи определено, что срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора имущественного страхования, за исключением договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет два года.

Срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет три года (п. 2 ст. 966 ГК РФ).

Как видно из представленного Истцом заявления о выплате страхового возмещения (№ 1842КЮ), от 25 февраля 2016 года, имеющегося в материалах данного дела, страховое событие наступило 22 февраля 2016 г.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан» перемена лиц в обязательстве (статья 201 ГК РФ) по требованиям, которые страховщик в порядке суброгации имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования, не влечет изменение общего (трехгодичного) срока исковой давности и порядка его исчисления. При этом срок исковой давности для страховщика, выплатившего страховое возмещение, должен исчисляться с момента наступления страхового случая.

В соответствии со ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Из представленных Истцом возражений на иск (исх.№ 1942КЮ/8481 от 02 мая 2019 года) ошибочно следует, что течение срока исковой давности начинается с 23.02.2016, а день его окончания приходится на 23.02.2019 г., который является нерабочим (суббота) и переносится на следующий рабочий день – 25.02.2019 (понедельник).

Однако данный расчёт сроков не соответствует действующему законодательству. Так, пунктом 4 ст. 113 АПК РФ предусмотрено, что течение процессуального срока, исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после календарной даты или дня наступления события, которыми определено начало процессуального срока. При этом, процессуальный срок, исчисляемый годами, истекает в соответствующий месяц и число последнего года установленного срока (п. 1 ст. 114 АПК РФ). А ввиду того, что в году не бывает двух дат - 23 февраля, то в рассматриваемом случае днем окончания срока исковой давности является 22 февраля 2019.

Представленной позиции также придерживается Верховный суд Российской Федерации, согласно Постановлению Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 N 99 «О процессуальных сроках». Так, согласно п. 2 данного Постановления, если календарная дата (дата наступления события, далее - дата), которой определено начало течения процессуального срока в один год, - 25 декабря 2012 года, то течение этого срока началось 26 декабря 2012 года, днем его окончания является 25 декабря 2013 года.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Таким образом, поскольку иск подан в суд 05.03.2019 года, то истцом пропущен трехлетний срок исковой давности.

Учитывая изложенное, в иске следует отказать.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ суд относит на истца расходы по госпошлине.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 65, 110, 167- 171, 176, 180 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятый Арбитражный апелляционный суд.



Судья:

А.П. Стародуб