Решение от 13 октября 2025 г. по делу № А46-14541/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, <...>; тел./факс <***>/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

город Омск № дела 14 октября 2025 года А46-14541/2025

Арбитражный суд Омской области в составе судьи Чекурды Е.А., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 62 500 руб.,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (далее – ООО «Зингер СПб», истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) о взыскании 62 500 руб. в качестве компенсации за нарушение исключительного прав на товарный знак № 266060.

Определением Арбитражного суда Омской области от 12.08.2025 указанное исковое заявление принято к производству, дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

22.08.2025 от ООО «Зингер СПб» поступило ходатайство о приобщении к материалам дела вещественного доказательства контрафактного товара, чека, а также компакт-диска с видеозаписью процесса покупки указанного товара.

04.09.2025 от ответчика поступил отзыв, в котором просил отказать в удовлетворении заявленных требований, указав на злоупотребление правом со стороны истца, а также отсутствие доказательств продажи товара ответчиком, поскольку представленная накладная ответчиком не выдавалась. Также ответчиком заявлено о фальсификации доказательств, а именно: договора на оказание услуг, дополнительного соглашения и акта о выполнении работ, подтверждающих несение расходов на фиксацию нарушения. Также просил рассмотреть дело по общим правилам. Также заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу.

19.09.2025 от истца поступило уточнение требований, в котором не поддержал заявление о взыскании расходов на фиксацию нарушения, просил исключить доказательства в отношении которых заявлено о фальсификации. Уточнения судом приняты.

19.09.2025 от истца поступило возражение на отзыв ответчика. Указано, что защита прав не является злоупотреблением правом. Истцом представлен в рамках судебного разбирательства лицензионный договор от 11.08.2021, заключенный с предпринимателем ФИО2, о предоставлении права использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 266060, который является действующим, заключен в соответствии с требованиями закона и подтверждает факт делегирования использования товарного знака третьим лицам, что подтверждает использование Истцом своего товарного знака одним из возможных способов. Сумма Исковых требований указанная Истцом, рассчитана согласно закону и на законных основаниях. Исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по договору неисключительной лицензии от 11.08.2021 г., размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в двукратном размере составляет 62 500 рублей из расчета: 750 000 рублей / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения/ 12 месяцев X 2 = 62500 рублей. Ответчиком не предоставлено

доказательств того, что им принимались меры по проверке сведений, чтобы убедится в том, что товар не является контрафактным. Ответчик, приобретая товар, имел возможность и должен был выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора. Доказательств того, что ответчик приобрел у поставщиков лицензионную продукцию во исполнение закона, предусматривающего запрет на реализацию контрафактной продукции, ответчик в материалы дела не представил. Таким образом, нельзя сказать, что Ответчик, как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, действовал с должной степенью заботливости и осмотрительности, предпринял все зависящие от него меры для установления законности реализации спорной продукции. Истец поясняет, что несмотря на то, что якобы Ответчик при розничной сделке купли продажи использует терминал эквайринга и кассу, на накладной, выданной от имени Ответчика 20.08.2024 г., отчетлива видна печать, принадлежащая ИП ФИО1, с указанием ОГРНИП: <***> и ИНН: <***> Ответчика. Также, Представитель Ответчика в контактной информации ИП ФИО1 в отзыве на исковое заявление указал её номер телефона. Данный номер телефона можно увидеть на видеозаписи фиксации нарушения прав от 20.08.2024 года рядом со стойкой продавца на объявлении, на котором указано: " Требуется Продавец 89045893179". (Приложение № 14). Таким образом, исходя из того, что один и тот же номер указан и на видеозаписи и в отзыве представителя Ответчика, можно сделать вывод, что деятельность в торговой точке по адресу: <...> РККА, д. 298/5 осуществляется от имени ИП ФИО1

Рассмотрев заявленные ответчиком ходатайства, суд полагает необходимым отказать в их удовлетворении в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 5 статьи 227 АПК РФ суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства, а также провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания.

Ходатайство о рассмотрении заявления по общим правилам искового производства мотивировано отсутствием бесспорного характера заявленного требования.

Суд, проанализировав заявленное ходатайство по правилам главы 29 АПК РФ, не усмотрел наличия оснований для рассмотрения заявления по общим правилам искового производства применительно к положениям пункта 2 части 5 статьи 227 АПК РФ, поскольку действующее арбитражное процессуальное законодательство в указанном ответчиком случае (требования истца не носят бесспорный характер) не предусматривает обязанности суда по переходу к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, а лишь право, реализуемое в случае наличия к тому процессуальных оснований.

С учетом указанного, а также отсутствия иных оснований для рассмотрения заявления по общим правилам, предусмотренных частью 5 статьи 227 АПК РФ, судом отклоняется ходатайство ответчика о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Поскольку основания для приостановления производства по делу, установленные статьями 143, 144 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком не приведены, судом отказано в приостановлении производства по делу.

Учитывая уточнение исковых требований, исключение требования о возмещение расходов на фиксацию нарушения, суд не усматривает оснований для проверки заявления о фальсификации доказательств, представленных в обоснование несения расходов на фиксацию нарушения, которые исключены истцом.

06.10.2025 в порядке части 1 статьи 229 АПК РФ принята резолютивная часть решения суда по делу.

09.10.2025 от ответчика поступило заявление о составлении мотивированного решения.

В соответствии с частью 2 статьи 229 АПК РФ по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение. Мотивированное решение арбитражного суда изготавливается в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления или со дня подачи апелляционной жалобы.

Рассмотрев материалы дела в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии с положениями статьи 228 АПК РФ, суд установил следующие обстоятельства.

20.08.2024 года в торговой точке, расположенной по адресу: <...> РККА, д. 298/5, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени ИП ФИО1 товара, обладающего техническими признаками контрафактности, - маникюрный инструмент.

Как указывает истец, факт реализации указанного товара от имени ИП ФИО3 подтверждается кассовым чеком от 20.08.2024, спорным товаром, а также видеосъемкой.

ООО «ЗИНГЕР СПб» является правообладателем исключительного права на словесный товарный знак «ZINGER» по свидетельству Российской Федерации № 266060, зарегистрированного в том числе для товаров 8-го класса МКТУ.

Полагая, что ответчиком допущено нарушение исключительных прав истца на товарный знак, ООО «ЗИНГЕР СПб» обратилось в суд с соответствующим исковым заявлением.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Статьей 65 АПК РФ установлена обязанность сторон доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

Оценив материалы дела, заслушав представителей сторон, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению частично.

Согласно пункту 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана, отнесены, в частности, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки.

В соответствии со статьей 1226 ГК РФ, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, при этом отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать объекты интеллектуальной собственности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 1477 ГК РФ правила Кодекса о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» разъясняется, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Сравниваемые обозначения на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика в торговой точке, и товарный знак истца характеризуются визуальным и графическим сходством, сходством внешней формы, одинаковым смысловым значением, словесным обозначением.

Как разъяснено в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.

При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Согласно статье 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

В случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 названного Кодекса правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов руб., определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

По смыслу нормы статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными.

Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Согласно материалам дела, истец является правообладателем товарного знака по свидетельству № 266060 (словесное обозначение «ZINGER»). Приоритет от 03.07.2000; дата регистрации: 26.03.2004; срок действия продлен до: 03.07.2030.

Товарный знак зарегистрирован в отношении товаров и услуг следующих классов МКТУ: 06, 08, 14, 21, 26, 35, 42.

Реализованный ответчиком товар (маникюрный инструмент) по своему роду, виду и функциональному назначению относится к товарам 08 класса МКТУ, то есть к товарам, в отношении которых зарегистрирован товарный знаки истца.

Таким образом, исключительные права истца на товарный знак № 266060 подтверждены материалами дела.

Как установлено судом, ответчик осуществлял реализацию товара, сходного до степени смешения с товарным знаком № 266060 (словесное обозначение «ZINGER»), исключительные права на который принадлежат истцу, что подтверждено представленными в материалы дела видеозаписью реализации товара в торговой точке ответчика, чеком, содержащими сведения о продавце товара, приобретенными в результате договора купли-продажи товарами (маникюрный инструмент).

Видеозапись на диске отображает факт покупки товара, местонахождение, вид торговой точки ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты, выдачи чека и внешний вид приобретенного товара, соответствующий представленному в материалы дела товару.

В силу статьи 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Представленный в материалы дела кассовый чек от 20.08.2024 (накладная), содержит необходимые реквизиты, позволяющие идентифицировать ИП ФИО1 и стоимость покупки, а также отвечает требованиям статей 67 и 68 АПК РФ, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

На накладной, выданной от имени Ответчика 20.08.2024 г., отчетлива видна печать, принадлежащая ИП ФИО1, с указанием ОГРНИП: <***> и ИНН: <***> Ответчика.

Документального подтверждения использования ответчиком при осуществлении торговой деятельности иных видов кассовых или товарных чеков или использования иных документов, подтверждающих оплату товара, ответчиком не представлено.

Документального подтверждения осуществления деятельности по иному адресу, в иной торговой точке, отличной от зафиксированной на видеозаписях, ответчиком не представлено. Указанные доказательства подтверждают факт реализации ответчиком товара.

Таким образом, совокупность представленных истцом доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достоверности, позволяет сделать вывод о незаконном использовании ответчиком принадлежащего истцу исключительного права на товарный знак при продаже товара, в отношении которого данный знак зарегистрирован.

Доводы ответчика о подписании накладной неуполномоченным лицом, а также о том, что спорная накладная от 20.08.2024 ответчиком не выдавалась, подлежат судом отклонению, поскольку на накладной от 20.08.2024 имеется печать ответчика. Также в материалы дела представлены иные доказательства приобретения товара у ответчика, в том числе видеозапись покупки.

Оттиск печати заверяет подлинность подписи должностного лица на документах, удостоверяющих права лиц, фиксирующих факты, связанные с финансовыми средствами, а также на иных документах, предусматривающих заверение подлинной подписи (ГОСТ Р 6.30-2003. Государственный стандарт Российской Федерации. Унифицированные системы документации. Унифицированная система организационно-распорядительной документации. Требования к оформлению документов; ГОСТ Р 7.0.97-2016. Национальный стандарт Российской Федерации. Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Организационно-распорядительная документация. Требования к оформлению документов).

Соответственно, юридическое значение печати организации заключается в удостоверении ее оттиском подлинности подписи лица, управомоченного представлять юридическое лицо во внешних отношениях, а также того факта, что соответствующий документ исходит от юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота и субъектом предпринимательского права.

Тот факт, что накладная содержит печать ответчика, подтверждает факт продажи товара лицом, полномочия которого следовали из обстановки.

Доказательства утраты печати, либо неправомерного использования печати, третьими лицами, ответчик не представил, не заявлял о незаконном выбытии из его владения печати.

Ответчик, в нарушение требований статьи 65 АПК РФ, не представил доказательств реализации указанного товара на законных основаниях, доказательства наличия у него права использования товарного знака.

Вместе с тем, истец просит взыскать компенсацию в размере 62 500 руб., исходя из стоимости права использования товарного знака, определяемой, исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В соответствии с пунктом 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

В обоснование заявленного размера компенсации истец представил в дело копию лицензионного договора о предоставлении права использования товарного знака от 11.08.2021, согласно которому истец предоставил лицензиату право использования на неисключительной основе товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров, включенных в 8, 35 классы Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

Согласно пункту 1.2 лицензионного договора право использования товарного знака предоставляется лицензиату в отношении товаров 08 класса Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ) и услуг 35 класса МКТУ, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован.

Согласно пункту 1.3 лицензионного договора лицензиат вправе использовать товарный знак на всей территории Российской Федерации путем его размещения на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые ввозятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью.

Согласно п. 2.1 указанного договора, за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей.

Согласно пункту 2.5 указанного договора, вознаграждение является фиксированным и не зависит от срока использования в течение соответствующего годового периода, способов использования, территории использования, количества фактов использования объектов интеллектуальной собственности, классов МКТУ, количества и видов реализуемой продукции.

Пункт 2.7 указанного договора устанавливает, что использование товарного знака не на всей территории Российской Федерации либо не во всех классах МКТУ, не является основанием для неоплаты или перерасчета вознаграждения.

Тот факт, что обязательства по выплате вознаграждения лицензиатом исполняются, подтверждается платежными поручениями № 130 от 28.10.2021, № 131 от 06.12.2021.

По расчету истца исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по договору неисключительной лицензии от 11.08.2021, размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в двукратном размере составляет 62 500 рублей из расчета: 750 000 рублей / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения/ 12 месяцев * 2 = 62 500 рублей.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 24.07.2020 № 40-П указал, что подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса в системной связи с абзацем вторым пункта 3 его статьи 1252 допускает различные правовые оценки в зависимости от того, кто является правообладателем и нарушителем, а равно от способа нарушения.

Например, возможна ситуация, когда субъект права, занимающийся предпринимательской деятельностью и являющийся конкурентом правообладателя товарного знака, маркирующего им свои товары, маркирует, не заключив лицензионный договор, товары тем же товарным знаком или обозначением, сходным с ним до степени смешения (пункт 2 статьи 1515 данного Кодекса), намереваясь незаконно эксплуатировать экономический успех правообладателя.

Иную оценку может получить ситуация, когда право на товарный знак нарушено индивидуальным предпринимателем, занимающимся розничной торговлей и продающим товары, маркированные товарными знаками правообладателя, который, в свою очередь, не производит товары, а заключает лицензионные договоры с производителями. Здесь появляются риски заключения лицензионных договоров лишь для обоснования большого размера взыскиваемой компенсации, без намерения их реально исполнять. Такое злоупотребление должно быть исключено при установлении и исследовании фактических обстоятельств дела судом, имеющим возможность оценить доказательства исполнения договора.

Применительно к последней ситуации в законодательстве отсутствуют критерии сравнимости обстоятельств нарушения с условиями использования товарного знака, для которых определена стоимость, положенная в основу компенсации, исчисленной в двукратном размере.

Между тем в этом случае индивидуальный предприниматель, не занимаясь, в отличие от лицензиатов, изготовлением товаров, нарушает право на товарный знак иным способом, например продает малоценный товар хозяйственного назначения и тем самым причиняет правообладателю незначительный ущерб. Нет в законе и критериев для установления сравнимости обстоятельств при заключении нескольких лицензионных договоров.

Исходя из того, что материалами дела доказан только один факт реализации контрафактного товара и не доказано совершение ответчиком в течение длительного времени подобных нарушений, истец правомерно учел, что компенсации подлежит уменьшению кратно количеству месяцев в году и количеству классов МКТУ.

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П, в случае нарушения прав одного того же лицензиара на один и тот же товарный знак размер компенсации не может быть одинаковым для конкурента правообладателя товарного знака, маркирующего им свои товары без лицензионного договора, и индивидуального предпринимателя, продавшего в розницу товар, маркированный товарным знаком правообладателя.

Поскольку законом критерии для установления сравнимости обстоятельств нарушения с условиями использования товарного знака не установлены, этот вопрос относится к дискреционным полномочиям суда, рассматривающего спор по существу.

Отсутствие в лицензионном договоре условий, позволяющих определить размер компенсации исходя из обстоятельств допущенного ответчиком нарушения, также не освобождает суд от установления размера компенсации, соответствующего допущенному нарушению.

Суд полагает необходимым отметить, что с учетом позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П, подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предоставляет правообладателю возможность обратиться в суд с требованием о взыскании двукратного размера стоимости права

использования товарного знака в сравнимых обстоятельствах, а не двукратной цены договора вне зависимости от обстоятельств допущенного нарушения.

Суд приходит к выводу о том, что с учетом допущенного ответчиком характера нарушения размер компенсации надлежит определять из расчета вознаграждения по лицензионному договору за один месяц и за один из двух классов МКТУ.

Суд также приходит к выводу о том, что размер компенсации должен быть определен также с учетом того, что согласно пункту 1.3 лицензионного договора лицензиату предоставлено право применять товарный знак на всей территории Российской Федерации, а ответчиком нарушение было допущено на территории одного населенного пункта одного субъекта Российской Федерации.

Кроме того, согласно пункту 1.3 лицензионного договора лицензиату предоставлено право размещения товарного знака на товарах, которые ввозятся, предлагаются к продаже, продаются или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации - без каких-либо ограничений относительно количества этих товаров. Поэтому суд указал, что размер компенсации должен быть определен также с учетом того, что ответчик не размещал принадлежащий истцу товарный знак на продаваемых товарах, а продал в розницу малоценный товар хозяйственного назначения, и тем самым причинил правообладателю незначительный ущерб.

С учетом изложенных обстоятельств суд полагает необходимым определить стоимость права использования товарного знака, соответствующего характеру допущенного ответчиком нарушения, в размере 1 562,50 руб. Соответственно, компенсация в двойном размере составляет 3 125 руб.

Аналогичный правовой подход содержится в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 08 августа 2024 года по делу № А65-28367/2023, от 18.08.2025 по делу № А65-28602/2024.

На основании изложенного исковые требования о взыскании компенсации, размер которой определяется на основании пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, подлежат удовлетворению на сумму 3 125 руб.

По смыслу разъяснений пункта 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены Гражданским кодексом Российской Федерации.

Решение об изъятии из оборота и уничтожении принимается судом в случае, если установлено наличие у ответчика контрафактных материальных носителей.

Таким образом, контрафактный товар подлежит уничтожению.

Удовлетворение требования истца о взыскании компенсации в меньшем размере, чем был им изначально заявлен, является частичным удовлетворением иска, не связано с удовлетворением ходатайства ответчика о снижении размера компенсации ниже минимального размера, что по смыслу положений абзаца второго части 1 статьи 110 АПК РФ влечет отнесение судебных расходов на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В связи с удовлетворением исковых требований частично (5%), на основании изложенного, с учетом установленного судом факта несения истцом заявленных судебных расходов, в соответствии со статьями 106, 110 АПК РФ взысканию с ответчика подлежат расходы: 8 руб. стоимости товара, 7 руб. 20 коп. почтовых расходов, понесенных в связи с рассмотрением дела, 50 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

При изготовлении резолютивной части решения от 06.10.2025 судом допущена описка, выразившаяся в неуказании следующего: «Вещественное доказательство – контрафактный товар, представленный истцом в материалы дела сопроводительным письмом (вх. № 256893 от 22.08.2025), уничтожить после вступления решения в законную силу.», что суд, руководствуясь частью 3 статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса РФ, находит возможным исправить при изготовлении решения в полном объеме, не затрагивая существа резолютивной части решения.

руководствуясь статьями 110, 167-171, 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 3 125 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060; а также 500 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, 7 руб. 20 коп. почтовых расходов, 8 руб. стоимости товара.

В удовлетворении заявления в остальной части отказать.

Вещественное доказательство – контрафактный товар, представленный истцом в материалы дела сопроводительным письмом (вх. № 256893 от 22.08.2025), уничтожить после вступления решения в законную силу.

Решение арбитражного суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, подлежит немедленному исполнению. Указанное решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

В случае составления мотивированного решения суда такое решение вступает в законную силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы.

В случае подачи апелляционной жалобы решение арбитражного суда первой инстанции, если оно не отменено или не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Это решение, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, и постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по данному делу, могут быть обжалованы в арбитражный суд кассационной инстанции по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Судья Е.А. Чекурда