Решение от 15 сентября 2022 г. по делу № А40-2121/2022

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-2121/22-118-11
г. Москва
15 сентября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 14 сентября 2022 года

Полный текст решения изготовлен 15 сентября 2022 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи А.Г. Антиповой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом в судебном заседании дело по иску АО «ВЭБ-лизинг»

к ООО МО «Нижегородская неотложка»

о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 18.03.2016 №Р16-04713-ДЛ в размере 2 133 999,61 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 101 145,73 руб. за период с 04.03.2021 по 25.12.2021 с последующим начислением с 26.12.2021 по дату фактической оплаты,

при участии:

от истца: ФИО2 по дов. № 230 от 25.07.2022 г. (диплом 107718 1041361 от 28.02.2020 г.),

от ответчика: ФИО3 по дов. от 21.02.2022 г. (диплом ВСБ 0046594 от 19.01.2004 г.),

УСТАНОВИЛ:

АО «ВЭБ-лизинг» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением о взыскании с ООО МО «Нижегородская неотложка» неосновательного обогащения по договору лизинга от 18.03.2016 №Р16-04713-ДЛ в размере 2 133 999,61 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 101 145,73 руб. за период с 04.03.2021 по 25.12.2021 с последующим начислением с 26.12.2021 по дату фактической оплаты.

Ответчик исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд установил, что предъявленный иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 18.03.2016 между АО «ВЭБ-лизинг» (лизингодатель) и ООО МО «Нижегородская неотложка» (лизингополучатель) заключен договор лизинга № Р16-04713-ДЛ, в соответствии с которым истцом по договору купли-продажи № Р16-04713-ДКП от 18.03.2016 приобретен в собственность у ООО «КОМИНЕСТПЛЮС» и передан ответчику во временное владение и пользование предмет лизинга согласно спецификации.

07.02.2017 г. истцом в адрес лизингополучателя направлено уведомление о расторжении договора лизинга на основании п. 5.2.5 Общих условий договора лизинга, ст. 450.1 ГК РФ и на основании принятого решения о расторжении договора лизинга с указанием необходимости погашения задолженности по договору лизинга и возврата переданного в лизинг имущества.

Согласно п. 5.3. Общих условий договора лизинга момент расторжения договора определяется моментом направления уведомления о расторжении договора. Таким образом, договор лизинга расторгнут 07.02.2017 г.

Предмет лизинга изъят лизингодателем, что подтверждается актом изъятия предмета лизинга.

В силу абзаца второго п. 4 ст. 453 Гражданского кодекса РФ в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

По общему правилу, в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем.

Согласно постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:


где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

Из представленного истцом расчета сальдо встречных обязательств следует, что общая сумма платежей, согласно графику договора лизинга (с НДС), составляет 1961391,08 руб.

Авансовый платеж, согласно п.3.9. договора лизинга, составляет 225750 руб.

Сумма платежей без учета авансового платежа составляет 1735641,08 руб.

Стоимость предмета лизинга, согласно договору купли-продажи (с НДС), составляет 1505000 руб.

Дополнительные расходы, предусмотренные п.3.1 договора лизинга составляют 0 руб.

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции, составляют 254206,24 руб., в т.ч. пени, начисленные в соответствии с п.2.3.4. общих условий договора лизинга, в размере 22341,36 руб., затраты на хранение предмета лизинга в размере 215950 руб., пролонгация страхования предмета лизинга составляет 0 руб., иные убытки, в том числе штрафы ГИБДД, в размере 33914,88 руб.

Размер предоставленного лизингополучателю финансирования составляет 1279250 руб.

Плата за финансирование составляет 22% годовых.

Срок договора лизинга, согласно п.3.5. договора лизинга, составляет 1090 дней.

Фактический срок финансирования составляет 1811 день.

Дата заключения договора лизинга 19.03.2016, дата расторжения договора лизинга 07.02.2017, дата изъятия предмета лизинга 01.03.2017, дата возврата финансирования 03.03.2021.

Плата за фактический срок финансирования составляет 1396380,23 руб.

Полученные лизингодателем лизинговые платежи (за исключением аванса) составляют 3365068,74 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 491520 руб., что подтверждается п. 2.1 договора купли-продажи № Р16-04713-БУ от 02.03.2021.

В соответствии с п. 4 постановления ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порче предмета лизинга (по общему правилу ст. 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга, либо на основании отчета оценщика.

При этом сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме, что подтверждается правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 28.06.2016 г. № 305-ЭС16-7931, определении Верховного Суда РФ от 03.03.2016 г. № 305-ЭС16-489, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 06.09.2016 г. по делу № А40-229339/2015, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 10.08.2016 г. по делу № А40-158054/2015, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 11.07.2016 г. по делу № А40-6104/2015, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 20.04.2016 г. по делу № А40-78477/2015, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 11.04.2016 г. по делу № А40-146930/2014, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2016 г. по делу № А40-129146/2015, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 26.03.2018 по делу № А40-2706/2017.

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 2329844,40 руб. и является неосновательным обогащением лизингополучателя.

Истец не получил по данному договору то, на что рассчитывал в связи с неисполнением ответчиком условий договора лизинга, поставлен в худшее положение, чем в случае, если бы ответчик надлежащим образом исполнял свои обязательства по договору лизинга.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В силу ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Из представленного истцом расчета следует, что размер начисленных процентов за период с 04.03.2021 по 25.12.2021 составляет 101145,73 руб.

Направленная истцом в адрес ответчиков претензия с требованием оплаты неосновательного обогащения и начисленных процентов, оставлена без ответа и без исполнения.

Возражая против заявленных исковых требований, ответчик ссылается на пропуск истцом срока исковой давности, который, по его мнению, необходимо рассчитывать с даты изъятия предмета лизинга – с 01.03.2017, в то время как исковое заявление подано в суд 11.01.2022.

Указанные возражения ответчика не обоснованы по следующим основаниям.

Согласно п. 23 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 октября 2021 г.) исковая давность по требованиям как лизингополучателя, так и лизингодателя об исполнении завершающего обязательства одной стороны в отношении другой в случае расторжения договора лизинга, по общему правилу, исчисляется с момента реализации предмета лизинга.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, то течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В случае возврата предмета лизинга наличие у одной из сторон права требовать исполнения денежного обязательства определяется в момент, когда истцу должна была стать известна стоимость возвращенного предмета лизинга.

Стоимость предмета лизинга определяется из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ № 17).

Следовательно, исковая давность по требованию об исполнении завершающего обязательства как лизингополучателя, так и лизингодателя в случае расторжения договора выкупного лизинга, по общему правилу, исчисляется с момента реализации предмета лизинга.

Возвращенный предмет лизинга реализован АО «ВЭБ-лизинг» по договору купли-продажи № Р16-04713-БУ от 02.03.2021, в связи с чем, истцом не пропущен срок исковой давности по обращению с настоящими исковыми требованиями.

Ответчик указывает, что стоимость возвращенного предмета лизинга должна определяться на основании заключения эксперта; срок финансирования составляет 441 день (рассчитан с даты изъятия + 3 месяца); плата за финансирование подлежит перерасчету, и составляет 340 035,16 руб. Кроме того, расходы на хранение подлежат перерасчету по день истечения разумного срока реализации ТС, что составляет 17 800 руб., а начисленные пени подлежат снижению на основании ст.333 ГК РФ.

Указанные доводы ответчика обоснованы частично.

Предмет лизинга реализован истцом в неразумные сроки, в связи с чем, стоимость возвращенного транспортного средства подлежит определению на основании экспертного заключения – в размере 1 382 400 руб.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Процесс реализации объекта лизинга не зависит от воли лизингополучателя, а зависит исключительно от воли лизингодателя. В ситуации, когда с соответствующим иском о взыскании разницы встречных предоставлений и определении завершающей обязанности по договору лизинга обращается лизингодатель, бремя доказывания принятия мер к реализации по максимально возможной цене в максимально короткие сроки лежит именно на лизингодателе.

Истец не предпринял все меры - достаточные и возможные - для реализации предмета лизинга. АО «ВЭБ-лизинг» не представило в суд доказательств надлежащего принятия лизингодателем мер по реализации предмета лизинга.

Предмет лизинга реализован истцом по истечении 4 лет после его изъятия, что не отвечает принципам разумности.

Предмет лизинга реализован истцом 02.03.2021, спустя 4 года с даты возврата предмета лизинга лизингодателю, т.е. за рамками разумного срока на реализацию.

Разумный срок на реализацию ликвидной, исправной коммерческой техники составляет 3 месяца, в связи с чем, датой возврата финансирования следует считать 01.06.2017 (01.03.2017 + 3 месяца).

Истец продал предмет лизинга по цене, значительно отличающейся от рыночной в меньшую сторону.

Учитывая, что между истцом и ответчиком не достигнуто соглашение о сроке реализации, а предмет лизинга реализован за пределами разумного срока, для определения стоимости предмета лизинга необходимо руководствоваться заключением эксперта ООО «Департамент профессиональной оценки» № 2158, составленного по результатам проведения судебной экспертизы, согласно которому стоимость предмета лизинга на дату его возвращения лизингодателю составляла 1 382 400 руб.

При таких обстоятельствах, срок финансирования подлежит перерасчету, и составляет срок с 18.03.2016 по 01.06.2017 или 441 день.

С учетом определения фактического срока финансирования в 441 день, сумма платы за финансирование составляет 340 035,16 руб.

Расходы на хранение истцом документально подтверждены, при этом они также подлежат перерасчету до 01.06.2017 (разумного срока реализации ТС) и составляют, исходя из представленных доказательств и стоимости хранения ТС за сутки, за период с 01.03.2017 по 01.06.2017 сумму в размере 18600 руб.

Ответчиком заявлено ходатайство об уменьшении неустойки в соответствии со ст.333 ГК РФ в связи с её несоразмерным характером последствиям нарушения обязательства, которое подлежит отклонению судом по следующим основаниям.

В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81, ответчик, представляя заявление о применении ст. 333 ГК РФ, должен представить доказательства несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. Поскольку в силу п. 1 ст. 333 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т.д.).

Ответчик по делу о взыскании неустойки не может ссылаться на обстоятельства, связанные с его деятельностью, в качестве законного обоснования невозможности исполнить обязательство, обеспеченное неустойкой, а именно: тяжелое финансовое положение; неисполнение обязательств контрагентами; задолженность перед другими кредиторами; наложение ареста на денежные средства или иное имущество ответчика; непоступление денежных средств из бюджета; добровольное погашение долга полностью или в части на день рассмотрения спора; выполнение ответчиком социально значимых функций; наличие у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, процентов по договору займа).

Указанные обстоятельства сами по себе не являются надлежащими основаниями для снижения неустойки в соответствии со ст. 333 ГК РФ.

Подписывая договор, ответчик, ведущий предпринимательскую деятельность на свой риск, согласился с неустойкой в оговоренных размерах, но, умышленно не исполнив свои обязательства надлежащим образом в течение длительного периода, возражает против этой неустойки.

Таким образом, ответчик не представил доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в связи с чем, оснований для применения ст. 333 ГК РФ не имеется.

При этом, включение истцом в состав убытков агентского вознаграждения в размере 33914,88 руб. является неправомерным, поскольку предмет лизинга реализован лизингодателем в неразумные сроки. Действия агента по продаже предмета лизинга за пределами разумных сроков не могут быть основанием для возложения на лизингополучателя несения лизингодателем таких расходов.

Учитывая вышеизложенное, судом произведен перерасчет сальдо встречных представлений, из которого следует, что общая сумма платежей, согласно графику договора лизинга (с НДС), составляет 1961391,08 руб.

Авансовый платеж, согласно п.3.9. договора лизинга, составляет 225750 руб.

Стоимость предмета лизинга, согласно договору купли-продажи (с НДС), составляет 1505000 руб.

Дополнительные расходы, предусмотренные п.3.1 договора лизинга составляют 0 руб.

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции, составляют 40941,36 руб., в т.ч. пени, начисленные в соответствии с п.2.3.4. общих условий договора лизинга, в размере 22341,36 руб., затраты на хранение предмета лизинга в размере 18600 руб., пролонгация страхования предмета лизинга составляет 0 руб., иные убытки, в том числе штрафы ГИБДД, в размере 0 руб.

Размер предоставленного лизингополучателю финансирования составляет 1279250 руб.

Плата за финансирование составляет 22% годовых.

Срок договора лизинга, согласно п.3.5. договора лизинга, составляет 1090 дней.

Фактический срок финансирования составляет 441 день.

Дата заключения договора лизинга 19.03.2016, дата расторжения договора лизинга 07.02.2017, дата изъятия предмета лизинга 01.03.2017, дата возврата финансирования 01.06.2017.

Плата за фактический срок финансирования составляет 340035,16 руб.

Полученные лизингодателем лизинговые платежи (за исключением аванса) составляют 3365068,74 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 1382400 руб. (на основании заключения эксперта).

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 44 490 руб. 34 коп. и является неосновательным обогащением лизингодателя.

При таких обстоятельствах, истцом в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено доказательств нарушения ответчиком положений ст. 1102 ГК РФ, согласно которой, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Лизингодателем не представлено доказательств, возникновения на стороне ООО МО «Нижегородская неотложка» неосновательного обогащения, в связи с чем, предъявленные АО «ВЭБ-лизинг» требования о взыскании неосновательного обогащения и начисленных процентов не обоснованы, документально не подтверждены и не подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании ст.ст. 309, 310, 395, 450, 453, 614, 625, 1102 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Отказать АО «ВЭБ-лизинг» в удовлетворении исковых требований.


Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.



Судья А.Г. Антипова