Постановление от 22 декабря 2023 г. по делу № А61-6380/2022

677/2023-67991(1)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-6380/2022
г. Краснодар
22 декабря 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2023 года. Постановление в полном объеме изготовлено 22 декабря 2023 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Рассказова О.Л., судей Алексеева Р.А. и Ташу А.Х., в отсутствие судебном заседании, истца – публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах» (ИНН7707067683, ОГРН <***>), ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Скат» (ИНН <***>, ОГРН <***>), третьих лиц – страхового акционерного общества «Ресо – Гарантия», ФИО1, ФИО2, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах» на решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 09.06.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2023 по делу № А61-6380/2022, установил следующее.

ПАО страховая компания «Росгосстрах» (далее – страховая компания) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Скат» (далее – общество) о взыскании 30 200 рублей ущерба в порядке регресса.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены САО «Ресо – Гарантия» (далее – страховщик), ФИО1 и ФИО2.

Решением суда от 09.06.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 13.09.2023, в удовлетворении иска отказано. Судебные акты мотивированы тем, что ответчик не является ответственным лицом, поскольку в спорный период не являлся владельцем транспортного средства, при использовании которого был причинен вред, а также не являлся страхователем по полису ОСАГО.

В кассационной жалобе страховая компания просит отменить решение и постановление, по делу – принять новый судебный акт, которым удовлетворить иск. По мнению заявителя, общество является надлежащим ответчиком по спору в регрессном требовании страховщика. Наличие действующего договора ОСГОП устанавливает наличие соответствующей лицензии на осуществление пассажирских перевозок. В нарушение норм процессуального права суды не запросили сведения, на каком основании общество владело транспортным средством при заключении договора ОСГОП. Суды не учли, что на момент дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) внесены изменения в закон об ОСАГО, согласно котором требования могут быть предъявлены не к страхователю, а к владельцу транспортного средства.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что в удовлетворении жалобы надлежит отказать.

Из материалов дела видно, что 22.04.2021 произошло ДТП, в результате которого причинены механические повреждения транспортному средству ВАЗ «Лада Веста», государственный регистрационный знак <***>. ДТП произошло в результате нарушения правил дорожного движения водителем транспортного средства ГАЗ 32213 государственный регистрационный знак <***> ФИО1, что подтверждено извещением о ДТП, согласно которому виновным в происшествии лицом является названный водитель, который также является собственником указанного автомобиля (ГАЗ 32213), о чем имеется отметка в извещении о ДТП, акте о страховом случае. Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП застрахована страховой компанией по полису ОСАГО XXX 0120043258, в то время как гражданская ответственность потерпевшего застрахована в САО «Ресо-Гарантия» по полису ОСАГО ХХХ 0141797967, размещенному на официальном сайте оператора АИС страхования в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, что также указано в пункте 12 извещения о ДТП и акте о страховом случае.

По факту наступления указанного страхового случая, руководствуясь положениями статьи 14.1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) потерпевший от ДТП предъявил требование о возмещении вреда. САО «Ресо-Гарантия» выплатило страховое возмещение собственнику поврежденного транспортного средства в размере 30 200 рублей, на основании соглашения о размере страховой выплаты от 26.04.2021, заявления о страховом возмещении и экспертного заключения ООО «Экспертиза-ЮГ».

Страховая компания в соответствии с договором от 07.02.2018, Законом об ОСАГО Положением о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (утв. Банком России 19.09.2014 № 431-П), руководствуясь пунктом 5 статьи 14.1 Закона об ОСАГО, осуществила возмещение в счет страхового возмещения по договору ОСАГО страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков. Истец, произведя выплату страхового возмещения за виновника ДТП, обнаружил, что страхователем при оформлении договора ОСАГО определено, что цель использования транспортного средства указана как личная и уплачена соответствующая страховая премия.

Страховая компания направила претензию в адрес ответчика с требованием о выплате ущерба на основании положений статьи 14 Закона об ОСАГО, которая им оставлена без удовлетворения, что и послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с пунктом 1 статьи 931 Гражданского кодекса по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (пункт 4).

Статьей 944 Гражданского кодекса установлено, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Согласно пункту 2 статьи 954 Гражданского кодекса страховщик при определении размера страховой премии, подлежащей уплате по договору страхования, вправе применять разработанные им страховые тарифы, определяющие премию, взимаемую с единицы страховой суммы, с учетом объекта страхования и характера страхового риска. В предусмотренных законом случаях размер страховой премии определяется в соответствии со страховыми тарифами, установленными или регулируемыми органами страхового надзора.

Право регрессного требования страховщика к лицу, причинившему вред, предусмотрено в случаях, указанных в статье 14 Закона об ОСАГО. Согласно указанной норме закона к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если: владелец транспортного средства при заключении договора обязательного страхования предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии (подпункт «к» пункта 1).

Данные положения о праве регрессного требования страховщика к лицу, причинившему вред, призваны обеспечить баланс интересов страховщика и страхователя.

На основании статьи 1064 Гражданского кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Суды отметили, что страховая компания, ссылаясь на подпункт «к» пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО о праве страховщика после выплаты страхового возмещения предъявить регрессное требование в размере произведенной страховщиком выплаты, если владелец транспортного средства при заключении договора обязательного страхования предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, не учел, что в соответствии с положением

пункта 1 статьи 14 ФЗ Закона об ОСАГО, право регрессного требования может быть предъявлено страховщиком только к ответственному лицу, вина которого будет доказана.

Согласно пункту 2.1 Положения о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Центральным банком Российской Федерации от 19.09.2014 № 431-П (далее – Правила), страховая премия рассчитывается страховщиком в соответствии со страховыми тарифами, определенными страховщиком с учетом требований, установленных Банком России. Расчет страховой премии по договору обязательного страхования осуществляется страховщиком исходя из сведений, сообщенных владельцем ТС в письменном заявлении о заключении договора обязательного страхования или заявлении, направленном страховщику в виде электронного документа, сведений о страховании с учетом информации, содержащейся в автоматизированной информационной системе обязательного страхования.

Исходя из изложенного, а также руководствуясь Правилами, можно прийти к выводу о том, что страхователь несет ответственность за полноту и достоверность сведений и документов, представляемых страховщику; страхователь обязан отметить соответствующее значение, сообщив страховщику достоверные сведения о цели использования транспортного средства.

Суды установили, что договор страхования серии ХХХ 0120043258 заключен между страховщиком и ФИО1 (страхователь) с 09.05.2020 по 08.05.2021 с указанием в графе «цель использования транспортного средства» – «личная». То есть предоставление при заключении договора страхования недостоверных сведений о цели использования транспортного средства, неисполнение обязанности по уведомлению страховщика об использовании автобуса для перевозки пассажиров, в то время как сообщение такой информации является обязательным для страхователя, осуществлено не обществом, а третьим лицом.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно части 3 статьи 1 Гражданского кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том

числе в получении необходимой информации. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для целей возложения ответственности за последствия допущенных нарушений на виновное лицо является достаточным выявленный факт несоответствия реального использования транспортного средства условиям договора. При этом такое использование может быть осуществлено не только в лице собственника, но и третьими лицами, владеющими транспортным средством на различных правовых основаниях. Вместе с тем, исходя из указанных правовых норм, право требования возникает у страховщика только по отношению к непосредственному страхователю. В рассматриваемом случае собственником транспортного средства является третье лицо, договор страхования заключен страховщиком именно с ФИО1 как страхователем. В связи с этим правовые последствия, вытекающие из данного договора, не образуют оснований ответственности для третьих лиц (общества).

Между тем страховщик заявил требования именно к обществу.

Суды установили, что ФИО1 на момент ДТП являлся стороной (страхователем) по договору ОСАГО, законным владельцем транспортного средства, причинившего имущественный вред потерпевшему, ответственным за последствия допущенных нарушений. При этом суды отметили, что между водителем ФИО1 и обществом отсутствовали какие-либо правоотношения (отсутствовали гражданско-правовой договор с ответчиком, карта маршрута и путевой лист, выданные обществом). На момент ДТП данный водитель использовал транспортное средство в личных целях. Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Кодекса представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, установив отсутствие доказательств того, что общество является стороной договора ОСАГО, его владельческий титул в отношении спорного транспортного средства не подтвержден, пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчика страхового возмещения в порядке регресса, поскольку иск предъявлен к ненадлежащему ответчику. Ходатайства о замене ответчика компания не заявляла. В связи с этим суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для возмещении ущерба в порядке регресса.

Довод заявителя жалобы о том, что общество является лицензиатом, не принимается во внимание, так как это не является правовым основанием предъявления требований к обществу, поскольку в силу подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Закона об

ОСАГО такое право требования возникает к владельцу транспортного средства, которым общество не является.

Довод подателя жалобы о том, что суд не истребовал доказательства о титуле общества в отношении транспортного средства на момент заключения договора ОСГОП, основаны на ошибочном понимании заявителем положений статей 9, 65 Кодекса, правил распределения бремени доказывания между сторонами и роли суда. Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, подлежат отклонению, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, основаны на ином толковании норм права, связаны с доказательственной стороной спора.

Нарушения процессуальных норм (часть 4 статьи 288 Кодекса) не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 09.06.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2023 по делу № А61-6380/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Л. Рассказов

Судьи Р.А. Алексеев

А.Х. Ташу