Решение от 21 мая 2021 г. по делу № А24-731/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А24-731/2021
г. Петропавловск-Камчатский
21 мая 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 21 мая 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 21 мая 2021 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Алферовой О.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску

открытого акционерного общества «Елизовский карьер» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ответчику

ФИО2 (ИНН <***>)

о взыскании 3 199 108 рублей 55 копеек,

при участии:

от истца: ФИО3 – представитель по доверенности от 18.12.2019 (сроком на пять лет), диплом,

от ответчика: не явились,

установил:

открытое акционерное общество «Елизовский карьер» (684000, <...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к единственному участнику и единоличному исполнительному органу общества с ограниченной ответственностью «КамЖилИнвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>), исключенному из Единого государственного реестра юридических лиц, ФИО2 (684090, <...>) о взыскании убытков в размере 820 000 рублей (из них: 800 000 рублей долга по договору поставки продукции от 06.07.2020 № П 70/2020 между истцом и ООО «КамЖилИнвест», 20 000 рублей пени за период с 06.07.2020 по 16.02.2021 с дальнейшим начислением пени в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, начиная с 17.02.2021, по день фактического погашения долга).

Определением суда от 23.04.2021 принято увеличение истцом размера исковых требований до 3 199 108 рублей 55 копеек (2 640 000 рублей основного долга за поставленную продукцию по договору поставки продукции от 06.07.2020 № П 70/2020, 559 108 рублей 55 копеек пени за просрочку исполнения обязательства по договору поставки продукции от 06.07.2020 № П 70/2020 за период с 07.07.2020 по 16.02.2021 с дальнейшим начислением пени в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, начиная с 17.02.2021, по день фактического погашения долга).

Судебное заседание проводилось в отсутствие надлежаще извещенного ответчика в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме, считает доказанным наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика ФИО2 как руководителя и учредителя должника – ООО «КамЖилИнвест» и тем, что долг перед истцом по договору поставки продукции от 06.07.2020 № П 70/2020 своевременно не был погашен.

От ответчика отзыв на иск не поступил.

Выслушав пояснения представителя истца, исследовав материалы дела, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующему выводу.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что ответчик – ФИО2 в период времени с 29.08.2013 по 26.11.2020 года являлся единственным участником ООО «КамЖилИнвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>), а в период с 11.01.2018 по 26.11.2020 года и единоличным исполнительным органом данного юридического лица. 06.07.2020 между истцом (поставщик по договору) и ООО «КамЖилИнвест» (покупатель по договору) в лице директора ФИО2 заключен договор поставки продукции № П 70/2020, подписана Спецификация № 1 к договору, в соответствии с которой поставщик обязуется поставить (передать в собственность), а покупатель принять и оплатить поставленную поставщиком продукцию (щебень из графия фр. 5-20 мм. в количестве 2 400 куб.метров), на общую сумму 2 640 000 рублей, истец исполнил свои обязательства по договору, а ООО «КамЖилИнвест» задолженность в размере 2 640 000 рублей не оплатил, в связи с чем, истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании указанной задолженности, определением Арбитражного суда Камчатского края от 15.12.2020 по делу № А24-5115/2020 производство прекращено в связи с ликвидацией ООО «КамЖилИнвест». В соответствии с информацией в отношении ООО «КамЖилИнвест» оно 26.11.2020 исключено из ЕГРЮЛ, решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица принято 10.08.2020, причина внесения записи в ЕГРЮЛ – прекращение юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Заявляя о взыскании убытков с ответчика, истец указывает на то обстоятельство, что ФИО2, являясь единственным участником и одновременно единоличным исполнительным органом ООО «КамЖилИнвест», достоверно зная, что руководимое им предприятие и течение длительного времени не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, при заключении договора поставки продукции с истцом, положения которого предусматривали, что покупатель перечисляет поставщику предоплату путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика, сознательно не предоставил истцу соответствующую информацию, а также, имея возможность в соответствии с пунктом 4 статьи 21.1 Федерального закона № 129-ФЗ направить соответствующее заявление в регистрирующий орган и тем самым воспрепятствовать принятию решения об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, сознательно этого не сделал. В связи с чем, истец полагает, что на ответчика должна быть наложена ответственность по обязательствам ООО «КамЖилИнвест» и взыскана задолженность по указанному договору поставки.

Свои требования истец заявил на основании статей 53.1, 309, 310, 314, 330, 486 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 21.1 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

По мнению истца, материалами дела доказан факт того, что неисполнение обязательств ООО «КамЖилИнвест» перед истцом обусловлено умышленными недобросовестными и неразумными действиями ФИО2.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в отношении зарегистрированного 29.08.2013 в ЕГРЮЛ ООО «КамЖилИнвест» 26.11.2020 налоговым органом внесена запись о прекращении его деятельности в связи с исключением из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности на основании пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон о государственной регистрации).

Согласно пункту 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные данным Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. При этом исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 399 ГК РФ если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Ответчик, обладая статусом руководителя и единственного учредителя общества, относится к числу лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

Возможность привлечения этого лица к субсидиарной ответственности по неисполненным долгам контролируемого ими ранее и ликвидированного в настоящее время общества ставится в зависимость от доказанности его недобросовестного или неразумного поведения при управлении обществом и наличия причинно-следственной связи между таким поведением и неисполнением обществом обязательств.

Подобного рода ответственность, учитывая разъяснения пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) и исходя из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения, не может презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума № 53). Учитывая исключительный характер субсидиарной ответственности, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах.

При оценке действий (бездействия) контролирующих должника лиц, в результате которых кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физических лиц - руководителя и учредителя общества, должен обосновать наличие в действиях таких лиц умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Наличие у общества (впоследствии исключенного регистрирующим органом из соответствующего реестра в качестве недействующего юридического лица) непогашенной задолженности, подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков (как руководителя, так и участника такого общества) в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать об их недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату спорного долга.

В пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума № 62), разъяснено, при установлении каких обстоятельств недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной.

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. То есть бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности.

Таким образом, как для субсидиарной ответственности при фактическом банкротстве, так и в отсутствие дела о банкротстве, но в ситуации прекращения деятельности юридического лица необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий ответчиков и причинно-следственной связи между виновными действиями и наступившими негативными последствиями.

Ответственность перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При разрешении настоящего спора суд пришел к выводам о недоказанности обстоятельств, очевидно свидетельствующих как о признаках неразумности или недобросовестности в действиях ответчика, так и о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика как руководителя и учредителя должника и тем, что долг перед кредитором не был погашен.

Доказательств того, что ответчик намеренно уклонялся от исполнения обязательств, либо совершал какие-либо умышленные действия с целью уклонения от исполнения обязательств перед истцом, в материалы дела не представлены.

В связи с чем, утверждение истца о доказанности того, что неисполнение обязательств ООО «КамЖилИнвест» перед истцом обусловлено умышленными недобросовестными и неразумными действиями ФИО2, поскольку у указанного лица отсутствовали намерения исполнять обязательства контролируемого им юридического лица и данное лицо сознательно допустило исключение общества из ЕГРЮЛ, суд отклоняет как не подтвержденное в порядке статьи 65 АПК РФ.

В частности, нет подтверждений тому, что оставление требования кредитора без удовлетворения обусловлено субъективным фактором (деятельным нежеланием исполнять), а не объективными причинами (отсутствие у должника средств, в том числе, по причине неисполнения обязательств по оплате должнику его контрагентами).

Также нет достаточных подтверждений тому, что негативные для истца последствия в виде неполучения задолженности от должника обусловлены исключением ООО «КамЖилИнвест» из ЕГРЮЛ, вызванным, в свою очередь, сознательным бездействием ответчиком, ликвидация общества осуществлена по инициативе налогового органа и указывалось выше, факт исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в порядке статьи 21.1 Закона о государственной регистрации не влечет безусловного возложения субсидиарной ответственности по долгам такого юридического лица на его руководителя, учредителя.

При этом необходимая совокупность условий (недобросовестность ответчиков, причинно-следственная связь такой недобросовестности с фактом непогашения долга) в данном случае не подтверждена.

Кроме того, нет подтверждения и тому, что в случае сохранения ООО «КамЖилИнвест» в ЕГРЮЛ в качестве действующего юридического лица возможным являлось погашение задолженности перед кредитором.

Поскольку в рамках настоящего спора не подтверждены условия, позволяющие привлечь ответчика к субсидиарной ответственности, имея в виду исключительность такой ответственности, суд отказывает в удовлетворении иска.

Понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины в сумме 19 400 рублей возмещению ему не подлежат в связи с отказом в иске, а недостающая сумма государственной пошлины в размере 19 596 рублей подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета на основании статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Елизовский карьер» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 19 596 рублей.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья О.С. Алферова