Постановление от 28 августа 2025 г. по делу № А46-19989/2024

Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                          Дело № А46-19989/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 26 августа 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 августа 2025 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Крюковой Л.А.,

судей                                                                  Игошиной Е.В.,

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Министерства здравоохранения Омской области на постановление от 28.05.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Краецкая Е.Б., Бацман Н.В., Халявин Е.С.) по делу № А46-19989/2024 по иску Министерства здравоохранения Омской области (644043, Омская область, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Медлайн» (644018, Омская область, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании денежных средств.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - Министерство здравоохранения Российской Федерации (ОГРН <***>, ИНН <***>), Управление Федерального казначейства по Омской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), бюджетное учреждение здравоохранения Омской области «Областная клиническая больница» (ОГРН <***>, ИНН <***>), акционерное общество «Антарес» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Правительство Омской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), Прокуратура Омской области (ОГРН <***>, ИНН <***>).

В судебном заседании приняли участие представители: Министерства здравоохранения Омской области - ФИО2 по доверенности от 09.01.2025; общества с ограниченной ответственностью «Медлайн» - ФИО3 по доверенности от 07.02.2022. В зале судебного заседания присутствовала публика.

Cуд установил:

Министерство здравоохранения Омской области (далее - министерство, истец, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Медлайн» (далее - общество, ответчик) о взыскании 11 519 520 руб. убытков, понесенных вследствие допущенной обществом просрочки поставки товара по контракту на поставку системы рентгеновской ангиографической стационарной цифровой в соответствии с пунктом 1 приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 22.02.2019 № 90Н в рамках реализации регионального проекта «Борьба с сердечно-сосудистыми заболеваниями» от 12.05.2023 № 0852500000123001021 (далее - контракт), в виде возвращенной в федеральный бюджет субсидии, выделенной ранее Омской области в качестве межбюджетного трансферта из федерального бюджета в целях софинансирования расходных обязательств субъекта Российской Федерации, возникающих при оснащении оборудованием региональных сосудистых центров и первичных сосудистых отделений в рамках соглашения от 22.12.2019 № 056-17-220-116 (далее - соглашение), заключенного Правительством Омской области (далее - Правительство) в лице министерства с Министерством здравоохранения Российской Федерации (далее - Минздрав).

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Минздрав, Управление Федерального казначейства по Омской области (далее - управление), бюджетное учреждение здравоохранения Омской области «Областная клиническая больница» (далее - учреждение), акционерное общество «Антарес» (далее - компания), Правительство, Прокуратура Омской области (далее совместно - третьи лица).

Решением от 13.03.2025 Арбитражного суда Омской области (судья Чекурда Е.А) заявленные исковые требования удовлетворены частично на сумму 3 839 840 руб., в удовлетворение остальной части требований отказано, распределены расходы по уплате государственной пошлины.

Постановлением от 28.05.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда, решение суда первой инстанции отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, министерство обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, оставить в силе решение Арбитражного суда Омской области.

В обоснование кассационной жалобы заявитель, выражая несогласие с выводом суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для взыскания убытков, указывает на нарушение контракта обществом и поставку товара за пределами срока освоения межбюджетного трансфера, повлекшей необходимость его возврата в федеральный бюджет, наличие причинно-следственной связи между действиями поставщика и ущербом бюджету, считает недоказанным наличие форс-мажорных обстоятельств ненадлежащего исполнения контракта.

В отзывах на кассационную жалобу, приобщенных судом округа к материалам дела (статья 279 АПК РФ), общество возражает против доводов заявителя, просит оставить без изменения постановление апелляционного суда, Правительство полагает доводы  кассационной  жалобы  обоснованными. В приобщении к материалам дела отзыва

управления судом кассационной инстанции отказано в связи с отсутствием доказательств его направления третьим лицам.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции, изложенные в письменном виде.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в отсутствие третьих лиц.

Проверив согласно статьям 284, 286 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов в пределах доводов, заявленных в кассационной жалобе (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа не усматривает оснований для отмены обжалуемого постановления.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между учреждением (заказчик) и обществом (поставщик) заключен контракт, по условиям пункта 1.1 которого поставщик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, осуществить поставку медицинского изделия - системы ангиографическая Azurion 5 M20 (вариант 2) система рентгеновская ангиографическая стационарная, цифровая, код ОКПД2 - 26.60.11.113) (далее - оборудование), надлежащим образом оказать услуги по доставке, разгрузке, сборке, установке, монтажу, вводу в эксплуатацию оборудования, обучению правилам эксплуатации и инструктажу специалистов заказчика, эксплуатирующих оборудование, в соответствии с требованиями технической и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) оборудования (далее - услуги), а заказчик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, принять и оплатить поставленное оборудование и надлежащим образом оказанные услуги.

Номенклатура оборудования и его количество определяются спецификацией технические показатели - техническими требованиями (пункт 1.2 контракта).

Производителем спорного оборудования является «Филипс Медикал Системс Нидерланд Б.В.», страна происхождения товара: Королевство Нидерландов, Соединенные Штаты Америки, Китайская Народная Республика.

Цена контракта составляет 82 630 000 руб., налогом на добавленную стоимость не облагается, включает в себя стоимость оборудования и услуг, а также все расходы на страхование, уплату налогов, пошлин, сборов и других обязательных платежей, которые поставщик должен выплатить в связи с выполнением обязательств по контракту в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункты 2.2, 2.3 контракта).

В пункте 5.1 контракта сторонами согласованы сроки поставки, сборки, установки, монтажа и ввода в эксплуатацию оборудования - в течение 220 календарных дней со дня заключения контракта, но не позднее 11.12.2023.

Оплата по контракту осуществляется за счет средств бюджетных учреждений на 2023 год: субсидия на оснащение оборудованием региональных сосудистых центров и первичных сосудистых отделений (пункт 9.1 контракта).

Стороны несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение принятых по контракту обязательств в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 11.1 контракта).

Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком, за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления пени (пункт 11.8 контракта).

Общество с ограниченной ответственностью «Филипс» (уполномоченный представитель изготовителя оборудования в России) уведомило общество о приостановлении согласования и выполнения заказов на поставку медицинского оборудования в Россию, что обусловлено решением Бюро промышленности и безопасности США (BIS), ограничивающим с 19.05.2023 поставку медицинского оборудования в Россию.

Поставка спорного оборудования осуществлена обществом 08.04.2024 с просрочкой на 119 календарных дней, в связи с чем учреждением начислена неустойка поставщику в сумме 5 244 250,67 руб.

Платежным поручением от 18.04.2024 № 315 общество оплатило 2 622 125,33 руб. неустойки (50%), решением комиссии учреждения от 22.04.2024 № 17 произведено списание неустойки в оставшейся части (50%) в соответствии с подпунктом «б» пункта 3 постановления Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 № 783 «О списании начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанных заказчиком сумм неустоек (штрафов, пеней) в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, предусмотренных контрактом» (далее - Постановление № 783).

Заказчик (учреждение) осуществил полную оплату поставленного оборудования в соответствии с контрактом, в том числе 72 000 000 руб. - за счет сумм субсидий, полученных Омской областью из федерального бюджета в рамках заключенного с Минздравом соглашения.

Министерство, ссылаясь на то, что по условиям соглашения выделенный из федерального бюджета межбюджетный трансфер подлежал освоению в срок не позднее 1 апреля года, следующего за годом его предоставления (в настоящем споре - до 01.04.2024), обязательство поставщиком исполнено за пределами указанного срока, в связи с чем по требованию от 22.04.2024 министерство возвратило в федеральный бюджет 11 519 520 руб. ранее полученных субсидий (пункт 4.3.3 соглашения) как неосвоенных в установленный срок, последнее, квалифицировав указанную сумму межбюджетного трансфера в качестве убытков, обратилось в арбитражный суд с иском о их взыскании.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался статьями 1, 8, 12, 307, 309, 310, 314, 401, 404, 405, 406, 451, 486, 506, 516, 525, 526, 530 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ), Постановлением № 783, правовыми позициями, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», исходил из того, что общество, действуя добросовестно, осознавая риски, связанные с исполнением договора в сложившейся внешнеэкономической ситуации, обязано было уведомить покупателя о невозможности поставки до истечения согласованного срока, однако приняло на себя обязательство поставит товар в соответствии с условиями контракта, вследствие чего несет ответственность за нарушение сроков поставки, включая возмещение убытков, понесенных министерством.

Вместе с тем, сочтя, что заказчик, устанавливая короткие сроки поставки оборудования определенного вида и происхождения, создал условия для нарушения поставщиком сроков исполнения обязательства, при этом министерство, будучи учредителем заказчика, располагая сведениями о причинах нарушения сроков поставки, не получив в установленный срок сведения об исполнении обязательств по контракту, также не предприняло каких-либо действий, направленных на достижение результативности предоставленой субсидии и исключения убытков либо уменьшения их размера, в том числе не инициировало процедуру внесения изменений в условия контракта о сроке поставки оборудования, Арбитражный суд Омской области отнес на поставщика лишь 1/3 заявленных убытков, взыскав их в пользу истца в размере 3 839 840 руб.

С такими выводами суда первой инстанции не согласилась апелляционная коллегия.

Отменив решение суда и отказав в иске, Восьмой арбитражный апелляционный суд руководствовался статьями 15, 308, 393 ГК РФ, постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2014 № 999 «О формировании, предоставлении и распределении субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации», исходил из понесенной обществом ответственности за нарушение сроков поставки оборудования по контракту в виде выплаченной неустойки, отсутствия у ответчика статуса стороны соглашения, исключающего ответственность за  бюджетные обязательства субъекта Российской Федерации, необходимой совокупности обстоятельств для взыскания заявленных убытков, получения региональным бюджетом от поставщика эквивалента выплаченных ему денежных средств (оборудования).

Спор по существу разрешен апелляционным судом правильно.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица

(кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (пункт 1 статьи 307 ГК РФ).

При этом обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц - пункт 3 статьи 308 ГК РФ).

Однако следует учитывать, что обязательства возникают не только из договоров и других сделок, но вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе (пункт 2 статьи 307 ГК РФ).

Положениями пунктов 1 и 2 статьи 1102 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса. Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Поскольку иное не установлено ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, подлежат применению также к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица (статья 1103 ГК РФ).

Причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред имуществу юридического лица подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (статья 1082 ГК РФ).

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 Постановления № 25 разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При этом следует учитывать правовые позиции, изложенные в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2015 № 305-ЭС15-3990, от 07.09.2021 № 305-ЭС21-5987, от 22.12.2021 № 305-ЭС21-7750, о том, что фактическая оплата работ, выполненных по договору, соответствующих подтвержденным затратам, без завышения стоимости таких работ, исключает возможность квалифицировать полученные денежные средства как неосновательное обогащение. Какие-либо положения ГК РФ, Закона № 44-ФЗ прямо не предусматривают того, что денежные средства, полученные исполнителем за должным образом оказанные услуги, но перечисленные с нарушениями законодательства по вине заказчика, подлежат возврату исполнителем (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2025 № 305-ЭС24-24183).

Законодательством установлен повышенный стандарт поведения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих негативных последствий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400).

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ, пункт 5 Постановления № 7).

Из положений пункта 8 Постановления № 7 следует, что требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях; если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий; не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Действительно, положения статьи 401 ГК РФ исключают из перечня приведенных обстоятельств нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, у должника необходимых денежных средств. Иными словами, принимая на себя соответствующие обязательства, разумный должник должен заранее обеспокоиться судьбой вмененного ему исполнения, учитывать риски нарушения его контрагентами принятых на себя обязательств.

Однако введение иностранным государством запретов и ограничений в области предпринимательской деятельности, а также иных ограничительных и запретительных мер, действующих в отношении Российской Федерации или российских хозяйствующих субъектов, если такие меры повлияли на выполнение указанными лицами обязательств, может  относиться  к  числу  непредотвратимых  обстоятельств  (определение  Верховного

Суда Российской Федерации от 20.11.2023 № 305-ЭС23-11869).

При этом необходимо учитывать, что обстоятельства явной невозможности исполнения обязательства, обусловленные введением ограничительных и запретительных мер, не освобождают не только должника от обязанности по совершению зависящих от него действий, направленных на исполнение обязательства либо прекращение договорной связи при невозможности исполнения, но и кредитора, обязанного в таком случае действовать разумно и добросовестно, своевременно прекратив правоотношения в целях исключения возможности извлечения каких-либо преимуществ (пункт 1 Постановления № 25, статья 1 ГК РФ).

Согласно правовым позициям, сформулированным Конституционным Судом Российской Федерации, положения Конституции Российской Федерации о равенстве всех перед законом и судом, равной защите частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности во взаимосвязи с критериями справедливости и соразмерности при установлении условий реализации того или иного права и его возможных ограничений (статья 8, часть 2; статья 17, часть 3; статья 19, часть 1; статья 55) подразумевают в том числе, поддержание доверия к закону и действиям государства (постановления от 24.05.2001 № 8-П, от 20.04.2010 № 9-П, от 25.06.2015 № 17-П, от 19.04.2018 № 16-П, от 28.02.2019 № 13-П).

Принципы правовой определенности и поддержания доверия к закону и действиям государства гарантируют гражданам, что решения принимаются уполномоченными государством органами на основе строгого исполнения законодательных предписаний, а также внимательной и ответственной оценки фактических обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение, изменение, прекращение прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.01.2016 № 1-П).

При этом по смыслу правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 22.06.2017 № 16-П, в правовом демократическом государстве, каковым является Российская Федерация, пренебрежение требованиями разумности и осмотрительности со стороны публично-правового образования   в   лице   компетентных   органов   не   должно   влиять   на   имущественные

и неимущественные права граждан.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимной связи, правильно распределив между сторонами бремя доказывания обстоятельств, имеющих юридическое значение для дела, установив, что на момент подведения результатов торгов и заключения контракта каких-либо препятствий для реализации поставки спорного оборудования не имелось, требование об иностранном лицензировании, в значительной степени увеличивающее сроки исполнения обществом обязательства, не существовало, официальным представителем производителя товара, экспортируемого на территорию Российской Федерации, о появлении указанного требования обществом проинформировано после заключения контракта; приняв во внимание, что при указанных обстоятельствах не только поставщик (общество), но и заказчик (учреждение) не отказался от исполнения контракта, министерство, являясь обязанной стороной по соглашению, на которую возложена ответственность по надлежащему и своевременному освоению межбюджетного трансфера, также не инициировало через заказчика процедуру расторжения контракта либо внесения изменений в него в части сроков поставки оборудования в связи с возникшими препятствиями; учтя, что общество после поставки товара добросовестно уплатило заказчику пени за просрочку исполнения в предусмотренном размере; констатировав фактическое исполнение поставщиком условий контракта и передачу им учреждению дорогостоящего оборудования, суд апелляционной инстанции исходя из принципа эквивалентности встречных предоставлений участниками гражданского оборота аргументированно счел требования истца необоснованными, отменил решение суда первой инстанции и отказал в иске.

Оснований не согласиться с такими выводами апелляционного суда у суда округа не имеется.

В силу части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса. При этом избранный истцом способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2015 № 13-КГ15-2, от 18.01.2022 № 11-КГ21-36-К6).

В соответствии с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота (не только собственников, но и иных лиц).

Поскольку судом установлено фактическое исполнение поставщиком условий контракта, получение обществом денежных средств в размере переданного им в региональный бюджет дорогостоящего оборудования, обеспеченного спорной закупкой в рамках реализации федеральной программы «Борьба с сердечно-сосудистыми заболеваниями», уплату ответчиком неустойки за нарушение обязательства, суд апелляционной инстанции правомерно отказал в иске, не усмотрев оснований для компенсации за счет ответчика выбывших из регионального бюджета субсидий.

Такие выводы апелляционной коллегии полностью соответствуют положениям статьи 394 ГК РФ. Баланс интересов сторон и неопределенного круга лиц соблюден, цели правосудия достигнуты, оснований для вмешательства в результаты рассмотрения дела у суда округа не имеется.

Доводы заявителя, приведенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о судебной ошибке, по существу направлены на переоценку собранных по делу доказательств   и   сделанных   на   их   основе    выводов   суда,   что   выходит за пределы

рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, установленные статьей 286 АПК РФ.

Основания для отмены обжалуемого постановления в соответствии со статьей 288 АПК РФ отсутствуют. Кассационная жалоба по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 28.05.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-19989/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                                                  Л.А. Крюкова


Судьи                                                                                                                 Е.В. Игошина


ФИО1