Постановление от 23 марта 2026 г. АС Астраханской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-26481/2017

Дело № А06-1229/2016
г. Казань
24 марта 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 марта 2026 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Ивановой А.Г.,

судей Коноплевой М.В., Советовой В.Ф.,

при участии представителей:

конкурсного управляющего акционерным обществом «Южная нефтяная компания» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 26.02.2026,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 18.03.2025,

общества с ограниченной ответственностью «НК Энергия» – ФИО5, доверенность от 03.06.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерным обществом «Южная нефтяная компания» ФИО1

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 26.10.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2026

по делу № А06-1229/2016

по заявлению внешнего управляющего должником о привлечении ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Южная нефтяная компания»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 08.02.2017 акционерное общество «Южная нефтяная компания» (далее – АО «ЮНК», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО17.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 18.05.2018 процедура конкурсного производства в отношении должника прекращена, введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев, внешним управляющим утвержден ФИО18.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 04.04.2019 ФИО18 освобожден от исполнения обязанностей внешнего управляющего АО «ЮНК». Определением Арбитражного суда Астраханской области от 10.04.2019 внешним управляющим должником утвержден ФИО19.

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 22.06.2020 АО «ЮНК» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Внешний управляющий должником ФИО19 обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; считает, что ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО20, ФИО16 (далее – ответчики) подлежат привлечению к ответственности по обязательствам АО «ЮНК» в размере 5 360 641 496,09 руб. солидарно.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 26.10.2025 в удовлетворении заявления внешнего управляющего должником ФИО19 отказано в полном объеме.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2026 определение Арбитражного суда Астраханской области от 26.10.2025 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы конкурсный управляющий ссылается на то, что имеются основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ЮНК» за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, указывая при этом, что признаки неплатежеспособности у должника появились 25.07.2014.

Также полагает, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности в связи с совершением ими действий, которые стали причиной возникновения неплатежеспособности и возникновения убытков у должника, повлекшие невозможность полного погашения требований кредиторов, в том числе: одобрили выпуск ничтожных векселей № 1, 2 и 3, не имеющих реального экономического содержания и необоснованно увеличивших обязательства должника; на протяжении длительного периода времени реализовывали продукцию должника по заведомо заниженной стоимости, причиняя существенный вред имущественным правам кредиторов; искусственно завысили объем строительно-монтажных работ по строительству промысловой автодороги; систематически совершали иные неразумные траты, которые повлекли банкротство должника.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 возражает против приведенных в жалобе доводов, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должником кассационную жалобу поддержал в полном объеме.

Представители ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью «НК Энергия» возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судами и следует из материалов дела, полномочия генерального директора должника исполняли:

- ФИО7 в период с 28.03.2012 по 02.09.2013;

- ФИО6 в период с 02.09.2013 по 07.07.2015;

- ФИО3 в период с 07.07.2015 по 17.04.2017.

Членами совета директоров должника в период с 2012 года по 2016 года являлись ФИО20, ФИО15, ФИО9, ФИО12, Роберт Н.Ш., ФИО13, ФИО10, ФИО14, ФИО16, ФИО11, ФИО7, ФИО3

Внешний управляющий в обоснование заявленных требований ссылался на то, что ответчики являются контролирующими должника лицами и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку они нарушили обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве)); совершили действия, которые стали причиной возникновения неплатежеспособности и возникновения убытков у должника, повлекшие невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции и согласившийся с его выводами суд апелляционной инстанции, отклоняя требования конкурсного управляющего должником о привлечении ответчиков к ответственности по обязательствам должника, пришли к выводу о том, что банкротство должника вызвано внешними факторами, в частности падением стоимости нефти, ростом курса доллара, отменой налоговых льгот для добычи высоковязкой нефти и другими внешними факторами.

При разрешении спора судами приняты во внимание выводы, изложенные в судебной экспертизе.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 23.07.2020 на основании пункта 2 статьи 34 Закона о банкротстве по ходатайству внешнего управляющего должником ФИО19 была назначена судебная экспертиза в целях выявления признаков преднамеренного или фиктивного банкротства АО «ЮНК», проведение которой поручено экспертам автономной некоммерческой организации Экспертно-правовой центр «Финансовые расследования и судебные экспертизы».

Перед экспертами были поставлены следующие вопросы:

1. Имеются ли признаки преднамеренного или фиктивного банкротства АО «ЮНК».

2. Когда (определить дату) у АО «ЮНК» возникли признаки несостоятельности (банкротства) и/или недостаточности имущества.

3. Совершались ли должником сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующие рыночным условиям, послужившие причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинившие реальный ущерб, должнику или сделки, не имеющие разумного экономического обоснования».

Согласно заключению эксперта от 01.09.2021 № 02/09/21 признаки преднамеренного или фиктивного банкротства не установлены, причиной банкротства АО «ЮНК» являются внешние факторы (падение стоимости нефти, рост курса доллара, отмена налоговых льгот для добычи высоковязкой нефти и т.д.), признаки несостоятельности (банкротства) определены по состоянию на последнюю дату отчетного периода, в котором установлен критический уровень финансового состояния общества, а именно на 31.12.2015, сделки АО «ЮНК» не привели к банкротству должника.

В экспертном заключении от 01.09.2021 № 02/09/21, отражено, что между Компанией АОС и Банком Морган Стенли 30.11.2012 был заключен кредитный договор, по которому Банк Морган Стенли обязался передать Компании АОС 73 млн. долларов США.

Компания АОС получила в кредит денежные средства в размере, эквивалентном 2 294 131 500 руб.

Большая часть денежных средств в размере 57 100 000 долларов США Компания АОС направила в адрес АО «ЮНК» по договору внутригруппового займа от 29.11.2012, АО «ЮНК» получило 1 831 215 840 руб.

С октября 2014 года курс доллара начал расти, и стал критическим для деятельности должника в январе 2016 года; по состоянию на 22.01.2016 задолженность Компании АОС в рублях по основному долгу перед Банком Морган Стенли увеличилась практически в 3 раза и составила 6 102 164 900 руб., соответственно практически в 3 раза увеличилась задолженность АО «ЮНК» перед Компанией АОС по основному долгу по договору внутригруппового займа от 29.11.2012, по состоянию на 22.01.2016 задолженность составила 4 773 063 230 руб.

С момента получения кредита в Банке Морган Стенли стоимость нефти (в долларах США) существенно снизилась; так как АО «ЮНК» продавало всю нефть на внутреннем российском рынке, рост курса доллара существенно повлиял на цены нефти в долларах США; эксперт пришел к выводу о том, что падение цен на нефть стало одной из причин неплатежеспособности должника.

Кроме того, в качестве причины банкротства эксперт счел изменение условий налогообложения в 2015 году.

Пунктом 9 части 1 статьи 342 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) по состоянию на 2012 год была предусмотрена нулевая ставка налога на добычу полезных ископаемых в случае, если недропользователь добывает сверхвязкую нефть вязкостью 200 мПА х с (в пластовых условиях).

Федеральным законом от 24.11.2014 № 366-ФЗ «О внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» в пункт 9 части 1 статьи 342 НК РФ внесены изменения, согласно которым нулевая ставка налога на добычу полезных ископаемых применяется только, если недропользователь добывает сверхвязкую нефть вязкостью 10 000 мПА х с (в пластовых условиях).

Запасы нефти Верблюжьего месторождения имеют вязкость в пластовых условиях от 233 до 4422 мПа*с.

Отмена ставки налога на добычу полезных ископаемых в размере 0 процентов с 01.01.2015 в отношении нефти, добываемой на Верблюжьем месторождении, отмечена в заключении в качестве одного из факторов неплатежеспособности АО «ЮНК».

Конкурсный управляющий АО «ЮНК» ФИО1 не согласился с указанным экспертным заключением и обратился в суд с ходатайством о проведении повторной экспертизы, мотивированное тем обстоятельством, что экспертное заключение от 01.09.2021 № 02/09/21 является противоречивым и неполным.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 12.05.2022, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2022 по делу № А06-1229/2016, в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего АО «ЮНК» о назначении по делу повторной экспертизы отказано.

Суды первой инстанции и апелляционной инстанции пришли к выводу о том, что заключение судебной экспертизы от 01.09.2021 № 02/09/21 является обоснованным, конкурсным управляющим не указано наличие в сделанных экспертом выводах противоречий, а также не представлены доказательства того, что экспертом были использованы недопустимые с точки зрения закона методы исследования, а соответственно отсутствуют правовые основания для вывода о недопустимости судебной экспертизы, проведенной в рамках настоящего дела, а равно недостоверности содержащихся в ней выводов.

Поскольку в рамках рассмотрения вопроса о назначении судебной экспертизы преднамеренного или фиктивного банкротства судами уже ранее было установлено, что причины банкротства АО «ЮНК» носили объективный характер и связаны с внешними факторами, в рамках настоящего обособленного спора суды сочли указанные обстоятельства не подлежащими дальнейшему доказыванию.

Суд апелляционной инстанции отмечено, что должник имел формальные признаки неплатежеспособности, начиная с 31.12.2013 (нашло отражение в заключение судебной экспертизы по определению признаков преднамеренного или фиктивного банкротства), между тем, формальные признаки сами по себе не означают наличие объективного банкротства, учитывая особенности бизнеса по добыче нефти, предполагающие длительную инвестиционную стадию разведки месторождений.

Доводы конкурсного управляющего со ссылкой на неисполнение должником 25.07.2014 обязательств по оплате услуг компании Шлюмберже Лоджелко Инк как на дату возникновения неплатежеспособности должника (дату объективного банкротства) отклонены судом апелляционной инстанции с указанием на то, что неисполнение обязательства перед данным кредитором было обусловлено наличием судебного спора, который был разрешен решением Арбитражного суда г. Москвы от 24.12.2015 по делу № А40-97472/2015, которое вступило в законную силу 13.04.2016, то есть после подачи заявления о банкротстве должника.

Возникновение в обозначенную конкурсным управляющим дату задолженности перед конкретным кредитором признано судом апелляционной инстанции не свидетельствующим о том, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества; судом учтено, что само по себе наличие неисполненных перед кредиторами обязательств не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом), так как действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Судами отмечено, что долг перед компанией Шлюмберже в размере 1 млн. долларов в масштабах деятельности должника не предопределял неплатежеспособность компании (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 53)).

Судами установлено, что признаки объективного банкротства АО «ЮНК» возникли в конце 2015 года, после чего, 12.02.2016 генеральный директор АО «ЮНК ФИО3 обратился в суд с заявлением о банкротстве.

По результатам проведения экспертизы по проверке признаков преднамеренного банкротства был сделан вывод, что признаки неплатежеспособности (объективное банкротство) АО «ЮНК» возникли лишь 31.12.2015 (вывод по второму вопросу заключения по признакам преднамеренного и фиктивного банкротства).

Судами установлено, что деятельность должника в 2015 году не предполагала получение прибыли и продолжалась с расчетом выхода на промышленные масштабы добычи, при которых инвестиционные издержки должника будут компенсированы.

Судами учтены обстоятельства, установленные судом ранее в рамках иного обособленного спора (отражены в определении Арбитражного суда Астраханской области от 05.07.2017 по настоящему делу) в соответствии с которыми, должник до конца 2015 года предпринимал действия, направленные на восстановление и обеспечение своей платежеспособности, вел добычу нефти, разрабатывал проектную документацию по расширению добычи нефти, 08.04.2015 Протоколом Центральной комиссии по согласованию технических проектов разработки месторождений углеводородного сырья (ЦКР по УВС) Роснедр была утверждена Технологическая схема опытно-промышленной разработки Верблюжьего газонефтяного месторождения Астраханской области, должник оптимизировал производственные процессы, в том числе сократил затраты, вел переговоры о реструктуризации долгов, отсрочивал платежи по задолженностям, оспаривал спорные задолженности.

Судами учтено, что генеральный директор должника ФИО3 во втором полугодии 2015 года продолжал выполнять экономически обоснованный план – «Технологическая схема опытно-промышленной разработки Верблюжьего газонефтяного месторождения Астраханской области», выполнение которого до начала 2016 года являлось разумным и обоснованным, поскольку уровень цен на нефть в указанный период времени еще позволял предполагать возможность компенсировать понесенные на разработку месторождения издержки.

Деятельность должника велась в расчете на то, что с выходом на промышленный объем эксплуатации месторождения издержки, связанные с поиском и разведкой нефти, будут компенсированы будущим денежным потоком. Такие прогнозы были основаны на оценке, проведенной специализированными организациями в рамках подготовки Технологической схемы разработки месторождений.

Учитывая масштаб деятельности должника, суд апелляционной инстанции признал обоснованной позицию ФИО3 о своевременности обращения с заявлением о банкротстве после того, как в конце 2015 года окончательно стало понятно, что должник оказался в состоянии объективного банкротства.

Суды признали отсутствующими основания для возложения ответственности по обязательствам должника на ФИО7, ФИО6, ФИО3, поскольку конкурсный управляющий не доказал, что датой объективного банкротства является 25.07.2014, а также что в период между 31.01.2016 и 12.02.2016 (дата объективного банкротства, установленная судом 31.12.2015) у должника возникли какие-либо новые обязательства.

В оспариваемый период правила ответственности контролирующих должника лиц были сформулированы в статьях 9, 10 Закона о банкротстве, которые действовали в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (вступил в силу 30.06.2013). Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» статья 9 Закона о банкротстве дополнена, а статья 10 признана утратившей силу, в закон введена глава III.2 Закона о банкротстве.

Требования внешнего управляющего должником о привлечении ответчиков к ответственности по обязательствам должника мотивированное им совершением ответчиками действий, которые, по его мнению, довели АО «ЮНК» до банкротства (сделки с векселями АО «ЮНК», сделки, связанные со строительством автомобильной дороги к скважинам, сделки по продаже нефти по заниженной цене, завышенные представительские расходы) отклонены судами, так как все сделки и операции, на которые ссылается внешний управляющий, являлись предметом проверки экспертами в рамках проведения экспертизы по проверке признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, каких-либо новых доводов или доказательств, не представлено.

Судами установлено, что на момент выдачи векселей АО «ЮНК» имело отрицательные чистые активы, выдача указанных векселей была обусловлена намерением привести чистые активы в соответствие с установленными требованиями на основании уведомления от 22.10.2015 № 08-35/16448 МИФНС № 6 по Астраханской области: «…указанные векселя были выданы должником с целью устранения отрицательных чистых актив и соблюдения положений пункта 4 статьи 90 ГК РФ…» (определение Арбитражного суда Астраханской области от 25.09.2017 по делу № А06-1229/2016).

Судами отмечено, что векселя АО «ЮНК» были выданы 02.12.2015 и имели срок погашения 31.12.2016, при подаче заявления о банкротстве АО «ЮНК» указанные векселя не принимались в расчет, по ним не осуществлялось выплат, имущество из конкурсной массы должника не выбыло, а сами векселя АО «ЮНК» были признаны недействительными 25.09.2017.

Судами учтено, эксперты, проводившие судебную экспертизу по проверке признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, сделали вывод о том, что «…операции с вышеперечисленными векселями не послужили причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности АО «ЮНК», а также не причинили реального ущерба» (раздел 6.8 заключения по признакам преднамеренного и фиктивного банкротства).

Доводы управляющего о том, что контролирующие должника лица осуществляли реализацию продукции по заниженной стоимости, отклонены судами, поскольку не представлено доказательств наличия у должника в спорный период других (более привлекательных по цене) предложений о покупке нефти в сопоставимых объемах.

Ссылки конкурсного управляющего на отчет об оценке кредитора Инфлекшн Корпорейшн Лимитед и заключение эксперта № 45-19-оц признаны судами несостоятельными, поскольку в них указана цена на нефть за неотносимый период (с мая 2018 года по январь 2019 года).

Судами отмечено отсутствие доказательств того, что ФИО3 и иные ответчики являются аффилированными с покупателями нефти ООО «ГеоСтрой» и ООО «Магна» и извлекали личную выгоду от продажи нефти.

Судами учтено, что реализация АО «ЮНК» продукции (нефти) в период с 2013 года по 2015 год по рыночной стоимости подтверждается выводами судебной экспертизы по проверке признаков преднамеренного и фиктивного банкротства (постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2022 по делу № А06-1229/2016); финансовая модель инвестиционной стадии развития АО «ЮНК» в 2012-2015 годах предполагала реализацию сырой нефти по сниженной цене, что позволяло не инвестировать деньги в дорогостоящее оборудование по доведению нефти до товарных характеристик и закупку своего автопарка спецтранспорта (согласно отчету ДеГольер энд МакНотон от 31.03.2012).

Доводы об искусственном завышении объема строительно-монтажных работ по строительству промысловой дороги (заключение должником 17.04.2012 договора генерального подряда № 336/12-4 с ООО «Буровая Компания ПНГ» и 11.02.2013 договора подряда № 82 с ООО «Астраханьнефтегаз») отклонены судами как несостоятельные, в том числе ввиду того, что даты совершения указанных сделок (2012 год и 2013 год) и момент возникновения признаков объективного банкротства АО «ЮНК» (конец 2015 года) свидетельствуют о том, что строительство промысловой автодороги не привело к признанию должника банкротом (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве), указанные сделки не повлекли причинение ущерба должнику (раздел 6.9.1 заключения по признакам преднамеренного и фиктивного банкротства).

Доводы о неразумности трат должника (расходы на заработную плату, представительские расходы и расходы на встречу с ООО «Клеш Глобал Коммодитиз»), отклонены судами со ссылкой определение Арбитражного суда Астраханской области от 05.07.2017 по настоящему делу (оставлено без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2017 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 22.11.2017) которым отказано в признании недействительным трудового договора, заключенного должником со ФИО21, занимавшей должность финансового контроллера и заместителя генерального директора по финансам и экономике, и получавшей заработную плату в размере, сопоставимом с размером заработной платы менеджмента должника.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны лица, на которого возложена обязанность принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума ВС РФ № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив, что вменяемые конкурсным управляющим сделки не повлекли несение неоправданных расходов, ухудшение финансового состояния должника и причинение имущественного вреда кредиторам, не усмотрев факта сокрытия контролирующими должника лицами информации об имущественном положении должника, установив надлежащее исполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции принимает во внимание, что определением Арбитражного суда Астраханской области от 18.05.2018 процедура конкурсного производства в отношении должника была прекращена, в отношении АО «ЮНК» вводилось внешнее управление; при вынесении указанного судебного акта суд исходил из того, что представлены доказательства возможности восстановления платежеспособности должника.

Изложенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, эти возражения сводятся к несогласию с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой обстоятельств спора; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, которые были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов отклонения.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 26.10.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2026 по делу № А06-1229/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 АПК РФ.


Председательствующий судья А.Г. Иванова


Судьи М.В. Коноплева


В.Ф. Советова