Постановление от 4 декабря 2017 г. по делу № А53-2505/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-2505/2017
г. Краснодар
04 декабря 2017 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 ноября 2017 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 4 декабря 2017 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Андреевой. Е.В. и ФИО1, при участии в судебном заседании от ФИО2 – ФИО3 (довереность от 14.07.2017), от публичного акционерного общества «Балтийский Инвестиционный Банк» – ФИО4 (доверенность от 07.06.2017), ФИО5 (доверенность от 14.03.2017), от ФИО6 – ФИО4 (доверенность от 16.03.2017), в отсутствие должника – общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» (ИНН <***>, ОГРН <***>), временного управляющего ФИО7, иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте суда в сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы ФИО2 и публичного акционерного общества «Балтийский Инвестиционный Банк» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 25.07.2017 (судья Комягин В.М.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2017 (судьи Сулименко Н.В., Герасименко А.Н., Стрекачев А.Н.) по делу № А53-2505/2017, установил следующее.

ООО «Южный аграрий» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 25.07.2017, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 14.09.2017, в удовлетворении ходатайства должника и ФИО2 об утверждении мирового соглашения отказано; в удовлетворении заявления ФИО6 о процессуальном правопреемстве отказано; произведена процессуальная замена общества на ФИО2; требования ФИО2 признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7; требование ФИО2 в размере 1 011 тыс. рублей включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить судебные акты в части отказа в утверждении мирового соглашения, признания требований заявителя обоснованными, введения в отношении должника процедуры наблюдения, включения требований в реестр и утвердить мировое соглашение. По мнению подателя жалобы, у судов отсутствовали основания для отказа в утверждении мирового соглашения, по условиям которого ФИО2 предоставляет отсрочку должнику в погашении задолженности; должник обсуждает вопрос о реструктуризации задолженности с иными кредиторами и уполномоченным органом.

В кассационной жалобе ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» (далее – банк) просит отменить судебные акты в части отказа в удовлетворении заявления ФИО6 о процессуальном правопреемстве, процессуальной замены общества на ФИО2, признания его требований обоснованными и включении в реестр требований кредиторов должника. По мнению подателя жалобы, суды неверно применили положения статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации; дали неверную оценку действиям ФИО6 по погашению в порядке указанной нормы обязательства должника перед обществом; ФИО6 действовал в интересах банка и его действия обусловлены стратегией поведения в деле о банкротстве должника; суды не приняли во внимание, что договор уступки права (требования), заключенный обществом и ФИО2, является мнимым и безденежным.

В отзыве банк просит в удовлетворении жалобы ФИО2 отказать.

В отзывах должник, общество, ООО «До-Ре-Ми», ФИО8, ФИО9, ООО «Альфа Тендер Групп», ОАО «ИПФ "Малыш"» просят жалобу ФИО2 удовлетворить.

В судебном заседании представители ФИО2 и банка повторили доводы, изложенные в жалобах, представитель ФИО6 просил удовлетворить жалобу банка.

После изложения доводов жалобы представитель банка просил отказать в приобщении к материалам дела документов в электронном виде, поступивших от ФИО2 и банка, и возвратить указанные документы подавшим их лицам. Через систему arbitr.ru в суд кассационной инстанции поступили 24.11.2017 письменные пояснения к кассационной жалобы от ФИО2 и 27.11.2017 – информация на обозрение суда кассационной инстанции от банка. Согласно Порядку подачи в арбитражные суды Российской Федерации документов в электронной форме, в том числе в форме электронного документа (утвержден приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 28.12.2016 № 25) и Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций) (утверждена постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда российской Федерации от 25.12.2013 № 100) документы, поступившие в информационную систему, должны быть зарегистрированы в ИС «Судебный документооборот и делопроизводство Верховного Суда»; в целях приобщения к судебному делу распечатываются, в том числе, копия обращения в суд, поступившего в виде электронного образа документа или электронного документа. Исключение электронных документов, зарегистрированных в системе автоматизации судопроизводства, из названной системы, а также возврат копий электронных документов, распечатанных на бумажном носителе, указанные выше Порядок и Инструкция не предусматривают; основания для удовлетворения ходатайства и заявления банка об отказе в приобщении электронных документов и возврате копий электронных документов отсутствуют.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Как видно из материалов дела, 06.02.2017 общество обратилось с заявлением о признании должника банкротом. В обоснование заявленных требований общество сослалось на определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.02.2013 по делу № А53-18971/2011, которым признана недействительной сделка по перечислению 2 130 020 рублей 10 копеек со счета ООО «Виноградное» на счет должника, применены последствия недействительности сделки в виде обязания должника возвратить ООО «Виноградное» указанную сумму. В ходе исполнительного производства должник частично погасил задолженность в размере 1 119 020 рублей 10 копеек, остаток задолженности составил 1 011 тыс. рублей. Определением от 20.09.2016 по делу № А53-18971/2011 произведена замена взыскателя ООО «Виноградное» на правопреемника – общество.

21 марта 2017 года ФИО6 обратился с заявлением о процессуальном правопреемстве и замене общества на ФИО6, сославшись на то, что 20.03.2017 он исполнил денежное обязательство должника перед обществом, перечислив 1 011 тыс. рублей на счет общества в порядке статьи 3413 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды установили, что то 21.03.2017 денежные средства, перечисленные ФИО6, возвращены ему банком по причине закрытия расчетного счета общества. Как видно из справки нотариуса, заявления ФИО6 о внесении денежных средств в депозит нотариуса от 18.02.2017, выписки из депозитного счета нотариуса, 18.04.2017 ФИО6 внес на депозитный счет нотариуса 1 011 тыс. рублей для погашения задолженности должника перед обществом.

Общество возражало против заявления ФИО6, указав, что 21.03.2017 общество (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключили договор уступки права (требования), согласно которому цедент уступает цессионарию права (требования) к должнику в размере 1 011 тыс. рублей; за уступаемое право цедент уплачивает цессионарию 1 011 тыс. рублей. Согласно приходному кассовому ордеру от 21.03.2017 ФИО10 внес в кассу общества 1 011 тыс. рублей. Общество заявило ходатайство о процессуальном правопреемстве общества на ФИО2

В удовлетворении ходатайства ФИО6 о процессуальном правопреемстве отказано; ходатайство о замене общества на ФИО2 удовлетворено.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) при переходе требования заявителя к другому лицу после возбуждения дела о банкротстве, в том числе на этапе рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом, рассматривающий дело о банкротстве суд самостоятельно производит замену заявителя его правопреемником, при этом не требуется предварительной замены его в деле, по которому был вынесен подтверждающий его требование судебный акт.

Суды исходили из того, что к ФИО2 в соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании договора цессии от 21.03.2017 перешло право (требование) к должнику в размере 1 011 тыс. рублей. Суды исследовал доводы ФИО6 и банка о недействительности договора цессии и отклонили их, указав, что условия договора не противоречат положениям главы 24 Кодекса. Суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания договора цессии недействительным по правилам части 1 статьи 170 Кодекса, поскольку при совершении сделки стороны преследовали цель создать реальные правовые последствия в виде перехода к цессионарию права (требования) к должнику и совершили действия, связанные с исполнением договора цессии. Проверяя названную сделку на предмет наличия злоупотребления правом, суды пришли к выводу, что соответствующие признаки в действиях сторон договора отсутствовали; доказательства, свидетельствующие о том, что договор заключен в целях причинения вреда должнику и его кредиторам, не представлены.

При рассмотрении заявления ФИО6 о процессуальном правопреемстве, суды пришли к выводу о наличии в действиях ФИО6 признаков злоупотребления правом, указав, что ФИО6, не являющийся кредитором должника, не обосновал наличие разумного, экономически обоснованного и законного интереса в удовлетворении требования общества; действия ФИО6 не преследовали цель погасить долги должника, направлены на лишение общества статуса заявителя в деле о банкротстве и свидетельствуют о намерении вступить в дело о банкротстве с целью контроля за процедурой банкротства должника. Кроме того, как видно из материалов дела, денежные средства в депозит нотариуса ФИО6 внес после заключения обществом и ФИО2 договора цессии.

При таких обстоятельствах основания для отмены судебных актов в части удовлетворения заявления о замене общества на ФИО2 и в части отказа в удовлетворении заявления ФИО6 о процессуальном правопреемстве отсутствуют.

Согласно пункту 1 статьи 150 Закона о банкротстве на любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве должник, его конкурсные кредиторы и уполномоченные органы вправе заключить мировое соглашение.

Как разъяснено в пункте 12 постановления № 35, обратившееся с заявлением о признании должника банкротом лицо и должник вправе до принятия определения по результатам проверки обоснованности этого заявления заключить мировое соглашение по правилам главы 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Следовательно, при утверждении этого соглашения суд первой инстанции был обязан проверить, не противоречит ли соглашение закону и не нарушает ли прав третьих лиц (часть 6 статьи 141 Кодекса).

По условиям мирового соглашения ФИО2 предоставляет должнику отсрочку на три месяца (до 17.10.2017) с целью удовлетворения его требований и предоставления должнику возможности восстановить финансовое положение и заключить мировые соглашения или соглашения о реструктуризации долгов с иными кредиторами.

Суды, отказывая в утверждении мирового соглашения, исходили из того, что у должника имеются иные кредиторы, требования которых приняты к производству суда; данное обстоятельство свидетельствует о признаках неплатежеспособности должника; доказательства наличия у должника возможности восстановить платежеспособность и погасить как задолженность перед ФИО2 до 17.10.2017, так и перед иными кредиторами в разумные сроки, отсутствуют; доказательства удовлетворения заявления должника о включении его в региональную программу по финансовому оздоровлению и реструктуризации долгов, не представлены; сведений о намерении иных кредиторов предоставить должнику отсрочку в погашении задолженности также в материалах дела не имеется. При таких обстоятельствах суды пришли к выводу об отсутствии оснований для утверждения мирового соглашения в связи с нарушением прав и законных интересов иных лиц, предъявивших требования к должнику. Суд кассационной инстанции также принимает во внимание, что по данным arbitr.ru к производству суда после введения процедуры наблюдения приняты заявления иных лиц об установлении требований в реестре требований кредиторов должника; ФИО2 также обратился с заявлениями о включении иных требований в реестр требований кредиторов должника. В отзыве временный управляющий указал, что поступило 36 заявлений об установлении требований на сумму 3 338 449 670 рублей.

В кассационных жалобах не приведены доводы о нарушении судами норм права и несоответствии выводов судов обстоятельствам дела в части признания обоснованным требования ФИО2 в размере 1 011 тыс. рублей.

Согласно пункту 3 статьи 48 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом арбитражный суд выносит одно из следующих определений: о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения; об отказе во введении наблюдения и оставлении такого заявления без рассмотрения; об отказе во введении наблюдения и о прекращении производства по делу о банкротстве. Определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требование заявителя соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 настоящего Федерального закона, признано обоснованным и не удовлетворено должником на дату заседания арбитражного суда, установлено наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 3 настоящего Федерального закона, либо заявление должника соответствует требованиям статьи 8 или 9 настоящего Федерального закона.

Требования ФИО2 к должнику превышают триста тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. При таких обстоятельствах суд первой инстанции, признав требования ФИО2 в размере 1 011 тыс. рублей, ввел в отношении должника процедуру наблюдения.

Согласно статье 39 Закона о банкротстве в заявлении кредитора должны быть указаны кандидатура временного управляющего (фамилия, имя, отчество арбитражного управляющего, наименование и адрес саморегулируемой организации, членом которой он является) или наименование и адрес саморегулируемой организации, из числа членов которой должен быть утвержден временный управляющий. При этом следует учесть, что согласно пункту 27 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016), переход статуса заявителя по делу о банкротстве к иному лицу не предоставляет ему права пересмотреть предложенную первым заявителем кандидатуру арбитражного управляющего.

Суд первой инстанции, установив, что управляющий, кандидатура которого предложена заявителем, направил отказ от ранее предоставленного согласия быть утвержденным арбитражным управляющим в деле о банкротстве должника, саморегулируемой организацией представлены сведения относительно кандидатуры ФИО7, указанная кандидатура соответствует требованиям статей 20 и 20.2 Закона о банкротстве, утвердил ФИО7 временным управляющим должника. Доводы о несоответствии утвержденного временного управляющего требованиям статей 20 и 20.2 Закона о банкротстве и отсутствии оснований для его утверждения не приведены.

Основания для отмены судебных актов по доводам, изложенным в кассационных жалобах, отсутствуют.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства и заявления ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» отказать.

Определение Арбитражного суда Ростовской области от 25.07.2017 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2017 по делу № А53-2505/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий

М.Г. Калашникова

Судьи

Е.В. Андреева

ФИО1