Решение от 6 марта 2018 г. по делу № А40-243313/2017

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-243313/17-19-61
07 марта 2018г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 12 февраля 2018г.

Полный текст решения изготовлен 07 марта 2018г.

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Председательствующего судьи Подгорной С.В., единолично,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Казаковым С.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению «Мукос Фарма CZ» Общество с ограниченной ответственностью, действующее через представительство фирмы «Мукос Фарма CZ»(НЗА 20150012080, ИНН <***>)

к ответчику Обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «СОГЛАСИЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третье лицо ООО «ФАРМ-ЛОГИСТИК».

о взыскании 33 210 925 руб. 01 коп.

с участием:

от истца: ФИО1 (паспорт, доверенность № б/н. от 22.10.2017 года), ФИО2 (паспорт, доверенность № б/н от 24.08.2017 года), ФИО3 (паспорт, доверенность № б/н. от 24.08.2017 года).

от ответчика: ФИО4 по доверенности №408/Д от 09.02.2018г., ФИО5, по доверенности, № 2253/Д от 23.08.2017г., ФИО6 (паспорт, доверенность № 3414/Д от 25.12.2017 года)

от третьего лица –не явился, извещен.

УСТАНОВИЛ:

«Мукос Фарма CZ» Общество с ограниченной ответственностью, действующее через представительство фирмы «Мукос Фарма CZ» обратилось с исковым заявлением к ООО «СК «Согласие» с участием 3-их лиц ООО «ФАРМ-ЛОГИСТИК» о взыскании 31 109 339 руб. 95 коп. составляющих сумму страхового возмещения, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму страхового возмещения в размере 31 109 339 руб. 95 коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 13.03.2017г. по дату фактический оплаты долга по договору от 01.06.2015г. №0017002-0425466/15СКК.

3-е лицо ООО «Фарм-Логистик» в судебное заседание не явилось, о времени и месте проведения судебного заседания извещено надлежащим образом.

Спор рассматривается в соответствии с требованиями ст. 156 АПК РФ в отсутствие представителя 3-его лица.

Истец поддержал исковые требования в полном объеме, ссылаясь на неисполнение ответчиком принятых на себя обязательств по спорному договору от 01.06.2015г. №0017002-0425466/15СКК.

Ответчик иск не признал, по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Оценив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, 01.06.2015г. между «Мукос Фарма CZ» ООО («Истец»), иностранной компанией, действующей на территории РФ через аккредитованное представительство «Представительство фирмы «Мукос Фарма CZ» (Чешская Республика) г. Санкт-Петербург», и ООО «Страховая компания «Согласие» заключен договор страхования имущественных рисков № 0017002-0425466/15СКК, связанных с риском возникновения у истца убытков от предпринимательской деятельности из-за нарушения, в том числе, ООО «Фарм-Логистик» («Покупатель» - 3-е лицо) своих обязательств по оплате задолженности за поставленный Истцом Покупателю товар.

В соответствии с условиями договора страхования ответчик обязался за плату – страховую премию – при наступлении страхового случая, а именно неоплаты покупателем застрахованной задолженности за поставленный товар Истца по истечении периода ожидания («Страховой случай»), выплатить Истцу страховое возмещение в пределах страховой суммы, покрывающей возникшие у Истца вследствие наступления Страхового случая убытки.

Между Истцом и Покупателем - ООО «Фарм-Логистик» 03.03.2014 г. заключен Договор поставки лекарственных препаратов № 05/2014.

Начиная с 25.04.2016г., покупатель – ООО «Фарм-Логистик» ненадлежащим образом исполнял свои обязательства по платежам за поставленный истцом по Договору поставки товар.

На дату наступления страхового случая размер задолженности покупателя перед истцом составил 36 599 223 руб. 46 коп.

Согласно п. 18.2. Договора страхования сумма страхового возмещения рассчитывается путем определения размера убытка по покупателю с учетом удержания безусловной франшизы в размере 15% от суммы убытка страхователя.

Таким образом, с учетом удержания безусловной франшизы по договору страхования, сумма страхового возмещения составляет 31 109 339 руб. 95 коп.

Задолженность покупателя перед истцом подтверждается документально, а именно представленными в материалы дела: копиями заказов покупателя на поставку товара по договору поставки – №186418 от 14.12.2015г., №188013 от 04.02.2016г., №190337 от 19.04.2016г. счетов – №316010, №316083, №316032, упаковочных листов – №316010 от 21.01.2016г., №316083 от 28.04.2016г., №316032 от 17.02.2016г., транспортных накладных –ctz1600003, ctz1600041, ctz1600018, деклараций на товары с отметками «Выпуск разрешен» –№10130130/260116/0000711 от 26.01.2016г., №10130130/050516/0006100 от 05.05.2016г., №10130130/250216/0002273 от 25.02.2016г.).

Вышеуказанные события, попадают под страховые случаи. В связи с ненадлежащим исполнением Покупателем своих обязательств по оплате задолженности в рамках договора поставки и, соответственно, наступлением страхового случая истец 02.12.2016г. обратился к ответчику с заявлением на выплату страхового возмещения с приложением к нему необходимых документов, что подтверждается материалами дела.

Впоследствии истец по запросам ответчика предоставил ряд дополнительных документов, необходимых, для установления факта наступления страхового случая и подтверждения имущественного интереса истца в качестве страхователя. Копии писем ответчика в адрес истца с запросами о предоставлении документов и иные письма ответчика, а также копии писем истца в ответ на письма ответчика с приложением документов, представлены в материалы дела.

Истец неоднократно обращался к ответчику с требованием о выплате суммы страхового возмещения по договору страхования на основании представленных заявлений на выплату возмещения и документов, что подтверждается представленными в материалы дела досудебными претензиями: №02/04 от 02.05.2017г., №02/06/17 от 02.06.2017г., №11/08/17 от 11.08.2017г., однако ответчик выплат не произвел.

Отказ ответчика в выплате страхового возмещения, послужил основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Согласно п. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненный вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки, связанные с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения является наступление предусмотренного в договоре события (страхового случая) (пункт 1 статьи 929 Гражданского кодекса и пункт 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации").

Пункт 2 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой случай как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.

Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховой риск, как и страховой случай, являются событиями. Страховой риск - это предполагаемое событие, а страховой случай - совершившееся событие. Перечень событий, наступление которых влечет обязанность страховщика по выплате страхового возмещения, описывается путем указания в договорах (правилах) имущественного страхования событий, являющихся страховыми случаями, и событий, не являющихся страховыми случаями (исключений).

Из смысла вышеуказанных норм закона следует, что страховой случай - это факт объективной действительности (событие). Действия самого страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица не могут рассматриваться как страховой случай. Эти действия могут лишь влиять на наступление страхового случая и служат основанием к освобождению страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение только в предусмотренных законом случаях.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 947 ГК РФ сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком и не должна превышать действительную стоимость (страховую стоимость) имущества в месте его нахождения в день заключения договора страхования.

В нарушение договора страхования ответчик до даты составления настоящего искового заявления не направил Истцу никакого решения по представленным Истцом документам, что позволяет сделать вывод о том, что он уклоняется от своей обязанности по принятию решения о выплате Истцу страхового возмещения.

Неотъемлемой частью договора страхования являлись правила страхования коммерческих кредитов страховщика.

Между истцом и ответчиком также заключены соглашения №№ 1–24 к Договору страхования.

Согласно п. 10.2 Договора страхования страховое покрытие распространяется на задолженность, возникшую в течение срока действия договора страхования, по тем покупателям, на которых установлен кредитный лимит.

Срок действия договора страхования определен сторонами в качестве периодов с 01.06.2015г. по 31.05.2016г. и с 01.06.2016г. по 31.05.2017г., п. 1 договора страхования в редакции соглашения № 13 от 24.06.2016г. к договору страхования. Кредитный лимит покупателю устанавливался в соглашениях к договору страхования.

Просроченная задолженность Покупателя перед Истцом возникла 26.04.2016г., 27.05.2016г. и 04.08.2016г., в дни, следующие за последним днем оплаты по договору поставки каждого из неоплаченных покупателем счетов № 316010 от 21.01.2016г., №316032 от 17.02.2016г., №316083 от 28.04.2016г. соответственно.

Точность определения соответствующих дат 26.04.2016г., 27.05.2016г. и 04.08.2016г. в качестве дат возникновения просроченной задолженности покупателя перед истцом ответчик подтвердил, подписав приложение № 2 к соглашению № 13 от 24.06.2016г. к договору страхования, в котором указаны даты оплаты покупателем счетов истца по договору поставки.

Согласно п. п. 16.1, 16.2 договора страхования в редакции соглашения № 13 от 24.06.2016г. к договору страхования период ожидания составляет 180 календарных дней.

Если задолженность состоит из нескольких счетов, то отсчет периода ожидания в отношении общей застрахованной просроченной задолженности покупателя начинается с 30-го календарного дня с даты неоплаты самого раннего счета, относящегося к застрахованной задолженности.

Таким образом, самым ранним считается счет с более ранним сроком оплаты, относящийся к застрахованной задолженности. Исходя из даты оплаты самого раннего неоплаченного покупателем счета – 25.04.2016г. – период ожидания по всей сумме задолженности покупателя перед истцом начал течь 25.05.2016г. и истек 21.11.2016г. (спустя 180 календарных дней), следовательно, дата возникновения убытка истца и, соответственно, дата наступления Страхового случая – 22.11.2016.

При этом между истцом и ответчиком отсутствуют разногласия по вопросу определения даты окончания периода ожидания, а значит, и даты наступления страхового случая.

Так, стороны в соглашении №13 от 24.06.2016г. к договору страхования, предусмотрели, что датой окончания периода ожидания является именно 22.11.2016г.

В п.13 указанного соглашения № 13, ответчик подтвердил надлежащее выполнение истцом в отношении задолженности покупателя обязательств по договору страхования, связанных с предоставлением информации о такой задолженности, в том числе, направление деклараций оборота, уведомлений о просрочке, а также своевременность и полноту уплаты страховой премии по договору страхования.

Согласно п. 5.3 Договора страхования при наступлении страхового случая страхователь не позднее 15 (пятнадцати) календарных дней с даты наступления страхового случая направляет страховщику заявление на выплату возмещения убытков страхователю и документы, предусмотренные приложением № 1 к правилам страхования.

Истец 02.12.2016г., т.е. в пределах 15-дневного срока, установленного п. 5.3 договора страхования, обратился к ответчику с заявлением на выплату возмещения и подтверждающими факт наступления страхового случая документами, предусмотренными приложением № 1 к правилам страхования (копия заявления на выплату возмещения с отметкой о принятии заявления Ответчиком 02.12.2016 – представлена в материалы дела. а также копии документов-приложений к заявлению на выплату возмещения).

12.01.2017г. и 10.02.2017г. истец во исполнение запросов ответчика, копии писем ответчика №5-12/2016-СКК от 06.12.2016; №6-01/2017-СКК от 23.01.2017 предоставил последнему дополнительные документы, что подтверждено копиями писем Истца исх. № 12/01 от 12.01.2017, исх. № 09/02 от 09.02.2017 с приложениями.

Согласно п. 5.2.2 правил страхования в редакции соглашения № 13 от 24.06.2014г. к договору страхования не позднее 30 (тридцати) календарных дней с даты получения от страхователя заявления на выплату возмещения и документов, прямо перечисленных в приложении №1 к правилам страхования, страховщик обязан произвести выплату страхового возмещения либо направить страхователю письменный мотивированный отказ в удовлетворении такого требования.

Таким образом, исходя из даты направления истцом ответчику последних из обязательных по смыслу законодательства, договора страхования и правил страхования документов – 10.02.2017г., ответчик обязан был принять решение по представленному истцом заявлению на выплату возмещения и документам не позднее 13.03.2017г.

Документы, представленные истцом ответчику на дату 13.03.2017г., являлись достаточными для принятия ответчиком решения о выплате истцу суммы страхового возмещения по договору страхования, ответчик был обязан выплатить истцу сумму страхового возмещения.

Довод ответчика, содержащийся в его письме от 16.11.2017г. исх. № 136-11/2017-СКК, о том, что фактически документы были предоставлены ему истцом только 17.10.2017г. не может быть принят во внимание, поскольку в действительности сканированные копии договора поставки и дополнительных соглашений к договору поставки, в том числе, дополнительного соглашения № 14 к договору поставки, были направлены истцом ответчику 02.12.2016г., на что истец обратил внимание ответчика в своем письме исх. № 17/10 от 17.10.2017г.

Согласно п. 24.5 договора страхования Все уведомления и сообщения, предусмотренные настоящими правилами и договором страхования стороны должны направлять друг другу в письменной форме. Сообщения будут считаться исполненными надлежащим образом, если они направлены по электронной почте в отсканированной форме.

Ответчик в своей переписке с истцом прямо признает такую форму отправки всех уведомлений и сообщений, предусмотренных договором страхования, в качестве надлежащей, ссылаясь на п. 24.5 договора страхования, а также регулярно прибегая к использованию такой формы отправки юридически значимых сообщений истцу, таких как электронное письмо ответчика от 16.11.2017г.

Таким образом, свою обязанность по направлению ответчику договора поставки и дополнительных соглашений к договору поставки истец выполнил путем направления Ответчику, в том числе, сканированных копий указанных документов – в полном соответствии с п. 24.5 Договора страхования.

Само по себе утверждение ответчика о том, что для решения вопроса о наличии у страховщика обязанности по выплате страхового возмещения следует исходить из условий договора страхования о сроке его действия и особенностях срока действия кредитного лимита на покупателя, является верным.

Однако ответчик при анализе вопроса о том, является ли взыскиваемая истцом задолженность покупателя застрахованной, необоснованно подменил понятия «Задолженность» и «Просроченная Задолженность», установленные правилами страхования, и, говоря о дате возникновения «Задолженности», указал дату возникновения «Просроченной Задолженности», в связи с чем пришел к выводу о нераспространении страхового покрытия на задолженность покупателя по счетам №316032 и №316083, что, не соответствует условиям договора страхования и правил страхования.

Так, согласно разделу 1 правил страхования «Задолженность – это подтвержденное право требования страхователя к покупателю, надлежащим образом документально оформленное и учтенное в определенной сумме денежных средств, которую покупатель должен оплатить страхователю в соответствии с договором поставки по истечении кредитного периода» (том 1, л.д. 126-127).

Согласно п. 3.4.2 правил страхования Задолженность считается возникшей на дату фактической поставки товара (том 1, л.д. 135).

Согласно разделу 1 правил страхования Просроченная Задолженность – это Задолженность, которая не была полностью или частично оплачена покупателем страхователю на дату платежа (том 1, л.д. 127). Дата платежа - дата истечения кредитного периода, на которую покупатель обязан произвести оплату страхователю за поставленный товар» (том 1, л.д. 127).

Согласно п. 3 договора страхования Кредитный период - это период времени не более 120 календарных дней, предоставленный страхователем покупателю и указанный в контракте, начиная с даты выпуска партии товара в свободное обращение на территории РФ, указанной в декларации товара, в течение которого покупатель обязан оплатить поставленный товар (том 1, л.д. 109).

Таким образом, договор страхования и правила страхования различают задолженность, с одной стороны, и просроченную задолженность, с другой, и не дают никаких оснований для смешивания данных понятий.

При этом задолженность, т.е. право требования истца к покупателю по оплате товара, возникла в момент поставки товара, т.е. исполнения истцом - продавцом - своего корреспондирующего обязательства по отношению к покупателю-должнику в обязательстве оплатить товар и кредитору в обязательстве поставить товар, но не в день последнего дня срока для оплаты, установленного договором поставки.

В противном случае можно было бы говорить о неосновательном обогащении покупателя, который, получив от продавца товар, не обязан осуществить встречное предоставление продавцу (в случае если исходить из того, что соответствующее обязательство по оплате не возникло в момент поставки товара).

Согласно п. 9.2 договора поставки, заключенного между истцом и покупателем, фактом получения и приемки покупателем каждой поставленной истцом партии товара и переходом права собственности на товар от истца к покупателю является дата выпуска Товара в свободное обращение на территории РФ, указанная в декларации на товары (том 2, л.д. 117).

Таким образом, дата возникновения задолженности - это дата выпуска партии товара в свободное обращение на территории РФ, указанной в таможенной декларации на товары.

При этом факт предоставления истцом покупателю условиями договора поставки возможности отсрочки платежа означает, что задолженность существует на протяжении всего периода отсрочки и далее в дату окончания периода отсрочки – последнюю из дат периода отсрочки, на которую покупатель обязан произвести оплату Истцу (Продавцу) за поставленный товар, однако не сделал этого, превращается в просроченную задолженность, что установлено правилами страхования. Совершенно очевидно, что задолженность не может возникнуть в момент, когда она уже превратилась в просроченную задолженность.

Так, согласно п. 5.1 Договора поставки оплата покупателем каждой подлежащей поставке партии товара осуществляется на условиях либо 100%-ной предоплаты, либо в течение 90 (девяносто) календарных дней от даты выпуска партии товара в свободное обращение на территории РФ, указанной в декларации на товары» (том 2, л.д. 113).

Инвойсами (счетами) или дополнительными соглашениями к договору поставки истцом (Продавцом) и покупателем не изменены ни порядок определения даты поставки, ни порядок оплаты поставленных товаров (копии счетов – том 3, л.д. 16, 28, 39; копии дополнительных соглашений к Договору поставки – том 2, л.д. 126-150, том 3, л.д. 1-15).

Таким образом, дата возникновения задолженности и дата начала течения срока, в течение которого покупатель должен исполнить обязанность по оплате товара, совпадают и представляют собой, исходя из договора поставки, дату выпуска товара в свободное обращение на территории РФ, указанной в декларации на товары.

В материалы дела также предоставлена таблица, в которой отображены даты возникновения задолженности покупателя перед истцом.

Номер счета

Дата счета

Сумма счета, руб.

Кредитный период (календ дни)

Дата возникновения Задолженности (т.е. дата наступления обязанности Покупателя оплатить товар – совпадает с датой выпуска груза в РФ)

Дата окончания срока оплаты (т.е. предельная дата для оплаты Покупателем товара) (по терминологии Договора страхования – «Дата платежа»)

Фактическая сумма оплаты, руб.

Фактическая дата оплаты

315063

22.04.2015

6 319 220,76

90

28.04.2015

27.07.2015

2 012 570,63

09.09.2015

315080

02.06.2015

5 554 462,79

90

10.06.2015

08.09.2015

5 554 462,79

09.09.2015

315104

08.07.2015

5 784 313,95

90

14.07.2015

12.10.2015

5 784 313,95

13.10.2015

315167

29.10.2015

15 270 423,00

90

06.11.2015

04.02.2016

15 270 423,00

03.02.2016

315190

26.11.2015

6 182 699,72

90

02.12.2015

01.03.2016

6 182 699,72

21.04.2016

315200

10.12.2015

6 076 119,20

90

17.12.2015

16.03.2016

6 076 119,20

21.04.2016

316010

21.01.2016

36 463 766,94

90

26.01.2016

25.04.2016

16 000 000,00

13-25.10.2016

316032

17.02.2016

6 253 278,32

90

26.02.2016

26.05.2016



316083

28.04.2016

9 882 178,20

90

05.05.2016

03.08.2016



Таким образом, датами возникновения задолженности покупателя по трем неоплаченным поставкам являются 26.01.2016г., 26.02.2016г. и 05.05.2016г. (копии деклараций на товары, поставленные истцом покупателю, с указанием в них дат выпуска партий товара в свободное обращение на территории РФ – том 3, л.д. 22, 33, 44).

Как верно отметил Ответчик, страховое покрытие распространяется только на задолженность, возникшую в течение срока действия договора страхования и только по тем покупателям, на которых установлен кредитный лимит (п. 3.2.1 Правил страхования) (том 1, л.д. 130).

При этом кредитный лимит на покупателя на указанные выше даты возникновения задолженности – 26.01.2016г., 26.02.2016г. и 05.05.2016г. – был установлен и действовал на такие даты (т.е. не был приостановлен, аннулирован т.д.). Данное обстоятельство подтверждается самим ответчиком в отзыве, в котором ответчик привел сроки действия кредитного лимита на покупателя, исходя из которых действовал кредитный лимит:

- по отгрузке по счету №316010 с датой возникновения задолженности 26.01.2016г.: 55 000 000 рублей + 10 000 000 временный кредитный лимит (Приложение № 1 к Соглашению № 9 от 21.01.2016 – том 2, л.д. 41);

- по отгрузке по счету №316032 с датой возникновения задолженности 26.02.2016г.: 55 000 000 рублей (Приложение № 1 к Соглашению № 9 от 21.01.2016 – том 2, л.д. 41);

- по отгрузке по счету №316083 с датой возникновения задолженности 05.05.2016г.: 55 000 000 рублей (Приложение № 1 к Соглашению № 12 от 21.04.2016 – том 2, л.д. 51).

Применительно к автоматическому приостановлению кредитного лимита с 01.04.2016г., отмечается, что согласно п. 3.2.7 правил страхования с даты приостановления действия кредитного лимита по покупателю страховое покрытие прекращает свое действие только в отношении вновь возникающей задолженности.

Иными словами, в отношении задолженности, которая уже существовала до даты автоматического приостановления кредитного лимита, страховое покрытие сохраняет свое действие.

Таким образом, страховое покрытие в отношении задолженности по счетам №316010 от 21.01.2016г. и №316032 от 17.02.2016г. с датой возникновения 26.01.2016г. и 26.02.2016г. соответственно не прекратилось из-за автоматического приостановления кредитного лимита с 01.04.2016г. в связи с просрочкой оплаты счета №315190 от 26.11.2015г.

Далее погашение Покупателем 21.04.2016г. задолженности по счетам №315190 и №315200 (копия банковской выписки, подтверждающей поступление денежных средств на счет истца от покупателя 21.04.2016г. – том 3, л.д. 60-63) совпало с установлением кредитного лимита соглашением № 12 от 21.04.2016г. к договору страхования. При этом никакого автоматического приостановления вновь установленного кредитного лимита на дату 21.04.2016г. не было, поскольку на дату платежа 21.04.2016г. никакая иная задолженность покупателя перед истцом не находилась в статусе просроченной, как следует из Таблицы 1 выше.

При этом ответчик необоснованно утверждает, что истец не согласовывал последнюю из произведенных в адрес покупателя отгрузок при наличии у последнего долга перед истцом по счетам от 21.01.2016г. №316010, от 17.02.2016г. №316032.

Так, приложенная к материалам дела заверенная нотариально электронная переписка (протокол осмотра доказательств) подтверждает:

(а) Ответчик был осведомлен о планируемой истцом в адрес покупателя отгрузке истца покупателю на сумму 9 882 178,20 руб., более того, подтвердил данную отгрузку покупателю. Также ответчик был готов открыть дополнительные 10 млн руб. кредитного лимита для осуществления данной отгрузки (стр. 21, 26 протокола осмотра доказательств);

(б) Ответчик был своевременно проинформирован истцом о погашении покупателем 21.04.2016г. просроченной задолженности по счетам №315190, №315200, что, в свою очередь, позволило ответчику подтвердить истцу его последнюю отгрузку в адрес покупателю на сумму 9 882 178,20 руб. по счету №316083 (стр. 24, 26 протокола осмотра доказательств).

Таким образом, довод ответчика о беспечности истца не обоснован. Сам ответчик подтвердил истцу, что товар покупателю по последней поставке, даже при наличии у покупателя долга, истец вправе отгрузить.

Кроме этого, как указано в п. 13 соглашения № 13 от 24.06.2016 к договору страхования страховщик прямо называет задолженность покупателя по трем отгрузкам (том 2, л.д. 63) «Застрахованной Задолженностью, возникшей в Первый период действия Договора страхования»: «.. начало и истечение Периода ожидания в отношении Застрахованной Задолженности, возникшей в Первый срок действия договора страхования, по состоянию на 24.06.2016 согласованы и определены в Приложении № 2 к настоящему Дополнительному соглашению» (том 2, л.д. 59).

Следовательно, ответчик, подписав соглашение № 13 от 24.06.2016г. к договору страхования, прямо признал, что задолженность покупателя перед истцом по счетам №316010, №316032, №316083 является застрахованной.

Также в переписке с истцом ответчик исх. № 4-11/2016-СКК от 24.11.2016, именует задолженность покупателя «Застрахованной».

Таким образом, материалами дела подтверждаются, что страховое покрытие распространяется на задолженность по счетам №316010, №316032, №316083, поскольку вся указанная задолженность возникла в течение срока действия договора страхования по покупателю, на которого в соответствующие сроки был установлен кредитный лимит.

Ссылка ответчика на положение приложения № 3 к договору страхования, согласно которому «страховое покрытие не распространяется на задолженность, возникающую по последующим поставкам товаров по Покупателю с момента, когда предыдущая застрахованная или не застрахованная Задолженность по данному Покупателю не была полностью оплачена по истечении указанного в п. 13 Договора страхования срока Автоматического приостановления Кредитного лимита, независимо от наличия Кредитного лимита по данному Покупателю» (том 2, л.д. 7), признана судом несостоятельной, поскольку условия пункта 13 Договора страхования не содержат положений о сроке автоматического приостановления кредитного лимита, а регулируют условия франшизы.

Положения об автоматическом аннулировании кредитного лимита содержит раздел 15 договора страхования. Однако данный раздел регулирует условия, при наступлении которых кредитный лимит автоматически приостанавливается и возобновляется, а именно:

Пункт 15.1: Автоматическое приостановление кредитного лимита по покупателю происходит через 30 календарных дней с даты возникновения просроченной задолженности по такому покупателю без письменного уведомления от страховщика (том 1, л.д. 112).

Пункт 15.2: Автоматически приостановленный кредитный лимит по покупателю возобновляется на такого покупателя без письменного уведомления от страховщика в последнем согласованном размере кредитного лимита в приложении № 3 к договору страхования с 00 часов 00 минут дня, следующего за днем поступления от покупателя оплаты в полном объеме по Просроченной задолженности на расчетный счет Истца (том 1, л.д. 112).

Вместе с тем пункт. 15.2 договора страхования не содержит указание или описание такого понятия как «срок автоматического приостановления кредитного лимита», о котором идет речь в приложении №3 к договору страхования, а лишь описывает условия, при наступлении которых автоматически приостановленный ранее Кредитный лимит возобновляется.

Каких-либо иных положений об истечении «срока автоматического приостановления Кредитного лимита» ни Договор страхования, ни Правила страхования не содержат.

Таким образом, исходя из системного толкования условий договора страхования и правил страхования, можно сделать вывод о том, что приложение №3 предусматривает случаи нераспространения страхового возмещения на задолженность, возникшую по тем поставкам товара, которые были осуществлены после истечения 30 (тридцати) дней с момента наступления просрочки в исполнении Покупателем своей обязанности по оплате товара.

В рассматриваемом деле истец не просит выплатить страховое возмещение по задолженности, возникшей по последующим поставкам товаров по покупателю с момента, когда предыдущая задолженность по покупателю не была полностью оплачена по истечении указанного в договоре страхования 30-дневного срока с момента наступления просрочки в исполнении покупателем своей обязанности по оплате товара.

В этой связи ссылка ответчика на соответствующее положение приложения № 3 к договору страхования не обоснована и не может быть принята во внимание.

Ссылка ответчика на п. 3.2.6.8 правил страхования, также является несостоятельной, поскольку отсутствуют нарушения истцом условий и/или обязательств по договору поставки.

Согласно п. 3.2.6.8 правил страхования, из страхового покрытия исключены убытки, возникшие в результате невыполнения Страхователем или его агентами условий и/или обязательств по контракту между Страхователем и Покупателем (том 1, л.д. 132-133).

По мнению ответчика, при наличии задолженности по договору поставки, истец, руководствуясь положениями п. 4.7 договора поставки и обязанностями по договору страхования, не должен был продолжать поставлять товары и акцептовать новые заказы покупателя.

Однако п. 4.7 договора поставки гласит: В рамках лимита товарного кредита покупателя поставка каждой следующей партии товара возможна при условии отсутствия просроченной задолженности покупателя перед продавцом на дату поставки товара (том 2, л.д. 113).

Таким образом, ссылка ответчика на наличие в договоре поставки условия о товарном кредите несостоятельна по существу, так как договор поставки является незаключенным в части установления какого-либо товарного кредита и его лимитов.

В соответствии со статьей 822 Гражданского кодекса РФ договором товарного кредита является договор, предусматривающий обязанность одной стороны предоставить другой стороне вещи, определенные родовыми признаками (договор товарного кредита). К такому договору применяются правила параграфа ГК РФ о кредитном договоре, если иное не предусмотрено таким договором и не вытекает из существа обязательства.

Договор поставки не содержит условий о неприменении к нему условий о кредитном договоре.

При этом договором поставки предусмотрена передача истцом покупателю товара, определенного родовыми признаками. Следовательно, из существа обязательства, установленного сторонами в договоре поставки, иное, в понимании вышеуказанной статьи 822 ГК РФ, не вытекает.

В соответствии со статьей 819 ГК РФ по кредитному договору кредитор обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Таким образом, нормы Гражданского Кодекса РФ предусматривают, что договор товарного кредита, в отличие, например, от договора коммерческого кредита, является возмездным в том смысле, что кредитор, помимо получения денежных средств за переданный товар, получает еще и проценты на сумму товарного кредита.

В свою очередь, сторонами Договора поставки не предусмотрены какие-либо положения о начислении процентов на сумму товарного кредита, порядке их уплаты, а также о штрафных санкциях за неисполнение покупателем обязанности по уплате таких процентов.

Использование в одном пункте договора поставки слов «товарный кредит» и установление какого-либо лимита для него при отсутствии положений, регламентирующих условия пользования, возврата и уплаты процентов на такой товарный кредит, является недостаточным для квалификации условий договора поставки как условий, содержащих положения о предоставлении истцом покупателю товарного кредита.

Условиями договора поставки предусмотрена исключительно возможность отсрочки оплаты покупателем поставленных ему истцом товаров, что свидетельствует о том, что стороны не имели в виду включение в договор поставки условий о предоставлении истцом покупателю какого-либо товарного кредита.

Таким образом, условия о предоставлении истцом покупателю товарного кредита не согласованы сторонами. Данное обстоятельство влечет незаключенность договора поставки в части п. 4.7.

Следовательно, ссылка ответчика на условия об установлении истцом и покупателем лимита товарного кредита является несостоятельной и не применительной.

Однако даже если исходить из заключенности договора поставки в части п. 4.7, то можно отметить, что из буквального содержания п. 4.7 следует, что истец вправе, но не обязан, не производить поставку товара по заказам при наличии у покупателя просроченной задолженности по предыдущим поставкам.

В данном случае указанное право является возможной мерой защиты интересов продавца – страхователя – при исполнении договора поставки в случае наличия у покупателя просроченного долга перед продавцом. Неиспользование истцом – продавцом по договору поставки – права, предусмотренного п. 4.7 договора поставки, является предпринимательским риском самого истца во взаимоотношениях с покупателем, поскольку требования к страховщику ограничены суммой кредитного лимита, установленного в договоре страхования, и никак не затрагивает интересы страховщика.

Более того, несмотря на наличие в договоре поставки п. 4.7, ответчик согласовал истцу возможность осуществления в адрес покупателя последней из отгрузок - на сумму 9 882 178,20 руб. (стр. 21, 26 протокола осмотра доказательств).

Кроме того, из буквального содержания п. 3.2.6.8 правил страхования, на который ссылается ответчик, следует, что обязательным условием возможности его применения является наличие прямой причинно-следственной связи между фактом невыполнения страхователем условий и/или обязательств по контракту между страхователем и покупателем и наступившими последствиями в виде убытков страхователя. Однако доказательства наличия такой причинно-следственной связи ответчик не представил.

Довод ответчика о том, что истец не предпринял мер по устранению задолженности покупателя, поскольку не предъявил покупателю требование о выплате неустойки, не может быть принят во внимание, ввиду того, что ответчик ссылается на возможность истца в связи с неоплатой покупателем долга за поставленный товар начислить покупателю неустойку согласно условиям договора поставки.

При этом, по мнению ответчика, в нарушение данного условия, позволяющего устранить задолженность покупателя, истец не потребовал выплаты неустойки, между тем, само по себе требование кредитора к должнику выплатить неустойку не является способом погашения задолженности.

Отсутствует причинно-следственная связь между непредъявлением истцом покупателю требования выплатить неустойку и наступлением страхового случая по договору страхования.

Доказательств обратного Ответчиком не представлено.

Довод ответчика о том, что истец не выполнял разумные и целесообразные рекомендации ответчика по минимизации убытка, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, согласно разделу 1 правил страхования «Убыток – это сумма Застрахованной Просроченной Задолженности на дату наступления Страхового случая».

Дата наступления страхового случая – это дата неоплаты покупателем застрахованной задолженности за поставленный товар по истечении периода ожидания (исходя из определения страхового случая в разделе «Предмет договора» договора страхования – том 1, л.д. 108-109).

Согласно п. п. 16.1, 16.2 Договора страхования в редакции соглашения № 13 от 24.06.2016г. к договору страхования «Период ожидания составляет 180 календарных дней. Если Задолженность состоит из нескольких счетов, то отсчет Периода ожидания в отношении общей Застрахованной Просроченной Задолженности Покупателя начинается с 30-го календарного дня с даты неоплаты самого раннего счета, относящегося к Застрахованной Задолженности. Самым ранним считается счет с более ранним сроком оплаты, относящийся к Застрахованной Задолженности (том 2, л.д. 58).

Исходя из даты неоплаты самого раннего неоплаченного покупателем счета – 25.04.2016г. – период ожидания по всей сумме задолженности покупателя перед истцом начал течь 25.05.2016г. и истек 21.11.2016г. (спустя 180 календарных дней).

Следовательно, дата возникновения убытка истца и, соответственно, дата наступления страхового случая – 22.11.2016г.

Между Истцом и Ответчиком отсутствуют разногласия по вопросу определения даты окончания периода ожидания, а значит, и даты наступления страхового случая.

Так, стороны предусмотрели в приложении № 2 к соглашению № 13 от 24.06.2016г. к договору страхования, что датой окончания периода ожидания в отношении задолженности является именно 22.11.2016 (том 2, л.д. 63).

Согласно п. 4.1.2.2 правил страхования страховщик вправе давать инструкции Страхователю по принятию целесообразных, не противоречащих законодательству РФ мер по взысканию застрахованной Просроченной Задолженности с покупателя и минимизации возможных убытков страхователя (том 1, л.д. 141).

Таким образом, исходя из условий договора и правил страхования, а также ГК РФ, страховщик вправе давать указания для минимизации только возможных убытков, а не тех, которые уже возникли в связи с наступлением страхового случая.

Возникший убыток не может приравниваться к возможному убытку, поскольку убыток уже причинен, а страховой случай наступил.

В настоящем деле убыток истца возник 22.11.2016г. ввиду ненадлежащего исполнения обязательств по договору поставки покупателем, в связи с чем наступил страховой случай, и на дату наступления страхового случая размер задолженности покупателя перед истцом составил 36 599 223,46 руб.

В этой связи отмечается, что ту инструкцию, которую истец получил от ответчика до даты наступления страхового случая 22.11.2016г. истец, выполнил.

Так, в ответ на письмо ответчика исх. № 1-11/СКК от 14.11.2016 (Приложение 4), которое было направлено ответчиком после получения письма от самого истца исх. № 18/10 от 18.10.2016 (Приложение 3); подтверждением отправки данного письма ответчику служит заверенная нотариально электронная переписка – стр. 48, 49 протокола осмотра доказательств, Приложение 2; при этом легитимность электронной переписки между истцом и ответчиком в рамках взаимоотношений по договору страхования подтверждена самим ответчиком в его же электронном письме – стр. 82 протокола осмотра доказательств, Приложение 2, где истец сообщил ответчику о частичном погашении покупателем просроченной задолженности на 10 млн рублей, истец направил ответчику письмо исх. № 17/11 от 17.11.2016(Приложение 5); подтверждение отправки данного письма Ответчику – стр. 40, 45 протокола осмотра доказательств, Приложение 2, свидетельствующее об исполнении им инструкций ответчика, и предпринятых для погашения долга покупателя мер.

Таким образом, истец выполнил рекомендацию ответчика, направленную последним до даты наступления страхового случая и, соответственно, возникновения убытка. Следовательно, на дату наступления страхового случая – 22.11.2016г. – не существовало ни одной неисполненной истцом рекомендации ответчика в отношении просроченной задолженности покупателя.

Далее ответчик направил письмо исх. № 4-11/2016-СКК от 24.11.2016г. (Приложение 6).

Истец исх. № 02/12 от 02.12.2016 (Приложение 7); подтверждение отправки данного письма Ответчику – стр. 51, 52 протокола осмотра доказательств, Приложение 2, предоставил ответчику ответ на указанное письмо ответчика, уведомив последнего об исполнении им инструкций ответчика, и предпринятых для погашения долга покупателя мер. Результатом таких мер, предпринятых истцом, послужило последующее уменьшение задолженности покупателя перед истцом еще на 6 млн руб.

Таким образом, всего с даты возникновения просроченной задолженности покупателя перед истцом, последнему удалось добиться ее уменьшения на 16 млн руб. (т.е. более чем на 30%), в связи с чем ссылка ответчика на «беспечное поведение» истца безосновательна.

Сам ответчик в отзыве ссылается только на те письма, которые были направлены им истцу уже намного позже даты наступления страхового случая (22.11.2016) и даты получения ответчиком заявления истца о выплате страхового возмещения (02.12.2016) – самое раннее из упомянутых писем датировано 25.04.2017г., самое позднее – 05.12.2017г.

Однако ссылки ответчика на эти письма не могут быть приняты судом во внимание.

Изложенные, в соответствующих письмах, направленные по прошествии более 5 месяцев с даты получения ответчиком заявления истца о выплате страхового возмещения, не могли бы предотвратить наступление страхового случая (который уже наступил), или привести к возможности предотвращения наступления страхового случая (страховой случай уже наступил), или уменьшить убыток страхователя (уменьшить уже возникший убыток невозможно, поскольку под убытком понимается сумма застрахованной просроченной задолженности на дату наступления страхового случая, который, соответственно, на дату рекомендаций ответчика истцу уже наступил).

Требования Страховщика, указанные в письмах, были направлены на уменьшение уже возникшего убытка и наступившего страхового случая, что не представляется возможным.

Согласно п. 1 ст. 962 ГК РФ при наступлении страхового случая, предусмотренного договором имущественного страхования, страхователь обязан принять разумные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры, чтобы уменьшить возможные убытки. Принимая такие меры, страхователь должен следовать указаниям страховщика, если они сообщены страхователю.

Согласно п. 4.1.2.2 Правил страхования страховщик вправе давать инструкции страхователю по принятию целесообразных, не противоречащих законодательству РФ мер по взысканию застрахованной просроченной задолженности с покупателя и минимизации возможных убытков страхователя.

Согласно п. 5.1.2 Правил страхования страхователь обязан после того, как ему стало известно об имеющейся просроченной задолженности, предпринять незамедлительные и целесообразные действия, в частности, по уменьшению величины возможного убытка, к числу которых относится, помимо прочего, выполнение инструкций страховщика.

Согласно п. 5.1.3 страхователь обязан предпринимать разумные и доступные меры, вытекающие из обычаев делового оборота и направленные на снижение возможных убытков, с должной степенью ответственности, как если бы указанные убытки не были застрахованы.

По смыслу приведенных норм законодательства и правил страхования меры по уменьшению убытков должны быть разумными, то есть адекватными сложившимся при наступлении страхового случая обстоятельствам и соразмерными по затратам с убытками, на уменьшение которых они направлены.

Требовать от страхователя выполнения нецелесообразных, нерациональных, не отвечающих разумным интересам страхователя действий страховщик не вправе.

Поскольку выполнение требований ответчика было сопряжено с определенными рисками для истца и могли повлечь за собой определенные негативные для истца последствия, о чем ответчику сообщалось в письмах, оснований для вывода о том, что они являются целесообразными, рациональными и отвечающими разумным интересам истца указаниями или рекомендациями, не имеется.

С учетом того, что, предлагаемое ответчиком урегулирование ситуации с просроченной задолженностью покупателя посредством заключения договоров цессии не являлось мерой по уменьшению уже возникшего убытка, поскольку убыток на дату наступления страхового случая уже был причинен истцу, кроме этого, такие требования не являлись целесообразными, рациональными и отвечающими разумным интересам истца указаниями ответчика, истец был вправе не выполнять соответствующие требования ответчика без риска отказа в получении суммы страхового возмещения.

Также, согласно п. 4.1.2.4 правил страхования страховщик вправе отказать в выплате страхового возмещения в случаях ненадлежащего и/или несвоевременного выполнения или невыполнения страхователем своих обязательств, предусмотренных правилами страхования и договором страхования, что привело к: наступлению страхового случая, или невозможности предотвратить наступление страхового случая, или невозможности уменьшить убыток страхователя (том 1, л.д. 142).

Таким образом, между ненадлежащим и/или несвоевременным выполнением или невыполнением страхователем обязательств, предусмотренных правилами и договором страхования (которых не было!), с одной стороны, и наступлением страхового случая, или наступлением невозможности предотвратить наступление страхового случая, или наступлением невозможности уменьшить убыток страхователя, с другой стороны, должна иметься причинно-следственная связь, такая причинно-следственная связь в настоящем деле отсутствует. Обратного ответчиком не доказано.

Не может быть принята во внимание и ссылка ответчика на позднее включение требования истца к покупателю в реестр требований кредиторов покупателя.

Ответчик ссылается на то, что только спустя 9 месяцев после возникновения задолженности истец подал заявление о включении в реестр требований кредиторов в рамках дела о признании покупателя несостоятельным (банкротом)».

Однако согласно п. 1 ст. 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве») право на подачу заявления о включении в реестр требований кредиторов возникает у кредитора только после введения процедуры наблюдения и только опубликования соответствующего сообщения.

Сообщение о введении в отношении Покупателя процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсанть» 19.08.2017 (распечатка с официального сайта газеты «Коммерсанть» - Приложение 8).

Истец направил заявление о включении своего требования в реестр требования кредиторов покупателя 11.09.2017г., т.е. в пределах установленного законом о банкротстве тридцатидневного срока.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.01.2018 по делу № А40-216122/16 требование истца включено в третью очередь реестра требований кредиторов покупателя, тем самым подтверждено, что заявление о включении истец направил в срок, установленный законом о банкротстве.

В этой связи ответчик ошибочно пытается связать между собой дату возникновения задолженности по поставке и дату заявления о включении в реестр требований кредиторов покупателя при том, что в законе для этого нет никаких оснований.

Довод ответчика об отсутствии претензий от истца к покупателю не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Как усматривается из представленных в материалы дела документов, Истец направил покупателю претензии, копии уведомления Покупателю о погашении задолженности, а также претензий с приложением документов, подтверждающих отправку претензий в адрес Покупателя, подтверждены в том 3, л.д. 52-53, 98-99, том 4, л.д. 27, 142-145, о чем было известно ответчику до даты отзыва, поскольку истец направлял ответчику копии соответствующих претензий и документов об отправке претензий (обращения Истца к Ответчику с указанием претензий в качестве приложений к обращениям – том 2, л.д. _111, том 3, л.д. 96-97, том 4, л.д. 140).

На основании вышеизложенного, материалами дела подтверждается, что ответчик до подачи истцом иска на протяжении более одного года находился в постоянной переписке с истцом относительно задолженности покупателя перед истцом, участвовал в трехсторонних встречах между страхователем, страховщиком и покупателем (см., стр. 64 - 80 протокола осмотра доказательств.

Иными словами, из конклюдентных действий (поведения) самого ответчика следует, что он признает задолженность покупателя в качестве застрахованной.

Согласно п. 3 ст. 1, п. 5 ст. 10 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Ответчик грубо нарушает данные нормы закона.

При изложенных обстоятельствах суд считает доказанными факт наступления страхового случая, размер ущерба и обязательство ответчика по выплате страхового возмещения, в связи с чем требования истца подлежат удовлетворению в заявленном размере - 31 109 339руб. 95коп.

Кроме того, истец просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму страхового возмещения в размере 31 109 339 руб. 95 коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 13.03.2017г. по дату фактический оплаты долга.

Согласно п. 3 ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Согласно п. 48 постановления пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Таким образом, суд считает возможным удовлетворить заявленное требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму страхового возмещения в размере 31 109 339 руб. 95 коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 13.03.2017г. по дату фактический оплаты долга.

Учитывая, что требования истца удовлетворены, расходы по уплате госпошлины относятся на ответчика в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 307, 309, 310, 395, 929, 930, 947, 956, 961, 965 ГК РФ, ст.ст. 65, 106, 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу «Мукос Фарма CZ» Общество с ограниченной ответственностью, действующее через представительство фирмы «Мукос Фарма CZ»(НЗА 20150012080, ИНН <***>) сумму страхового возмещения 31 109 339 (тридцать один миллион сто девять тысяч триста тридцать девять) руб. 95 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 31 109 339 руб. 95 коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 13.03.2017г. по дату фактический оплаты долга, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 189.055 (сто восемьдесят девять тысяч пятьдесят пять) рублей 00 коп.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

СудьяС.В. Подгорная