Решение от 22 декабря 2019 г. по делу № А29-6016/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А29-6016/2019
22 декабря 2019 года
г. Сыктывкар


Резолютивная часть решения объявлена 16 декабря 2019 года,

полный текст решения изготовлен 22 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Босова А. Е.,

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания

секретарём ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании,

с участием представителей истца:

ФИО2 по доверенности от 09.01.2019 № 1-Д,

ФИО3 по доверенности от 09.01.2019 № 2-Д,

ходатайство истца о возобновлении производства

по иску Фонда развития жилищного строительства Республики Коми

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Северстройинвест»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о взыскании задолженности и убытков,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований

относительно предмета спора, — ФИО4,

и установил:

Фонд развития жилищного строительства Республики Коми (далее — Фонд) обратился в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявление к обществус ограниченной ответственностью «Северстройинвест» (далее — Общество)о взыскании 3 693 358 рублей 36 копеек задолженности по соглашению о переводе прав и обязательств от 15.07.2016 (далее — Соглашение).

Исковые требования мотивированы следующим. В силу Соглашения Общество обязалось передать Фонду объект незавершённого строительства (многоквартирный дом со встроенными предприятиями обслуживания), первичную документацию (рабочую, проектно-сметную и иную), а также незавершённые капитальные вложения в виде приобретённых материалов. Стоимость уступленного является разностью цены переданных прав и цены обязательств, принятых Фондом перед участниками долевого строительства (65 733 175 рублей). Соглашением определено, что стоимость незавершённых капитальных вложений — 82 732 269 рублей, однако Общество передало Фонду материалы лишь на сумму 63 120 716 рублей. Разница между размером неисполненных перед дольщиками обязательств и стоимостью фактически переданных капитальных вложений составила 2 612 458 рублей 36 копеек. Кроме того, несмотря на неоднократные напоминания Фонда, Общество так и не передало контрагенту требуемую техническую документацию, в связи с чем истец был вынужден заключить с обществом «Строительно-монтажное предприятие связи» договор от 22.11.2016 на разработку недостающей документации и понёс расходы в сумме 1 080 900 рублей. Цена иска складывается из сумм 2 612 458 рублей 36 копеек и 1 080 900 рублей.

Определением от 14.05.2019 исковое заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в предварительном заседании на 19.06.2019, которое впоследствии откладывалось, в том числе в связи с неоднократными возражениями ответчика против перехода к судебному разбирательству.

В дополнении от 22.07.2019 № 490-07-2019 Фонд уточнил требованияи просил взыскать с Общества 1 080 900 рублей убытков и 2 612 458 рублей 36 копеек задолженности по соглашению о переводе прав и обязательствот 15.07.2016. (уточнение принято судом в определении от 22.07.2019).

В отзыве от 22.07.2019 (л.д. 75 — 77) Общество отклонило требования, указав, что письмом от 03.08.2017 , на которой имеется отметка Фонда (от 04.08.2017 № 343/1), последнему были переданы документы на 435 листах (согласно описи), подтверждающие несение расходов на строительство в сумме 18 565 272 рубля 79 копеек, поэтому, по мнению ответчика, истец злоупотребляет правом.

В заседании 22.07.2019 представители истца, возражая ответчику, обратили внимание суда на письмо Фонда Обществу от 29.09.2017 № 09-342-2017, в котором до адресата было доведено, что без передачи товарно-материальных ценностей передача документов на них не имеет правового значения. В свою очередь представитель Общества подчеркнул, что из приложения № 2 к соглашению следует, что «Объект незавершенного строительства 9%» — это наименование того самого объекта, который был получен ответчиком от ФИО4, данное наименование не отражает реальную степень завершённости объекта, переданного Фонду. Товарно-материальные ценности (строительные материалы) на момент передачи объекта истцу не были свободны от самого объекта и входили в него, поэтому их отдельная передача была невозможна. Сторона истца возразила: стоимость объекта на момент передачи составляла 17 000 000 рублей, оставшаяся стоимость приходилась на стройматериалы, которые должны были находиться вовне.

Определением от 22.07.2019 к участию в деле в качестве третьего лица,не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён ФИО4, который, несмотря на неоднократные предложения суда, не обеспечил мотивированный отзыв на иск.

25.09.2019 производство по делу приостановлено в стадии предварительного заседания до вступления в законную силу итогового судебного акта по делу А29-9969/2018.

12.11.2019 поступило заявление Фонда о возобновлении производствапо настоящему делу. Определением от 13.11.2019 собеседование по вопросу возобновления производства назначено на 16.12.2019.

На основании вступившего в законную силу определения от 14.10.2019 производство по делу А29-9969/2018 прекращено в связи с отказом истцаот иска.

Представители Фонда ходатайствовали о возобновлении производствапо настоящему делу и поддержали исковые требования. Ответчик явку в суд своего представителя не обеспечил, однако непосредственно перед заседанием 16.12.2019 передал нарочным порядком в канцелярию суда ходатайство с возражением против перехода к судебному разбирательству.

Рассмотрев названное возражение, суд отклонил его, придя к выводуоб отсутствии оснований для продолжения подготовки дела к рассмотрению, поскольку это привело бы к неоправданному затягиванию процесса и,как следствие, к нарушению права истца на справедливое судебное разбирательство в разумный срок, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьёй 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании определения от 16.12.2019 производство по делу возобновлено, предварительное судебное заседание завершено, открыто судебное разбирательство.

Установлено, что Общество и Фонд заключили Соглашение (л.д. 6 — 16),в силу которого Общество передало Фонду объём имущественных прав и обязательств по объекту «Жилой дом со встроенными предприятиями обслуживания (первый этап, строительство в осях 24-31/А-Н)», расположенныйпо адресу: <...> (в настоящее время дом 103).

Соглашение зарегистрировано в установленном законом порядке 22.08.2016.

Жилой дом со встроенными предприятиями обслуживания — недвижимое имущество, состоящее из трёх очередей площадью 7 112 квадратных метров, — представляло собой инвестиционный проект по договору от 15.12.2012 № 1 между Обществом (генеральным инвестором) и ФИО4 (соинвестором).

Согласно пунктам 2.1 и 3.1 Соглашения Общество передало Фонду право собственности на объект незавершённого строительства площадью застройки 585 квадратных метров и степенью готовности 9 % (г. Сыктывкар, ул. Морозова, 87, кадастровый номер 11-11-01/040/2011-231), а также на расположенный по тому же адресу земельный участок площадью 5 096 квадратных метров (кадастровый номер 11:05:0105017:12).

В соответствии с пунктом 4.2 Соглашения Общество имело перед дольщиками (пункт 4.1) обязательства в сумме 65 733 175 рублей.

Общество также передало Фонду незавершённые капитальные вложения (конструкции) в виде приобретённых материалов, оплаченных Обществом строительно-монтажных работ и иных затрат по строительству общей стоимостью 82 732 269 рублей; на момент подписания соглашения объект возведён в составе первого и цокольного этажа общей площадью 781 квадратный метр и трёх жилых этажей (частично) общей площадью 1405,89 квадратного метра (пункт 5.1 Соглашения).

В пункте 5.3 Соглашения предусмотрена обязанность Общества подтвердить Фонду расходы по строительству объекта в размере, указанномв пункте 5.1 Соглашения, путём предоставления в течение 40 дней с момента заключения соглашения первичных документов.

На основании пункта 5.4 Соглашения неподтверждённые расходы не учитываются при расчёте итоговой стоимости передаваемых прав и обязательств заказчика и застройщика.

В силу пункта 5.5 Соглашения Общество обязалось передать в течение семи дней со дня заключения соглашения в полном объеме проектную, проектно-сметную и иную техническую документацию на строящийся объект, архитектурно-строительные чертежи, акты испытаний и т. д.

В пункте 6.1 Соглашения контрагенты условились, что общая цена объектов, передаваемых Фонду, включает в себя стоимость объектов, указанныхв пунктах 2.1, 3.1, 5.1, и составляет 82 732 269 рублей.

При расчёте итоговой стоимости соглашения учитывается в качестве встречной оплаты общая стоимость передаваемых Фонду обязательств, которая составляет 65 733 175 рублей (пункт 6.2).

По пункту 6.3 Соглашения итоговая цена соглашения определяется как разница между суммой передаваемых Фонду прав (82 732 269 рублей) и суммой принимаемых Фондом обязательств (65 733 175 рублей).

Возникшую разницу между суммой передаваемых прав и суммой передаваемых обязательств Фонд обязуется выплатить Обществу в течение тридцати дней после выполнения Обществом обязанностей, оговоренных пунктами 2.5, 3.4, 4.3, 5.2, 5.3 соглашения (пункт 6.3.1 соглашения).

Задолженность (2 612 458 рублей 36 копеек) Обществом не погашенаи, несмотря на неоднократные напоминания Фонда, оно так и не передало необходимую техническую документацию (пункт 5.5 соглашения), в связи с чем Фонд был вынужден заключить с обществом «Строительно-монтажное предприятие связи» договор от 22.11.2016 на разработку недостающей документации и понёс убытки в сумме 1 080 900 рублей.

При рассмотрении настоящего спора суд исходил из следующего.

Односторонний отказ исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются (статьи 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее — Кодекс).

В соответствии с пунктом 1 статьи 391 Кодекса перевод долга с должника на другое лицо может быть произведён по соглашению между первоначальным должником и новым должником. По общему правилу, перевод долга осуществляется только при наличии согласия кредитора. Указанное положение защищает имущественное положение кредитора в обязательстве, позволяя ему выразить обязательную для сторон волю относительно возможности вступления или невступления в обязательство нового должника. При этом во втором абзаце пункта 1 статьи 391 Кодекса определено, что в обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведён по соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый должник принимает на себя обязательство первоначального.

Если сторонами, каждая из которых действует своей волей и в своём интересе (пункты 1 и 2 статьи 1, статья 421 Кодекса), не предусмотрено иное, предполагается, что при заключении такого соглашения первоначальный должник полностью выбывает из основного обязательства, а его место занимает новый должник, который становится обязанным перед кредитором.

В рассматриваемом случае реализован привативный перевод долгасо множественностью лиц на стороне кредитора (27 дольщиков, давших своё согласие на перевод долга, — л.д. 141 — 142).

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства,на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вопреки утверждению ответчика, письмо от 03.08.2017 (л.д. 78 — 86) само по себе может служить лишь доказательством получения Фондом копий документов на 435 листах по перечню, но никак не доказательством передачи товарно-материальных ценностей и (или) фактического несения Обществом 18 565 272 рублей 79 копеек расходов на строительство. Соответствующие возражения были правомерно высказаны ответчику в письме Фонда от 29.09.2017 № 09-342-2017 (л.д. 87 — 88).

Надлежащим доказательством в данном случае мог бы послужить акт приёма-передачи, составление которого предусмотрено в пункте 5.3 Соглашения, однако такой акт предоставлен не был.

Несостоятельная также и версия Общества о том, что строительные материалы входили при заключении Соглашения в состав объекта. Строительные материалы, употреблённые по своему прямому назначению, утрачивают либов существенной степени изменяют первоначально присущие им физическиеи механические свойства, то есть фактически перестают быть материалами. Неотделимостью материалов от построенного из них объекта капитального строительства обусловливается и специфика проверки состава, качестваи стоимости этих материалов: точное определение всех этих параметров возможно лишь посредством процедуры, которая обычно используется при приёмке объекта и предусматривает оценку скрытых работ и соответствующие затраты.

Кроме того, в пункте 5.1 Соглашения передаваемые строительные материалы прямо названы незавершёнными капитальными вложениями,то есть передаче подлежали именно материалы, а не изделия, выполненные из них либо с их применением.

Таким образом, допущение, что Фонд, на профессиональной основе занимающийся вопросами жилищного строительства, при заключении Соглашения предполагал принять от Общества строительные материалы «в составе объекта», противоречило бы одновременно и условиями Соглашения, и обычной хозяйственной практике в сфере строительства, и здравому смыслу.

Отклонён также и довод ответчика о том, что к моменту подписания Соглашения завершённость объекта строительства превышала указанные 9%.

В силу статьи 431 Кодекса при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слови выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договорав целом.

Если указанные правила не позволяют определить содержание договора,то должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора.

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключениии толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованиюв системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закреплёнными в статье 1 Кодекса, другими положениями Кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Кодекса).

Буквальное значение определяется с учётом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумнои добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Кодекса), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобыне позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Кодекса). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

При толковании спорного договора суд руководствовался указанными правилами и пришёл к убеждению, что словосочетания «степень готовности 9%» (пункт 2.1 Соглашения) и «объект незавершённого строительства 9%» (приложение № 2) не могут быть истолкованы иначе, чем это сделал истец. Степень завершённости строительства имела принципиальное значение для определения объёма переданных и принятых прав и обязанностей, а также цены Соглашения, поэтому указание сторонами в этой части не соответствующих действительности сведений могло привести к серьёзному нарушению законных прав обоих контрагентов, что, безусловно, не могло входить в интересы ни одного, ни другого.

Презумпция добросовестности и разумности действий Фонда (пункт 5 статьи 10 и пункт 3 статьи 307 Кодекса) не опровергнута Обществом. Если бы ответчик передал Фонду необходимую проектно-сметную документацию,то обращение истца к обществу с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное предприятие связи» за разработкой этой документации (договор от 22.11.2016 на л.д. 43 — 48) не имело бы для Фонда никакого экономического смысла, напротив, оно было бы убыточным, поскольку привело к затягиванию сроков строительства.

В соответствии с пунктом 2.1 договора стоимость выполненных работ составила 1 080 900 рублей.

В качестве доказательств оплаты этих работ, истец представил платёжные поручения от 05.06.2017 № 202, от 30.06.2017 № 184, от 02.08.2017 № 229, от 07.09.2017 № 330, от 27.12.2017 № 482 — каждое на сумму 100 000 рублей, от 20.04.2018 № 185 на сумму 80 000 рублей, от 03.11.2016 № 369 и от 06.12.2016 № 384 — каждое на сумму 50 000 рублей, от 27.12.2016 № 586 — 232 360 рублей, от 01.12.2017 № 451 — 88 540 рублей, от 30.04.2019 № 100 — 41 467 рублей,а также письмо от 06.12.2016 с заявлением о зачёте встречных однородных обязательств на сумму 150 000 рублей (л.д. 49 — 59).

В силу пункта 1 статьи 15 Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимается как реальный ущерб (расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества), так и упущенная выгода — неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

Обязанность должника возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, следует также из пункта 1 статьи 393 Кодекса.

По общему правилу, необходимыми условиями наступления ответственности за нарушение обязательства в виде возмещения убытков являются факт противоправного поведения должника (нарушение им обязательства), возникновение негативных последствий у кредитора (понесённые убытки, размер таких убытков — с учётом принципа разумности и запрета на неосновательное обогащение) и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением должника и убытками кредитора (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.2015 № 25-П «По делу о проверке конституционности пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5», пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2016 № 41-КГ16-7).

Исследовав и оценив имеющиеся доказательства с учётом изложенногои в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришёл к выводу, что Фонд обеспечил необходимую совокупность относимых, допустимых, и достоверных доказательств, которые с надлежащей достаточностью подтверждают причинно-следственную связь между противоправным поведением Общества и уменьшением имущественной сферы Фонда.

Из представленных Фондом доказательств усматривается, что именно неисполнение Обществом договорных обязательств по передаче, предусмотренной соглашением документации, привело к необходимости обращения к подрядчикуи, как следствие, к убыткам на стороне истца, который был вынужден понести издержки, связанные с оплатой разработки проектно-сметной документации, необходимой для выполнения принятых по соглашению обязательств.

Таким образом, исковые требования подлежат полному удовлетворениюс возложением судебных расходов по государственной пошлине на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 — 171, 176 и 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

1.Исковые требования удовлетворить полностью.

2.Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Северстройинвест» (ИНН: <***> ОГРН: <***>) в пользу Фонда развития жилищного строительства Республики Коми (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) 3 693 358 рублей 36 копеек (из них 2 612 458 рублей 36 копеек задолженности и 1 080 900 рублей убытков) и 41 467 рублей судебных расходов по государственной пошлине.

3.Исполнительный лист выдать по ходатайству взыскателя после вступления решения в законную силу.

4.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объёме.

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А. Е. Босов