Постановление от 30 марта 2026 г. АС Вологодской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

31 марта 2026 года

Дело №

А13-19558/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Александровой Е.Н., судей Бычковой Е.Н.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО2,

при участии ФИО3 (паспорт) и его представителя

ФИО4 (доверенность от 23.04.2024), от ФИО5 представителя ФИО6 (доверенность от 11.03.2024),

рассмотрев 17.03.2026 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение

Арбитражного суда Вологодской области от 28.05.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2025 по делу

№ А13-19558/2019,

у с т а н о в и л :

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 21.11.2019 принято к производству заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Вологодской области о признании общества с ограниченной ответственностью «Электропромсервис», адрес: 160000, <...>,

ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом),

Определением от 05.11.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «СДП» о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве) Общества.

Определением от 19.11.2020 производство по заявлению уполномоченного органа о признании Общества несостоятельным (банкротом) прекращено.

Определением от 28.01.2021 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО7.

Решением от 19.04.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО7

Конкурсный управляющий ФИО7 26.01.2024 обратилась в суд с заявлением о привлечении ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановлении производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда первой инстанции от 28.05.2025, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2025, отказано в удовлетворении заявления о привлечении

ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, с ФИО3 в пользу Общества в возмещение убытков взыскано

9 109 086,52 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 28.05.2025 и постановление от 01.11.2025, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, признание в судебном порядке недействительными платежей должника в пользу ФИО5 на сумму

8 413 800 руб. с назначением «прочие выплаты», «выплаты дивидендов» само по себе не является достаточным основанием для привлечения директора Общества к ответственности, поскольку доказательств его недобросовестного поведения в части выплаты дивидендов не представлено. Материалами обособленного спора не доказано, что общее собрание участников Общества приняло совместное решение о распределении прибыли между его участниками, то есть решение о начислении и выплате дивидендов себе как мажоритарному участнику Общества ФИО5 принял единолично в разрез с уставом юридического лица. ФИО3 не голосовал за такие выплаты, отказался от получения дивидендов, таким образом, прибыль распределена исключительно в пользу ФИО5 Вывод судов о том, что ФИО3 не являлся номинальным руководителем, сделан без оценки материалов дела, согласно которым ФИО3 была делегирована часть полномочий руководителя, тогда как распределение денежных средств являлось прерогативой

ФИО5

От представителя ФИО5 и представителя ФИО3 поступили ходатайства об участии в судебном заседании посредством

веб-конференции, которые удовлетворены судом округа.

Информация о проведении судебного заседания с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседания) размещена в информационной системе «Картотека арбитражных дел».

В соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено путем использования систем веб-конференции (в режиме онлайн).

В судебном заседании ФИО3 и его представитель поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представитель ФИО5 возражала против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц основным видом деятельности Общества является ремонт электрического оборудования.

Участником Общества с 21.07.2015 по 16.05.2016 с размером доли 100% являлся ФИО5, затем с 16.05.2016 по настоящее время участниками являются ФИО5 (с долей 90%) и ФИО3 (с долей 10%).

Руководителем Общества с 12.07.2010 по 12.07.2015 являлся

ФИО5, с 13.07.2015 по 19.07.2021 - ФИО3

Согласно анализу финансово-хозяйственной деятельности Общества первые признаки неплатежеспособности появились в I квартале 2017 года в связи со снижением размера денежных средств и получением убытков от основной деятельности. К указанному времени у Общества имелись неисполненные обязательства, в последующем включенные в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, по мнению управляющего, с 01.04.2017 (начало II квартала 2017) для контролирующего Общества лица являлось очевидным, что должник отвечал признакам неплатежеспособности, при этом имущество, достаточное для исполнения обязательств, отсутствовало.

С заявлением о признании Общества банкротом руководитель должника ФИО3 обратился в суд 13.01.2020.

В 2018 – 2019 годах Обществом в лице директора ФИО3 совершены сделки по отчуждению транспортных средств, впоследствии признанные судом недействительными.

Также руководителем должника ненадлежаще исполнена обязанность по обеспечению сохранности имущества Общества.

По заключенному 01.10.2019 между должником и

ООО «СервисЭнергоМонтаж» соглашению об отступном к договору субподряда от 10.05.2016 № СУБ-1605002 Общество в качестве отступного обязалось передать автомобили Renault Fluence 2010 года выпуска, VIN <***>, стоимостью 250 000 руб. и Mitsubishi L200 2010 года выпуска, VIN <***>, стоимостью 546 783,27 руб.

Конкурсный управляющий ФИО7 обратилась в суд с заявлением о признании недействительным соглашения об отступном к

ООО «СервисЭнергоМонтаж» и применении последствий его недействительности в виде возврата автомобилей, однако при рассмотрении обособленного спора ООО «СервисЭнергоМонтаж» отрицал их принятие (акт приема-передачи отсутствует, местонахождение автомобилей невозможно установить).

Ввиду этого, по мнению управляющего, ненадлежащее обеспечение сохранности имущества должника привело к незаконному выбытию имущества и невозможности пополнения конкурсной массы.

Определением от 30.12.2021 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО7 о признании недействительной сделкой реорганизации Общества путем выделения из него ООО «ТрансСпецСтрой», в ходе которой последнему была передана часть имущества Общества, в том числе активы и пассивы. Общая балансовая стоимость переданных активов на 09.01.2018 составила 1 076 436,77 руб.

Общим собранием участников Общества единогласно принято решение о распределении 63 618 000 руб. прибыли пропорционально долям участия в уставном капитале Общества (протокол от 18.04.2015).

В 2017-2019 годах ФИО5 были выплачены дивиденды, а также перечислены платежи с назначением «прочие выплаты».

Определением от 17.01.2024 признан недействительным платеж Обществом в пользу ФИО5 в размере 8 413 800 руб. с назначением «прочие выплаты», «выплаты дивидендов», применены последствия его недействительности в виде взыскания 8 413 800 руб. в конкурсную массу должника.

Усмотрев основания для привлечения ФИО3 и ФИО5 к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11, подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11, пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий ФИО7 обратилась в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, признал недоказанным совершение ответчиками злонамеренных действий (бездействия) в виде необращения с заявлением о банкротстве должника, поскольку в 2017-2019 годах Общество продолжало вести активную хозяйственную деятельность, а также посчитал объективные причины несостоятельности должника не связанными с неразумной или недобросовестной деятельностью контролирующих его лиц, в связи с чем не установил оснований для удовлетворения требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о признании Общества несостоятельным (банкротом).

В остальной части, рассмотрев заявление о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5 в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 и подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суды установили, что ни одна из заявленных конкурсным управляющим сделок не является крупной и убыточной применительно к масштабам деятельности Общества, в материалы дела не представлены достоверные доказательства, подтверждающие, что сделки повлекли неплатежеспособность должника.

Вместе с тем суды пришли к выводу о том, что в результате совершенных сделок Обществу причинены реальные убытки в размере 9 109 086,52 руб., которые подлежат взысканию с ФИО3 как руководителя Общества.

При этом, поскольку определением суда от 17.01.2024 сделка по выплате

ФИО5 дивидендов признана недействительной и с него взыскано

8 413 800 руб., оснований для повторного взыскания с ФИО5 убытков в рамках рассмотрения спора о привлечении к субсидиарной ответственности суды не усмотрели.

В части отказа во взыскании убытков с ФИО5 судебные акты в кассационном порядке не обжалуются.

Кассационная инстанция, изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, проверив в обжалуемой части правильность применения судами норм материального и процессуального права, исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пока не доказано иное, к контролирующим должника лицам относится руководитель должника (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является также наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Из пункта 16 Постановления № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В данном случае суды пришли к выводу, что совершенные контролирующими лицами действия (бездействие) не явились необходимой причиной его банкротства, но причинили Обществу вред, в связи с чем усмотрели основания для привлечения к ответственности за причинение убытков.

Так, суды установили, что определениями от 20.04.2022, 30.05.2023, 11.07.2022, 16.09.2022, 19.09.2022, 13.10.2022, 17.10.2022, 20.02.2024, 20.07.2022, 07.06.2023, 19.12.2023 признаны недействительными сделки Общества как совершенные в условиях явного неравноценного встречного исполнения, применены последствия недействительности сделок.

Названные судебные акты исполнены частично, установлено, что в конкурсную массу должника не поступили денежные средства в размере

425 000 руб. Эта сумма включена конкурсным управляющим в расчет размера убытков, предъявленных ко взысканию.

Также при рассмотрении требования ООО «СервисЭнергоМонтаж» о включении в реестр кредиторов Общества судом установлено, что транспортное средство по соглашению об отступном не передано, соглашение об отступном в части исполнения обязательств не исполнено, автомобиль зарегистрирован за должником. Надлежащих доказательств передачи автомобиля контрагенту в материалы дела не представлено, в связи с чем суды заключили, что в результате действий (бездействия) бывшего руководителя должника, не обеспечившего сохранность имущества, Обществу причинены убытки в размере 287 287,62 руб.

Определением суда от 17.01.2024 признана недействительной сделка по перечислению Обществом денежных средств ФИО5 с назначением платежа «прочие выплаты», «выплаты дивидендов» на общую сумму

8 413 800 руб.; с ФИО5 в конкурсную массу должника взыскано 8 413 800 руб., поступило 17 001,10 руб., остаток долга составляет 8 396 798,90 руб.

В период совершения упомянутых выше сделок и осуществления платежей в пользу ФИО5 ФИО3 являлся руководителем Общества, а равно и лицом, наделенным правом первой и второй подписи по расчетному счету Общества, то есть контролировал и проверял операции по счету должника.

Доказательств отсутствия вины в причинении вреда Обществу в связи с совершением указанных перечислений ФИО3 не представил.

В этой связи суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО3 убытков в общей сумме

9 109 086,52 руб.

При этом суды правомерно исходили из того, что Обществу (представителю сообщества его кредиторов) предоставлено право предъявлять соответствующие требования (о недействительности сделок, о применении последствий их недействительности, в том числе в виде истребования имущества у ответчиков в свою пользу, о взыскании неосновательного обогащения, убытков с генерального директора) до полного возмещения своих имущественных потерь, и требование не может быть отклонено только по причине того, что в пользу юридического лица уже вынесен судебный акт по иску о виндикации, реституции, взыскании убытков с непосредственных причинителей вреда и т.п., необходимо именно фактическое получение юридическим лицом присужденного по этим судебным актам. Только реальное возмещение имущественных потерь юридического лица может служить основанием для отказа в иске. При отсутствии такого возмещения у общества имеется право на обращение в суд с другими требованиями, направленными на возмещение имущественных потерь.

Иными словами, возможна ситуация, при которой будут иметь место несколько судебных актов, вынесенных по искам (заявлениям), направленным на компенсацию потерь общества тем или иным способом (например, о применении последствий недействительности сделки, которой были выведены активы, и о взыскании убытков с директора в связи с этой сделкой) и, соответственно, два исполнительных листа, из которых может быть исполнен только один.

Приведенная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.10.2022 № 307-ЭС22-6119.

Оснований для уменьшения суммы, подлежащей взысканию с

ФИО3, суды не установили.

При этом суды проверили и мотивированно отклонили доводы

ответчика о том, что при совершении спорных сделок и платежей он действовал исключительно по согласованию и с одобрения ФИО5

Оснований для иной оценки данных обстоятельств, вопреки доводам подателя жалобы, не имеется.

При таком положении судебные инстанции правомерно взыскали с ФИО3 заявленную сумму в возмещение убытков.

Частичное погашение ФИО5 взысканной с него определением от 17.01.2024 суммы после вынесения судом первой инстанции судебного акта по настоящему обособленному спору основанием для его отмены или изменения не является, но подлечит учету в ходе исполнения обжалуемого определения от 28.05.2025; законность названного определения проверяется судом кассационной инстанции на дату его принятия.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Несогласие подателя жалобы с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой фактических обстоятельств дела не может служить основанием для отмены обжалованных судебных актов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Поскольку подателю жалобы предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы, в удовлетворении кассационной жалобы отказано, то с него на основании подпункта 20 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 20 000 руб.

Руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 28.05.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2025 по делу № А13-19558/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Председательствующий

Е.Н. Александрова

Судьи

Е.Н. Бычкова

ФИО1