Решение от 24 ноября 2020 г. по делу № А67-6166/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А67-6166/2020
г. Томск
24 ноября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 17 ноября 2020 года

Арбитражный суд Томской области

в составе судьи А.В. Кузьмина,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ю.Ю. Томм,

при участии:

от истца: без участия (извещен),

от ответчика: без участия (извещен),

рассмотрев в судебном заседании дело № А67-6166/2020

по иску Компании «Harman International Industries, Incorporated» («Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтид») (400 Атлантик Стрит, офис 1500, Стэмфорд, Коннектикут 06901, США)

к ФИО1 (город Томск, ИНН <***>, ОГРНИП 316703100086567)

о взыскании 50 000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Компания «Harman International Industries, Incorporated» («Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтид» (далее – Компания) обратилась в Арбитражный суд Томской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 50 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284, а также 730 рублей судебных расходов на приобретение контрафактного товара, 229,54 рублей почтовых расходов, 200 рублей расходов на получение выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (ЕГРИП).

Исковые требования обоснованы статьями 1259, 1301, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав на товарный знак.

После возбуждения производства по делу ФИО1 прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, о чем 03.10.2020 внесена запись в ЕГРИП.

ФИО1 представила в соответствии со статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на исковое заявление, в котором просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. По мнению ответчика, у ФИО2, подписавшего исковое заявление, отсутствовали полномочия на осуществление действий от имени Компании; лицо, выдавшее доверенность ФИО2, получило полномочия в порядке передоверия, поэтому передача им полномочий ФИО2 недопустима (пункт 7 статьи 187 Гражданского кодекса Российской Федерации). Истцом не представлена выписка из торгового реестра или иной документ, подтверждающий правоспособность Компании и полномочия лица, имеющего право без доверенности действовать от ее имени. До обращения с иском истец не заявлял требование о прекращении нарушения исключительного права на товарный знак и не направлял ответчику претензию. Факт схожести до степени смешения обозначения, размещенного на проданном ответчиком товаре (колонке), и товарного знака истца не подтвержден. У ответчика не имелось обязанности проверять, не нарушают ли размещенные на приобретенном у поставщика товаре обозначения права других лиц, и ответчик не обладает специальными познаниями для осуществления такой проверки. В ассортименте товаров Компании не имеется колонок, идентичных товару, реализованному ответчиком. Целью истца является не пресечение действий по нарушению исключительных прав, а получение денежных средств от индивидуальных предпринимателей. У ответчика не имелось умысла на нарушение исключительных прав истца, реализованная колонка являлась единственным товаром со спорным обозначением в ассортименте товаров, реализуемых ответчиком. Ответчик также просил учесть тяжелое материальное положение, возникшее после начала пандемии коронавируса, которая привела к падению выручки, а также наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка; продажа спорного товара являлась однократной, такого рода товары не являлись существенной частью ассортимента проданных товаров, права истца могли быть нарушены одним действием, правонарушение совершено впервые, доказательства причинения убытков истцом не представлены. В этой связи ответчик просил уменьшить размер подлежащей взысканию компенсации до 1 000 рублей.

Стороны, извещенные надлежащим образом о времени и месте предварительного судебного заседания, своих представителей для участия в заседании не направили, сообщили о возможности рассмотрения дела без участия их представителей.

С учетом отсутствия возражений лиц, участвующих в деле, после завершения предварительного судебного заседания суд на основании части 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации перешел к судебному разбирательству.

Арбитражный суд считает возможным на основании частей 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей сторон, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, доводы искового заявления, отзыва на него и возражений на отзыв, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что исковые требования Компании подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Компания является правообладателем товарного знака № 266284 в виде комбинированного обозначения «JBL» (приоритет 21.03.2003, дата государственной регистрации 30.03.2004), правовая охрана которому предоставлена в отношении товаров 09 класса МКТУ, включающего громкоговорители, аппараты для записи, передачи, воспроизведения звука (л.д. 12-13).

25.01.2020 в торговой точке ответчика, расположенной по адресу: <...>, осуществлена реализация товара – громкоговорителя (музыкальной колонки) с нанесенным на нем обозначением (буквы J c размещенным над ней восклицательным знаком), сходным до степени смешения с товарным знаком № 266284.

Факт розничной продажи указанного товара подтверждается кассовым чеком, видеозаписью приобретения товара, а также самим товаром.

Ссылаясь на нарушение исключительных прав на товарный знак, Компания направила ФИО1 претензию с требованием устранить нарушение и выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак (л.д. 25-26).

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения Компании в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации правовая охрана предоставляется результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации (интеллектуальная собственность), в том числе товарным знакам.

В силу статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Согласно статье 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В соответствии со статьей 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Факт реализации товара с нанесенным на нем изображением, сходным до степени смешения с товарным знаком истца, подтверждается кассовым чеком, видеозаписью контрольной закупки товара, а также самим товаром.

Как разъяснено в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: во-первых, от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей.

Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. При определении сходства словесных обозначений они сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товара, круг потребителей и другие признаки.

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В судебном заседании исследовался спорный товар. Судом установлено, что на упаковке приобретенного товара имеется изображение в виде буквы J c размещенным над ней восклицательным знаком.

Визуальное сравнение зарегистрированного товарного знака № 266284 с обозначением на реализованном ответчиком товаре позволяет сделать вывод о наличии сходства до степени смешения.

Доводы ответчика относительно того, что размещенное на реализованном товаре обозначение не тождественно товарному знаку, исключительные права на использование которого принадлежат истцу, не свидетельствуют об отсутствии нарушения исключительного права, поскольку спорное обозначение сходно до степени смешения с товарным знаком ответчика и по существу представляет собой воспроизведение той части товарного знака № 266284, которая обладает наибольшей различительной способностью. Таким образом, размещенное обозначение ассоциируется с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства наличия у него права на использование товарного знака № 266284, следует признать, что реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и нарушает принадлежащие ему исключительные права на товарный знак.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации в размере 50 000 рублей.

Между тем, как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (пункт 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Истцом в материалы дела не представлено документально подтвержденное и убедительное обоснование размера взыскиваемой суммы, превышающей минимальный размер компенсации, подтверждающее соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, не представлены доказательства, обосновывающие размер компенсации. Представленное истцом письмо ООО «Харман РУС СиАйЭс» от 18.10.2017 таким доказательством не является, поскольку содержит сведения о минимальной сумме поставки, осуществляемой одним из дистрибьюторов продукции Компании, но не позволяет установить соразмерность требуемой суммы компенсации допущенному ответчиком нарушению. При этом с даты направления письма прошел значительный период времени (более 3 лет) и указанные в письме сведения не являются актуальными.

Вместе с тем судом установлено, что ФИО1 допустила нарушение исключительных прав Компании впервые. Из материалов дела не следует, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав являлось существенной частью деятельности ответчика или что такое использование носило грубый характер. В настоящее время ФИО1 прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, поэтому не имеется оснований предполагать, что она намерена продолжать коммерческую деятельность с нарушением исключительных прав истца или иных правообладателей. На иждивении ответчика находится несовершеннолетний ребенок; взыскание с ответчика, прекратившего осуществлять предпринимательскую деятельность и не имеющего дохода от такой деятельности, компенсации в заявленном истцом размере может существенным образом нарушить баланс интересов сторон и повлечь возникновение у ответчика трудной жизненной ситуации.

В этой связи, исходя из принципов разумности, справедливости, соразмерности компенсации последствиям допущенных ответчиком нарушений, учитывая характер допущенного правонарушения, вероятные убытки правообладателя, принимая во внимание также и степень известности товарного знака Компании, являющейся производителем радиоэлектроники и музыкальной техники с международной известностью, суд приходит к выводу о необоснованности и несоразмерности заявленного истцом размера компенсации и снижает размер компенсации до 25 000 рублей.

Ходатайство ответчика о снижении размера компенсации ниже низшего предела удовлетворению не подлежит.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Как разъяснено в пункте 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на: несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец; несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений). Указанное положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение). Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Сторона, заявившая о необходимости снижения размера компенсации ниже минимального предела, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается на ответчика.

Обстоятельства дела не свидетельствуют о том, что сумма компенсации в размере 25 000 рублей является явно неразумной и несправедливой, а также что уплата данной суммы объективно невозможна или затруднительна для ответчика, в том числе исходя из его материального положения.

С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 25 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак. В остальной части исковые требования удовлетворению не подлежат.

Доводы ответчика о том, что у ФИО2, подписавшего исковое заявление, отсутствовали полномочия на осуществление действий от имени Компании, не нашли своего подтверждения, поскольку полномочия ФИО2 подтверждены доверенностью от 14.07.2020, выданной ФИО3 в порядке передоверия (л.д. 39-40). В свою очередь, полномочия ФИО3 на совершение юридически значимых действий от имени истца подтверждены доверенностью от 08.06.2020, выданной ему непосредственно Компанией (л.д. 34-38).

Ссылка ответчика на то, что истцом не представлена выписка из торгового реестра или иной документ, подтверждающий правоспособность Компании и полномочия лица, имеющего право без доверенности действовать от ее имени, не свидетельствует о неподтверждении юридического статуса Компании в качестве действующего юридического лица.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом», юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из официального торгового реестра страны происхождения. Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности, гражданства или места жительства иностранного лица.

Истцом представлено свидетельство о надлежащем правовом статусе юридического лица, согласно которому Секретарь штата Делавэр удостоверил, что Компания зарегистрирована в соответствии с законодательством штата.

Доказательства того, что Компания прекратила деятельность в качестве юридического лица, ответчиком не представлены.

Довод ответчика о том, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, ошибочен, поскольку до обращения с иском истцом направлялась соответствующая претензия (л.д. 25-26).

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Перечень судебных издержек, предусмотренный положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является исчерпывающим.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

Предметом исковых требований Компании является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет. В связи с изложенным расходы Компании на приобретение представленного вещественного доказательства являются судебными издержками по смыслу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Стоимость товара составила 730 рублей.

В подтверждение несения расходов по оплате почтовых услуг в рамках настоящего дела истцом представлена почтовая квитанция на сумму 229,54 рублей. Данные почтовые расходы признаны судом обоснованными и подлежащими распределению по правилам главы 9 АПК РФ.

Несение расходов на получение сведений из ЕГРИП на бумажном носителе подтверждено платежным поручением от 09.01.2020 № 251 и представленной истцом выпиской из ЕГРИП, выданной на бумажном носителе и заверенной регистрирующим органом (с учетом пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» и абзаца второго пункта 1 постановления Правительства Российской Федерации от 19.05.2014 № 462).

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы на уплату государственной пошлины, на получение сведений из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей на бумажном носителе, на получение доказательства, а также почтовые расходы по иску относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу Компании «Harman International Industries, Incorporated» 25 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266284, а также 365 рублей расходов на приобретение контрафактного товара, 114 рублей 77 копеек почтовых расходов, 100 рублей расходов на получение выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (ЕГРИП), 1 000 рублей судебных расходов на уплату государственной пошлины по иску, всего: 26 579 (двадцать шесть тысяч пятьсот семьдесят девять) рублей 77 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Вещественное доказательство уничтожить после вступления решения суда в законную силу и истечения срока, установленного для его кассационного обжалования.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Судья А.В. Кузьмин