Решение от 3 февраля 2023 г. по делу № А65-24357/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-24357/2022


Дата принятия решения – 03 февраля 2023 года.

Дата объявления резолютивной части – 27 января 2023 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Андреева К.П.,

при составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования систем веб-конференции дело по иску Harman International Industries, Incorporated (Харман Интернешнл Индастриз, Инкорпорейтед), г. Стэмфорд к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 408 044 руб. компенсации за нарушение прав на товарный знак №708253, 100 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец № 98697 «Громкоговоритель»,

с участием:

от истца – ФИО3, доверенность от 02.08.2022г., диплом от 12.07.2013г. (до и после перерывов),

от ответчика – ФИО4, доверенность от 21.11.2022г., диплом от 30.06.2010г. (до перерывов), не явился, извещен (после перерыва),



установил:

иностранное лицо Harman International Industries, Incorporated (далее - компания) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – предприниматель) о взыскании 408 044 руб. компенсации за нарушение прав на товарный знак №708253, 100 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец № 98697 «Громкоговоритель»

Как следует из материалов дела, истцу принадлежат исключительные права на товарный знак №708253, зарегистрированный для товаров 9 класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, в том числе «аппараты для записи, передачи, воспроизведения звука или изображений; приборы для обработки аудио/ звука; аудио и видеооборудование высокой точности звуковоспроизведения/стандарта HiFi; компьютерные аудиосистемы; аудиоприборы и оборудование для использования в автомобилях; звуковые/аудиопроцессоры; приемники [аудио-видео]; акустические системы».

Так же истцу принадлежат исключительные права на промышленный образец №98697, зарегистрированный для класса 14-01 Международной классификации промышленных образцов, в том числе «громкоговоритель».

Правовая охрана промышленному образцу №98697 предоставлена в объёме следующих существенных признаков, нашедших отражение на изображениях изделия:

«,,,,,».

Как указал истец, правообладателю стало известно, что на сайте www.ozon.ru размещено предложение о продаже контрафактной продукции, содержащей в себе объекты интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу.

Из содержания предложения о продаже контрафактной продукции следует, что продавцом контрафактной продукции является ответчик ФИО2 Данное обстоятельство подтверждается скриншотами сайта www.ozon.ru.

По мнению истца, ответчик нарушил исключительные права истца на товарный знак и промышленный образец. Истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием о выплате компенсации и прекращении незаконного использования прав истца.

Поскольку претензия истца оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением по настоящему делу.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Согласно пункту 2 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности:

1) ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец;

2) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, полученного непосредственно запатентованным способом. Если продукт, получаемый запатентованным способом, является новым, идентичный продукт считается полученным путем использования запатентованного способа, поскольку не доказано иное;

3) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении устройства, при функционировании (эксплуатации) которого в соответствии с его назначением автоматически осуществляется запатентованный способ;

4) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, предназначенного для его применения в соответствии с назначением, указанным в формуле изобретения, при охране изобретения в виде применения продукта по определенному назначению;

5) осуществление способа, в котором используется изобретение, в том числе путем применения этого способа.

Промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение (пункт 3 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд, проведя сравнительный анализ товарного знака истца и обозначений, используемых ответчиком, отмечает следующее:

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 75 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.04.2019 года №10 оценка возможности смешения товарного знак с изображением, размещённом на материальном носителе дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 настоящего постановления.

Согласно пункту 162 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.04.2019 года №10 для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.

Так же, согласно пункту 162 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.04.2019 года №10) специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В соответствии с пунктом 7.1.2.2. «Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов», утвержденных Приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 20.01.2020 года №12 (далее – «Приказ №12»), сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением. Поскольку зрительное восприятие отдельного зрительного объекта начинается с его внешнего контура, то именно он запоминается в первую очередь. Поэтому оценку сходства обозначений целесообразно основывать на сходстве их внешней формы, не принимая во внимание незначительное расхождение во внутренних деталях обозначений.

Согласно пунктам 41-44 «Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков», утверждённых приказом Министерства экономического развития РФ от 20.07.2015 года №482 (далее – «Приказ №482»), обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство словесных обозначений может быть звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим). Комбинированные обозначения сравниваются с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы. При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки сходства словесных обозначений, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В соответствии с пунктом 41 Приказа №482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Пунктом 42 Приказа №482 установлено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

В соответствии с пунктом 43 Приказа №482, изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Суд на основании критериев, перечисленных в Приказа №482, признает сравниваемые обозначения сходными до степени смешения, поскольку они состоят из одинаковых букв, звуков, что обеспечивает полное вхождения одного обозначения в другое и обуславливает их фонетическое тождество.

В соответствии с пунктом 7.2.1. Приказа №12 могут приниматься во внимание такие обстоятельства, как, в частности, род (вид) товаров, их потребительские свойства и функциональное назначение (объем и цель применения), вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия их реализации (в том числе общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей, традиционный или преимущественный уклад использования товаров и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа по перечисленным признакам в их совокупности в том случае, если товары по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Признаки однородности товаров подразделяются на основные и вспомогательные. К основным признакам относятся: род (вид) товаров; назначение товаров; вид материала, из которого изготовлены товары. Остальные признаки относятся к вспомогательным.

Чаще всего основанием для признания товаров однородными является их принадлежность к одной и той же родовой или видовой группе. При определении однородности товаров с учетом их назначения целесообразно принимать во внимание область применения товаров и цель применения

При установлении однородности услуг целесообразно руководствоваться, в первую очередь, таким признаком, как назначение услуги, предназначенной для конкретного вида деятельности (реклама, страхование, воспитание и т.д.). Услуги, относящиеся к одному виду, но оказываемые в разных областях деятельности, не могут быть отнесены к однородным

Согласно пункту 7.2.3. Приказа №12 степень однородности товаров тесно связана со степенью сходства обозначений, предназначенных для их маркировки. Чем сильнее сходство, тем выше опасность смешения и, следовательно, шире диапазон товаров, которые должны рассматриваться как однородные.

Как отмечено в пункте 42 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 года, в ходе установления однородности товаров суды должны принимать во внимание следующие обстоятельства: род (вид) товаров, их потребительские свойства и функциональное назначение (объем и цель применения), вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия их реализации (в том числе общее место продажи, продажу через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей, традиционный или преимущественный уклад использования товаров. Кроме того, однородные товары – это товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, не обязательно находящиеся в одном классе МКТУ, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенных из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции. Однородность признается по факту, если товары по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Судом установлено, что товарный знак по свидетельствам Российской Федерации №708253 зарегистрирован, в частности, в отношении товаров 9-го класса МКТУ «аппараты для записи, передачи, воспроизведения звука или изображений; приборы для обработки аудио/ звука; аудио и видеооборудование высокой точности звуковоспроизведения/стандарта HiFi; компьютерные аудиосистемы; аудиоприборы и оборудование для использования в автомобилях; звуковые/аудиопроцессоры; приемники [аудио-видео]; акустические системы».

Однородность вышеперечисленных товаров с товарами, реализованными ответчиком (портативные акустические колонки) обусловлена принадлежностью их к одному роду/виду, одним функциональным назначением, взаимозаменяемостью/взаимодополняемостью, кругом потребителей, способами и местами их реализации.

На основании изложенного, суд пришел к выводу о том, что материалами дела подтверждается факт незаконного использования ответчиком товарного знака по свидетельству Российской Федерации №708253.

Согласно п.180 Приказа ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 года № 11 признаки внешнего вида изделия признаются существенными признаками промышленного образца, если они определяют эстетические особенности внешнего вида изделия, являясь доминантными, и определяют общее зрительное впечатление, оставляемое промышленным образцом.

Таким образом, нарушение прав истца будет наступать не только при выявлении в товаре ответчика всех признаков промышленного образца, но и в том случае, если товар ответчика производят такое же общее зрительное впечатление, как и промышленный образец.

Таким образом, оценке подлежит именно общее зрительное впечатление, производимое промышленным образцом и товаром ответчика.

Следовательно, совпадение общего зрительного впечатления, оказываемого промышленным образцом и спорным товаром, свидетельствует о нарушении прав истца, даже в отсутствии некоторых несущественных признаков промышленного образца в спорном товаре.

В качестве промышленного образца охраняется решение внешнего вида изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства (абзац первый пункта 1 статьи 1352 ГК РФ).

К существенным признакам промышленного образца, учитываемым при предоставлении правовой охраны, в соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 1352 ГК РФ относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия. Признаки внешнего вида изделия, обусловленные исключительно технической функцией изделия, не являются охраняемыми признаками промышленного образца (п.120 Постановления Пленума ВС РФ №10 от 23.04.2019 года).

Согласно п.3 ст.1358 ГК РФ промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение (абз.5 п.123 Постановления Пленума ВС РФ №10 от 23.04.2019 года).

Согласно п.72 «Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации промышленных образцов», утв. приказом Минэкономразвития РФ от 30.09.2015 года № 695 (далее - «Приказ №695») признаки внешнего вида изделия признаются существенными признаками, если они определяют эстетические особенности внешнего вида изделия, являясь доминантными, и определяют общее зрительное впечатление.

К несущественным признакам внешнего вида изделия относятся такие мало различимые, невыразительные признаки внешнего вида изделия, исключение которых из совокупности признаков внешнего вида изделия не приводит к изменению общего зрительного впечатления.

Наличие в изделии ответчика дополнительных признаков, помимо совокупности признаков промышленного образца, не может служить основанием для вывода об отсутствии использования промышленного образца (абз.6 п.123 Постановления Пленума ВС РФ №10 от 23.04.2019 года).

Таким образом, не каждый признак промышленного образца является существенным, а только тот, который приводит к изменению общего зрительного впечатления. При этом наличие дополнительных признаков не может служить основанием для вывода об отсутствии использования промышленного образца.

Из сопоставительного анализа изделий, которыми торгует ответчик и промышленного образца истца следует вывод о том, что изделия содержат в себе совокупность всех существенных признаков промышленного образца истца, что свидетельствует о том, что промышленный образец и изделия производят одинаковое общее впечатление. Несущественные различия в выполнении изделий являются нюансными и не влияют на общее впечатление.

Иное цветовое решение (расцветка) спорного товара; иная комплектность; разная стоимость товаров; различия в технических характеристиках; различия в материалах, из которого выполнен спорный товар не могут свидетельствовать об отсутствии в товаре промышленного образца истца, поскольку данные признаки не являются частью промышленного образца.

Сравнение графических изображений промышленного образца и изображений товаров ответчика, указывает на внешнее сходство реализуемых ответчиком изделий с промышленным образцом, принадлежащим истцу.

Сходство прослеживается в форме, а также контуре колонок, местах взаимного расположения динамиков (конфигурации колонок). Это свидетельствует о наличии в спорных товарах тождественных внешних признаков, присущих промышленному образцу истца, что в свою очередь создаст ассоциативный ряд между промышленным образцом и спорным товаром.

Потребитель, при обращении внимания на изделия, которыми торгует ответчик, однозначно может воспринимать их именно как продукт из линейки товаров истца, что подтверждает тождество реализуемых ответчиком изделий с промышленным образцом, принадлежащим истцу.

При анализе отличий с целью установления сходства (не сходства) общих впечатлений, производимых проверяемым промышленным образцом и ближайшим аналогом, целесообразно руководствоваться принципом, согласно которому для вывода о сходстве до степени смешения наличие сходства имеет большее значение, чем наличие отличий.

В частности, в так называемых «пограничных» ситуациях, когда в равной мере имеются и сходства, и отличия, в целях предупреждения смешения промышленных образцов целесообразным является вывод о сходстве (раздел 1.2. Приказа Роспатента от 31.03.2009 года № 48, так же п.282 Приказа ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 года № 11).

Таким образом, исходя из вышеуказанного принципа, следует вывод о том, что при наличии признаков сходства и отличий между промышленным образцом истца и спорным товаром следует отдавать предпочтение выводу о наличии сходства. Следовательно, само по себе, наличие дополнительных признаков или отличий не может свидетельствовать о том, что в товаре ответчика не использован промышленный образец истца.

На основании изложенного, суд пришел к выводу о том, что материалами дела подтверждается факт незаконного использования ответчиком промышленного образца №98697.

При этом ответчик, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также своему бремени доказывания, не представил в материалы дела надлежащих доказательств, свидетельствующих о законности использования товарного знака и промышленного образца истца.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что действия ответчика по предложению и продаже спорного товара являются нарушением исключительных прав истца на товарный знак №708253, а также промышленный образец №98697.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно статьи 1406.1 ГК РФ в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости права использования изобретения, полезной модели или промышленного образца, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующих изобретения, полезной модели, промышленного образца тем способом, который использовал нарушитель.

Как разъяснено в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

При этом суд обращает внимание на то, что норма статей 1515 ГК РФ и 1406.1 ГК РФ указывает на то, что размер компенсации определённом исходя из характера нарушения. Это предполагает, что нарушение, отягчённое грубым характером, должно повлечь за собой меру ответственности (компенсацию) большую, нежели ответственность за нарушение, не отягчённое грубым характером. В ином случае не будет достигаться дифференциация (разделение) ответственности в зависимости от характера нарушения, как того требует норма статей 1515 ГК РФ и 1406.1 ГК РФ.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (ст. 65 АПК РФ), а ответчик оспаривает как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (ст.65 АПК РФ, ч.3.1. ст.70 АПК РФ).

Так же суд отмечает, что размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (п.62 Постановления Пленума ВС РФ №10 от 23.04.2019 года).

Как следует из содержания ст.64 АПК РФ доказательствами по делу являются сведения о фактах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Поскольку скриншоты, предоставленные истцом, содержат в себе сведения о фактах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, то они являются доказательствами по делу.

При этом несостоятельным является довод ответчика о том, что факт нарушения может подтверждаться исключительно кассовыми или товарными чеками.

Согласно абз.1 п.55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 года №10 при разрешении вопроса о том, имел ли место факт нарушения исключительных прав, суд вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. Допустимыми доказательствами являются сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения.

Скриншоты подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими 2 доказательствами (абз.2-3 п.55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 года №10).

Следовательно факт нарушения прав истца может быть установлен с помощью скриншотов. Скриншоты истца содержат в себе адреса интернет-страниц, с которой они были сделаны (отражены в верхней части скриншотов в адресной строке), а также указание на время их получения (отражено в правой нижней части скриншотов. На панели задач зафиксированы часы).

Так же истцом в материалы дела были предоставлены копии скриншотов, распечатанные на бумажном носителе и заверенные представителем истца.

Следовательно скриншоты истца являются допустимыми доказательствами и подлежат правовой оценке.

Из скриншотов системы мониторинга https://mpstats.io/ следует, что ответчик продал в розницу 164 единицы контрафактной продукции и имеет в запасе ещё 55 единиц контрафакта.

Истцом, в материалы дела, представлены скриншоты с данными системы мониторинга https://mpstats.io/, которые являются допустимыми доказательствами и подлежат правовой оценке, наряду с остальными доказательствами.

Как следует из содержания скриншотов, данные https://mpstats.io формируются из данных, содержащихся на сайте www.ozon.ru. Таким образом, данные https://mpstats.io основаны на той информации, которую размещает сам продавец.

Компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак рассчитана истцом на основании подп.2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом следующих обстоятельств.

Ответчик продаёт и предлагает к продаже 10 наименований контрафактной продукции. Ответчиком реализованы 164 единицы контрафактной продукции на общую сумму 153 395 рублей. Кроме того, у ответчика имеется запас контрафактной продукции, которую он предлагает к продаже (55 единиц товара на общую сумму 50 627 рублей). Таким образом, общее количество, контрафактной продукции, реализуемой ответчиком, составляет 219 единиц на общую сумму 204 022 рублей.

Исходя из этого, истец просит взыскать компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак №708253 в размере двукратной стоимости контрафактной продукции, а именно в размере 408 044 рублей.

Доводы ответчика о том, что не закупает продукцию в тех объёмах, о которых свидетельствуют скриншоты системы мониторинга https://mpstats.io/, судом отклоняются в силу следующего.

Из содержания скриншотов истца следует, что нарушения были зафиксированы 21.04.2022 и 25.08.2022. В то же время предоставленный ответчиком договор поставки №895 был заключён 29.08.2022 года, то есть после нарушений о которых заявляет истец, следовательно данный договор не может свидетельствовать об обстоятельствах, возникших до момента его заключения.

Данный вывод относится так же и к спецификации по счёту-фактуре №895, квитанции к приходному кассовому ордеру №895 и кассовому чеку, поскольку все вышеперечисленные доказательства свидетельствуют об обстоятельствах, возникших после нарушений, о которых заявляет истец.

Справки, предоставленные ответчиком, подтверждают доводы истца. Из их содержания следует, что ответчик осуществляет продажу товара через сайт OZON и на дату 05.09.2022 имеет в наличии остаток контрафактной продукции в размере 49 единиц.

Таким образом, справки, предоставленные ответчиком, не могут опровергать доводы истца, поскольку содержат в себе сведения о фактах, возникших после нарушений, о которых заявляет истец. Более того, вышеназванные справки свидетельствуют об обоснованности требований истца, поскольку говорят о том, что ответчик не прекратил нарушения после направления ему претензии.

Компенсация за нарушение исключительных прав на промышленный образец рассчитана истцом на основании пункта 1 статьи 1406.1 ГК РФ.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

При этом как неоднократно разъяснялось высшей судебной инстанцией и специализированным судом, в случае непредставления истцом доказательств соразмерности требуемой им суммы компенсации, заявленной свыше минимального размера, допущенному нарушению для снижения компенсации до минимального размера не требуется ходатайство ответчика.

Оно требуется лишь для снижения компенсации ниже минимального размера, установленного законом.

На это, в частности, указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2021 N 303-ЭС21-9375 по делу N А73-8672/2020: суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Приведенное определение Верховного суда РФ от 14.09.2021 N 303-ЭС21-9375 по делу А73-8672/2020 принято по делу, в котором суд в отсутствие заявления ответчика применил п.3 ст.1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и по своей инициативе снизил размер компенсации ниже минимального предела, предусмотренного нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (до 5 000 руб. за произведения изобразительного искусства и 7 000 руб. за товарные знаки).

В обоснование размера компенсации истцом указано на то, что продажа контрафактного товара создает конкуренцию лицензионному товару с учетом более низкой цены, в связи с чем снижается инвестиционная привлекательность интеллектуальной собственности истца из-за широкого распространения контрафакта и у покупателя создается ложное впечатление о качестве товара, правообладателе, товарной линейке лицензионных товаров.

Между тем, указанные доводы подтверждают лишь необходимость взыскания компенсации, но не свидетельствуют о наличии оснований для взыскания компенсации в повышенном размере, истцом в нарушение ст.65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, превышающей минимальный размер компенсации не доказана.

Таким образом, учитывая, что истцом доказательства соразмерности требуемой им суммы компенсации, заявленной свыше минимального размера, не представлены, судом компенсация за нарушение исключительных прав на промышленный образец определена в размере 10 000 руб.

При этом ответчиком заявлено ходатайство о снижении компенсации, мотивированное ее несоразмерностью последствиям нарушения исключительных прав истца, в обоснование чего указано, что в отношении истца подобных действий ранее не совершал, ответчика отсутствовал умысел навредить правообладателю, поскольку реализуя товар, был убежден в наличие лицензии у поставщика.

В том случае, если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно (п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с нормой абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Таким образом, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, принадлежащих одному правообладателю (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности и/или средств индивидуализации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.64 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Снижение компенсации на основании пункта 3 статьи 1252 ГК РФ осуществляется до 50% от установленной законом суммы, снижение ниже минимально предусмотренного законом размера осуществляется на основании постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П (постановление Суда по интеллектуальным правам от 19.03.2020 N С01-8/2020 по делу N А03-10314/2019).

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом того, что заявленный истцом размер компенсации рассчитан на основании подп.2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 408 044 рублей и на основании пункта 1 статьи 1406.1 ГК РФ в размере 10 000 руб., за нарушение исключительного права на каждый из объектов интеллектуальной собственности, считает возможным снизить ее до 50% от минимального размера компенсации, установленного этими нормами и заявленного истцом, на основании абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

Таким образом, сумма компенсации, подлежащей взысканию, составляет 204 022 руб. компенсации за нарушение прав на товарный знак №708253, 5 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец №98697.

На основании вышеизложенного, суд признает заявленные требования истца подлежащими частичному удовлетворению.

Расходы по уплате государственной пошлины распределены судом в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан



Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2, г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Harman International Industries, Incorporated (Харман Интернешнл Индастриз, Инкорпорейтед), г.Стэмфорд 204 022 руб. компенсации за нарушение прав на товарный знак №708253, 5 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец №98697 «Громкоговоритель», 10 829 руб. 43 коп. расходов по оплате госпошлины.

В оставшейся части исковых требований отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.



Судья К.П. Андреев