Постановление от 23 марта 2018 г. по делу № А61-1055/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-1055/2016
г. Краснодар
23 марта 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2018 года

Постановление в полном объеме изготовлено 23 марта 2018 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Андреевой Е.В. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего публичного акционерного общества Акционерный коммерческий банк «1Банк» (ИНН 1504029723, ОГРН 1021500000147) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – Пелиевой А.А. (доверенность от 23.01.2017), в отсутствие ответчика – Кумалаговой Ганги Дзамболатовны, извещенного о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2017 по делу № А61-1055/2016 (судьи Казакова Г.В., Марченко О.В., Егорченко И.Н.), установил следующее.

В рамках дела о банкротстве ПАО «Акционерный коммерческий банк "1Банк"» (далее − должник, банк) конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок − приказа банка от 25.12.2015 № 356 и от 31.12.2015 № 368 в части премирования Кумалаговой Г.Д., применении последствий недействительности сделки в виде признания отсутствующей обязанности банка перед Кумалаговой Г.Д. по выплате премии на основании приказа от 25.12.2015 № 356; в виде признания отсутствующей обязанности банка перед Кумалаговой Г.Д. по выплате премии на основании приказа от 31.12.2015 № 368 (с учетом уточнений), признания отсутствующей задолженности банка перед Кумалаговой Г.Д. по счету № 40817810300000000511 в размере 5267 рублей 32 копеек, взыскании с Кумалаговой Г.Д. в пользу банка денежные средства в размере 266 606 рублей 48 копеек.

Определением суда от 31.08.2017 (судья Сидакова З.К.) заявленные требования удовлетворены. Судебный акт мотивирован наличием оснований для признания оспариваемых приказов недействительными сделками по статьям 10, 168 и пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс); оспариваемые сделки совершены при наличии злоупотребления правом и в ущерб интересам банка.

Постановлением апелляционного суда от 20.12.2017 определение суда от 31.08.2017 отменено; в удовлетворении заявленных требований отказано. Апелляционный суд пришел к выводу о том, что выводы суда первой инстанции о недействительности сделок в силу статей 10 и 168, пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса сделаны при неправильном толковании норм права.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить постановление апелляционного суда. По мнению заявителя жалобы, вывод апелляционного суда о необходимости квалификации недействительности односторонней сделки в зависимости от занимаемой работником должности, является необоснованным. Кроме того, апелляционный суд при рассмотрении дела фактически предмет доказывания по пункту 2 статьи 61.2 и пункту 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее − Закон о банкротстве) распространил на статьи 10 и 168 Гражданского кодекса, что свидетельствует о неверном толковании норм материального права. В судебном заседании представитель конкурсного управляющего повторил доводы кассационной жалобы.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, банк (работодатель) и Кумалагова Г.Д. (работник) 04.08.2014 заключили трудовой договор. В соответствии с приказами от 04.08.2014 № 149, от 10.03.2015 № 59, от 18.08.2015 № 214 в 2014 году работник занимал должность операциониста, в 2015 г. – старшего кассира-операциониста, старшего операциониста.

Заработная плата работника в 2014 году определялась на основании штатного расписания от 29.08.2014 № 166ш, а в 2015 – на основании штатного расписания от 20.08.2015 № 2, утвержденного приказом от 20.08.2015 № 217. В 2014 заработная плата работника составляла 17 500 рублей, а в 2015 году – 20 тыс. рублей. Протоколом заседания совета директоров от 15.12.2015 № 37/2015 принято решение о выплате премии работникам банка по итогам 2014 года, а протоколом заседания совета директоров от 22.12.2015 № 38/2015 − о выплате единовременной премии работникам банка в качестве поощрения за труд за 2015 год.

25 декабря 2015 года (менее чем за три месяца до отзыва лицензии) председателем правления банка Козаев С.Г. издал приказ № 356 о выплате работникам банка единовременной премии в качестве поощрения за труд за 2014 год, а 31.12.2015 − приказ № 368 о выплате работникам банка единовременной премии в качестве поощрения за труд за 2015 год. Согласно приказу от 25.12.2015 № 356 и приказу от 31.12.2015 № 368 работнику назначена премия в следующем размере: за 2014 год – 50 240 рублей; за 2015 год – 262 259 рублей. Во исполнение вышеуказанных приказов работнику выплачена премия посредством перечисления на ее расчетный счет, открытый в банке, денежных средств 01.02.2016 в размере 43 709 рублей и 19.02.2016 в размере 228 165 рублей. После поступления 01.02.2016 премии за 2014 год Кумалагова Г.Д. распорядилась денежными средствами, направив на погашение задолженности перед банком по кредитному договору от 23.11.2015 № 72/2015 в размере 244 тыс. рублей 04 копейки и 43 470 рублей 86 копеек. Остаток на расчетном счете на конец рабочего дня 01.02.2016 составил 0 рублей.

Приказом Центрального Банка Российской Федерации от 17.03.2016 № ОД-904 у банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Приказом Центрального Банка Российской Федерации от 17.03.2016 № ОД-905 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией ПАО АКБ «1Банк», в связи с отзывом лицензии на осуществление банковских операций.

Решением суда от 23.05.2016 банк признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Конкурсный управляющий, полагая, что оспариваемые приказы изданы с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов при злоупотреблении правом и в ущерб интересам банка, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными по статьям 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьям 10, 168, 174 Гражданского кодекса и применении последствий его недействительности. В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее − постановление Пленума № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента); выплата заработной платы, в том числе премии.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из разъяснений указанной нормы Закона о банкротстве, данным в пункте 5 постановления Пленума № 63, для признания сделки недействительной по основанию ее подозрительности необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления Пленума № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым − пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления Пленума № 63). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления Пленума). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции установил, что Кумалагова Г.Д. являлась работником банка в должности операциониста, старшего кассира-операциониста, старшего операциониста. В материалах рассматриваемого спора отсутствуют доказательства, на основании которых можно сделать вывод о том, что при осуществлении своих должностных обязанностей ответчик имел доступ к информации, касающейся финансового состояния должника на момент совершения оспариваемых сделок или мог влиять на принимаемые руководством банка решения. Таким образом, отсутствует такой признак недействительности, как осведомленность другой стороны сделки о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. При указанных обстоятельствах является верным вывод апелляционного суда об отсутствии совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности оспариваемых сделок по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий также обжаловал приказы от 25.12.2015 № 356 и от 31.12.2015 № 368 по основанию статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением). Согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из оснований заявленного требования, конкурсному управляющему должника надлежало доказать факт оказания предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами; осведомленность работника о неплатежеспособности банка. Учитывая отсутствие у работника сведений о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, является правомерным вывод апелляционного суда об отсутствии наличия совокупности обстоятельств, указанных в пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

Апелляционный суд верно отметил, что выводы суда первой инстанции о недействительности сделки в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса, мотивированные тем, что премия Кумалаговой Г.Д. назначена вне системы оплаты труда банка; у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами; оспариваемая сделка привела к уменьшению размера имущества должника и причинила вред имущественным правам кредиторов; в спорной выплате отсутствует экономическая целесообразность, сделаны при неправильном толковании норм права.

Для признания сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон сделки, а также то обстоятельство, что обе стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Апелляционный суд верно указал, что в материалах рассматриваемого спора отсутствуют доказательства осведомленности ответчика о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При этом конкурсный управляющий не доказал факт злоупотребления правом со стороны работника (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доказательств наличия умысла со стороны сотрудника банка на причинение вреда должнику либо его кредиторам материалы дела также не содержат.

В соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса могут быть оспорены сделки, с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, названных в главе III.1. Закона о банкротстве. Следовательно, приведенные судом первой инстанции обстоятельства не могли быть положены в обоснование вывода о применении в отношении ответчика положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса. Кроме того, апелляционный суд верно отметил, что суд первой инстанции ошибочно сослался на пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса, так как к спорным правоотношениям положения указанной статьи неприменимы.

Доводы кассационной жалобы не основаны на нормах права, направлены на переоценку доказательств, которые апелляционный суд оценил с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в силу статей 286 и 287 Кодекса подлежат отклонению. Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (статья 288 Кодекса), не установлены. При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы за подачу кассационной жалобы в размере 3 тыс. рублей следует отнести на должника. Поскольку предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, она подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2017 по делу № А61-1055/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ПАО АКБ «1Банк» (ИНН 1504029723, ОГРН 1021500000147) в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий С.М. Илюшников

Судьи Е.В. Андреева

Ю.В. Мацко