Постановление от 24 апреля 2023 г. по делу № А40-294221/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

24.04.2023



Дело № А40-294221/2018



Резолютивная часть постановления объявлена 17.04.2023

Полный текст постановления изготовлен 24.04.2023


Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Зверевой Е.А.

судей Зеньковой Е.Л., Дербенева А.А.

при участии в судебном заседании:

от к/у ООО "Самириана" – ФИО1 по дов. от 24.08.2022,

от ФИО2 – ФИО3 по дов. от 18.08.2022,

рассмотрев 17.04.2023 в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО "Самириана"

на определение от 14.11.2022

Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 25.01.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц: Боровидскую

Ирину Анатольевну, ФИО4, ФИО6

Владимировича и ФИО2 к субсидиарной

ответственности по обязательствам ООО "Самириана"

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "Самириана"

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "Самириана" конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц ФИО5, ФИО4, ФИО6 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Самириана.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.11.2022 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2023, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с судебными актами, конкурсный управляющий должником обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, указав на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

До начала судебного заседания в материалы дела поступил письменный отзыв на кассационную жалобу от ФИО2 с просьбой отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО2 против удовлетворения кассационной жалобы возражал.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установили суды, а также усматривается из материалов дела, должность руководителя должника занимали:

- с 25.08.2017 по 24.04.2018 ФИО5;

- с 25.04.2018 по 24.08.2018 ФИО6;

- с 25.08.2018 по 14.06.2019 ФИО2.

Участниками ООО "Самириана" на основании договора об учреждении общества от 25.08.2017 являлись ФИО5 (25% доли) и ФИО4 (75% доли).

На основании решения от 10.08.2018 доля ФИО4 распределена оставшемуся участнику - ФИО5 (100% доли) с 17.08.2018.

С 03.09.2018 единственным участником (100%) и генеральным директором ООО "Самириана" стал ФИО2.

В обоснование даты объективного банкротства должника конкурсный управляющий указал, что 12.12.2017 между ООО "Самириана" и ПАО "Промсвязьбанк" заключен кредитный договор № <***>.

Цель кредита - инвестиционное финансирование, направленное на приобретение имущества (движимое, недвижимое, доли/акции), в т .ч. на торгах.

Срок кредита - до 31.12.2021. Лимит выдачи - 160.000.000 рублей. Процентная ставка за пользование кредитом в соответствии с условиями кредитного договора - 13%.

Заемщику предоставлен один транш в размере 142.998.698,90 руб.

ПАО "Промсвязьбанк" неоднократно уведомлял Должника о повышении процентной ставки по кредиту (уведомление № 414-ДСКС от 01.02.2018, уведомление № 635-ДСКС от 12.02.2018):

- с 01.02.2018 по 07.02.2018 (включительно) в размере 14,5% годовых;

- с 08.02.2018 (включительно) в размере 15,5% годовых;

- с 09.02.2018 по 12.02.2018 (включительно) в размере 16,5% годовых;

- с 13.02.2018 в размере 17,5% годовых.

Конкурсный управляющий считал, что признаки объективного банкротства Должника наступили с 01.02.2018 - дата неисполнения контролирующими должника лицами обязанностей, предусмотренных условиями кредитного договора.

Увеличение процентной ставки за неисполнение условий кредитного договора повлекло для Должника образование просроченной задолженности по процентам с даты увеличения процентной ставки (с 01.02.2018).

Поскольку руководители должника по истечению месяца с 01.02.2018 не обратились в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, то, по мнению заявителя, на мажоритарном участнике должника лежала обязанность инициировать созыв внеочередного общего собрания участников должника, либо потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом через 10 календарных дней после истечения месячного срока, а именно - 11.03.2018.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды исходили из недопустимости отождествления неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Между тем, судами обеих инстанций не учтено следующее.

В вопросе о правовой квалификации суд не связан с позицией сторон спора (статьи 133, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а применяет нормы права исходя из установленных обстоятельств дела.

Невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Субсидиарная ответственность представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности юридического лица и экстраординарный механизм защиты нарушенных прав кредиторов, истец по такому иску не должен ограничиваться исключительно доводами или минимальным набором косвенных доказательств виновности контролирующих лиц.

Не любое сомнение в намерении причинить вред кредитору (даже подтвержденное косвенными доказательствами) должно толковаться против ответчика.

Такие сомнения должны с помощью согласующихся между собой доказательств ясно и убедительно подтверждать противоправность действий (решений) контролирующих лиц во вред кредитору.

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца (пункты 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В то же время, необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть, предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя возлагается на лицо, требующее его привлечение к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Конкурсный управляющий на протяжении всего рассмотрения обособленного спора ссылался на то, что банкротство ООО «Самириана» вызвано недобросовестными действиями контролирующих Должника лиц по неисполнению условий кредитного договора.

В этой связи дополнительного внимания заслуживает довод кассационной жалобы о том, что, согласно кредитному договору № <***> от 12.12.2017, заключенному между ООО «Самириана» и ПАО «Промсвязьбанк», Должник в срок до 01.02.2018 должен был предоставить банку:

- правоустанавливающие документы и договор залога по кредиту (п. 12.4.20),

- документы об ободрении крупной сделки на заключение кредитного договора(п. 12.4.21),

- договор об ипотеке с отметкой регистрирующего органа (п. 12.4.23),

- ежеквартально информацию о приобретенном имуществе (п. 12.4.24).

Неисполнение условий кредитного договора руководителями должника повлекло повышение процентной ставки по кредиту и образование просроченной задолженности по процентам с 01.02.2018, в связи с чем долг был вынесен банком на просрочку.

Если доводы кассационной жалобы соответствуют действительности, то добросовестный и разумный руководитель общества должен был либо устранить допущенные нарушения условий кредитного договора, чтобы избежать досрочного истребования основного долга, либо обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

При новом рассмотрении также следует проверить довод кассационной жалобы о том, что по состоянию на декабрь 2017 года у должника зафиксирован убыток в размере 1 219 тыс. руб.

Кроме того, следует дополнительно проверить довод кассационной жалобы о возникновении новых обязательств после 01.02.2018, а именно налоговой задолженности.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

При этом из содержания пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве следует, что предусмотренная этой нормой субсидиарная ответственность руководителя распространяется в равной мере как на денежные обязательства, возникающие из гражданских правоотношений, так и на фискальные обязанности.

Налоговые и сходные с ними иные публичные обязательства организаций не существуют сами по себе, они являются прямым следствием деятельности юридического лица в экономической сфере, неразрывно с нею связаны: их возникновению, как правило, предшествует вступление лица в гражданские правоотношения, т.е. налоговые обязательства базируются на гражданско-правовых отношениях либо тесно с ними связаны, а потому в процедурах банкротства они следуют судьбе гражданских обязательств, в том числе охватываются тем же уровнем защиты.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств.

Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Следует выяснить момент возникновения задолженности по фискальным обязательствам, а, в случае, если доводы кассационной жалобы подтвердятся, то определить ответственное лицо за подачу заявления в соответствующий период.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, как вынесенные при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, а также при неправильном применении норм материального и процессуального права.

При новом рассмотрении судам следует учитывать, что независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пунктом 3 статьи 53 Кодекса (в ранее действовавшей редакции)), суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абзац четвертый пункта 20 постановления № 53, абзац первый пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить наличие либо отсутствие оснований для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности по обязательствам должника, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2023 по делу № А40-294221/2018 отменить.



Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судьяЕ.А. Зверева

СудьиЕ.Л. Зенькова

А.А. Дербенев