Постановление от 1 ноября 2023 г. по делу № А18-1991/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А18-1991/2022
г. Краснодар
01 ноября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 октября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 ноября 2023 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Тамахина А.В., судей Алексеева Р.А. и Бабаевой О.В., при участии в судебном заседании от истца – Северо-Кавказского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (до перерыва; доверенность от 28.06.2023), ФИО2 (после перерыва; доверенность от 26.12.2022), от ответчика – открытого акционерного общества «РН "Ингушнефть"» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО3 (до перерыва; доверенность от 27.06.2023), рассмотрев кассационную жалобу Северо-Кавказского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2023 по делу № А18-1991/2022, установил следующее.

Северо-Кавказское межрегиональное управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее – управление) обратилось в Арбитражный суд Республики Ингушетия к ОАО «РН "Ингушнефть"» (далее – общество) с иском о взыскании 3 469 548 рублей 26 копеек ущерба, причиненного почве как объекту охраны окружающей среды.

Решением от 16.02.2023 иск удовлетворен.

Постановлением апелляционного суда от 28.06.2023 решение от 16.02.2023 отменено, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе управление просит отменить постановление от 28.06.2023 и оставить в силе решение суда от 16.02.2023. По мнению заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении иска о возмещении вреда, причиненного почве как объекту охраны окружающей среды, не принял во внимание то, что по общему правилу лицо, виновное в причинении вреда окружающей среде, обязано его возместить. Заявитель не согласен с выводом апелляционного суда о том, что в нарушение пунктов 5.1 и 5.3 ГОСТ 17.4.4.02-2017 отбор проб почвы 20.01.2022 произведен лопатой, а не ножом или шпателем из прикопок или почвенным буром, а в акте отбора проб отсутствуют сведения о послойном отборе точечных проб с глубины 0 – 5 и 5 – 20 см. Делая данный вывод, суд апелляционной инстанции не учел ответ филиала Федерального государственного бюджетного учреждения «Центр лабораторного анализа и технических измерений по Южному федеральному округу» по Чеченской Республике (далее – ФГБУ «ЦЛАТИ по ЮФО», учреждение) от 19.05.2023 № 117 на запрос управления, в котором учреждение разъяснило, что отбор проб на определение содержания нефтепродуктов, влажности и зольности осуществлялся прикопкой с помощью лопаты (ГОСТ 19596-87), а на определение содержания тяжелых металлов – инструментом, не содержащим металлов (пластиковым совком), при этом стенки прикопки перед отбором зачищались пластиковым совком, что соответствует требованиям ГОСТ 17.4.4.02-84. Кроме того, управлением получены от учреждения дополнительные разъяснения по процедуре отбора проб почвы (письмо от 10.07.2023 № 014-09/1752), согласно которым 20.01.2022 произведен отбор объединенных проб, полученных путем смешивания точечных проб, отобранных на одной пробной площадке послойно с глубины 0 – 5 и 5 – 20 см, поскольку пункт 5.3 ГОСТ 17.4.4.02-2017 не предусматривает получение объединенных проб для каждой глубины; начальная и конечная глубина отбора указана в протоколе и соответствует требуемой (0 – 20 см); пробы почвы отобраны с использованием оборудования, соответствующего требованиям пункта 3 ГОСТ 17.4.4.02-2017, в частности лопаты по ГОСТ 19596; лопата использовалась для производства прикопок, так как пунктами 5.1, 5.3 ГОСТ 17.4.4.02-2017 не предъявляются требования по применению конкретного оборудования для этих целей; применение лопаты по ГОСТ 19596 при отборе проб не приводит к дополнительному загрязнению проб нефтепродуктами и не влияет на достоверность испытаний; ГОСТ 17.4.4.02-2017 и ПНД Ф 12.1:2:2.2:2.3:3.2-03 не устанавливают обязательных требований по внесению в протокол сведений по методу / технике отбора точечных проб. Ссылка суда апелляционной инстанции на проведение отбора проб в отсутствие представителя общества не свидетельствует о незаконности данной процедуры, поскольку ввиду отсутствия информации о владельце загрязненного земельного участка контрольное мероприятие проводилось в соответствии с Федеральным законом от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее – Закон № 248-ФЗ) без взаимодействия с контролируемым лицом.

В отзыве общество отклонило доводы жалобы.

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.09.2023 рассмотрение кассационной жалобы отложено на 16 часов 00 минут 18.10.2023.

В судебном заседании представитель управления поддержал доводы кассационной жалобы, представитель общества возражал против удовлетворения жалобы.

В судебном заседании, состоявшемся 18.10.2023, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) объявлялся перерыв до 16 часов 00 минут 25.10.2023. После перерыва судебное заседание продолжено с участием представителя управления, поддержавшего доводы кассационной жалобы.

Согласно части 1 статьи 286 Кодекса суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 20.01.2022 управлением проведено контрольное (надзорное) мероприятие (выездное обследование) без взаимодействия с контролируемым лицом на основании задания от 18.01.2022 № 28/Р.

Выездное обследование проведено в связи с обращением МВД по Республике Ингушетия от 13.01.2022 № 11/113 о необходимости отбора проб почвы на земельном участке 4,1 га, относящемся к категории земель промышленности и энергетики, расположенном рядом с нефтяной скважиной № 25 ОАО «РН "Ингушнефть"» с целью установления размера причиненного вреда.

По результатам выездного обследования управлением составлен акт от 20.01.2022, в котором зафиксировано следующее. Земельный участок с кадастровым номером 06:02:0000000:1049 расположен в границах муниципального образования г. Сунжа Республики Ингушетия (координаты участка: 43.35104548136599, 45.08132189512253), участок выделен под строительство и обустройство поисково-разведочной скважины. Бурение поисково-разведочной скважины на Серноводском лицензионном участке производилось в соответствии с лицензией НЗР 00178 HP, предоставленной ПАО «НК "Роснефть"» на геологическое изучение, разведку и добычу УВ на Серноводском участке. Скважина пробурена на глубину 3600 метров. Подрядчик – ООО «РН "Бурение"». Скважина не дала ожидаемого результата по поисково-разведочным объектам. Земельный участок, предоставленный для бурения поисково-разведочной скважины, представляет собой распланированную площадку, покрытую песчано-гравийной смесью, на месте нахождения буровой вышки наблюдается бетонированная площадка, имеется бетонированное углубление, в котором находится открытое устье скважины. Изолирована ли скважина в целях негативного воздействия на окружающую среду, визуально отметить невозможно. По всему земельному участку наблюдаются разбросанные куски бетона, досок. Земельный участок загрязнен нефтепродуктами, визуально наблюдается замазученность поверхности участка. Пробуренная скважина не приведена в состояние, обеспечивающее безопасность жизни и здоровья населения, охрану окружающей среды, скважина не законсервирована, не ликвидирована. Не проведены работы по рекультивации нарушенных земель. Управлением в ходе обследования проводилась фотофиксация.

В ходе выездного обследования земельного участка представителями управления и учреждения произведены отборы проб почвы (протокол отбора (измерений) проб почвы от 20.01.2022 № 01), которые переданы в экоаналитическую лабораторию учреждения для проведения лабораторных исследований (протокол испытаний (измерений) проб почвы от 24.01.2022№ 02).

После проведения лабораторных исследований, измерений и испытаний учреждением подготовлено экспертное заключение от 25.01.2022 № 01 и представлены результаты анализа количественно-химического анализа (далее – КХА) от 25.01.2022 № 27, подтверждающие наличие превышения концентраций загрязняющих веществ в отобранных пробах по сравнению с фоновой концентрацией: в точке № 1: нефтепродукты – превышение в 5,3 раза, влажность – в 1,5 раза, зола – в 2,7 раза, железо – в 1,6 раза; в точке № 2: нефтепродукты – в 6,4 раза, влажность – в 1,7 раза, зола – в 3 раза, железо – в 1,7 раза; в точке № 3: нефтепродукты – в 5,9 раз, влажность – в 1,5 раза, зола – в 2,6 раза, железо – в 1,5 раза; в точке № 4: нефтепродукты – в 6,2 раза, влажность – в 1,5 раза, зола – в 2,8 раз, железо – в 1,5 раза; в точке № 5: нефтепродукты – в 6,6 раз, влажность – в 1,8 раза, зола – в 2,6 раза, железо – в 2 раза; в точке № 6: нефтепродукты – в 5,1 раза, влажность – в 1,4 раза, зола – в 2,4 раза, железо – в 1,5 раза.

По результатам проведенного анализа биотестирования проб почвы также выявлено, что исследование пробы почвы в точках № 1 – 6 оказывают негативное воздействие на окружающую среду и относятся к IV классу опасности (протокол биотестирования почвы от 25.01.202 № 001). При этом из протокола следует, что фоновая проба почвы в точке № 7 не оказывает токсического действия.

В ходе административного расследования по факту загрязнения земельного участка общество установило, что объект недвижимости «Поисковая скважина № 25» принадлежит на праве собственности ООО «Ставропольнефтегаз», однако хозяйственную деятельность по добыче нефти на Серноводском участке недр на основании договора от 04.12.2020 № 2170020/0792Д на оказание операторских услуг осуществляет общество (оператор).

В соответствии с пунктами 3.7, 3.14 и 3.15 договора от 04.12.2020 № 2170020/0792Д оператор обязан выполнять соблюдение требований природоохранного законодательства, соблюдать условия лицензионных соглашений заказчика в области охраны окружающей среды и рационального использования природных ресурсов, в случае причинения вреда земельным участкам – возместить вред в полном объеме и обеспечить своевременную рекультивацию нарушенных нефтезагрязненных земель.

Постановлением управления от 19.04.2022 № 06РИ-22-0/АР/24/2 общество признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.6 КоАП РФ (порча земель), обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 400 000 рублей.

На основании изложенного управлением в соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной Приказом Минприроды России от 08.07.2010 № 238 (далее – Методика № 238) произведен расчет размера вреда, причиненного почве как объекту охраны окружающей среды, который составил 3 469 548 рублей 26 копеек.

Письмом от 25.04.2022 № 22-17/277 управление предложило обществу в добровольном порядке возместить причиненный ущерб.

Отказ общества в добровольном возмещении ущерба послужил основанием для обращения управления в арбитражный суд с иском.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался статьями 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 13, 43 Земельного кодекса Российской Федерации, статьями 3, 77, 78 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Закон об охране окружающей среды), статьями 22, 26 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах», Федеральным законом от 21.07.1997 № 116 «О промышленной безопасности основных производственных объектов», Правилами проведения рекультивации и консервации земель, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 10.07.2018 № 800, Методикой № 238, разъяснениями, содержащимися в пунктах 7, 8, 13, 14, 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее – Постановление № 49) и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, установив факт причинения обществом вреда окружающей среде, пришел к выводу о наличии правовых оснований для возложения на общество обязанности по возмещению причиненного вреда. Проверив произведенный истцом расчет вреда, суд признал его правильным, соответствующим Методике № 238.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о нарушении представителями управления и учреждения процедуры отбора проб почвы, в связи с чем отменил решение и отказал в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Как указал апелляционный суд, отбор проб почвы 20.01.2022 осуществлен с нарушением пунктов 5.1 и 5.3 ГОСТ 17.4.4.02-2017. Отбор точечных проб производится ножом или шпателем из прикопок или почвенным буром, однако из протокола отбора (измерений) проб почвы от 20.01.2022 следует, что отбор осуществлялся лопатой по ГОСТ 19596-87. Для контроля загрязнения поверхностно распределяющимися веществами – нефть, нефтепродукты, тяжелые металлы и другие – точечные пробы отбирают послойно с глубины 0 – 5 и 5 – 20 см массой не более 200 г каждая, однако в материалах дела отсутствуют доказательств соблюдения данного требования, глубина отбора проб составила 0 – 0,2 м, тогда как пробы должны быть отобраны послойно с глубины 0 – 5 и 5 –20 см, при этом из протокола отбора (измерений) проб почвы не следует, что пробы были отобраны послойно.

Кроме того, апелляционным судом установлено, что отбор проб почвы был произведен в отсутствие представителя ответчика.

По мнению апелляционного суда, несоблюдение управлением и учреждением установленной ГОСТ 17.4.4.02-2017 методики отбора проб почвы ставит под сомнение результаты проведенного исследования проб и является основанием для их отклонения.

Суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами апелляционного суда по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 42, 58 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением. Каждый обязан сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам.

Охрана окружающей среды осуществляется на основе принципа «загрязнитель платит», который, как следует из статьи 3 Закона об охране окружающей среды, выражается в обязательном финансировании юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, осуществляющими хозяйственную и (или) иную деятельность, которая приводит или может привести к загрязнению окружающей среды, мер по предотвращению и (или) уменьшению негативного воздействия на окружающую среду, устранению последствий этого воздействия.

Природоохранное законодательство, устанавливая общие требования в области охраны окружающей среды при осуществлении хозяйственной и иной деятельности, исходит из презумпции экологической опасности указанной деятельности, которая оказывает или может оказывать прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, и возлагает на ведущих ее лиц обязанность осуществлять свою деятельность в соответствии с требованиями в области охраны окружающей среды, проводить мероприятия по охране окружающей среды, в том числе по обеспечению экологической безопасности, предотвращению негативного воздействия на окружающую среду и ликвидации последствий такой деятельности (абзац девятый статьи 3, пункты 1 и 2 статьи 34 Закона об охране окружающей среде).

В силу прямого указания пунктов 1 и 2 статьи 51 Закона об охране окружающей среды отходы производства и потребления, радиоактивные отходы подлежат сбору, накоплению, утилизации, обезвреживанию, транспортировке, хранению и захоронению, условия и способы которых должны быть безопасными для окружающей среды. Сброс отходов производства и потребления, в том числе радиоактивных отходов, в поверхностные и подземные водные объекты, на водосборные площади, в недра и на почву, запрещается.

Согласно пункту 1 статьи 77 Закона об охране окружающей среды юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

В Постановлении № 49 разъяснено, что основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (пункт 6).

Лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом (пункт 7 Постановления № 49).

По смыслу приведенных выше норм правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда окружающей среде, осуществляется на основе гражданско-правового института внедоговорных (деликтных) обязательств. Гражданская ответственность за экологический вред носит имущественный (компенсационный) характер и призвана обеспечить в хозяйственном обороте реализацию принципа «загрязнитель платит», создать экономические стимулы к недопущению причинения экологического ущерба при ведении своей деятельности хозяйствующими субъектами, иными участниками гражданского оборота.

При обращении в суд с иском о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, заинтересованное лицо устанавливает с разумной степенью достоверности круг хозяйствующих субъектов и иных лиц, осуществляющих эксплуатацию производственных объектов и (или) выступающих источником образования загрязняющих веществ, попадающих в почвы на соответствующем земельном участке, если вред причинен не в результате их совместных действий, определяет долю ответственности каждого из указанных лиц при наличии возможности ее определения.

При этом, принимая во внимание презумпцию экологической опасности хозяйственной деятельности, невозможность с безусловностью установить, какие именно действия повлекли за собой загрязнение окружающей среды (отсутствие контроля со стороны природопользователя за эксплуатацией оборудования, сооружений и установок, некачественное выполнение работ по строительству очистных сооружений и т.п.), не должно выступать обстоятельством, исключающим ответственность за вред.

При рассмотрении исков о возмещении экологического вреда именно на лиц, осуществляющих хозяйственную деятельность, возлагается обязанность по доказыванию надлежащего проведения ими мероприятий по охране окружающей среды, обеспечения экологической безопасности осуществляемой деятельности, за исключением случаев, когда лицо ведет деятельность, создающую повышенную опасность для окружающих (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 8 Постановления № 49), в связи с чем отвечает за вред независимо от вины.

Сам факт негативного воздействия на земли и почвы, включая загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв, предполагает, что в результате таких действий (бездействия) происходит нарушение естественных плодородных и иных свойств почвы, то есть причинение вреда почве как объекту окружающей среды.

Соответственно, при рассмотрении требования о возмещении вреда достаточно представления доказательств, которые с разумной степенью достоверности подтверждают негативный характер воздействия на земли и почвы хозяйствующим субъектом при ведении своей деятельности или иными лицами. Неблагоприятные экологические последствия могут проявляться спустя продолжительное время.

Таким образом, если истцом по делу о возмещении вреда представлены доказательства, подтверждающие, что загрязнение окружающей среды связано с хозяйственной деятельностью ответчика, осуществлявшего эксплуатацию предприятия (сооружения), то именно привлекаемое к ответственности лицо должно доказать свои возражения, если оно не согласно с выявленным фактом загрязнения и размером причиненного в результате этого вреда.

Как видно из материалов дела и установлено судами, факт загрязнения земельного участка с кадастровым номером 06:02:0000000:1049, вид разрешенного использования – под строительство и обустройство поисково-разведочной скважины, общая площадь земельного участка – 40 050 кв. м, площадь загрязнения – 623,6 кв. м, подтверждается актом от 20.01.2022 выездного обследования земельного участка от 20.01.2022, произведенного на основании обращения МВД по Республике Ингушетия в целях решения задач оперативно-розыскной деятельности. В ходе обследования обнаружено, что по всему земельному участку наблюдаются разбросанные куски бетона, досок; земельный участок загрязнен нефтепродуктами, визуально наблюдается замазученность поверхности участка; пробуренная скважина не приведена в состояние, обеспечивающее безопасность жизни и здоровья населения, охрану окружающей среды, скважина не законсервирована, не ликвидирована; не проведены работы по рекультивации нарушенных земель.

Судами установлено, что объект недвижимости «Поисковая скважина № 25» принадлежит на праве собственности ООО «Ставропольнефтегаз», однако хозяйственную деятельность по добыче нефти на Серноводском участке недр на основании договора от 04.12.2020 № 2170020/0792Д на оказание операторских услуг осуществляет общество (оператор), на которое в соответствии с условиями договора возложена обязанность выполнять соблюдение требований природоохранного законодательства, соблюдать условия лицензионных соглашений заказчика в области охраны окружающей среды и рационального использования природных ресурсов, в случае причинения вреда земельным участкам – возместить вред в полном объеме и обеспечить своевременную рекультивацию нарушенных нефтезагрязненных земель.

В результате произведенного лабораторного анализа отобранных в ходе выездного обследования проб почвы выявлено превышение по сравнению с фоном таких показателей (загрязняющих веществ), как нефтепродукты (от 5,1 до 5,3 раза), влажность (от 1,4 до 1,8 раза), зола (от 2,4 до 3 раз), железо (от 1,5 до 2 раз).

По результатам анализа биотестирования проб почвы также выявлено, что исследование пробы почвы в точках № 1 – 6 оказывают негативное воздействие на окружающую среду и относятся к IV классу опасности (протокол биотестирования почвы от 25.01.202 № 001).

Постановлением управления от 19.04.2022 № 06РИ-22-0/АР/24/2 общество признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.6 КоАП РФ (порча земель), обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 400 000 рублей.

Сведений об оспаривании и отмене постановления от 19.04.2022 № 06РИ-22-0/АР/24/2 общество в материалы дела не представило.

В ходе судебного разбирательства общество не оспаривало ни факт эксплуатации поисково-разведочной скважины № 25 (сооружения), ни факт наличия загрязнений на земельном участке с кадастровым номером 06:02:0000000:1049, предоставленномдля строительства и обустройства данной скважины (разбросанные куски бетона, досок; загрязнение нефтепродуктами; замазученность поверхности участка), выражая несогласие с установленной управлением площадью загрязнения земельного участка и с расчетом причиненного вреда.

В отзыве на исковое заявление общество приняло на себя обязательства провести техническую и биологическую рекультивацию спорного земельного участка с полным восстановлением нарушенного верхнего слоя плодородия земли.

В материалы дела ответчиком представлена копия договора от 02.11.2022 № 1669022/3048Д, заключенного обществом (заказчик) и ООО «ИНТЭКО» (исполнитель), на выполнение работ по разработке проекта рекультивации загрязненных земель на лицензионном участке «Серноводское месторождение», скважина № 25 ООО «Ставропольнефтегаз» с кадастровым номером 06:02:0000000:1049, площадью 0,0624 га. Стоимость услуг – 500 тыс. рублей. Срок выполнения работ – до 31.12.2022. Согласно техническому заданию работы включают в себя разработку проекта на комплексную рекультивацию земель, загрязненных нефтепродуктами, а также нарушенных вследствие ликвидации последствий загрязнения земель, расположенных в зоне деятельности общества на территории Серноводского месторождения.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела ответчик не отрицал ни сам факт загрязнения спорного земельного участка, ни наличие его вины в загрязнении. Разработка проекта рекультивации свидетельствует о признании обществом факта загрязнения земельного участка.

Между тем ответчик не представил в материалы дела доказательства исполнения договора от 02.11.2022 № 1669022/3048Д, разработанный проект рекультивации, доказательства освобождения земельного участка от отходов производства и выполнения работ по его рекультивации.

По смыслу приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации сам факт нахождения на почвах отходов производства предполагает причинение вреда почве как сложному объекту окружающей среды, включающему множество взаимодействующих между собой компонентов, в том числе воздуха, воды и живых организмов, а значит, в любом случае нарушает естественные плодородные и иные свойства почвы. Освобождение почвы от отходов производства в силу природных особенностей само по себе не означает восстановление нарушенного состояния окружающей среды. На лице, деятельность которого привела к загрязнению или иной порче земельного участка, лежит обязанность как привести земельный участок в первоначальное состояние, так и возместить вред, причиненный окружающей среде.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что в результате хозяйственной деятельности общества при эксплуатации поисково-разведочной скважины № 25 Серноводского месторождения произошло загрязнение почвы, степень концентрации загрязняющих веществ на площадке скважины значительно превысила их концентрацию в почвах на фоновом участке, что в силу предполагаемой вредности хозяйственного воздействия на экологическую обстановку само по себе свидетельствует о причинении вреда почве как объекту охраны окружающей среды, у суда апелляционной инстанции не имелось правовых оснований для освобождения общества от обязанности по компенсации причиненного вреда.

Доводы ответчика о допущенных, по его мнению, нарушениях в ходе процедуры отбора проб почвы, не опровергают факт загрязнения земельного участка в результате его хозяйственной деятельности и не освобождают от возмещения причиненного вреда.

Возражая против результатов лабораторного анализа проб почвы, отобранных входе проведения контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом – выездного обследования 20.01.2022, ответчик не инициировал альтернативную процедуру отбора проб и проведение лабораторного анализа, результаты которого могли бы опровергнуть факт наличия в почве загрязняющих веществ.

Таким образом, ответчик в нарушение статьи 65 Кодекса не опроверг факт загрязнения земельного участка, допущенного в результате эксплуатации им сооружения – поисково-разведочной скважины № 25.

Доводы ответчика, с которыми согласился суд апелляционной инстанции, о том, что отбор проб почвы 20.01.2022 осуществлен с нарушением пунктов 5.1 и 5.3 ГОСТ 17.4.4.02-2017, судом округа отклоняются.

Неуказание в протоколе отбора проб почвы, что отбор точечных проб производился послойно с глубины 0 – 5 и 5 – 20 см, само по себе не свидетельствует о несоблюдении процедуры отбора проб.

Согласно пункту 5.1 ГОСТ 17.4.4.02-2017 точечные пробы отбирают на пробной площадке из одного или нескольких слоев, или горизонтов методом конверта, по диагонали либо любым другим способом с таким расчетом, чтобы каждая проба представляла собой часть почвы, типичной для генетических горизонтов или слоев данного типа почвы. Количество точечных проб должно соответствовать ГОСТ 17.4.3.01. Точечные пробы отбирают ножом или шпателем из прикопок или почвенным буром.

Объединенную пробу составляют путем смешивания точечных проб, отобранных на одной пробной площадке (пункт 5.2 ГОСТ 17.4.4.02-2017).

В соответствии с пунктом 5.3 ГОСТ 17.4.4.02-2017 для химического анализа объединенную пробу составляют не менее чем из пяти точечных проб, взятых с одной пробной площадки. Масса объединенной пробы должна быть не менее 1 кг. Для контроля загрязнения поверхностно распределяющимися веществами – нефть, нефтепродукты, тяжелые металлы и др. – точечные пробы отбирают послойно с глубины 0 – 5 и 5 – 20 см массой не более 200 г каждая.

Согласно протоколу от 20.01.2022 представителями управления и учреждения произведен отбор объединенных проб, составленных путем смешивания точечных проб (отобрано 5 точечных проб для каждой объединенной пробы); начальная и конечная глубина отбора указана в протоколе и соответствуют требуемой (0 – 20 см). Пункт 5.3 ГОСТ 17.4.4.02-2017 не предусматривает получение объединенных проб для каждой глубины.

Ответчик не доказал, каким образом отсутствие в протоколе от 20.01.2022 указания на то, что точечные пробы были отобраны послойно с глубины 0 – 5 и 5 – 20 см, влияет на результаты химического анализа проб, отобранных фактически на всю глубину (0 – 20 см), установленную ГОСТ 17.4.4.02-2017.

Не представлено ответчиком и доказательств отсутствия загрязняющих веществ в отдельных слоях почвы (0 – 5 и 5 – 20 см).

Относительно недопустимости использования для отбора проб лопаты (ГОСТ 19596-87) апелляционный суд не учел приобщенный к материалам дела в порядке части 2 статьи 268 Кодекса ответ учреждения от 19.05.2023 № 117 на запрос управления, в котором учреждение разъяснило, что отбор проб на определение содержания нефтепродуктов, влажности и зольности осуществлялся прикопкой с помощью лопаты (ГОСТ 19596-87), а на определение содержания тяжелых металлов – инструментом, не содержащим металлов (пластиковым совком), при этом стенки прикопки перед отбором зачищались пластиковым совком в соответствии с требованиями ГОСТ 17.4.4.02-2017.

Ответчик не обосновал, каким образом использование лопаты (ГОСТ 19596-87) могло повлиять на результаты анализа проб почвы на содержание нефтепродуктов, влажности и зольности. Не доказано ответчиком и то, что использование лопаты привело к дополнительному загрязнению отобранных проб почвы тяжелыми металлами.

Как указало учреждение в письме от 19.05.2023 № 117, отбор проб на предмет содержания тяжелых металлов производился инструментом, не содержащим металлов (пластиковым совком), при этом стенки прикопки перед отбором зачищались пластиковым совком.

В нарушение статьи 65 Кодекса ответчик не опроверг факт превышения фоновых концентраций железа в почве загрязненного им земельного участка, не организовал проведение повторного отбора проб и их лабораторное исследование.

При наличии сомнений в соблюдении процедуры отбора проб суд апелляционной инстанции вправе был вызвать в судебное заседание для допроса в качестве свидетелей лиц, осуществлявших отбор проб и подписавших протокол от 20.01.2022. В соответствии с частью 2 статьи 88 Кодекса арбитражный суд по своей инициативе может вызвать в качестве свидетеля лицо, участвовавшее в составлении документа, исследуемого судом как письменное доказательство.

Объективность результатов отбора и исследования проб ответчиком не опровергнута, отсутствие в почве загрязняющих веществ, выявленных в ходе лабораторного анализа, не доказано.

Вопреки доводам ответчика им не представлено доказательств наличия фактов нарушений ГОСТ 17.4.4.02-2017 при отборе проб, способных повлиять на результаты лабораторных исследований отобранной почвы.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для критической оценки процедуры отбора проб почвы, состоявшегося 20.01.2022, и полученных результатов лабораторного анализа указанных проб.

Ссылка апелляционного суда в обоснование нарушения процедуры отбора проб на судебную практику – постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.01.2023 по делу № А63-10962/2020 не может быть принята во внимание, поскольку выводы судов по указанному делу о нарушении процедуры отбора проб поддержаны судом округа применительно к конкретным фактическим обстоятельствам, установленным судами. В частности, при рассмотрении дела № А63-10962/2020 судами были учтены выводы суда общей юрисдикции, признавшего нарушенной процедуру повторного отбора проб почвы. При этом суды учли наличие в деле результатов лабораторного анализа первоначально отобранных проб, подтвердивших, что концентрация загрязняющих веществ является допустимой.

Расчет вреда, произведенный управлением на основании Методики № 238, судом первой инстанции проверен и признан верным, в связи с чем суд пришел к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в заявленном размере. При этом представленный обществом контррасчет судом первой инстанции обоснованно не принят, поскольку противоречит нормам материального права и установленным по делу обстоятельствам.

Довод общества о несогласии с выявленной в ходе проведения проверки площадью загрязнения земельного участка (623,6 кв. м) отклоняется судом кассационной инстанции как противоречащий имеющимся в деле доказательствам, полученным в ходе проведения проверки, административному материалу.

Ссылка ответчика на проведение отбора проб в отсутствие его представителя не свидетельствует о незаконности данной процедуры, поскольку ввиду отсутствия информации о владельце загрязненного земельного участка контрольное мероприятие (выездное обследование) проводилось в соответствии с Законом № 248-ФЗ без взаимодействия с контролируемым лицом.

На основании изложенного суд кассационной инстанции считает, что суд первой инстанции оценил в полном объеме представленные сторонами доказательства и установленные на их основании обстоятельства дела, а также дал им надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями статьи 71 Кодекса и верно применил нормы материального права, в связи с этим у апелляционного суда отсутствовали установленные статьей 270 Кодекса основания для отмены решения суда.

Пунктом 5 части 1 статьи 287 Кодекса арбитражному суду кассационной инстанции предоставлено право по результатам рассмотрения кассационной жалобы оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

При указанных обстоятельствах на основании изложенных положений правовых норм и установленных фактических обстоятельств дела суд кассационной инстанции считает постановление арбитражного апелляционного суда подлежащим отмене, решение суда первой инстанции – оставлению в силе.






Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2023 по делу № А18-1991/2022 отменить.

Решение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 16.02.2023 по делу № А18-1991/2022 оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Тамахин



Судьи

Р.А. Алексеев


О.В. Бабаева