Решение от 17 августа 2025 г. по делу № А46-21235/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, <...>; тел./факс <***>/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

№ дела

А46-21235/2024
18 августа 2025 года
город Омск



Резолютивная часть решения объявлена 04 августа 2025 года

В полном объеме решение изготовлено 18 августа 2025 года


Арбитражный суд Омской области в составе судьи Шмакова Г.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ребрий Л.А., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Бьюти Кластер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>), ФИО2 о взыскании 3 512 570 руб. 64 коп.; к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 2 447 648 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца - ФИО4 по доверенности от 17.09.2024  (участвует в судебном заседании посредством онлайн сервиса);

от ИП ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 17.01.2025 (участвует в судебном заседании посредством онлайн сервиса);

от ИП ФИО1 - ФИО6 по доверенности от 08.08.2023 (паспорт, диплом), ФИО7 по доверенности от 26.01.2023 (паспорт, диплом);

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Бьюти Кластер» (далее – ООО «Бьюти Кластер», истец) обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3) о взыскании 2 447 648 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 1536002.

Определением от 10.01.2025 исковое заявление принято к производству суда, делу присвоен номер № А46-23997/2024, назначено предварительное судебное заседание.

Определением от 30.01.2025 дело назначено к судебному разбирательству.

Также ООО «Бьюти Кластер» обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1), ФИО2 (далее – ФИО2) о солидарном взыскании 3 512 570 руб. 64 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, а также судебной неустойки на случай неисполнения судебного акта.

Определением от 04.12.2024 исковое заявление принято к производству суда, делу присвоен номер № А46-21235/2024, назначено предварительное судебное заседание.

От истца 19.12.2024 поступило ходатайство об уточнении исковых требований о взыскании с ИП ФИО1 и ФИО2 3 512 570 руб. 64 коп. компенсации, процентов за пользование чужими денежными средствами начиная со следующего рабочего дня вступления решения суда в законную силу по день исполнения решения суда.

Определением от 23.12.2024 дело назначено к судебному разбирательству.

Определением Арбитражного суда Омской области от 30.01.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ИП ФИО3

Определением от 13.03.2025 дела №№ А46-21235/2024, А46-23997/2024 объединены в одно производство для совместного рассмотрения, объединенному делу присвоен номер № А46-21235/2024.

ИП ФИО1 в отзыве на исковое заявление указал следующее: косметическая продукция под товарным знаком «ma:nyo» на территорию РФ ввезена и введена в гражданский оборот на территории РФ ИП ФИО3 на законном основании, не нарушая исключительных прав лицензиата ООО «Бьюти Кластер»; продукция под названным товарным знаком приобреталась у импортера, информацией о притязаниях на исключительные права относительного товарного знака ни ИП ФИО3, ни покупатель ввезенного им товара не располагали.

ИП ФИО3 в отзыве на исковое заявление отметил следующее: представленные истцом в материалы дела распечатки скриншотов не содержат указание на адрес страницы сайта в сети Интернет, с которой они сделаны, на них не зафиксировано время получения распечатки скриншотов, они не заверены лицом, участвующим в деле, а. значит, не являются допустимым доказательством по делу; истец не представил надлежащего расчёта и обоснования взыскиваемой суммы, а скриншоты, которые якобы подтверждают количество экземпляров (товаров) и их цену, являются недопустимым доказательством; косметическая продукция, обозначенная товарным знаком «MANYO». которая в последующем была реализована ИП ФИО1 (ответчику), приобреталась ИП ФИО3 у компании J2K International Inc. Республика Корея, на основании заключенного между ними контракта от 20.10.2022 № 20/10/2022; таким образом, товары под товарным знаком «MANYO», вводились ИП ФИО3 в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также реализовывались ИП ФИО1 до возникновения исключительных прав на товарный знак «MANYO» у ООО «Бьюти Кластер» (истца) на основании лицензионного договора (т.е. до 21.04.2023), а, следовательно, ИП ФИО3 не нарушил исключительные права истца на товарный знак; при расчете компенсации согласно пункту 2 части 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) истцом не были представлены доказательства, с достоверностью подтверждавшие бы наличие у ответчика определенного количества якобы контрафактных товаров, а, следовательно, представленный истцом расчет является недостоверным; размер требуемой истцом компенсации является чрезмерно завышенным; после того, как ответчик узнал о возникновении у истца исключительных прав на спорный товарный знак, он незамедлительно прекратил его использование, а именно, прекратил ввоз товаров под спорным товарным знаком; действия истца по приобретению исключительных прав на товарный знак являются недобросовестными, поскольку направлены не на реальное исполнение заключенного лицензионного договора (производство и реализацию товаров под товарным знаком «Manyo»), не на реальное участие в экономической деятельности, а, прежде всего, обнаружение возможных нарушителей прав на товарный знак и предъявление к ним соответствующих имущественных требований с целью получения внереализационных доходов; заявленный истцом вид компенсации, предусмотренный подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, может быть применен лишь при наличии фактов реализации контрафактной продукции третьим лицам.

ФИО2 в отзыве на исковое заявление указала следующее: доменное имя parfum-lider.ru с 02.09.2021 года зарегистрировано за ФИО2 Соглашением от 01.08.2022 ФИО2 предоставила пользователю ФИО1 исключительное неограниченное право пользования сайтом, на неопределенный срок. Фактически ФИО2 не осуществляет управление сайтом, не определяет содержание сайта, его использование, не участвует в формировании размещаемого материала и не получает доходы непосредственно от размещения материала.

В судебном заседании представители сторон поддержали процессуальные позиции.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Маньо Фактори Ко., ЛТД является правообладателем исключительных прав на товарный знак № 1536002, что подтверждается сведениями с Интернет-сайта Всемирной организации интеллектуальной собственности (дата регистрации 14.05.2020).

Между Маньо Фактори Ко., ЛТД (лицензиар) и ООО «Бьюти Кластер» (лицензиат) заключен лицензионный договор на использование товарного знака от 10.11.2022 № 2/231 (далее – договор).

По условиям лицензионного договора (пункты 1.1, 1.2, 2.2) лицензиар предоставляет лицензиату на указанных в настоящем договоре условиях и срок, за вознаграждение, уплачиваемое лицензиатом, исключительную лицензию на право использования следующего товарного знака:

- словесного товарного знака

ma:nyo

зарегистрированного во Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1536002, дата регистрации 14.05.2020, (далее - «Товарный знак»), в отношении товаров, указанных в свидетельствах о государственной регистрации.

Лицензия по настоящему договору означает право использования товарного знака исключительно для рекламы, продвижения по службе, продажи, на этикетках и упаковках товаров, которые предлагаются к продаже, на мероприятиях, включая выставки и ярмарки, в любых способах предложения к реализации товаров, в таможенном оформлении и распространении продукции, произведенной лицензиаром, или в связи с этим.

Лицензиат обязуется:

использовать товарный знак в том виде, в каком он зарегистрирован;

за свой счет представлять интересы лицензиара и осуществлять защиту товарного знака на территории Российской Федерации, включая представление интересов лицензиара перед Федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим контроль и надзор в области таможенного дела (ФТС России), а также перед органами охраны правопорядка (полицией), судебной и исполнительной власти;

незамедлительно информировать лицензиара о фактах предполагаемого незаконного использования товарного знака третьими лицами, оказывать лицензиару помощь в защите его прав на товарный знак, обращаться в таможенные и правоохранительные органы или предъявлять иски в суды, и представлять интересы лицензиара в соответствующих процессах.

Указанный лицензионный договор зарегистрирован в Федеральной службе по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам 21.04.2023 (номер записи РД0429468).

В результате проведения мониторинга базы данных «ГЛОБУС ВЭД» Федеральной таможенной статистики было обнаружено, что ИП ФИО3 ввозит на территорию России продукцию, маркированную обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком.

Кроме того, истцом в результате проведения мониторинга сети Интернет было обнаружено, что ИП ФИО1 и ФИО2 используют обозначения, сходные до степени смешения с Товарным знаком и тождественные ему на товарах, на упаковках товаров, в наименовании и описании товаров на сайте https://www.parfum-lider.ru/catalog/brand/manyo/.

Согласно ответу регистратора домена parfum-lider.ru, администратором домена с 02.09.2021 по настоящее время является ФИО2

Истец в договорных отношениях с ответчиками не состоит, согласия на использование товарного знака на территории России каким бы то ни было способом, в том числе его использования путем ввоза на территорию России товаров, маркированных сходным обозначением, ответчику не предоставлял.

17.09.2024 и 15.10.2024 в целях досудебного урегулирования спора истец направил в адрес ответчиков претензионные письма по факту незаконного использования товарного знака.

Однако ответчики оставил претензию без удовлетворения, в связи с чем истец обратился в суд в целях защиты своих прав.

Оценив представленную совокупность доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ, суд усматривает основания для полного удовлетворения исковых требований, руководствуясь следующим.

Согласно статье 1225 ГК РФ товарные знаки и знаки обслуживания являются приравненными к результатам интеллектуальной деятельности средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В силу статьи 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных ГК РФ, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с пунктом 2 названной статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», а также положениями статьи 494 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием исключительных прав  является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

Из материалов настоящего дела следует, что истец является правообладателем исключительных прав на товарный знак № 1536002, что подтверждается сведениями с Интернет-сайта Всемирной организации интеллектуальной собственности, лицензионным договором на использование товарного знака от 10.11.2022 № 2/231.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату.

Лицензионный договор заключается в письменной форме, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность лицензионного договора.

Предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации по лицензионному договору подлежит государственной регистрации в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 1232 настоящего Кодекса.

В обоснование исковых требований истцом представлены скриншоты домена parfum-lider.ru, а также выписка из базы данных ГЛОБУС ВЭД за период с 09.05.2023 по 13.06.2023.

При этом ИП ФИО3 указывает, что скриншоты не являются допустимыми доказательствами, поскольку они не содержат указание на адрес страницы сайта в сети Интернет, с которой они сделаны, на них не зафиксировано время получения распечатки скриншотов, они не заверены лицом, участвующим в деле.

Между тем согласно пункту 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

С учетом приведенных разъяснений, а также сформировавшихся в судебной практике подходов, суд исходит из того, что скриншоты, содержащие адрес Интернет-страниц и точное время их получения, являются допустимыми доказательствами и могут быть использованы для подтверждения позиции истца.

Согласно статье 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

В соответствии с пунктом 2 статьи 494 ГК РФ выставление в месте продажи (на прилавках, в витринах и т.п.) товаров, демонстрация их образцов или предоставление сведений о продаваемых товарах (описаний, каталогов, фотоснимков товаров и т.п.) в месте их продажи признается публичной офертой независимо от того, указаны ли цена и другие существенные условия договора розничной купли-продажи, за исключением случая, когда продавец явно определил, что соответствующие товары не предназначены для продажи.

Согласно пункту 2 статьи 497 ГК РФ договор розничной купли-продажи может быть заключен на основании ознакомления покупателя с предложенным продавцом описанием товара посредством каталогов, проспектов, буклетов, фотоснимков, средств связи (телевизионной, почтовой, радиосвязи и других) или иными способами, исключающими возможность непосредственного ознакомления потребителя с товаром либо образцом товара при заключении такого договора (дистанционный способ продажи товара).

ИП ФИО1 при рассмотрении дела факт размещения предложения к продаже товаров, содержащих спорное обозначение, не оспорен.

Между тем в отзыве на исковое заявление ИП ФИО3 ссылается на то, что истцом допущено злоупотребление правом при подаче настоящего иска, поскольку доказательства использования товарного знака суду не представлены.

При этом пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В силу пункта 2 статьи 10 ГК РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу вышеприведенных норм добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов использования гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 154 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Злоупотребление правом должно носить очевидный характер, а вывод о наличии признаков злоупотребления правом в действиях лица по приобретению исключительного права на товарный знак и по его дальнейшему использованию не должен являться следствием предположений. Неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за защитой принадлежащего ему права, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом (абзац четвертый пункта 154 Постановления № 10).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Отклоняя доводы ответчика, суд учитывает, что само по себе обращение в суд за судебной защитой не может свидетельствовать о злоупотреблении правом.

Доводы о неиспользовании товарного знака истцом также являются несостоятельными, поскольку такие действия не способны свидетельствовать о злоупотреблении истцом своим правом.

Соответственно, ответчик, заявляя о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ не представил в материалы дела надлежащих и достаточных доказательств, явно указывающих на то, что истец действовал заведомо недобросовестно, с единственной целью причинить ущерб ответчику и установить препятствия для осуществления им предпринимательской деятельности.

ИП ФИО3 также указывает на то, что спорный товар введен в оборот за пределами Российской Федерации правомерно согласно положениям статьи 1487 ГК РФ.

Согласно указанной статье не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Принцип исчерпания права означает, что правообладатель не может препятствовать использованию знака применительно к тем товарам, которые введены в гражданский оборот им самим, либо с его согласия, то есть он не может осуществлять свое право дважды в отношении одних и тех же товаров, поставляемых на товарный рынок.

Учитывая специфику споров о защите исключительного права на объекты интеллектуальных прав и особенности доказывания обстоятельств, входящих в предмет доказывания по указанным спорам, истцу в качестве подтверждения факта несанкционированного использования достаточно заявить об отсутствии его согласия на использование ответчиком товарного знака, в то время как соблюдение требований законодательства об интеллектуальной собственности и наличие прав на использование объекта интеллектуальной собственности подтверждает ответчик путем представления соответствующих доказательств (наличие согласия правообладателя, отсутствие сходства между обозначениями, оригинальность товара - исчерпание права и пр.).

Истец, в свою очередь, вправе опровергнуть обстоятельства, подтверждающие соблюдение ответчиком требований законодательства об интеллектуальной собственности, путем представления соответствующих доказательств, заявления ходатайств.

Таким образом, вопрос установления контрафактности товара также подчиняется общим положениям процессуального законодательства о распределении бремени доказывания.

Вопрос о нарушении исключительного права на товарный знак и о контрафактности товара подлежит установлению с учетом конкретных обстоятельств дела и представленных сторонами спора доказательств. Например, ответчик может ссылаться на законность использования товарного знака в связи с тем, что товар введен в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия (статья 1487 ГК РФ), доказывая это тем, что товар внешне выглядит как оригинальный, товарный знак использован в том виде, в каком его использует сам правообладатель, а в качестве изготовителя на товаре (упаковке) указан сам правообладатель или его лицензиат.

Поскольку в настоящем случае ИП ФИО3 настаивает на оригинальности спорных товаров, предложения к продаже которых были размещены ИП ФИО1 в интернет-магазине https://www.parfum-lider.ru., то именно на него возложено бремя доказывания соответствующих обстоятельств и представления в материалы дела надлежащих доказательств, подтверждающих источник их происхождения.

В подтверждение таковых ответчик представил контракт от 20.10.2022 № 20/10/2022, заключенный им (покупатель) с J2K International Inc. (продавец), декларацию на товары, инвойс.

Между тем в соответствии с информационным письмом Маньо Фактори Ко., ЛТД от 13.03.2025 б/н J2K International Inc. не является ее официальным представителем, также указанному лицу не предоставлялись разрешения на использование товарного знака, лицензионные и иные договоры с ней не заключались, поставки товаров, маркированных товарным знаком, не осуществлялись.

При этом ответчику неоднократно предлагалось раскрыть всю цепочку приобретения спорных товаров, однако предложения суда ИП ФИО3 не исполнены.

Таким образом, материалами дела не подтверждается правомерность введения ИП ФИО3 спорного товара в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

Также ИП ФИО3 обращает внимание на то, что спорный товар введен в оборот до возникновения исключительных прав на товарный знак «MANYO» у ООО «Бьюти Кластер», в связи с чем, по мнению ответчика, нарушение исключительных прав им допущено не было.

В частности, из представленных ответчиком доказательств следует, что товары введены в оборот в период с ноября 2022 года по апрель 2023 года.

Как указывалось ранее, регистрация Маньо Фактори Ко., ЛТД товарного знака произведена 14.05.2020, запись о передаче права использования товарного знака к ООО «Бьюти Кластер» по лицензионному договору внесена в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 21.04.2023 (номер записи РД0429468).

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 155 постановления № 10, в силу статьи 1480 ГК РФ регистрация товарных знаков в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр товарных знаков) осуществляется Роспатентом в порядке, установленном пунктом 1 статьи 1503 ГК РФ.

По смыслу положений пункта 1 статьи 1477, статьи 1481, пункта 1 статьи 1484 ГК РФ обозначение, которое заявлено на государственную регистрацию и проходит экспертизу в Роспатенте, до даты его регистрации в Государственном реестре товарных знаков товарным знаком не является.

Положения статьи 1491 ГК РФ не могут быть расценены как свидетельство того, что действия, совершенные до даты государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков, являются нарушением исключительного права на товарный знак.

Использование третьими лицами обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с заявленным на регистрацию в качестве товарного знака обозначением, в период между датой подачи заявки (датой приоритета) и датой регистрации этого товарного знака не может считаться нарушением исключительного права на товарный знак.

Дата подачи заявки служит лишь моментом отсчета срока действия исключительного права и определяет согласно пункту 1 статьи 1494 ГК РФ дату приоритета (в частности, в целях применения пункта 6 статьи 1483 ГК РФ).

Между тем из материалов дела следует, что реализация спорных товаров производилась ИП ФИО1 в 2024 году, т.е. уже после как регистрации самого товарного знака (2020 год), так и после передачи права использования товарного знака истцу (21.04.2023).

При таких обстоятельствах приведенные нормы к настоящему спору не применимы.

Возражая против предъявленных требований, ФИО8 указывает на то, что фактически она не осуществляет управление сайтом, не определяет содержание сайта, его использование, не участвует в формировании размещаемого материала и не получает доходы непосредственно от размещения материала.

Согласно части 2 статьи 10 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» владелец сайта в сети Интернет обязан размещать на принадлежащем ему сайте информацию о своих наименовании, месте нахождения и адресе, об адресе электронной почты для обеспечения возможности правообладателям направлять претензии по поводу нарушений на сайте.

В соответствии с пунктом 78 Постановления № 10 презюмируется, что владельцем сайта является администратор доменного имени, адресующего на соответствующий сайт, который непосредственно использует соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Администратор домена обладает полномочиями, позволяющими ему формировать и контролировать информацию, размещаемую под соответствующим доменным именем. Фактическое использование ресурсов сайта невозможно без участия в той или иной форме администратора домена, являющегося лицом, создавшим соответствующие технические условия для посетителей своего Интернет-ресурса. Данная правовая позиция неоднократно излагалась Судом по интеллектуальным правам.

Под администратором домена понимается пользователь, на имя которого зарегистрировано доменное имя (пункт 1.1 Правил регистрации доменных имен в доменах .RU и .РФ, утвержденных решением Координационного центра национального домена в сети Интернет от 05.10.2011 № 2011-18/81).

Владелец сайта в сети Интернет - лицо, самостоятельно и по своему усмотрению определяющее порядок использования сайта в сети Интернет, в том числе порядок размещения информации на таком сайте (пункт 17 статьи 2 Закона об информации).

С помощью домена осуществляется адресация на сайт. При этом администратор домена определяет, на какой сайт доменное имя будет адресовать (путем указания IP-адреса сервера хостинг-провайдера, на котором размещен сайт).

Решение вопроса о привлечении администратора домена к ответственности зависит прежде всего от того, в домене и/или на сайте неправомерно используется результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

В случае неправомерного использования на сайте результатов интеллектуальной деятельности и/или средств индивидуализации непосредственным нарушителем является владелец сайта (то есть лицо, определяющее порядок использования сайта) и/или пользователь, неправомерно разместивший материал, к которым применяются меры ответственности за это нарушение.

Из ответа Регионального Сетевого Информационного Центра следует, что администратором домена parfum-lider.ru с 02.09.2021 является ФИО2

Довод, что ФИО2 не осуществляет управление сайтом, не определяет содержание сайта, его использование, не участвует в формировании размещаемого материала и не получает доходы непосредственно от размещения материала, судом отклонен, так как наличие информации о наименовании указанного лица, ее месте нахождения и адресе электронной почты на спорном сайте свидетельствует о том, что ответчик является владельцем сайта в порядке Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», при этом документального подтверждения позиции ответчика материалы дела не содержат.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 1252 ГК РФ в случае, если одно нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации совершено действиями нескольких лиц совместно, такие лица отвечают перед правообладателем солидарно.

Пунктом 71 постановления № 10 разъяснено, что положение о солидарной ответственности применяется в случаях, когда нарушение исключительного права имело место в результате совместных действий нескольких лиц, направленных на достижение единого результата.

В силу пункта 1 статьи 323 ГК РФ правообладатель вправе требовать уплаты одной компенсации как от всех нарушителей совместно, так и от любого из них в отдельности, причем как полностью, так и в части.

На основании изложенного, истец обоснованно обратился к ответчикам о солидарном взыскании компенсации.

Сопоставив изображение товарного знака с изображениями, размещенными на спорных товарах, суд пришел к выводу о возможности их смешения в гражданском обороте.

Таким образом, оценив представленные документы, факт нарушения ответчиками  принадлежащих истцу исключительных прав судом установлен.

В силу пункта 4  статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истец просит взыскать с ИП ФИО3 2 447 648 руб., с ИП ФИО1 и ФИО8 - 3 512 570 руб. 64 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 395628 исходя из стоимости реализованной ответчиками продукции.

Согласно абзацу второму пункта 61 Постановления № 10 заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Для подтверждения расчета и стоимости нарушенного права допускается представление данных о стоимости исключительного права, в том числе и из зарубежных источников. Организации по управлению правами в качестве одного из доказательств вправе привести ссылки на утвержденные ими ставки и тарифы в обоснование расчета взыскиваемой компенсации. Названные доказательства оцениваются судом по правилам об оценке доказательств и не имеют преимущества перед другими доказательствами.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

В обоснование заявленного размера ООО «Бьюти Кластер» представило скриншоты Интернет-сайта ИП ФИО1, на которых зафиксировано предложение к продаже товара, содержащего спорное обозначение, на сумму 1 756 285 руб. 32 коп., а также скриншоты базы данных «ГЛОБУС ВЭД» Федеральной таможенной статистики, подтверждающие ввоз товара на сумму 1 223 824 руб.

Расчет компенсации, произведенный истцом, судом проверен и признан арифметически и методологически правильным.

Позиция ИП ФИО3 относительно необходимости учета в целях расчета размера компенсации фактов реализации контрафактной продукции третьим лицам судом отклоняется как противоречащая пункту 61 названного постановления.

Ответчиками также заявлено о снижении размера компенсации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее - Постановление № 28-П), при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые;

использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика. При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее - Постановление № 40-П), с учетом характера допущенного нарушения и тяжелого материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины. Данная правовая позиция может быть использована и при применении пункта 2 статьи 1301 ГК РФ.

При этом с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое.

При оценке доводов ответчиков относительно снижения размера компенсации суд принимает во внимание значительное количество товаров, длительность предложения их к продаже.

С учетом изложенного, суд исходит из невозможности уменьшения размера компенсации ниже определенной стоимости товаров, на которых незаконно размещены спорные изображения.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 26.06.2024 № С01-894/2024 по делу № А56-32203/2023.

Таким образом, требование о взыскании компенсации подлежит удовлетворению.

Истцом также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за неисполнение решения суда.

В соответствии с частью 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Статьей 7 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» и частью 1 статьи 16 АПК РФ предусмотрено, что вступившие в законную силу судебные акты - решения, определения, постановления арбитражных судов обязательны для всех государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. Неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влекут за собой ответственность, установленную этим Кодексом и другими федеральными законами (часть 2 статьи 16 АПК РФ).

Поскольку обязательность исполнения судебных решений является неотъемлемым элементом права на судебную защиту, неисполнение судебного акта или неправомерная задержка его исполнения не обеспечивают кредитору компенсации потерь вследствие неправомерного удержания чужих денежных средств должником, и в свою очередь должник, обязанный уплатить денежные средства, необоснованно извлекает выгоду от неисполнения обязательства, что очевидно входит в противоречие с основными задачами судебной защиты.

Таким образом, неисполнение обязательства, предусмотренного судебным решением, выраженного в денежной форме, влечет невозможность использования взыскателем присужденных в его пользу денежных средств и, как следствие, несение им финансовых потерь, компенсирование которых неисполняемым или не полностью исполняемым судебным актом не предусмотрено.

Ответственность за неисполнение денежного обязательства установлена статьей 395 ГК РФ, согласно которой в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ, являются мерой гражданско-правовой ответственности, которая наступает вследствие ненадлежащего исполнения должником денежного обязательства, выраженного, в частности, в исполнении обязательства с просрочкой, при котором имеет место неправомерное удержание денежных средств кредитора.

Как разъяснено в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 28.07.2009 № 6961/09, от 08.06.2010 № 904/10, от 04.06.2013 № 18429/12 высказался по вопросу наличия у взыскателя возможности с целью компенсации финансовых потерь, вызванных ненадлежащим исполнением должником судебного решения, возлагающего на него обязанность по исполнению денежного обязательства, обратиться в суд с иском о взыскании с должника с соответствии со статьей 395 ГК РФ процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неисполненного обязательства.

Исходя из системного толкования действующего законодательства и разъяснений его применения, в случае неисполнения судебного решения лицо, в пользу которого оно вынесено, по общему правилу вправе обратиться с самостоятельным иском о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на взысканную в его пользу денежную сумму.

Таким образом, поскольку настоящим решением с ответчиков в пользу истца присуждена ко взысканию денежная сумма, постольку истец вправе требовать уплаты названных процентов в случае неисполнения судебного акта в установленный законом срок.

Исходя из изложенного, поскольку разрешение данного требования в настоящий момент направлено в том числе на минимизацию последующих издержек, суд полагает возможным его удовлетворить.

По правилам статьи 110 АПК РФ, учитывая удовлетворение исковых требований, судебные расходы подлежат возмещению истцу ответчиком.

Руководствуясь статьями 49, 110, 123, 137, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Бьюти Кластер» удовлетворить.

Взыскать солидарно с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>), ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Бьюти Кластер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 3 512 570 руб. 64 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, 130 377 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации начисляемые на сумму обязательства начиная со следующего рабочего дня после вступления решения суда в законную силу по день фактической оплаты средств.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГРН <***>)  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Бьюти Кластер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 2 447 648 руб., а также 118 010 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня изготовления решения в полном объеме и может быть обжаловано в этот же срок путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Омской области.

Решение в полном объеме изготавливается в течение десяти дней, выполняется в соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в форме электронного документа путем подписания усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Омской области разъясняет, что в соответствии со статьёй 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»


Судья                                                                                                         Г.В. Шмаков