Постановление от 25 марта 2026 г. 9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru


адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-64267/2025

Дело № А40-36976/24
г. Москва
26 марта 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2026 года Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2026 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.Н. Веретенниковой,

судей Д.Г. Вигдорчика, О.И. Шведко,

при ведении протокола секретарем судебного заседания С.Р. Акимовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО1


на решение Арбитражного суда г. Москвы от 30.10.2025 по делу № А40-36976/24

о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по

обязательствам по обязательствам должника и взыскании с ФИО1 в пользу

ООО «ЭЛПРОМ-С» денежных средств в размере 1 827 653,19 руб.,


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Петрогазмонтаж»,

при участии в судебном заседании:


от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 17.03.2026 иные лица не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд города Москвы от 22.02.2024 поступило исковое заявление

ООО «ЭЛПРОМ-С» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1

Евгеньевича (ИНН <***>).


Рассмотрению подлежало исковое заявление по существу.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2025 удовлетворено

заявление ООО «ЭЛПРОМ – С»:


- ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по

обязательствам по обязательствам ООО «Петрогазмонтаж»;


- взысканы с ФИО1 (ИНН <***>) в пользу ООО

«ЭЛПРОМ-С» (ИНН <***>) денежные средства в размере 1 827 653,19 рубля;


- взысканы с ФИО1 (ИНН <***>) в пользу ООО

«ЭЛПРОМ – С» расходы по уплате государственной пошлины в размере 31 277 рублей. Не согласившись с выводами арбитражного суда, ФИО1 обратился с

апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2025. В обоснование поданной апелляционной жалобы апеллянт указывает на

следующее:


- суд неверно установил дату возникновения признаков неплатёжеспособности;

- суд не установил момент возникновения обязанности подать заявление о банкротстве;

- отсутствует причинно-следственная связь, установленная в ст. 61.11 Закона о банкротстве;

- кредиторы не доказали причинно-следственную связь между какими-либо действиями ответчика и отсутствием денежных средств на счетах должника, вину ответчика в отсутствии денежных средств на счетах должника, а также в недобросовестный характер его действий.

Заявитель просит:


- отменить решение Арбитражного суда г. Москвы от 30.10.2025 по делу № А40-36976/2024;

- принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ООО «ЭЛПРОМ-С».

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2025 апелляционная жалоба оставлена без движения.

В суд от апеллянта поступило ходатайство о приобщении документов. Недостатки, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения, устранены.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2026 апелляционная жалоба принята к производству.

26.01.2026 в суд от ООО «ЭЛПРОМ-С» поступило ходатайство о предоставлении доступа к материалам дела, размещенным в режиме ограниченного доступа на официальном сайте арбитражного суда.

16.02.2026 в суд от ООО «ЭЛПРОМ-С» поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Судом объявлено о поступившем в материалы дела отзыве от ООО «ЭЛПРОМ- С».

Суд, совещаясь на месте, определил приобщить отзыв ООО «ЭЛПРОМ-С» к материалам дела как поданный в соответствии с требованиями АПК РФ.

Представитель ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддерживает по мотивам, изложенным в ней.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Решением Арбитражного суда г. Москвы от 30.08.2021 по делу № А40-65235/2021 (вступило в законную силу) с ООО «ПГМ» в пользу ООО «ЭЛПРОМ-С» взыскано 1 827 653,19 рубля, в том числе: 1 619 886,02 рублей – долга, 207 767,17 рублей – неустойки, а также судебные издержки на оплату услуг представителя в сумме 48 280 рублей и расходы по уплате госпошлины в сумме 30 892,68 рубля.

ООО «ЭЛПРОМ-С» выдан исполнительный лист от 07.10.2021 серия ФС № 037943559, на основании которого в отношении ООО «ПГМ» возбуждено исполнительное производство № 148386/21/77033-ИП от 29.11.2021 в Черемушкинском ОСП. В ходе указанного исполнительного производства взыскания не произведена. 05.08.2022 судебный пристав исполнитель окончил производство, в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных


кредитных организациях, на основании п. 3 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве».

Кредитором получен исполнительный лист после окончания исполнительного производства, на основании которого было повторно возбуждено исполнительное производство № 132376/23/77033-ИП от 24.05.2023 в Черемушкинском ОСП. Задолженность перед ООО «ЭЛПРОМ-С» не погашена в рамках исполнительного производства.

15.06.2023 ООО «ЭЛПРОМ-С» подано заявление о признании ООО «ПГМ» несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.06.2023 по делу № А40-133943/2023 заявление принято к производству.

В ходе рассмотрения арбитражным судом обоснованности поданного ООО «ЭЛПРОМ С» заявления установлено отсутствие у должника средств и имущества, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.09.2023 по делу № А40-133943/2023 производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПГМ» прекращено по причине отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение страница процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Как установлено судом в деле № А40-133943/2023, у должника отсутствует какое-либо имущество, в том числе денежные средства, транспортные средства, спецтехника, недвижимое имущество.

Таким образом, ООО «Петрогазмонтаж» имеет неисполненное обязательство перед ООО «ЭЛПРОМ-С» в размере 1 827 653,19 рублей.

Руководителем юридического лица является ФИО1 (генеральный директор) с 07.09.2018 по настоящее время. Единственным участником с долей в размере 100% с 30.08.2018 по настоящее время является ФИО1

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением о привлечении бывшего руководителя и единственного участника ООО «Петрогазмонтаж» к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, истец ООО «ЭЛПРОМ-С» ссылается на неисполнение ответчиком обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Петрогазмонтаж» несостоятельным должником (банкротом). В обоснование своих требований в части неисполнения ответчиком обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Петрогазмонтаж» несостоятельным должником (банкротом), когда общество было не в состоянии удовлетворить требования кредиторов в полном объеме, истец ООО «ЭЛПРОМ-С» ссылается на обстоятельства, возникшие 31.12.2018.

По мнению истца, учитывая финансовые показатели, неисполнение обязательств перед кредиторами, в том числе, и наращивание кредиторской задолженности, ООО «ПГМ» являлось неплатежеспособным не позднее 31.12.2018.

В подтверждение истец ссылается на Анализ бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «ПГМ», предоставленной Государственным информационным ресурсом бухгалтерской (финансовой) отчетности (Ресурс БФО), а также анализ финансового состояния должника с использованием программного комплекса «F- анализ», в соответствии с Правилами проведения арбитражными управляющими финансового анализа, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 25.06.2003 № 367, которые, по мнению истца, показали что в анализируемый период должником велась деятельность с повышенными рисками неисполнения принятых на себя обязательств. Повышенные риски неисполнения принятых на себя обязательств


обусловлено уставным капиталом 10 000 рублей. При этом принятие на себя обязательств на сумму более размера уставного капитала обосновано имеет высокий риск его неисполнения, что подтверждается финансовыми показателями. Показатели деловой активности свидетельствуют о неэффективности бизнеса. У общества отсутствовали внеоборотные активы, т.е. отсутствовал основной капитал вложенный в материальные ресурсы и нематериальные активы (движимое и недвижимое имущество, лицензии, товарные знаки, права на объекты интеллектуальной собственности, инвестиции в дочерние или другие компании). Активы компании в основном состоят из дебиторской задолженности.

Удовлетворяя заявление ООО «ЭЛПРОМ-С», суд первой инстанции исходил из следующего.

Принимая во внимание показатели бухгалтерской отчетности ООО «Петрогазмонтаж», суд первой инстанции пришел к выводу о том, что по состоянию на 31.12.2018 имелись признаки объективного банкротства предприятия, следовательно, руководитель должника не исполнил обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве, начиная с 31.01.2019 и до даты возбуждения дела о банкротстве, поскольку должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Доказательство того, что ФИО1 предпринял действия по выводу организации из состояния неплатежеспособности/недостаточности имущества, не представлено. Лицо обладало полномочиями по самостоятельному принятию решения о ликвидации, обращении в суд с заявлением о банкротстве, но необходимых действий контролирующим лицом, не предпринято. Бездействие, в том числе, участника должника привело к причинению убытков кредитору по причине неисполнения обязанности по принятию решения о ликвидации общества, подаче заявления о признании должника банкротом.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что истцом доказано, что на 01.01.2019 года должник обладал признаками неплатёжеспособности.

Рассмотрев представленный истцом расчет размера субсидиарной ответственности, суд счел его обоснованным, соответствующим положениям статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено следующее.


В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

На основании пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения


должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Как указано выше, контролирующим должника лицом являлся ФИО1 (генеральный директор) с 07.09.2018 по настоящее время. Единственным участником с долей в размере 100% с 30.08.2018 по настоящее время, следовательно, указанное лицо подпадает под определение контролирующего должника лица, изложенного в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ) предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случае и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых этим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.


Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной


статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

Исходя из этого, законодатель в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий:

- возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств;

- неподача указанными лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

В предмет доказывания по спору о привлечении руководителя должника к ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте первом статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;


- факт неподачи руководителем в суд заявления о признании должника банкротом в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из смысла и содержания абзаца 37 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что юридическое лицо является неплатежеспособным, если им прекращено исполнение части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.


Под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника (абзац 36 статьи 2 Закона о банкротстве).

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

При привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В этой связи помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в случае, предусмотренном пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве), необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - бывшего руководителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В силу вышеуказанных положений конкурсный кредитор должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о банкротстве.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве", при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически


обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Невыполнение руководителем организации требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Определяя дату, с которым Закон о банкротстве связывает обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, ООО «ЭЛПРОМ-С» в заявлении указывает, что ФИО1 как контролирующее должника лицо должен был исполнить обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО «Петрогазмонтаж» несостоятельным (банкротом) не позднее 31.01.2019.

Суд первой инстанции необоснованно признал неплатёжеспособность ООО «ПГМ» на 31.12.2018, основываясь на F-анализе и формальных характеристиках (уставный капитал, отсутствие внеоборотных активов), которые не являются признаками банкротства по смыслу ст. 3, 2 и 9 Закона № 127-ФЗ.

Между тем, F-анализ в данном деле не является ни заключением специалиста, ни экспертизой, ни финансовым анализом в рамках дела о банкротстве. (Том 1 л.д. 48-69).

Как обоснованно указывает ответчик, представленное доказательства является справкой из программы, которая не проверена никем, не имеет методологии, не приобщена в качестве доказательства, не содержит подписей ответственных лиц производимых анализ, не отражает реальных финансовых потоков. Анализ


финансового состояния подготовлен неустановленным лицом, выполнен не в соответствии с Постановлением Правительства № 367.

При этом, финансовый анализ, предусмотренный Постановлением Правительства № 367, в деле о банкротстве ООО «Петрогазмонтаж» не проводился, арбитражный управляющий не назначался, первичные документы и данные о движении денежных средств судом в банкротном деле не были исследованы.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве такие понятия как "неплатежеспособность" и "банкротство" не являются тождественными. Момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства).

В данном случае ООО «ЭЛПРОМ-С» ошибочно отождествляет неплатежеспособность должника, указывая на ее возникновение в заявленную им дату, связывая с наличием задолженности перед конкретным кредитором, то есть в лице ООО «ЭЛПРОМ-С».

Однако, указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, когда должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Оснований полагать, что погашение требований кого-либо из кредиторов или всех, имевшихся требований, привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, или того, что ООО «ЭЛПРОМ-С» в период 31.12.2018 отвечало признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества не имеется.

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 10.12.2020 N 305-ЭС20-11412, при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ошибочно отождествлять неплатежеспособность должника с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Ссылку кредитора на размер просроченных обязательств должника, как подтверждение его неплатежеспособности, нельзя признать обоснованной, поскольку заявителем неверно исчислен размер просроченной задолженности.

По смыслу ст. 61.12 Закона о банкротстве возложение субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о банкротстве обусловлено невозможностью удовлетворения требований кредиторов, которые возникли в период просрочки подачи заявления и по причине его неподачи.

Согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

В списке исполнительных производств, представленных в дело истцом (Том 1 л.д. 25-26) видно, что исполнительные производства возбуждены в 2020–2023 годах, то


есть через 2-5 лет после указанной даты банкротства (31.12.2018). Причины окончания – не обнаружено имущества в 2023 году, а не в 2018.

Данное обстоятельство не подтверждает отсутствие имущества в 2018, отсутствие денежных потоков в 2019–2020г.

Данные обстоятельства сами по себе не свидетельствуют об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Более того, в 2020 у ООО «ПГМ» были поступления 10 083 800 руб. в один день. В 2019г., в 2020г.

Ответчик осуществлял платежи подрядчикам, в том числе Истцу за выполненные работы.

Также ответчик оплачивал аренду, зарплату, и осуществлял выполнение работ в 2019-2021 гг.

Анализ арбитражных дел показывает, что ООО «Петрогазмонтаж» активно осуществляло хозяйственную деятельность на протяжении 2019 года.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2020 по делу № А40-130863/20 установлено, что задолженность ООО «Петрогазмонтаж» перед ООО «Строительно-транспортная компания-1» в размере 500 000руб. 00коп. и 90 387руб. 52 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами возникла по договору № 16-10-19 от 16.10.2019г.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 28.12.2020 по делу № А57-15286/2020 установлено, что задолженность ООО «Петрогазмонтаж» перед ИП ФИО3 в размере 137 300 руб., неустойки за период с 09.01.2020 по 17.08.2020 в размере 30 343,30 руб. возникла по договору № 23/10-2019 от 23.10.2019, а также задолженность в размере 676 600 руб., неустойки за период с 06.03.2020 по 17.08.2020 в размере 139 010,90 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 22 058 руб. – по договору № 14/10-2019 от 14.10.2019.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.10.2020 по делу № А07-20705/20 установлено, что задолженность ООО «Петрогазмонтаж» перед ООО «Энергопроф» в размере 7 770 000 руб. возникла по договору № 01ЭП от 02.03.2020 г.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.11.2020 по делу № А40-183835/2020 установлено, что задолженность ООО «Петрогазмонтаж» перед ООО «МОСГЕОТРАНССТРОЙ» в размере 4 547 225 руб. возникла по договору на инженерно-геодезические работы от 20.06.2019.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2021 по делу № А40-233279/20 установлено, что задолженность ООО «Петрогазмонтаж» перед ООО «НЕФТЕХИМРЕМСТРОЙ» в размере 3 130 896,68 руб. возникла по договору № СФ-03/02/71/2019 от 12 июля 2019 г.

Доказательства того, что по состоянию на декабрь 2018 года должник обладал признаками неплатежеспособности, материалы дела не содержат, а прекращение исполнения должником своих денежных обязательств перед ООО «ЭЛПРОМ-С» не подтверждает наступление объективного банкротства.

Таким образом, из представленных сведений следует, что критический момент, указанный судом в обжалуемом определении как 31.12.2018, определен судом первой инстанции неправильно, поскольку на указанную дату и позднее признаки неплатежеспособности, несостоятельности, недостаточности денежных средств у ООО «Петрогазмонтаж» отсутствовали.

Само по себе наличие у ООО «Петрогазмонтаж» неисполненных обязательств перед кредитором ООО «ЭЛПРОМ-С», не свидетельствует о наличии у общества по


состоянию на 31.12.2018 признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, и не подтверждает доводы заявителя о критическом финансовом положении должника и безусловной обязанности руководителя и участника должника обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Непосредственно задолженность ООО «Петрогазмонтаж» перед ООО «ЭЛПРОМ-С», установленная решением Арбитражного суда г. Москвы от 30.08.2021 по делу № А40-65235/2021, образовалась в 2020 году.

В таком случае отсутствует наращивание ООО «Петрогазмонтаж» задолженности перед ООО «ЭЛПРОМ-С», за размер которой подлежит привлечению к субсидиарной ответственности ФИО1 как руководитель ООО «Петрогазмонтаж».

Истец в силу части 1 статьи 65 АПК РФ обязан доказать не только точную дату наступления у должника признаков банкротства, но и перечислить какие именно неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Установлению подлежит не только факт возникновения обязательств должника, по которым контролирующие должника лица привлекаются к субсидиарной ответственности, но и объем обязательств, возникших у должника после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, предусмотренные Законом о банкротстве опровержимые презумпции вины руководителя должника в причинение вреда имущественным интересам кредиторам, могут применяться лишь в том случае, когда лицом, требующим привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии по ст. 65 АПК РФ на основании представленных в дело документов доказан срок наступления неплатежеспособности должника и факты совершения бывшим руководителем должника сделок, приведших к потерям в имуществе должника, после наступления указанного срока.

В данном случае ООО «ЭЛПРОМ-С» не обосновало, какие конкретно обязательства возникли после истечения срока на подачу заявления о банкротстве до момента возбуждения дела о банкротстве - истцом не доказаны все обстоятельства для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя.

Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного


поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц-руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

В силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При этом, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Как поясняет сам ответчик, причиной невозможности исполнения обязательств перед кредиторами послужило банкротство основного контрагента - ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «НЕФТЕГАЗСТРОЙИНВЕСТ» (ОГРН <***>), вследствие чего, общество фактически не смогло вести дальнейшую коммерческую деятельность.

В период с 2019 по 2021 год ООО «ПГМ» выполняло работы в качестве Субподрядной организации на компрессорной станции города Петровск (Саратовской области). Генеральным подрядчиком на данных работах выступала компания ООО «ГЭС» (ИНН <***>). Подрядчиком выступали ООО «НГСИ» (ИНН<***>). Общий объем выполняемых работ компанией ООО «ПГМ» составлял 41 590 371,71 руб. Оплачено было ООО «НГСИ» в адрес ООО «ПГМ» сумма в размере 41 950 000,00 руб.

Однако в процессе выполнения работ с 2019 по 2021 год расходы по выполнению данных видов работ составили 57 614 469,11 руб. На неоднократные направления со стороны ООО «ПГМ» в адрес ООО «НГСИ» Дополнительных соглашений с мотивированными расчетами на увеличение объемов и стоимости выполненных работ, ООО «НГСИ» уклонялись от подписания, мотивируя наличием замечаний по производству работ в том числе по объему работ выполнение которых производилось ООО «Элпром-С». На неоднократные обращения в адрес ООО


«Элпром-С» с требованием направить специалистов на устранение замечаний – игнорировались руководством ООО «Элпром – С».

Таким образом, компания ООО «ПГМ» устраняла замечания собственными силами за свои средства, до полного завершения работ на объекте и сдачи объекта в эксплуатацию. Акты, выставленные ООО «Элпром-С» в адрес ООО «ПГМ», были подписаны до получения замечаний от приемочной комиссии Заказчика. Исполнительная документация, переданная Заказчику при вводе объекта в эксплуатацию, так же формировалась силами и за счет средств ООО «ПГМ». ООО «НГСИ» мотивируя тем, что Генподрядчик категорически отказывает компенсировать дополнительные расходы связанные с производством работ на данной площадке и опираясь на распоряжения ПАО «Газпром» об экономии ресурсов и финансирования в период вызванной пандемией коронавируса, категорически отказался принимать и подписывать документы на увеличение стоимости работ.

При этом, из материалов дела усматривается движение денежных средств в 2019–2021 годах, что указывает на то, что на 31.12.2018 объективного банкротства не было.

Действующее законодательство не предполагает обязанности руководителя общества обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния, наличие же неисполненных обязательств перед кредиторами также не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства и не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, и, соответственно, не порождает у руководителя предприятия обязанности по подаче заявления должника.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670 (3)), сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Возникновение задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник "автоматически" стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся неисполненные перед


кредиторами обязательства не порождают у должника безусловной обязанности по подаче заявления должника.

Принимая во внимание, что в 2019 году ООО «Петрогазмонтаж» вело нормальную хозяйственную деятельность, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности возникновения по состоянию на 31.12.2018 фактического банкротства должника и отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Поскольку субсидиарная ответственность контролирующего лица по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрена не по всем обязательствам должника, а только по обязательствам, возникшим после истечения срока, установленного пунктом 3 статьи 9 названного Закона, судебная коллегия приходит к выводу о том, что причинно-следственная связь между действиями/бездействием контролирующих должника лиц и невозможностью полного погашения требований кредитора отсутствует, размер ответственности не доказан, в связи с чем заявление о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве удовлетворению не подлежит.

Суд также отмечает, что субсидиарная ответственность руководителя должника установлена законодательством не по формальному признаку, когда неисполнение обязанности само по себе влечет ответственность по долгам должника. Указанная ответственность является одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, в связи с чем, на такого руководителя возлагается субсидиарная ответственность по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Согласно позиции, изложенной в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992 по делу N А40-155759/2017, от 19.04.2022 N 305-ЭС21-27211 по делу N А40-281119/2018, в статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Исходя из позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 N 305-ЭС21-27211 по делу N А40-281119/2018, платежи, в том числе периодические, по договорам аренды, договорам лизинга должник (арендатор, лизингополучатель) принимает на себя в момент заключения указанных сделок, при наступлении у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества после заключения указанных договоров отсутствует обман арендодателя (лизингодателя) руководителем путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества.

Таким образом, в настоящем случае обязательства перед ООО «ЭЛПРОМ-С» в размере 1 827 653 руб. 19 коп. по договору на выполнение строительно-монтажных работ от 1.1.12.2019 г. № 11-12-19, который был заключен в 2019 году, когда на стороне руководителя еще не возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества, а значит, не имел место обман кредиторов


руководителем путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества, не могли быть включены в размер субсидиарной ответственности ответчиков за не подачу заявления о признании должника банкротом.

Представленные истцом в материалы дела документы не содержат доказательств, свидетельствующих о наличии противоправных действий ответчика, его вины в неисполнение обязанности основного должника по погашению задолженности перед истцом, наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и причиненным истцу вредом.

Пунктом 3 части 1 статьи 270 АПК РФ установлено, что одним из оснований для отмены решения арбитражного суда первой инстанции является несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

В силу пункта 3 части 4 статьи 272 АПК РФ арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.10.2025 по делу № А40-36976/24 подлежит отмене на основании пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в удовлетворении заявления ООО «ЭЛПРОМ – С» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника - ООО «Петрогазмонтаж» следует отказать.

Нарушений норм процессуального права, влекущих по правилам части 4 статьи 270 АПК РФ безусловную отмену судебного акта, апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 30.10.2025 по делу № А40-36976/24 отменить.

В удовлетворении заявления ООО «ЭЛПРОМ – С» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника - ООО «Петрогазмонтаж», - отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: С.Н. Веретенникова

Судьи: Д.Г. Вигдорчик

О.И. Шведко