Постановление от 12 декабря 2022 г. по делу № А25-1785/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-1785/2019
г. Краснодар
12 декабря 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 6 декабря 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 декабря 2022 г.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Резник Ю.О. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании финансового управляющего должника ФИО1 (лично), от публичного акционерного общества «Московский Индустриальный банк» – ФИО2 (доверенность от 16.09.2022), в отсутствие ФИО3, ФИО4, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы финансового управляющего ФИО3 – ФИО1, публичного акционерного общества «Московский Индустриальный банк» на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2022 по делу № А25-1785/2019 (Ф08-13053/2022, Ф08-13053/2022/2), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник) в арбитражный суд обратился публичное акционерное общество «Московский Индустриальный банк» (далее – банк) с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 28.06.2019, заключенного должником и ФИО4 (далее – ответчик) в отношении объекта недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв. м, расположенного по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, город Черкесск, территория парка Культуры и Отдыха «Зеленый остров» кадастровый номер 09:04:0101021:343 (далее – объект недвижимого имущества), с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв. м, применении последствий недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу ФИО3 объект недвижимого имущества с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв. м.

Определением от 19.01.2022 договор купли-продажи объекта недвижимости от 24.05.2019, заключенный должником и ответчиком. Применил последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу ФИО3 объект недвижимого имущества с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв. м.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 05.08.2022 определение суда от 19.01.2022 отменено, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Дополнительным постановлением от 19.09.2022 распределены расходы по экспертизе и государственной пошлине.

В кассационных жалобах финансовый управляющий должника и банк просят отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение суда первой инстанции. Заявители жалоб указывают, что в результате совершения спорной сделки произошло отчуждение ликвидного актива. Сделка совершена в период неплатежеспособности должника с заинтересованным лицом в отсутствие доказательств оплаты по договору. Заявители также не согласны с выводом суда апелляционной инстанции о пропуске срока исковой давности. Заявители указывают, договор купли-продажи недвижимого имущества, которое впоследствии подверглось сносу, прикрывает сделку по передаче права аренды. Также суду необходимо было привлечь к участию в деле в качестве третьего лица мэрию муниципального образования города Черкесска.

От ФИО4 поступил отзыв на кассационную жалобу, просил постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения.

В судебном заседании представитель банка и управляющий поддержали доводы кассационных жалоб.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, с учетом дополнительного постановления, подлежат отмене, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, 01.07.2019 ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом); определением от 31.07.2019 заявление о признании банкротом принято к производству.

Определением суда от 09.01.2020 признано обоснованным заявление о признании гражданина ФИО3 несостоятельным (банкротом), введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5

Решением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 08.02.2021 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утверждена ФИО1 (далее – финансовый управляющий).

24 декабря 2020 года банк обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки должника, в котором просит:

– признать недействительной сделкой договор купли-продажи от 28.06.2019, заключенного должником и ответчиком в отношении объекта недвижимого имущества с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв. м;

– применить последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу ФИО3 объект недвижимого имущества с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв. м.

Как видно из материалов дела, 28.06.2019 должником (продавец) и ФИО4 заключен договор купли-продажи в отношении объекта недвижимого имущества (здание) с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв. м.

Регистрация договора купли-продажи объекта недвижимого имущества (здание) внесены в ЕГРН 08.07.2019.

1 июля 2019 года от ФИО3 поступило в суд заявление о признании себя несостоятельным (банкротом). Определением от 31.07.2019 заявление ФИО3 принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Банк, полагая, что оспариваемая сделка совершена должником в отсутствие доказательств уплаты цены сделки с заинтересованным лицом по отношению к должнику с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился с настоящим заявлением в суд.

При принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции исходил из того, что спорная сделка совершена заинтересованными лицами в период неплатежеспособности без доказательства оплаты, в результате чего причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку отчуждено ликвидное имущество, срок на оспаривание сделки не пропущен.

Отменяя судебный акт суда первой инстанции, при повторном рассмотрении апелляционный суд сослался на статьи 19, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"».

Судами установлено, что сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом апелляционной инстанции сделан вывод, что пропущен срок исковой давности для оспаривания сделки по нормам Закона о банкротстве, поскольку процедура реструктуризации введена 25.12.2019, а заявление подано 25.12.2020.

Суд пришел к выводу об отсутствии признаков неплатежеспособности у должника на дату совершения сделки, поскольку наличие неисполненных обязательств не свидетельствует о неплатежеспособности должника. ФИО3 являлся участником нескольких обществ и имел право на чистую прибыль.

На основании изложенного, судом апелляционной инстанции сделан вывод, что отсутствуют основания для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводу об аффилированности судом апелляционной инстанции дана следующая оценка. Суд указал, что отсутствуют родственные связи и наличие партнерских отношений.

Довод об отсутствии оплаты по договору судом отклонен, поскольку в договоре указано, что расчет между сторонами произведен полностью во время подписания договора. На основании изложенного судом сделан вывод, что оплата покупателем произведена наличными денежными средствами, возражения по оплате в адрес ответчика не поступали, доказательств обратного материалы дела не содержат.

Судом апелляционной инстанции проведена судебная экспертиза по определению стоимости отчужденного имущества. Согласно экспертному заключению стоимость отчужденного имущества не занижена.

Основания для наличия признаков злоупотребления правом судом апелляционной инстанции не установлены.

Устанавливая отсутствие оснований для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции не принял во внимание следующее.

Сделка заключена должником и ответчиком 28.06.2019 (переход права зарегистрирован 08.07.2019), а 01.07.2019 ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом); определением от 31.07.2019 заявление о признании банкротом принято к производству.

При этом, несостоятельность признана должником при подписании заявления о признании его несостоятельным (банкротом) (заявление подписано 28.06.2019). То есть заявление о признании ФИО3 подписано им 28.06.2019 – в день совершения оспариваемой сделки; должник сам указал о неисполненных обязательствах перед кредиторами в размере 60 млн рублей по состоянию на 28.02.2019, в размере 36 843 259 рублей 32 копейки по состоянию на 16.05.2019.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о неплатежеспособности должника на момент заключения сделки.

Исследуя вопрос об осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что должник и ответчик аффилированные лица.

Аффилированность должника и ответчика подтверждается через участие и работу должника, супруги должника и ФИО4 в следующих компаниях: АО «Черкесские городские электрические сети» (ИНН <***>), ООО «Агростройскомплект» (ИНН <***>), АО «Распределительная сетевая компания» (ИНН <***>), АО «Водоканал», что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ и выписками по счету справки 2-НДФЛ в отношении супруги должника.

Наличие указанных обстоятельств свидетельствует об осведомленности ответчика о наличии задолженности должника перед кредиторами, а, значит, и о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Оснований полагать, что ответчик не знал о наличии обязательств должника перед кредиторами, у суда не имелось.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что указание на передачу денег в договоре является доказательством их фактической передачи, является необоснованным. В договоре нет ссылки на передачу денежных средств в присутствии нотариуса, а лишь указано, что деньги переданы во время подписания договора.

Таким образом, судом первой инстанции верно указано, что не представлены доказательства получения денежных средств в размере 1 млн рублей, а ФИО4 не представлены доказательства наличия у него денежных средств в указанном размере.

Как указано в постановлении суда апелляционной инстанции, кадастровая стоимость отчужденного объекта составляет 2 014 963 рубля 91 копейка. Судом апелляционной инстанции проведена экспертиза, согласно которой стоимость объекта недвижимости составляет 928 643 рубля, а реализован объект недвижимости за 1 млн рублей. Однако в экспертном заключении не дана оценка праву аренды земельного участка площадью 20 000 кв. м, которое реализовано при продаже спорного объекта недвижимости. кроме того, участвующими в деле лицами указывается, что покупатель произвел разборку объекта недвижимого имущества и экспертом фактически оценивался строительный материал, а не объект недвижимости.

При таких обстоятельствах судами не выяснен вопрос стоимости спорного имущества. Между тем, это имеет значение для определения, произвел ли должник отчуждение ликвидного имущества по заниженной цене в пользу заинтересованного лица, имея признаки неплатежеспособности, что в результате заключения оспариваемого договора.

Должник совершил сделку без учета прав и законных интересов кредиторов, которые были вправе рассчитывать на разумное и добросовестное поведение своего должника, удовлетворение своих требований за счет данного имущества.

Таким образом, на дату заключения оспариваемого договора (28.06.2019) должник обладал сведениями о наличии обязательств, а отчуждение ликвидных активов в пользу аффилированного лица в условиях существовавших обязательств перед кредиторами, что является обстоятельством, достаточным для констатации того, что у ФИО3 имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения сделки, которая фактически направлена на сокрытие принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания, учитывая отсутствие достоверных доказательств уплаты встречного обеспечения.

У суда апелляционной инстанции не имелось основания для вывода о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности – абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника – унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности.

Процедура реструктуризации долгов гражданина введена определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 09.01.2020 (резолютивная часть оглашена 25.12.2019), а с заявлением о признании сделки недействительной банк обратился 24.12.2020 (штамп на определении о подаче нарочно заявления), то есть годичный срок на оспаривание сделки не пропущен.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что срок на подачу заявления об оспаривании сделки должника не пропущен, является правильным.

Между тем, применяя последствия недействительности сделки в виде восстановления права ФИО3 на объект недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв. м, расположенного по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, город Черкесск, территория парка Культуры и Отдыха «Зеленый остров» кадастровый номер 09:04:0101021:343, с правом аренды земельного участка площадью 20 000 кв.м, суд первой инстанции не принял во внимание обстоятельства, установленные в суде апелляционной инстанции.

Согласно экспертному заключению и пояснениям сторон спорное здание на земельном участке отсутствует (снесено).

Таким образом, суду первой инстанции при признании сделки недействительной необходимо правильно применить последствия недействительности сделки, с учетом обстоятельств сноса недвижимого имущества (здание) общей площадью 70,5 кв. м и невключения в оценку стоимости права аренды земельного участка площадью 20 000 кв.м.

Суду первой инстанции при повторном рассмотрении спора необходимо рассмотреть вопрос о необходимости привлечения к участию в обособленном споре мэрию муниципального образования города Черкесска как собственника земельного участка.

Поскольку выводы суда апелляционной инстанции ошибочны, а во время рассмотрения спора объект снесен, при этом стоимость спорного объекта не установлена, применение последствий недействительности сделки производилось судом первой инстанции до сноса объекта недвижимости, судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 19.01.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2022, с учетом дополнительного постановления от 19.09.2022, по делу А25-1785/2019 отменить.

Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



ПредседательствующийИ.М. Денека

Судьи Ю.О. РезникЕ.Г. Соловьев