Решение от 22 апреля 2024 г. по делу № А27-26430/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Дело № А27-26430/2021



Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации


22 апреля 2024 г. г. Кемерово

Резолютивная часть решения объявлена 08 апреля 2024

Решение в окончательной форме изготовлено 22 апреля 2024

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи

Лобойко О.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем

ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием представителей

истца по доверенности от 29.12.2023

ответчика по доверенности от 10.11.2021

ФИО2

ФИО3

дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Профтранс», г. Томск, Томская область (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью Артель старателей «Сибирь», г.Кемерово, Кемеровская область - Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третье лицо - Общество с ограниченной ответственностью «Золоторудная компания «Старатель», с. Большой Бащелак, Алтайский край (ОГРН <***>, ИНН <***>),

о расторжении инвестиционного договора от 13.12.2018 № 13/12/2018, о взыскании 15 551 421 руб. 47 коп. вложенных инвестиционных средств, 7 545 974 руб. 31 коп. выручки, 3 358 967 руб. 35 коп. процентов, процентов по день фактического исполнения обязательства (с учетом уточнений),

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Профтранс» (далее – истец, ООО «Профтранс») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к Обществу с ограниченной ответственностью Артель старателей «Сибирь» (далее – ответчик, ООО АС «Сибирь») о взыскании 300 000 руб. долга по инвестиционному договору от 13.12.2018 № 13/12/2018, 100 000 руб. процентов за пользование суммой вложенных инвестиционных средств, 100 000 руб. процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ.

Определением суда от 31.01.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Золоторудная компания «Старатель» (далее – третье лицо, ООО ЗРК «Старатель»).

Определением суда от 21.07.2022 настоящее дело объединено с делом № А27-8769/2022 для совместного рассмотрения.

В ходе рассмотрения дела, а также с учетом объединения дел истец исковые требования уточнил, на момент судебного заседания просит расторгнуть инвестиционный договор от 13.12.2018 № 13/12/2018, заключенный между истцом и ответчиком, взыскать с ответчика 15 551 421 руб. 47 коп. вложенных инвестиционных средств, 7 545 974 руб. 31 коп. выручки, 3 358 967 руб. 35 коп. процентов по ст. 395 ГК РФ, процентов по день фактического исполнения обязательства.

В судебном заседании истец исковые требования с учетом уточнения поддержал.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражал по мотивам, изложенным в отзывах и пояснениях на исковые требования.

Третье лицо в судебное заседание не явилось, о причинах неявки не сообщило, ходатайств не заявляло, извещено надлежащим образом. Дело рассмотрено в отсутствие третьего лица.

Как следует из материалов дела, между ООО «Профтранс» (Инвестор) и ООО АС «Сибирь» (Партнер) заключен инвестиционный договор № 13/12/2018 от 13.12.2018 (т. 1 л.д. 17-28), предметом которого являлась инвестиционная деятельность по реализации инвестиционного проекта, связанного с организацией и выполнением работ по добыче золота Партнером на территории Алтайского края и Республики Алтай на месторождении «река Карама с притоком реки Куевата» (п. 2.1 договора).

Срок действия договора – с момента подписания и до полной отработки участка на лицензионной площади протяженностью 14,2 км (п. 2.2 договора).

Согласно условиям договора, Инвестор принял на себя обязательства обеспечивать своевременное и в полном объеме финансирование проекта, а также предоставление техники, оборудования и материалов в соответствии с условиями договора согласно графику финансирования (п. 3.1.1 договора).

В свою очередь Партнер принял на себя обязательства осуществлять техническое сопровождение проекта, организовать два обособленных участка для промывки золотоносной породы с необходимой инфраструктурой, обеспечить объем промывки породы ориентировочно 1000 м3/сутки на каждом участке для обеспечения экономической целесообразности проекта (п. 3.2 договора).

В п. 3.1.4 договора стороны согласовали порядок распределения выручки от деятельности инвестиционного проекта:

- 20% выручки от реализации каждой партии золота передается в собственность Инвестора;

- 80% выручки от реализации каждой партии золота передается в собственность Партнера.

Истец исполнил свои обязательства по инвестиционному договору в части финансирования проекта. Так, платежными поручениями и расходными кассовыми ордерами истец (Инвестор) перечислил на счет / передал ответчику (Партнеру) денежные средства в сумме 24 415 814 руб. 65 коп. (т. 1 л.д. 46-59).

Также истец по актам приемки-передачи № 1 и № 2 от 29.03.2019 передал ответчику имущества на сумму 13 523 623 руб. 95 коп. (т. 1 л.д. 23-26), а именно погрузчик фронтальный Shantui, SL50W-20 стоимостью 6 772 697 руб. 39 коп. и погрузчик фронтальный Shantui, SL50W-20 стоимостью 6 750 926 руб. 56 коп. (приобретены Инвестором по договору лизинга).

Общая сумма вложенных инвестиций и переданного имущества по инвестиционному договору составила 38 139 438 руб. 50 коп., что не оспаривалось ответчиком.

19.09.2020 между сторонами было заключено дополнительное соглашение № 1 к инвестиционному договору № 13/12/2018 от 13.12.2018 (т. 1 л.д. 27), согласно условиям которого начиная с октября 2020 Партнер обязуется ежемесячно не позднее 25 числа каждого календарного месяца возвращать полученные по Инвестиционному договору инвестиции в соответствии с графиком платежей, Приложение № 1 к данному соглашению, являющимся неотъемлемой частью инвестиционного договора (п. 1 дополнительного соглашения). Также начиная с октября 2020 года Партнер обязуется оплачивать часть выручки в размере, определенном сторонами в п. 3.1.4 Инвестиционного договора, в срок 3 банковских дня с даты фактического получения Партнером денежных средств от реализации каждой партии золота (п. 2 дополнительного соглашения).

В соответствии с Приложением № 1 к указанному дополнительному соглашению сторонами установлен следующий график возврата инвестиций на 2020 год: инвестиционные, в том числе лизинговые платежи: октябрь 1 700 000 руб., ноябрь 1 700 000 руб., декабрь 1 600 000 руб., всего 5 000 000 руб. (т. 1 л.д. 28).

При этом в Приложении № 1 к дополнительному соглашению имеется указание на то, что суммы возврата инвестиций на 2021 год будут согласованы в начале сезона 2021г. (т. 1 л.д. 28).

Ответчиком в соответствии с условиями договора был частично произведен возврат инвестиций на общую сумму 6 214 000 руб., что подтверждается платежными поручениями (т. 1 л.д. 60-71):

- п/п № 17 от 12.07.2019 на сумму 500 000 руб. (возврат денежных средств по инвестиционному договору),

- п/п № 333 от 24.10.2019 на сумму 750 000 руб. (возврат денежных средств по инвестиционному договору),

- п/п № 440 от 05.11.2019 на сумму 317 000 руб. (возврат денежных средств по инвестиционному договору),

- п/п № 530 от 25.11.2019 на сумму 750 000 руб. (возврат денежных средств по инвестиционному договору),

- п/п № 287 от 20.05.2020 на сумму 1 000 000 руб. (возврат денежных средств по инвестиционному договору),

- п/п № 308 от 26.05.2020 на сумму 1 000 000 руб. (возврат денежных средств по инвестиционному договору),

- п/п № 222 от 02.12.2020 на сумму 316 000 руб. (лизинговый платеж за погрузчик),

- п/п № 310 от 28.12.2020 на сумму 316 000 руб. (лизинговый платеж за погрузчик),

- п/п № 983 от 10.02.2021 на сумму 316 000 руб. (лизинговый платеж за погрузчик),

- п/п № 1106 от 09.03.2021 на сумму 316 000 руб. (лизинговый платеж за погрузчик),

- п/п № 200 от 06.07.2021 на сумму 316 000 руб. (лизинговый платеж за погрузчик),

- п/п № 462 от 03.08.2021 на сумму 317 000 руб. (лизинговый платеж за погрузчик),

а также приходными кассовыми ордерами на общую сумму 605 000 руб. (исковое заявление от 17.05.2022 в электронном виде).

Всего возвращено 6 819 000 руб. инвестиций.

Даты и суммы внесенных платежей не оспаривались представителем ответчика в судебном заседании.

Таким образом, из анализа поступивших платежей следует, что ответчик не исполнил условия Инвестиционного договора и Приложения № 1 к дополнительному соглашению № 1, которым установлен график возврата инвестиций на 2020 год, нарушив срок и размер возврата инвестиций в октябре, ноябре и декабре 2020 года.

Также ответчиком не исполнены обязательства по оплате части выручки в размере, определенном сторонами в п. 3.1.4 договора.

07.06.2021 истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием расторгнуть Инвестиционный договор, выплатить сумму вложенных денежных средств в размере 30 313 045 руб. 44 коп. и сумму выручки по состоянию на 04.06.2021 в размере 11 918 865 руб. 06 коп. в течение 30 дней с момента получения претензии. Претензия получена ответчиком 05.08.2021, добровольно требования претензии ответчиком не исполнены, что явилось основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

В ходе рассмотрения дела ответчик вернул истцу ранее полученные фронтальные погрузчики, что подтверждается актами возврата транспортного средства № 1 от 28.05.2022, № 2 от 29.09.2023 – т. 4 л.д. 26, 27), в связи с чем исковые требования были уточнены на указанную сумму.

Возражая против исковых требований, ответчик полагает, что заключенный инвестиционный договор надлежит квалифицировать как договор простого товарищества, а претензию – как заявление истца о выходе из состава товарищества. Полагал, что требование о расторжении договора не подлежит удовлетворению, поскольку договор является расторгнутым на основании заявления истца. Также полагал, что сторонами не достигнуто соглашения по вопросу возврата всех полученных инвестиций, дополнительное соглашение № 1 к договору и Приложение № 1 к дополнительному соглашению нельзя толковать расширительно – поскольку стороны согласовали возврат инвестиций на сумму только 5 000 000 руб., которые уже были возвращены ответчиком, то у истца отсутствуют основания требовать возврата иных сумм, не согласованных сторонами. При этом ответчик не оспаривал расчет суммы выручки (7 545 974 руб. 31 коп.), подлежащей уплате истцу ответчиком по инвестиционному договору. Каких-либо возражений в данной части не представил.

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (статья 310 ГК РФ).

В силу положений статьи 8 и пункта 2 статьи 421 ГК РФ обязательства могут возникать из договора, прямо не предусмотренного нормами гражданского законодательства (непоименованного договора) и смешанного договора.

Договор, названный сторонами инвестиционным, может представлять собой гражданско-правовой договор определенного вида, являться смешанным или непоименованным договором (пункты 2, 3 статьи 421 ГК РФ) в зависимости от условий, включенных в него по воле сторон (Постановление Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 8105/07 по делу N А46-7698/2006).

Согласно пункту 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", в случае если заключенный сторонами договор содержит элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор), к отношениям сторон по договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421 ГК РФ). Если из содержания договора невозможно установить, к какому из предусмотренных законом или иными правовыми актами типу (виду) относится договор или его отдельные элементы (непоименованный договор), права и обязанности сторон по такому договору устанавливаются исходя из толкования его условий. При этом к отношениям сторон по такому договору с учетом его существа по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) могут применяться правила об отдельных видах обязательств и договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (пункт 2 статьи 421 ГК РФ) (п. 49 указанного Постановления Пленума).

Из условий заключенного инвестиционного договора № 13/12/2018 от 13.12.2018, дополнительного соглашения № 1 к нему, а также поведения сторон в ходе исполнения договора следует, что воля сторон была направлена на возврат Инвестору всех вложенных по договору денежных средств, а также выплату части выручки от реализации проекта (в качестве платы за финансирование проекта).

Так, еще до заключения дополнительного соглашения № 1 к инвестиционному договору 19.09.2020, предусматривающему график возврата инвестиций, ответчик осуществлял перечисление денежных средств истцу в счет возврата вложенных средств по инвестиционному договору (п/п № 17 от 12.07.2019 на сумму 500 000 руб., п/п № 333 от 24.10.2019 на сумму 750 000 руб., п/п № 440 от 05.11.2019 на сумму 317 000 руб., п/п № 530 от 25.11.2019 на сумму 750 000 руб., п/п № 287 от 20.05.2020 на сумму 1 000 000 руб., п/п № 308 от 26.05.2020 на сумму 1 000 000 руб.).

Также в пункте 1.1.1 инвестиционного договора дано понятие Инвестиций – это собственные, заемные и/или привлеченные денежные средства, техника, оборудование и материалы, вкладываемые Инвестором.

Пунктом 3.3.2 Инвестиционного договора предусмотрено, что приобретаемая техника и оборудование согласно инвестиционному договору находится в собственности Инвестора до момента компенсации Инвестору полной стоимости, затраченной на ее приобретение.

Таким образом, в части инвестиций в виде передаваемой по договору техники стороны предусмотрели возврат партнером инвестору полной стоимости такой техники. В судебном заседании представитель ответчика также подтвердил, что в рамках договора стороны предполагали, что передаваемая техника будет выкуплена партнером (ответчиком) у инвестора (истца).

Кроме того, в п. 3.2.7 инвестиционного договора стороны предусмотрели, что в случае признания банкротом Партнер осуществляет в полном объеме возмещение инвестиционных затрат, осуществленных Инвестором на момент такого признания. Что также подтверждает, что инвестиционные средства были предоставлены на возвратной основе.

По мнению суда, заключением дополнительного соглашения № 1 к инвестиционному договору стороны преследовали цель не определить (ограничить) объем обязательств Партнера (как полагает ответчик), а согласовать временные рамки (график) возврата полученных инвестиций и уплаты полученной выручки. Данный вывод суда подтверждается, в том числе, указанием в Приложении № 1 к дополнительному соглашению на то, что суммы возврата инвестиций на 2021 год будут согласованы в начале сезона 2021г.

Суд соглашается с позицией истца о том, что заключенный Инвестиционный договор имеет признаки договора целевого займа, с учетом того, что ответчик (Партнер) обязался возвратить истцу (Инвестору) внесенные инвестиции и выплатить часть выручки в порядке, определенном сторонами в п. 3.1.4 Инвестиционного договора. Соответственно, на правоотношения сторон (с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 48, 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора") распространяются положения п. 1 ст. 810 Гражданского кодекса РФ - в случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором, а также положения п. 2 ст. 811 Гражданского кодекса РФ о праве заимодавца требовать возврата всей оставшейся суммы займа при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа.

07.06.2021 истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием расторгнуть Инвестиционный договор в связи с существенным нарушением ответчиком обязательств по договору, вернуть полученные инвестиционные средства, выплатить сумму выручки в течение 30 дней с момента получения претензии (приложение к исковому заявлению от 17.05.2022).

Претензия получена ответчиком 05.08.2021, что подтверждается отчетом об отслеживании почтового отправления (приложение к исковому заявлению от 17.05.2022). В 30-дневный срок с момента получения претензии сумма ранее полученных инвестиционных средств не была возвращена истцу.

На основании вышеизложенного, суд полагает, что исковые требования в части взыскания с ответчика в пользу истца 15 551 421 руб. 47 коп. вложенных и не возвращенных инвестиционных средств подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, по мнению суда не подлежит удовлетворению требование истца о расторжении инвестиционного договора от 13.12.2018 № 13/12/2018 в связи со следующим.

В пункте 2.2 Инвестиционного договора установлен срок действия договора – с момента подписания и до полной отработки участка на лицензионной площади протяженностью 14,2 км.

Согласно пунктам 7.1, 7.2 Инвестиционного договора, стороны вправе расторгнуть договор в порядке, предусмотренном законодательством РФ; настоящий договор может быть расторгнут по соглашению сторон.

Как было указано выше, 07.06.2021 истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием расторгнуть Инвестиционный договор в связи с существенным нарушением ответчиком обязательств по договору (получена ответчиком 05.08.2021).

В связи с неисполнением требований, изложенных в претензии от 07.06.2021, 28.04.2022 истец направил в адрес ответчика требование о возврате ранее переданной техники – фронтальных погрузчиков (2 шт.) в связи с расторжением инвестиционного договора (приложение к исковому заявлению от 17.05.2022).

Квалифицируя заключенный договор как договор простого товарищества, ответчик полагает, что истец воспользовался правом, предусмотренным ст. 1051 ГК РФ, на отказ от договора. В заседании представитель ответчика также пояснил, что полагает Инвестиционный договор расторгнутым по инициативе Истца.

Суд не соглашается с позицией ответчика о квалификации Инвестиционного договора как договора простого товарищества, однако с учетом вышеназванных норм права, позиций сторон о том, что договор прекратил свое действие в связи с заявлением истца о его расторжении, а также последующего поведения сторон (возврата ответчиком истцу техники – фронтальных погрузчиков, что также свидетельствует о достигнутом между сторонами согласии о расторжении Инвестиционного договора), полагает, что Инвестиционный договор от 13.12.2018 № 13/12/2018 расторгнут, в связи с чем у суда отсутствуют основания для удовлетворения данного искового требования.

Также истцом заявлено требование о взыскании 7 545 974 руб. 31 коп. выручки согласно п. 3.1.4 Инвестиционного договора.

Размер выручки, подлежащей распределению между сторонами, составляет 37 729 871 руб. 57 коп. (следует из письма ответчика от 30.08.2021, отзыва третьего лица ООО «ЗРК Старатель», а также с учетом переплаты по результатам рассмотрения дела № А03-9987/2021). Размер выручки, подлежащей распределению, подтвержден ответчиком в отзыве (т. 4 л.д. 5 оборот).

С учетом положений п. 3.1.4 Инвестиционного договора, в ходе исполнения договора ответчик (партнер) должен был выплатить истцу (инвестору) 7 545 974 руб. 31 коп. выручки (37 729 871 руб. 57 коп. * 20%).

Доказательств выплаты ответчиком истцу указанных сумм в материалы дела не представлено, в связи с чем исковые требования в данной части подлежат удовлетворению.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 3 358 967 руб. 35 коп. процентов по правилам п. 1 ст. 395 ГК РФ за период с 07.09.2021 по 08.04.2024, с дальнейшим начислением процентов по день фактического исполнения обязательства.

Согласно п. 1 ст. 811 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса.

В случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункты 1, 3 статьи 395 ГК РФ).

Требование о возврате инвестиционных средств было получено ответчиком 05.08.2021, инвестиционные средства подлежали возврату в срок до 06.09.2021 включительно (с учетом положений ст. 193 ГК РФ об окончании срока в нерабочий день).

Таким образом, истец имеет право на взыскание с ответчика процентов на сумму долга 15 551 421 руб. 47 коп. (вложенных и невозвращенных инвестиционных средств) по правилам п. 1 ст. 395 ГК РФ, начиная с 07.09.2021 по день фактического исполнения ответчиком обязательства по их возврату.

Расчет процентов, представленный истцом (ходатайство от 08.04.2024), судом проверен, признан арифметически верным, соответствующим нормам права и обстоятельствам дела, выполнен с учетом положений Постановления Правительства РФ от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами".

Арифметическая правильность расчета истца стороной ответчика не оспаривалась.

С учетом изложенного, исковые требования в части взыскания с ответчика 3 358 967 руб. 35 коп. процентов по правилам п. 1 ст. 395 ГК РФ за период с 07.09.2021 по 08.04.2024, с дальнейшим начислением процентов по день фактического исполнения обязательства подлежат удовлетворению.

На основании вышеизложенного исковые требования подлежат удовлетворению частично, за исключением требования о расторжении инвестиционного договора от 13.12.2018 № 13/12/2018.

Расходы по уплате государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ подлежат распределению между сторонами пропорционально удовлетворенным требованиям.

Вместе с тем, суд полагает, что обращение истца в суд вызвано нарушением его прав со стороны ответчика, в связи с чем неблагоприятные последствия в виде отказа суда в удовлетворении чрезмерно заявленного истцом требования о расторжении договора не подлежат отнесению на истца при распределении судебных расходов по настоящему делу.

Так, общая сумма заявленных требований по делу составила 26 456 363 руб. 13 коп., размер подлежащей уплаты государственной пошлины – 155 282 руб. Всего истцом уплачено 19000 руб. государственной пошлины.

Указанные требования удовлетворены судом полностью, соответственно, ответчик обязан возместить истцу 19000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, в оставшейся части (136 282 руб.) государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167–171, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью Артель старателей «Сибирь» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Профтранс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 15 551 421 руб. 47 коп. вложенных инвестиционных средств, 7 545 974 руб. 31 коп. выручки, 3 358 967 руб. 35 коп. процентов, проценты в размере ставки рефинансирования Банка России по правилам ч. 1 ст. 395 ГК РФ, начисленные на сумму долга 15 551 421 руб. 47 коп. с 09.04.2024 по день фактического исполнения обязательства, а также 19 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении требования о расторжении инвестиционного договора от 13.12.2018 № 13/12/2018 отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью Артель старателей «Сибирь» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 136 282 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.


Судья О.В. Лобойко