Постановление от 5 сентября 2018 г. по делу № А40-128156/2016

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

06.09.2018

Дело № А40-128156/2016


Резолютивная часть постановления объявлена   30.08.2018

Полный текст постановления изготовлен  06.09.2018


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей  Федуловой Л.В., Холодковой Ю.Е.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего «Инжэлектрокомплект» - ФИО1, по доверенности от 01 июня 2018 года;

от УФНС по г. Москве – ФИО2, по доверенности №22-13/268  от 08 ноября 2016 года;

от ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 23 августа 2018 года;

рассмотрев 30.08.2018 в судебном заседании кассационную жалобу  ФИО3

на определение от 20 марта 2018 года

Арбитражного суда города Москвы,

принятое судьей  Кондрат Е.Н.,

на постановление от 21 июня 2018 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Масловым А.С., Порывкиным П.А., Шведко О.И.,

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Инжэлектрокомплект» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инжэлектрокомплект», 



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 12 июля 2016 года общество с ограниченной ответственностью «Инжэлектрокомплект» (далее – ООО «Инжэлектрокомплект», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим общества утвержден ФИО5.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инжэлектрокомплект» на сумму 14 974 703 руб. 07 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20 марта 2018 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 июня 2018 года,  заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено, ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инжэлектрокомплект», на сумму 14 974 703 руб. 07 коп.

Не согласившись с вынесенными по делу судебными актами, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил определение Арбитражного суда города Москвы от 20 марта 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 июня 2018 года отменить и направить дело на новое рассмотрение.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Как установлено судами, заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности основано на положениях статьи 61.11 Закона о банкротстве и мотивировано тем, что решением налогового органа от 01.03.2016 № 1585 установлены виновные и противоправные действия руководителя должника, которые привели к образованию задолженности по налогам, составляющей 80, 22% задолженности всех кредиторов.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника указал, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Суды, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, исходил из того, что в данном случае материалами дела подтверждается презумпция, предусмотренная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, при этом суды учли выводы суда в рамках дела №А40-133781/16 о создании должником фиктивного документооборота, в результате которого должник был привлечен к налоговой ответственности.

Оспаривая вынесенные по делу судебные акты, ФИО3 ссылался на то, что суд первой инстанции принял обжалуемое определение, не известив его надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в порядке, установленном ч.ч. 1, 2 ст. 123 АПК РФ, при этом заявление о привлечении к субсидиарной ответственности было рассмотрено судом за одно судебное заседание.

Также заявитель кассационной жалобы указал, что фактическая невозможность участия ответчика в судебном заседании по делу обусловила и невозможность представить сведения о частичном погашении требований кредиторов не только третьей очереди, но и текущих платежей, включенных в итоге в состав общей суммы взысканий при привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Кроме того, по мнению заявителя, само по себе решение налогового органа №1585 от 01 марта 2016 года о привлечении к ответственности за налоговое правонарушение не свидетельствует о вине ФИО3, поскольку к ответственности привлекалось юридическое лицо, при этом, как считает ФИО3, он не должен нести последствия реализации имущества должника по стоимости, существенно ниже рыночной, что повлияло на размер субсидиарной ответственности.

Представитель ФИО3 в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представители уполномоченного органа и конкурсного управляющего должника в судебном заседании возражали против доводов кассационной жалобы.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, заслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд округа пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений Федерального закона от 29.07.2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закон), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции настоящего Федерального закона.

В связи с вышеизложенным суды пришли к правильному выводу о том, что при рассмотрении настоящего спора подлежат применению положения о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266- ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

Как следует из сведений Единого государственного реестра юридических лиц ФИО3 являлся генеральным директором и единственным участником должника с 07.10.2009 до момента принятия решения о ликвидации.

Согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2016  единственным участником ООО «Инжэлектрокомплект» от 11.05.2016 № 1 принято решение ликвидировать ООО «Инжэлектрокомплект» в порядке, предусмотренном статьями 61-64 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьями 57, 58 Федерального закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ, ликвидатором также назначен ФИО3

Таким образом, как правильно указали суды, ФИО3 по смыслу подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве являлся контролирующим должника лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

В пункте 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

При оценке действий директора должника суд первой инстанции руководствовался разъяснениями, изложенными в пунктах 3 - 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно которым неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации, до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, не отложил принятие решения до получения дополнительной информации.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки.

Применение положений статьи 61.11 Закона о банкротстве разъяснено также в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

В пункте 16 данного постановления указано, что неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмойоднодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В данном случае решением уполномоченного органа от 01.03.2016 № 1585 установлены виновные и противоправные действия руководителя должника, которые привели к образованию задолженности по налогам, составляющей 80, 22% задолженности кредиторов.

В рамках дела №А40-133781/16 суды также подтвердили факт создания руководителем должника фиктивного документооборота, в результате которого должник был привлечен к налоговой ответственности.

При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о том, что материалами дела подтверждена презумпция, предусмотренная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, при этом доказательств разумности и добросовестности своих действий ФИО3 не представил.

Довод жалобы о том, что суд первой инстанции принял обжалуемое определение в отсутствие ФИО3, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, был предметом рассмотрения судом апелляционной инстанции и обоснованно им отклонен, как противоречащий материалам дела.

Согласно ответу Управления по вопросам миграции Центр адресно-справочной работы ГУ МВД России по г. Москве от 02.02.2018 № 98/10-4864 ФИО3 зарегистрирован по адресу Москва, Симферопольский <...>.

Именно по данному адресу суд первой инстанции направлял судебные извещения, которые вернулись с пометкой органа почтовой связи «истек срок хранения».

В соответствии с абзацем 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

Учитывая изложенное, ФИО3 был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания.

Пунктом 3 статьи 61.16 Закона о банкротстве установлены особенности рассмотрения в рамках дел о банкротстве обособленных споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. При подготовке таких споров к судебному разбирательству проводится предварительное судебное заседание по правилам статьи 136 АПК РФ.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце втором пункта 27 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 N 65 "О подготовке дела к судебному разбирательству", если лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте проведения предварительного судебного заседания и судебного разбирательства дела по существу, не явились в предварительное судебное заседание и не заявили возражений против рассмотрения дела в их отсутствие, судья вправе завершить предварительное судебное заседание и начать рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции в случае соблюдения требований части 4 статьи 137 АПК РФ.

Таким образом, процессуальное законодательство допускает возможность перехода из предварительного судебного заседания к судебному разбирательству с учетом мнения сторон и привлекаемых к участию в деле третьих лиц о готовности дела к судебному разбирательству, отсутствии возражений об этом со стороны лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора.

В данном случае каких-либо возражений против рассмотрения дела в судебном заседании от 13 марта 2018 года не поступило, в связи с чем суд обоснованно рассмотрел заявление за одно судебное заседание.

Между тем, при рассмотрении спора суды не учли следующее.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Определяя размер субсидиарной ответственности, суд первой инстанции указал, что, как следует из доводов заявления и установлено отчетом конкурсного управляющего от 09.11.2017г., а также реестром требований кредиторов, размер субсидиарной ответственности составил сумму непогашенных требований кредиторов должника, а также расходов на ведение процедуры в размере 14 974 703 руб. 07 коп.

В силу части 1 статьи 10 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд при разбирательстве дела обязан непосредственно исследовать все доказательства по делу.

Однако суды, устанавливая размер субсидиарной ответственности, не приняли во внимание данные о наличии у должника денежных средств на счете, содержащиеся в представленном в материалы дела Отчете, а также не учли, что на момент вынесения судебного акта о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности расчеты с кредиторами еще не были завершены.

Между тем, по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В этом случае суд, в том числе суд апелляционной инстанции (при установлении оснований для привлечения контролирующего должника лица к ответственности при рассмотрении апелляционной жалобы на определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении соответствующего требования), выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода.

Поскольку в данном случае судебные акты приняты судами при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела и касающихся размера субсидиарной ответственности, при этом выводы суда о размере такой ответственности не соответствуют документам, представленным в материалы дела, в том числе, Отчету конкурсного управляющего, оспариваемые судебные акты в части установления размера субсидиарной ответственности подлежат направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела в отмененной части суду следует учесть изложенное, исследовать сведения, указанные в Отчете конкурсного управляющего относительно имущества должника, за счет которого могут быть осуществлены расчеты с кредиторами, установить, завершены ли все расчеты с кредиторами в рамках дела о банкротстве общества, в случае завершения расчетов с учетом имеющихся в материалах дела доказательств и документов определить размер субсидиарной ответственности ФИО3, а в том случае, если такие расчеты не завершены – рассмотреть вопрос о приостановлении производства по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности.

            Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 20 марта 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 июня 2018 года по делу № А40-128156/16 отменить в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО3

Обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.


Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская


Судьи:                                                                                              Л.В. Федулова



Ю.Е. Холодкова