Решение от 10 февраля 2020 г. по делу № А51-24927/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-24927/2019
г. Владивосток
10 февраля 2020 года
Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Беспаловой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кравченко В.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ВЛ-ТРЕЙД» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 05.05.2017)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 15.04.2005)

о признании незаконным решения от 30.11.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/200919/0193478

от заявителя – представитель ФИО2 (доверенность от 24.11.2019);

от ответчика – представитель ФИО3 (доверенность от 26.09.2019 № 333),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ВЛ-ТРЕЙД» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Владивостокской таможне (далее – ответчик, таможенный орган, таможня) о признании незаконным решения от 30.11.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары № 10702070/200919/0193478 (далее – спорная ДТ).

При отсутствии возражений сторон, в порядке части 4 статьи 137, части 3 статьи 156, статьи 205 АПК РФ, суд завершил предварительное судебное заседание и перешел к судебному разбирательству в арбитражном суде первой инстанции в присутствии явившихся представителей сторон.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал требования по доводам, изложенным в заявлении. В обоснование своих требований пояснил, что при подаче спорной ДТ и в ходе проведения таможенного контроля общество представило таможне документы, содержащие достоверные и достаточные сведения для определения заявленной таможенной стоимости, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, в связи с чем полагает, что у таможни отсутствовали правовые основания для отказа в принятии заявленной таможенной стоимости и принятии решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ, что повлекло за собой доначисление таможенных платежей, чем нарушены права и законные интересы общества в сфере внешнеэкономической деятельности. Просит признать незаконным оспариваемое решение.

Представитель ответчика в судебном заседании не согласился с требованиями заявителя по доводам, изложенным в письменном отзыве. Полагает, что декларант в ходе таможенного контроля спорной ДТ не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. В связи с чем, считает, что решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, принято законно и обоснованно. Изложенные обстоятельства, по мнению таможни, свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявителя.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

В сентябре 2019 во исполнение внешнеторгового контракта от 12.11.2018 № 27/11-2017, заключенного между заявителем (покупатель) и иностранной компанией (продавец) на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях поставки CIF Владивосток были ввезен товар из Китая, общей суммой по счету 21 835,50 долларов США и с применением системы электронного декларирования задекларирован по ДТ № 10702070/200919/0193478.

Таможенная стоимость заявлена декларантом с применением основного метода определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», в подтверждение которой, согласно сведений графы 44 спорной ДТ, предоставив таможне следующие документы: контракт от 12.11.2018 № 27/11-2017, дополнительное соглашение от 13.11.2018 № 1 к контракту, проформа-инвойс от 04.07.2019 № VL19HJ175, инвойс от 30.08.2019 № HJ19M-22RU, упаковочный лит к инвойсу от 30.08.2019№ HJ19M-22RU, платежные поручения от 09.07.2019 № 36 и от 11.09.2019 № 52, паспорт сделки, коносаменты от 06.09.2019 и от 08.09.2019 № КМТСТАО4215507, договор о транспортно-экспедиторском обслуживании от 01.08.2017 № 01/08/2017, счет на оплату от 17.09.2019 № 1002 и платежное поручение от 17.09.2019 № 274 по его оплате.

Декларантом оформлена и направлена 20.09.2019 в таможню декларация таможенной стоимости по форме ДТС-1, в которой в графах 3, 4, 5 указаны сведения о внешнеторговом контракте и дополнительном соглашении от 13.11.2018 № 1 к нему, инвойсе от 30.08.2019 № HJ19M-22RU, об условиях поставки CIF Владивосток, аналогичные со сведениями, указанными в спорной ДТ, в графе 17 и 20 указаны расходы по перевозке (транспортировке) товаров, которые включены в структуру таможенной стоимости.

В целях проверки полноты заявленных в спорной ДТ сведений и правомерности определения декларантом таможенной стоимости товара таможня запросила документы и (или) сведения, предложив обществу в целях выпуска товаров внести обеспечение уплаты таможенных пошлин, налогов.

Во исполнение требований таможенного органа общество предоставило таможне письменную информацию по каждому запрошенному таможенным органом дополнительному документу, предоставив имеющие в их распоряжении коммерческие и иные товаросопроводительные документы на бумажном носителе в виде их копий, в том числе прайс-лист продавца от 03.07.2019, транспортную накладную о перемещении товара под таможенным контролем, копию экспортной декларации на товары № 425820190000818969 с переводом на русский язык, копию экспортной декларации на товары № 425820190000818982 с переводом на русский язык, копии документов бухгалтерского учета (оборотные сальдовые ведомости), копии выписок о движении денежных средств по расчетному счету в национальной и иностранной валюте.

Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, 30.11.2019 таможня приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Полагая, что первоначально представленный пакет документов, а также предоставленные дополнительно испрашиваемые таможней документы подтверждали заявленную таможенную стоимость товаров, определенную по первому методу таможенной стоимости, а решение таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ не соответствует требованиям действующего законодательства и нарушает права и законные интересы, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование подлежит удовлетворению в полном объеме..

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В пункте 1 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994).

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункту 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

- ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы;

- существенно не влияют на стоимость товаров;

- установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

При этом, в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС не выполняется, то цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Исходя из положений пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. Платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

В соответствии с подпунктами 4 и 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС в декларации на товары подлежат указанию, в том числе сведения о товарах, в частности таможенная стоимость товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров), и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 Кодекса.

Подпунктом 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС предусмотрено, что документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения, относятся к документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 108 ТК ЕАЭС, если в документах, указанных в пункте 1 статьи 108 Кодекса, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами. Документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации, за исключением случаев, когда исходя из особенностей таможенного декларирования товаров, установленных законодательством государств-членов о таможенном регулировании в соответствии с пунктом 8 статьи 104 Кодекса или определенных статьями 114 - 117 Кодекса, такие документы могут отсутствовать на момент подачи таможенной декларации.

Пунктом 13 статьи 38 ТК ЕАЭС закреплено право таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров.

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Выявленные таможней отклонения стоимости спорных товаров от уровня цен на однородные товары не являются значительными, однако не исключают право таможни провести проверку заявленных декларантом сведений о таможенной стоимости товаров.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, лишь в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Из материалов дела следует, что в ходе контроля заявленной таможенной стоимости товаров, заявленных при декларировании спорной ДТ, таможенным органом были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены, следовательно, недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу.

В связи с этим, таможенным органом направлен обществу запрос о представлении документов и (или) сведений для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров и устранения выявленных противоречий.

Во исполнение указанного решения таможенного органа декларант представил коммерческие, платежные и иные товаросопроводительные документы на бумажном носителе, а также письменные пояснения и дополнительные документы.

По результатам таможенного контроля таможенным органом 30.11.2019 принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ по тем основаниям, что общество не выполнило требования законодательства, установленные пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС и анализ документов, представленных декларантом в подтверждение заявленной таможенной стоимости выявил невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку заявленная таможенная стоимость товаров основана на недостоверной, количественно не определяемой и документально не подтвержденной информации.

Оценив основания принятия таможней указанного решения, суд пришел к следующим выводам.

Анализ положений внешнеторгового контракта, предоставленного заявителем в материалы дела, показывает, что при заключении сделки стороны согласовали все существенные условия (в том числе ее предмет), а также предусмотрели механизм определения ассортимента, цены и условий поставки, оплаты партии товара.

Таким образом, рассматриваемая сделка заключена в письменной форме с учетом правил статей 160, 432, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации и позволяет определить ее предмет и условия ее совершения.

Судом установлено, что при декларировании партии товара по спорной ДТ и в ходе таможенного контроля общество представило таможне контракт, а также проформу-инвойс, являющуюся согласно пунктов 1.1, 1.3 контракта его неотъемлемой частью, инвойс, оформленный на партию товаров стоимостью 21 835,50 долларов США и упаковочный лист, а также прайс-лист продавца и экспортные декларации, которые отражают стоимость и номенклатуру партии товара о которой договорились стороны, а также содержат сведения об ассортименте поставляемого товара, его количестве, цене и условию поставки, что соответствует условиям внешнеторговой сделки.

Данные коммерческие документы имелись в распоряжении таможни в ходе таможенного контроля таможенной стоимости партии товаров по спорной ДТ, в том числе, с переводом на русский и подтверждали цену сделки, содержал сведения о наименовании, количестве и фиксированной цене товара, согласованных между сторонами внешнеэкономической сделки.

Вместе с этим, представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют об исполнении продавцом по контракту принятых обязательств и отсутствии каких-либо замечаний по их исполнению со стороны общества.

При поступлении партии товара в адрес декларанта у контрагентов не возникло претензий друг к другу по выставленному счету-фактуре (инвойсу), а также пункту доставки партии товара.

Указанная обществом в графе 22 спорной ДТ стоимость товара совпадает с ценой, указанной в инвойсе от 30.08.2019 № HJ19M-22RU, и, как следствие, с ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате продавцу.

Кроме того, в распоряжении таможни имелись заявления на перевод от 09.07.2019 № 36 и от 11.09.2019 № 52, в которых в соответствующих графах имеются сведения о внешнеторговом контракте, паспорте сделки, проформе-инвойсе № VL19HJ175, реквизитах сторон сделки и ведомость банковского контроля, выписки с банковского лицевого счета.

В ходе проведения дополнительной проверки таможенной стоимости декларантом таможне представлены письменные пояснения о том, что проформа-инвойс является предварительным документом, согласовывающим объем и сумму приобретаемого товара, тогда как окончательный объем поставки и сумма 21 835, 50 долларов США за фактически отгруженный товар указана продавцом в инвойсе от 30.08.2019 № HJ19M-22RU, также подписанным сторонами, пояснив, что товара было отгружено меньше, чем согласовано в проформе-инвойсе от 04.07.2019 № VL19HJ175 на сумму 22 832 долларов США и соответственно стоимость товара в инвойсе указана меньше, чем аналогичные сведения в проформе-инвойсе.

Также декларантом таможне были представлены пояснения по порядку взаиморасчетов с продавцом по рассматриваемой поставке посредством заявлений на перевод от 09.07.2019 № 36 и от 11.09.2019 № 52, учитывая согласованный в проформе-инвойсе от 04.07.2019 № VL19HJ175 сторонами порядок взаиморасчетов в виде авансовых платежей в размере 20 % от суммы проформы-инвойса и сроков дальнейшей оплаты 80 % от стоимости.

Как следует из материалов дела, в распоряжении таможни имелись ведомость банковского контроля, паспорт сделки и банковские выписки по счету, тем самым у таможенного органа не должно было возникнуть сомнений в действительности сделки, так как для открытия валютного контроля в отношении внешнеэкономической сделки в банк обслуживания предоставляется контракт со всеми реквизитами, в том числе с подписями и печатями сторон (пункт 2.5. Инструкции Банка России от 16.08.2017 № 181-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления».)

Указания таможни в оспариваемом решении на предоставление декларантом только копии контракта и дополнительного соглашения от 13.11.2018 № 1, при этом в разделе 5 ведомости банковского контроля указаны реквизиты дополнительного соглашения к контракту от 18.07.2019 № 2, который не был представлен таможне и данные обстоятельства свидетельствуют о неисполнении в полной мере требований таможенного органа о предоставлении оригиналов всех коммерческих документов, судом отклоняется.

Как следует из материалов дела, сторонами внешнеторговой сделки заключено дополнение от 05.07.2019 № 2, которым стороны изложили пункт 2.5 контракта в следующей редакции: общая стоимость контракта составляет 2 млн. долларов. Данные обстоятельства явились основанием для внесения 18.07.2019 в ведомость банковского контроля изменений.

Таможенный орган ни в оспариваемом решении, ни в судебном заседании не обосновал, каким образом не предоставление декларантом в ходе таможенного контроля таможенной стоимости по спорной ДТ дополнительного соглашения от 05.07.2019 № 2, в котором стороны внесли изменения в общую стоимость контракта, препятствовало установить цену рассматриваемой поставки по спорной ДТ и заявленную декларантом таможенную стоимость.

Так в соответствии с пунктом 5 статьи 340 ТК ЕАЭС, запрошенные таможенными органами документы представляются в виде оригиналов или их копий, в том числе бумажных копий электронных документов, если международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования не установлено обязательное представление оригиналов документов.

На основании пункта 8 статьи 340 ТК ЕАЭС, для проведения таможенного контроля таможенные органы вправе получать в соответствии с законодательством государств-членов от банков и небанковских кредитных (кредитно-финансовых) организаций и организаций, осуществляющих отдельные виды банковских операций, документы и (или) сведения о денежных операциях по осуществляемым сделкам.

По требованию таможенного органа в соответствии с положениями пункта 2 статьи 337 ТК ЕАЭС банки, небанковские кредитные (кредитно-финансовые) организации и организации, осуществляющие отдельные виды банковских операций, государств-членов представляют документы и сведения о наличии и номерах банковских счетов организаций и индивидуальных предпринимателей государств-членов, а также необходимые для проведения таможенной проверки документы и сведения, касающиеся движения денежных средств по счетам таких организаций и индивидуальных предпринимателей, в том числе содержащие банковскую тайну в соответствии с законодательством государств-членов.

Таким образом, таможенный орган не был лишен самостоятельно проверить оплату товара по спорной ДТ путем направления запроса в банк, однако таким правом не воспользовался.

Кроме того, таможенный орган дополнительно мог запросить у декларанта информацию по возникшим вопросам по результатам исследования предоставленных в ходе таможенного контроля коммерческих и иных товаросопроводительных документов.

Исходя из установленных обстоятельств по делу, суд приходит к выводу, что из содержания представленных таможне и в материалы дела коммерческих документов следует, какой товар, по какой цене и на каких условиях ввезен на таможенную территорию ЕАЭС.

Учитывая имеющиеся в распоряжении таможни документы и пояснения декларанта, указание таможни в оспариваемом решении о различных сведениях о стоимости единицы измерения товаров и общей стоимости партии товаров в представленных декларантом проформе-инвойсе и инвойсе, как 22 832 долларов США и 21 835,50 долларов США соответственно, судом не принимаются, поскольку доказательств того, что фактически к таможенному оформлению предъявлен товар, отличный по количеству и ассортименту от указанного в коммерческих и товаросопроводительных документах, в материалах дела отсутствуют.

Также судом отклоняется ссылка таможни в оспариваемом решении о том, что проформа-инвойс и инвойс не содержат сведений о производителе товаров, тогда как из пояснений декларанта следует, что цена товара может отличаться в зависимости от производителя товаров, времени и района вылова продукции, размерного ряда, способа расфасовки и объеме приобретаемой продукции. Таможенным органом не представлено обоснованных пояснений о том, как данные обстоятельства повлияли на заявленную декларантом таможенную стоимость партии товаров по спорной ДТ, принимая во внимание, что ее поставка осуществлялась на основании заключенной обществом внешнеторговой сделки с инопартнером, не являющимся производителем товаров.

При этом, исходя из предмета внешнеторгового договора, сведения о производители товаров не являются ценообразующими и обязательными условиями для согласования партии товаров, принимая во внимание, что согласно пункта 1.1 контракта продавец продает, а покупатель покупает рыбу и морепродукты мороженные в количестве и ассортименте, по ценам, указанным в проформе-инвойсе, оформляемом на каждую отгрузку товара. В пункте 1.2 контракта сторонами согласовано, что производитель и поставщик товара будут указаны в проформе-инвойсе или инвойсе.

Согласно инвойса от 30.08.2019 № HJ19M-22RU сведения о продавце по внешнеторговому контракту и грузоотправителе RIZHAO HAIJU FOOD CO., LTD товаров в документе имеются. Информация о грузоотправителе RIZHAO HAIJU FOOD CO., LTD также имеется в упаковочном листе, оформленном к инвойсу.

Как следует из материалов дела, поставка товаров осуществляется на условиях, указанных в проформе-инвойсе и инвойсе (пункт 1.1, 3.3, 4.1), что и было сделано сторонами сделки.

Положения контракта, проформы-инвойса, инвойса подтверждали цену сделки, содержали сведения о наименовании, количестве и фиксированной цене товара, согласованных между сторонами внешнеэкономической сделки. Доказательств недостоверности указанных документов либо заявленных в них сведений таможней суду не представлено.

Таким образом, из содержания представленных коммерческих документов следует, какой товар, по какой цене и на каких условиях ввезен на таможенную территорию ЕАЭС.

Кроме того в распоряжении таможни в ходе таможенного контроля также имелись экспортные декларации, сведения которых о наименовании, количестве, цене, общей стоимости товаров, номере контейнера, количестве мест, полностью соответствуют представленным коммерческим документам и сведениям, заявленным в спорной ДТ, что позволяет идентифицировать спорную поставку и соотнести данные документы с рассматриваемой спорной ДТ.

Указание таможни в оспариваемом решении на содержание представленного декларантом прайс-листа от 03.07.2019, в котором цена за единицу измерения товара отличается от аналогичных сведений, указанных в проформе-инвойсе, что не позволило сопоставить предоставленные документы друг с другом, судом не принимаются, поскольку существенные условия поставки партии товаров по спорной ДТ не подлежали согласованию в прайс-листе продавца.

Сомнения таможни в содержащихся в прайс-листе продавца сведениях не подкреплены никакими объективными доказательствами.

Судом отмечается, что прайс-лист представляет собой лишь коммерческое предложение от фирмы-продавца/изготовителя. Информация прайс-листа может являться лишь справочной, либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

При этом, у общества отсутствовали основания требовать от инопартнера представления иного прайс-листа, с учетом требований российской таможни к его оформлению, поскольку это не предусмотрено условиями контракта.

Указание таможни в оспариваемом решении на содержание сведений в части указания денежных единиц в виде юаней КНР в предоставленных декларантом экспортных декларациях с переводом на русский язык, сведения которых отличаются от аналогичных сведений, заявленных в графе 42 спорной ДТ, как доллары США, судом не принимается, учитывая, что во всех коммерческих документах согласована цена партии товара в долларах США во исполнение пункта 1.2 контракта, оплата произведена в долларах США, а также принимая во внимание предоставленные в материалы дела пояснения от ООО «Бюро переводов «Полиглот», которое сообщило, что в переводах экспортных грузовых таможенных декларациях КНР № 425820190000818969, № 425820190000818982 допущены ошибки в наименовании валюты, верным которую просило считать «доллар США».

Ссылки таможни в оспариваемом решении о том, что данные экспортные декларации содержат указания на проформу-инвойс № VL19HJ175, сведения в которой не соответствуют сведениям о количестве и цене товаров, заявленных в спорной ДТ, судом отклоняется, с учетом фактических взаимоотношений сторон внешнеэкономической сделки, которые на основании положений пункта 3 статьи 438, пункта 3 статья 434 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствуют о согласовании всех существенных условий договора купли-продажи (наименование и количество товара), а также подтверждают заявленную стоимость товара. Товар фактически передан от продавца покупателю, что подтверждается коносаментами и товарной накладной; во всех коммерческих документах отражена одинаковая цена партии товара.

Между тем, таможенный орган, имея сомнения в подлинности предоставленного ему декларантом документа и изложенных в нем сведений, не был лишен возможности в силу своих полномочий и на основании Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве и взаимной помощи в таможенных делах от 03.09.1994 самостоятельно направить соответствующий запрос в компетентные органы иностранного государства, где оформлялись экспортные декларации в отношении партии товаров по спорной ДТ с целью подтверждения или опровержения изложенных в них сведениях.

Доказательства проведенных таможней мероприятий, направленных на выяснения обстоятельств, на которые она ссылается в оспариваемом решении, в материалы дела не представлено.

Фактическое исполнение обязанностей продавца по отгрузке товара в адрес общества, и исполнение покупателем обязанностей по приемки товара и по его оплате, считается принятием условий сторон договора.

Учитывая установленные обстоятельства по делу, судом отклоняется указание таможни в оспариваемом решении о не предоставлении декларантом сведений об особенностях формирования цены товаров того или иного производителя, что не позволило произвести сравнительный анализ заявленных сведений с имеющейся в таможенном органе ценовой информацией, поскольку в ходе таможенного контроля декларант предоставил пояснения, что скидок ему продавцом не предоставлялось под каким-либо условием, указав, что у него нет возможности предоставить запрашиваемые аналитические сведения, поскольку такими не располагает, и не имеет аналитического отдела для ведения указанного мониторинга.

Принимая во внимание, что в соответствии с условиями контракта продавец поставил в адрес общества товар долларов США, а последний его оплатил, у суда отсутствуют основания считать, что стороны внешнеэкономической сделки не достигли условий о наименовании, количестве и стоимости поставляемого товара по спорной ДТ.

Реальность совершенной хозяйственной операции таможенным органом не оспаривается, недостоверность декларирования товара заявителю не вменяется.

С учетом изложенного, представленные декларантом таможне документы (в совокупности) выражают содержание сделки, содержат ценовую информацию, относящуюся к количественно определенным характеристикам товара, информацию об условиях поставки и оплаты за товары.

Доказательств недостоверности указанных документов либо заявленных в них сведений, наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможенным органом вопреки части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Таким образом, таможня не доказала отсутствие в представленных заявителем при декларировании товара документах сведений, необходимых для определения таможенной стоимости по избранному им методу, а также не указала, какими именно признаками неточности и недостоверности обладают представленные декларантом для таможенного оформления документы и сведения.

Утверждение таможенного органа в оспариваемом решении, положенное в одно из оснований для его принятия, о том, что по итогам сравнительного анализа были выявлены значительные расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа, полученными с использованием системы управления рисками, не может быть принят судом во внимание, поскольку эти данные не являются нормативными правовыми актами, регулирующими порядок определения таможенной стоимости.

Суд учитывает также, что информация, содержащаяся в базах данных ДТ (в том числе, ИСС «Малахит», ИАС «Мониторинг-Анализ»), носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по установленным таможенным законодательством методам.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Кроме того, как следует из указания таможни в оспариваемом решении о том, что с помощью использования ИСС «Малахит» выявлены отклонения по товарам в меньшую сторону заявленного ИТС долл. США за килограмм от среднего ИТС долл. США за килограмм по наименованию товара по РТУ и ФТС, а также о том, что анализ базы данных ИАС «Мониторинг-Анализ» показал, что однородные товары по ФТС России по доказанной стоимости сделки задекларированы выше, чем в спорной ДТ, судом не принимается, поскольку данное отклонение было объяснено декларантом путем представления документов об оплате товаров по стоимости, согласованной сторонами внешнеторговой сделки, и посредством представления прайс-листа продавца и экспортных деклараций, содержащих сведения о стоимости товара за единицу, которые идентичны сведениям, отраженным в проформе-инвойсе и инвойсе.

При этом, на формирование рыночной цены может оказывать влияние система факторов, в том числе: технические, функциональные и качественные характеристики товара, коммерческие условия сделки, налоги страны импорта, и прочие. Эти причины могут привести к объективным расхождениям в уровне цен на один и тот же товар.

Таким образом, довод таможенного органа о том, что заявленная обществом таможенная стоимость товара имеет низкий уровень, согласно ценовой информации, имеющейся в базе данных таможенных органов, не может рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки и служить основанием для внесения изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

В то же время материалами дела наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

При таких обстоятельствах различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

В качестве основы для корректировки таможенной стоимости товара, заявленного в спорной ДТ, таможней использована ценовая информация из деклараций на товары, иных участников внешнеэкономической деятельности.

Также таможенным органом не представлены доказательства того, что ценовая информация сопоставима с конкретными условиями совершенной обществом сделки, а также не доказано, что используемая им информация подтверждает ценовую информацию, сложившуюся на рынке, согласно коммерческим условиям, сопоставимым с условиями контракта, заключенного обществом: характеристики спорного товара и условия поставки, отличны от содержащихся в ценовой информации (не указан объем ввезенного товара, разовая поставка (по обычаям делового оборота, разовая покупка всегда дороже чем покупка оптом), различаются условия поставка товара, не доказано, что использованная информация, подтверждает ценовую информацию, сложившуюся на рынке согласно коммерческим условиям, сопоставимым с условиями контракта, заключенного обществом, не совпадают товарные знаки, модели и марки товаров).

При таких обстоятельствах, сведения об отдельно взятой декларации не могут служить основанием для внесения изменений в сведения всех последующих поставок. Действующее законодательство не устанавливает обязанности для экспортеров декларирование товаров по средним ценам. Единственным условием установления таможенной стоимости является наличие количественно определяемой и документально подтвержденной достоверной информации о заявленной таможенной стоимости.

Таким образом, таможенным органом не доказана правомерность использования в качестве источника ценовой информации указанной в спорной ДТ деклараций на товары, оформленных на иную партию товара, иными участниками ВЭД.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что со стороны таможенного органа, осуществившего внесение изменений (дополнений) в сведения об исчисленных таможенных пошлинах, налогах, заявленные в спорной ДТ, не доказаны те факты, обязанность доказывания которых в силу вышеназванных правил распределения бремени доказывания по спорам в рамках контроля таможенной стоимости лежит на таком органе.

Оспариваемое решение повлекло негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для отказа в удовлетворении требования заявителя о признании незаконным решения от 30.11.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/200919/0193478.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Возврат сумм излишне уплаченных (взысканных) платежей во исполнение решения суда производится таможенным органом в порядке, установленном таможенным законодательством (абзац 3 пункт 33 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»).

Принимая во внимание изложенное, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по ДТ № 10702070/200919/0193478, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного решения.

Данный способ восстановления нарушенного права заявителя отвечает требованиям пункта 2 статьи 67 ТК ЕАЭС.

В соответствии с правилами статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате госпошлины по делу суд относит на таможенный орган.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 30.11.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ №10702070/200919/0193478 как не соответствующее Таможенному кодексу ЕАЭС.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Обязать Владивостокскую таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ВЛ-ТРЕЙД» излишне взысканные таможенные платежи, исчисленные по ДТ № 10702070/200919/0193478, окончательный расчет которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «ВЛ-ТРЕЙД» судебные расходы по оплате государственной пошлины 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции через арбитражный суд Приморского края.

Судья Беспалова Н.А.