Постановление от 6 апреля 2026 г. ФАС МО (ФАС Московского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД


МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994,

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Москва

07.04.2026 Дело № А40-2714/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 31.03.2026

Полный текст постановления изготовлен 07.04.2026


Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Зверевой Е.А.

судей Зеньковой Е.Л., Тарасова Н.Н.

при участии в судебном заседании:


-от а/у ФИО1-ФИО2-дов. от 15.11.2025 сроком на 3 года

-от ФИО3-ФИО4-не представлены подлинные документы, подтверждающие полномочия ,не допущен

рассмотрев 31.03.2026 в судебном онлайн-заседании кассационную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2025 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2026

о завершении процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника – ФИО3 и неприменении в отношении должника положений Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от исполнения обязательств,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 22.03.2018 в отношении гражданина-должника ФИО3 введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден Гейм Д.А. Сообщение опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 55 от 31.03.2018.

Финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с ходатайством о завершении процедуры банкротства - реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2025, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2026, завершена реализация имущества ФИО3 и определил- не применять в соответствии с пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве в отношении ФИО3 правила об освобождении от исполнения обязательств.

Не согласившись с судебными актами судов первой и апелляционной инстанций ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты в части неприменения в отношении гражданина-должника ФИО3 правил об освобождении от исполнения обязательств и в отмененной части принять новый судебный акт, которым освободить гражданина-должника ФИО3 от исполнения обязательств, поскольку полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, имеющимся в деле доказательствам, а обжалуемые судебные акты приняты с нарушением норм права.

В кассационной жалобе заявитель приводит доводы о том, что суды неправильно применили пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, поскольку отсутствовали доказательства не передачи должником документов и сведений финансовому управляющему или суду, а выводы суда сделаны без конкретизации


нарушений и ссылок на доказательства, что противоречит принципам доказывания; при этом суды проигнорировали многочисленные доказательства добросовестного поведения должника, включая систематическое раскрытие информации об активах в РФ, на Кипре и в США, передачу корпоративного контроля над иностранными компаниями, активное содействие формированию конкурсной массы и возврату имущества по заявлениям самого должника; апелляционный суд неправомерно вышел за пределы доводов первой инстанции, сослался на определение от 03.06.2019 без учета последующих судебных актов, подтверждающих передачу документов, и не оценил малозначительность предполагаемых нарушений при отсутствии реального ущерба конкурсной массе, тогда как само по себе признание сделки недействительной не является самостоятельным основанием для отказа в освобождении от обязательств.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя поддержал доводы и требования кассационной жалобы, просил удовлетворить, отменив обжалуемые судебные акты по изложенным в ней доводам.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО3, принявший участие в заседании посредством «веб-конференции» (онлайн), к участию в судебном заседании не допущен ввиду отсутствия оригинала доверенности.

Представитель арбитражного управляющего ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы, по мотивам, изложенным в письменном отзыве, который приобщен судебной коллегией к материалам дела, как представленный с соблюдением требований, установленных статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что, согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.


В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителя должника, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В настоящем случае должником не обжалуются судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества гражданина, в связи с чем в силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа проверяет законность судебных актов, правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе - в части не освобождения должника от дальнейшего исполнения требований всех кредиторов.

Отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона о банкротстве, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Как установлено судами, во исполнение требований пункта 8 статьи 213.9 и пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве финансовым управляющим в Арбитражный суд города Москвы направлены отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина, финансовый анализ должника, реестр


требований кредиторов и другие документы, подтверждающие изложенные в отчете сведения.

Из материалов дела следует, что финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния гражданина, по результатам которого сделан вывод об отсутствии средств для расчетов с кредиторами и о невозможности восстановления платежеспособности должника, а также об отсутствии признаков преднамеренного или фиктивного банкротства у должника.

Ввиду отсутствия имущества должника конкурсная масса сформирована не была, в связи с чем, требования кредиторов не погашались.

Завершая процедуру реализации имущества, судами сделан вывод об отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств, поскольку в действиях должника установлены признаки недобросовестности.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для несогласия с выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходя из следующего.

Конституция Российской Федерации (статья 57) и общие положения гражданского законодательства об обязательствах определяют критерии добросовестности гражданина, указывая, что каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы, а при исполнении гражданско-правовых обязательств должен исполнять их надлежащим образом, не допускать одностороннего отказа от исполнения обязательства, учитывать права и законные интересы другой стороны обязательств, оказывать необходимое содействие для достижения цели обязательства и т.п. (пункт 3 статьи 307, статья 309, пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как правило, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

В то же время при определенных обстоятельствах гражданин, не способный удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или)


исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, может быть признан банкротом по решению арбитражного суда (пункт 1 статьи 25 Гражданского кодекса Российской Федерации, параграф 1 главы X Закона о банкротстве) или во внесудебном порядке (параграф 5 главы X Закона о банкротстве).

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28, пункт 1 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

Тем самым гражданин получает возможность выйти законным путем из создавшейся кризисной для него финансовой ситуации, вернуться к нормальной экономической жизни без долгов и фактически начать ее с чистого листа.

Однако, институт банкротства - это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если


усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались.

При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте.

Как указано в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», целью положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами.

Указанная норма направлена на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.


В пунктах 43, 44 того же постановления разъяснено, что обстоятельства, связанные с сокрытием должником необходимых сведений могут быть установлены судом на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части, а совершение должником иных противоправных действий может подтверждаться обстоятельствами, установленными как в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, так и в иных делах.

В данном случае судами установлено, что в процедуре банкротства должник не исполнил обязанности, предусмотренные пунктом 9 статьи 213.9 и статьей 213.25 Закона о банкротстве, в частности, должник не представил финансовому управляющему и арбитражному суду документы, материальные ценности (в том числе банковские карты), имущество, сведения о счетах (согласно акту приема- передачи), а также расписку об ознакомлении с требованиями Закона о банкротстве. Кроме того, должником не раскрыты сведения о составе принадлежащего ему имущества и месте его нахождения, не переданы правоустанавливающие документы на объекты движимого и недвижимого имущества (включая имущество, находящееся в долевой собственности), не сообщены сведения о составе обязательств, о кредиторах, о счетах и вкладах (депозитах), а также иные сведения, имеющие отношение к делу о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, также отметил, что сведения о ключевом активе должника, за счет которого подлежали удовлетворению требования кредиторов - доли в уставном капитале ООО «Катерина Парк» - представлены Федеральной антимонопольной службой Российской Федерации, а не должником.

При этом, суд апелляционной инстанции обоснованно принял во внимание, то обстоятельство, что Федеральная антимонопольная служба Российской Федерации представила в материалы дела сведения о доле должника в Polydom International LTD. Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2019 по тому же делу установлено, что указанные сведения о контроле


должника над иностранными компаниями не были опровергнуты ни должником, ни банком, ни самими иностранными компаниями.

Кроме того, суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что ключевой актив должника - доли участия в ООО «Катерина Парк» был обнаружен и включён в конкурсную массу исключительно благодаря усилиям финансового управляющего.

Сам же должник, со своей стороны, уклонялся от предоставления документов (материалов), которые могли бы способствовать пополнению его конкурсной массы, преследуя цель не допустить обращения взыскания на принадлежащее ему имущество

Указанные обстоятельства позволили судам прийти к выводу о том, что сам по себе факт сокрытия имущества (вне зависимости от размера денежных средств, которые могли быть направлены на погашение требований кредиторов в результате реализации соответствующего имущественного права, а также вне зависимости от наличия обременения в виде залога) является достаточным основанием для отказа должнику в освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Кроме того, суд апелляционной инстанции установил, что определением Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2019 по делу № А40-2714/17 удовлетворено заявление финансового управляющего о признании недействительными сделок должника.

Признаны недействительными договоры купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Катерина Парк» от 21.12.2015, заключенные между ПАО «М2М Прайвет Банк» и компаниями с ограниченной ответственностью «Линтерпуре ЛТД» и «Полидом Интернейшенл ЛТД», принадлежащими должнику. Суд пришел к выводу, что данные сделки совершены с предпочтением и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также установил недобросовестность поведения как самого должника (ФИО3), так и его контрагента.


При этом судом были установлены обстоятельства, свидетельствующие о заключении спорной сделки по отчуждению ликвидного имущества в пользу заинтересованного лица в условиях неисполнения должником существовавших обязательств перед кредиторами, формирования кредиторской задолженности и недостаточности имущества.

Указанные обстоятельства, установленные в рамках обособленного спора по оспариванию сделок должника и применению последствий их недействительности, свидетельствуют об умышленном сокрытии должником своего имущества от кредиторов посредством его отчуждения в пользу заинтересованного лица.

При таких обстоятельствах, суд округа соглашается с выводами судов об отсутствии оснований для применения в отношении должника пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не опровергают правильность выводов судов первой и апелляционной инстанций, по существу, сводятся к необходимости дать иную оценку представленным по делу доказательствам, следовательно, касаются фактической стороны спора, доказательственной базы по делу.

Доводы кассационной жалобы о том, что суд апелляционной инстанции неправомерно вышел за пределы доводов первой инстанции и заявления управляющего, а также неправомерно сослался на определение от 03.06.2019 без учета последующих судебных актов, подтверждающих передачу документов, отклоняется судом кассационной инстанции, поскольку суд апелляционной инстанции в силу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не связан доводами жалобы и вправе проверить законность судебного акта в полном объеме. Ссылка на вступившее в законную силу определение от 03.06.2019, имеющее преюдициальное значение (часть 2 стати 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), правомерна. Наличие последующих судебных актов о передаче документов не опровергает установленный факт недействительности сделок и


недобросовестного поведения должника на момент их совершения, в связи с чем не влияет на законность обжалуемых судебных актов.

Доводы кассационной жалобы были проверены судебной коллегией Арбитражного суда Московского округа и не являются основанием для отмены судебных актов, вынесенных при правильном применении норм материального и процессуального права.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2025 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2026 по делу № А40-2714/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.А. Зверева Судьи Е.Л. Зенькова

Н.Н. Тарасов