Решение от 1 октября 2019 г. по делу № А62-6678/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СМОЛЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

улица Большая Советская, д. 30/11, г. Смоленск, 214001

http:// www.smolensk.arbitr.ru; e-mail: info@smolensk.arbitr.ru

тел.8(4812)24-47-71; 24-47-72; факс 8(4812)61-04-16

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

город Смоленск

01.10.2019 Дело № А62-6678/2019

Резолютивная часть решения объявлена 24.09.2019

Полный текст решения изготовлен 01.10.2019

Арбитражный суд Смоленской области в составе судьи Лазарева М.Е., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Котляровой О.Ю.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

сельскохозяйственного производственного кооператива "Заря" (ОГРН <***>; ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 312672702700020; ИНН <***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – акционерное общество «Россельхозбанк» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании убытков,

при участии в судебном заседании:

от истца: Серебро Е.Л., решение Арбитражного суда Смоленской области от 18.08.2017, определение Арбитражного суда Смоленской области от 01.07.2019, паспорт;

от ответчика: представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО2, представитель по доверенности от 18.05.2017;

УСТАНОВИЛ:

сельскохозяйственный производственный кооператив «Заря», в лице конкурсного управляющего Серебро Е.Л., обратился в Арбитражный суд Смоленской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании убытков в размере 469 004 руб. 62 коп., вызванных ненадлежащим исполнением обязательств по договору ответственного хранения № 2205/15 от 22 мая 2015 года.

В обоснование требований истец указал, что в соответствии с договором ответственного хранения № 2205/15 от 22 мая 2015 года передал на хранение ответчику крупный рогатый скот в количестве 137 голов. В период хранения с 04.03.2019 по 13.05.2019, установлено выбытие 13 единиц крупного рогатого скота, совокупной стоимостью 469 004 руб. 62 коп. в результате ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по договору ответственного хранения. В претензионном порядке спор не урегулирован – требования претензии оставлены ответчиком без удовлетворения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк».

Представитель истца в судебном заседании заявленные исковые требований поддержала в полном объёме.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине, о времени и месте рассмотрения спора извещён своевременно и надлежащим образом. В представленном в материалы дела отзыве на исковое заявление ответчик заявленные исковые требования не признал, мотивировав убыль крупного рогатого скота естественными причинами – старением, наличием заболеваний. В удовлетворении заявленных исковых требований просит отказать в полном объёме. Заявил ходатайство о рассмотрении спора в своё отсутствие.

Представитель привлечённого к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебном заседании поддержала доводы представленного в материалы дела отзыва на исковое заявление (т. 1 л.д.164-166), считает заявленные исковые требования подлежащими удовлетворению.

Неявка представителя ответчика в судебное заседание не препятствует рассмотрению спора по существу, а также оценке судом представленных в материалы дела доказательств.

При таких обстоятельствах суд полагает возможным в соответствии со статьями 131 и 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Суд ознакомился с представленными доказательствами, пояснениями специалистов Главного управления ветеринарии Смоленской области, исследовал их в порядке, установленном статьей 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела документы, приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 22.05.2015 между ИП ФИО1 (хранитель) и СПК «Заря» (поклажедатель) заключен договор ответственного хранения № 2205/15, по условиям которого хранитель принял на ответственное хранение крупный рогатый скот в количестве 137 голов и обязался обеспечить их сохранность, возвратить его в надлежащем состоянии и нести ответственность за его утрату, недостачу или повреждение.

В свою очередь, поклажедатель обязался взять свое имущество обратно по истечению срока ответственного хранения, установленного договором.

Перечень передаваемого на ответственное хранение имущества изложен в приложении № 1 к Договору, являющемуся неотъемлемой частью Договора. Хранение осуществляется по адресу: Смоленская область, Ярцевский район, деревня Капыревщина, территория Крестьянского (Фермерского) хозяйства ФИО1

Срок хранения имущества установлен в пункте 2 договора на три года.

Согласно пункту 7.1 договора, договор вступает в силу с 22 мая 2015 года и действует до 22 мая 2018 года и автоматически продлевается на следующий год, если ни одна из сторон не заявит о своем намерении прекратить его не позднее, чем за месяц до истечения срока действия договора.

Доказательств уведомления о расторжении Договора после 22 мая 2018 года в материалы дела не представлено, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что договор был пролонгирован до 22.05.2019, а затем до 22.05.2020.

По условиям п. 6.1 договора, хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение имущества, принятого на хранение, независимо от вины, если не докажет, что надлежащее исполнение обязательств по хранению оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы. Не преодолимой силой является, в том числе, эпидемия, предписания государственных органов о принудительной сдаче скота, падеж, вынужденный убой.

СПК «Заря» передало ИП ФИО1, а хранитель принял на хранение крупный рогатый скот в количестве 137 голов общим весом 64206 кг.

При этом, как установлено судом, сторонам известно, что переданный по договору скот является носителем вируса лейкоза (РИД положительный).

Переданный на ответственное хранение скот находится в залоге у АО «Росельхозбанк» по договору залога № 124313/0021 от 27.03.2012.

Ссылаясь на неисполнение ответчиком обязанности по возврату переданного на хранение имущества в количестве 13 голов КРС, а также установленный факт утраты 13 голов крупного рогатого скота, кооператив обратился в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании убытков в размере 469 004 руб. 62 коп.

Рассматривая заявленные исковые требования, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пунктах 1, 2, 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7) разъяснено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (пункт 12 постановления Пленума № 25).

Обосновывая противоправность действий ответчика истец сослался на то, что в период ответственного хранения хранителем утрачено 13 голов крупного рогатого скота на сумму 469 004 руб. 62 коп., в подтверждение чего в материалы дела представлены акты на выбытие животных и птиц № 56-68 (т. 1 л.д.53-65).

Согласно пункту 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 891 Гражданского кодекса Российской Федерации, хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи.

При отсутствии в договоре условий о таких мерах или неполноте этих условий хранитель должен принять для сохранения вещи также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства, в том числе свойствам переданной на хранение вещи, если только необходимость принятия этих мер не исключена договором.

В силу пункта 1 статьи 900 Гражданского кодекса Российской Федерации, хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890).

Вещь должна быть возвращена хранителем в том состоянии, в каком она была принята на хранение, с учетом ее естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие ее естественных свойств (пункт 2 статьи 900 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 901 Гражданского кодекса Российской Федерации, хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом или договором хранения не предусмотрено иное (пункт 1 статьи 902 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к обстоятельствам настоящего дела, учитывая, что судом установлено отсутствие имущества у хранителя, именно последний должен был раскрыть обстоятельства, при которых произошла утрата имущества, и опровергнуть свою вину.

Возражая против удовлетворения требований о взыскании убытков, ответчик сослался на то, что утрата скота вызвана действием непреодолимой силы.

Как отмечено ранее, согласно пункту 6.1 договора, хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение имущества, принятого на хранение, независимом от вины, если докажет что ненадлежащее исполнение обязательств по хранению оказалось невозможным следствием непреодолимой силы. Непреодолимой силой является, в том числе эпидемия, предписания государственных органов о принудительной сдаче скота, падеж, вынужденный убой. Сторонам известно, что переданный по договору скот является носителем вируса лейкоза (РИД положительный).

Согласно актам на выбытие животных и птиц, причиной выбытия 13 голов крупного рогатого скота является падёж (акт № 56), в связи с остановкой сердца (акты № 57-68).

В судебном заседании заслушаны пояснения специалистов Главного управления ветеринарии Смоленской области, ветеринарных врачей ФИО3, ФИО4 установлено, что причины постановки диагноза, указанного в актах на выбытие животных – остановка сердца, являются следствием различных причин, в том числе заболеваний, возраста животных. При этом отметили, что животные, реагирующие на вирус лейкоза (РИД положительные), не считаются больными, сведений о наличии в хозяйстве предпринимателя животных, больных лейкозом, в ветеринарную службу Смоленской области не поступало.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами истцом на ответственное хранение ответчику передан крупный рогатый скот в количестве 137 голов общим весом 64206 кг с указанием кличек животных и в силу статьи 890 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчик обязан возвратить обусловленное сторонами количество животных того же рода и качества и наименования.

При составлении акта передачи недостатков по качеству, состоянию и иным характеристика имущества не имелось.

Доказательств того, что хранитель извещал поклажедателя о наличии форс-мажорных обстоятельствах (заболевание или гибель скота), в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Также ответчиком не представлены доказательства принятия мер для надлежащего исполнения обязательства, с той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, в том числе осуществления ежедневного осмотра ветеринарным врачом крупного рогатого скота, осуществления лечения (при необходимости), выполнения постоянных осмотров крупного рогатого скота и локального лечения, в подтверждение доводов, изложенных в отзыве на исковое заявление.

При заключении договора хранения от 22.05.2015 ответчик осознавал (не мог не сознавать) наличие на его стороне обязанности в последующем возвратить принятое имущество; каких-либо условий, позволяющих ответчику добросовестно полагать, что принятое им имущество в будущем не будет истребовано поклажедателем и перейдет в собственность хранителя, в договоре не имеется, а потому при должной степени заботы и осмотрительности хранитель имел возможность принять необходимые меры по идентификации принимаемого на содержание имущества, а также обязан был обеспечить его сохранность.

Исследовав доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения хранителя к ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств по договору хранения и взысканию реально понесенных поклажедателем убытков (в виде стоимости утраченного имущества.

Доказательства того факта, что крупный рогатый скот был передан кооперативом на хранение в ненадлежащем состоянии, а также – соблюдения хранителем всех требований по надлежащему содержанию животных, в материалах дела отсутствуют, как отсутствуют и доказательства наличия вины кооператива в падеже крупного рогатого скота.

Размер ущерба определен истцом исходя из веса животных, зафиксированного в перечне скота, передаваемого на хранение и рыночной стоимости одного килограмма животного (крупного рогатого скота), определенного на основании отчета № 24-17 от 28.11.2017, составленного ООО «Верита» (т. 1 л.д.66-135).

Указанный размер предпринимателем по правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не оспорен.

Поскольку ответчик, как хранитель по договору хранения не исполнил обязательства по возврату крупного рогатого скота в количестве 13 голов, доказательств обоснованности собственных действий не представил, заявленные истцом, как поклажедателем, требования подлежат судебной защите на основании статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, судом рассмотрены и отклонены доводы ответчика о том, что его вина в выбытии спорного имущества отсутствует и выбытие скота вызвано действием непреодолимой силы.

В силу пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Таким образом, стороны в договоре установили, что ответственность хранителя за недостачу имущества, переданного на хранение, наступает независимо от вины, если не докажет, что надлежащее исполнение обязательств по хранению оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы.

В соответствии с частью 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно части 2 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании договора принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

К непреодолимой силе, освобождающей хранителя от ответственности пунктом 6.1 договора отнесены, в том числе, эпидемия, предписания государственных органов о принудительной сдаче скота, падеж, вынужденный убой.

Следовательно, при выбытии животных в результате эпидемии, предписаний государственных органов о принудительной сдаче скота, падежа, вынужденного убоя, хранитель несет перед поклажедателем ответственность за сохранность переданного на хранение имущества на общих основаниях – при наличии вины.

Во всех представленных в материалы дела актах на выбытие животных в качестве причины выбытия указан «падеж».

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником. Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например обстоятельств непреодолимой силы (пункты 2 и 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, ответчик обязан доказать свою невиновность в выбытии животных.

Сами по себе акты на выбытие животных, содержащие общие сведения о причинах выбытия животных не являются доказательством отсутствия вины ответчика в неисполнении обязательства по договору.

С учётом изложенного, арбитражный суд приходит к недоказанности ответчиком принятия мер для надлежащего исполнения обязательств, в связи с чем заявленные исковые требования подлежат удовлетворению.

Разрешая вопрос распределения судебных расходов по оплате государственной пошлины, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

С учетом положений пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, при цене иска 469 004 руб. 62 коп. подлежит оплате государственная пошлина в размере 12 380 руб.

Как следует из материалов дела, при обращении истца с исковым заявлением, определением Арбитражного суда Смоленской области от 15.07.2019 сельскохозяйственному производственному кооперативу "Заря" предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения искового заявления по существу, но не боле, чем на один год.

На основании изложенного, государственная пошлина в размере 12 380 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 312672702700020; ИНН <***>) в пользу сельскохозяйственного производственного кооператива "Заря" (ОГРН <***>; ИНН <***>) 469 004 руб. 62 коп. в возмещение убытков.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 312672702700020; ИНН <***>) в доход федерального бюджета 12 380 руб. государственной пошлины.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Лица, участвующие в деле, вправе обжаловать настоящее решение суда в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию – Двадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Тула), в течение двух месяцев после вступления решения суда в законную силу в кассационную инстанцию – Арбитражный суд Центрального округа (г. Калуга) при условии, что решение суда было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Смоленской области.

Судья М.Е. Лазарев