Постановление от 31 октября 2024 г. по делу № А65-12826/2024

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда

Дело № А65-12826/2024
г. Самара
31 октября 2024 года
11АП-14018/2024



Резолютивная часть постановления оглашена 22 октября 2024 года

В полном объеме постановление изготовлено 31 октября 2024 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Митиной Е.А.,

судей Копункина В.А., Романенко С.Ш.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кистановой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО "Камсар-Трейд" на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 июля 2024 года по делу № А65-12826/2024 (судья Артемьева Ю.В.), по иску индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Ростов-на-Дону (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "Камсар-Трейд", Сабинский р-н, с. Шемордан (ОГРН <***>, ИНН <***>),

о взыскании 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,



УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1, г.Пермь (далее - истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Камсар-Трейд", Сабинский р-н, с. Шемордан (далее - ответчик) о взыскании 50 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак: №359303, 180 руб. стоимости товара, 196 руб. почтовых расходов, 16 000 руб. расходов на фиксацию правонарушения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.05.2024 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

В ходе рассмотрения дела истцом было заявлено об увеличении исковых требований, согласно которым истец просил взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 92 857 руб.

Определением суда от 17.05.2024 было принято уточнение исковых требований до 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303.

Определением от 24.06.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 июля 2024 года иск удовлетворен; с Общества с ограниченной ответственностью "Камсар-Трейд" в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 взыскано 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303, 180 руб. стоимости товара, 196 руб. почтовых расходов, 2 000 руб. государственной пошлины; с Общества с ограниченной ответственностью "Камсар-Трейд" в доход федерального бюджета взыскано 1 714 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО "Камсар-Трейд" обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель ссылается на то, что ответчик является добросовестным приобретателем товара; выражает несогласие с размером компенсации за нарушение исключительных прав.

Одновременно с подачей апелляционной жалобы заявитель ходатайствует о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств: копии договора поставки от 22.01.2022 г.; копии товарной накладной № 3 от 22.01.2022 г., обосновывая ходатайство невозможность участия представителя ответчика в судебном заседании по объективным причинам, в подтверждение чего представил суду копию служебного задания о направлении представителя в Арбитражный суд РТ; копию объяснительной записки юрисконсульта; копию свидетельства о рождении; копию выписки об осмотре в приемном отделении ГАУЗ «ДРКБ» от 15.07.2024 г; копию выписки из истории болезни ГАУЗ «РКИБ имени Агафонова» от 17.07.2024г.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

От ответчика поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьями 123 и 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный апелляционный суд рассмотрел дело в отсутствие лиц, участвующих в деле.

В соответствии с ч. 2 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" разъяснено, что поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

Указанные ответчиком в обоснование ходатайства о принятии дополнительных доказательств причины не могут быть признаны уважительными, поскольку невозможность участия представителя ответчика в судебном заседании сама по себе не свидетельствует об отсутствии у заявителя объективных препятствий для представления доказательств суду.

С учетом изложенного, судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства ответчика о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из нижеследующего.

Как следует из материалов дела и установлено арбитражным судом первой инстанции, истцу принадлежат исключительные права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации №359303, зарегистрированный в отношении товаров, в том числе, указанных в 8 классе Международной классификации товаров и услуг (МКТУ).

Обращаясь в суд, истец ссылался на то, что 06.04.2022 представителем истца у ответчика в торговой точке по адресу: <...> был приобретен товар – щипчики для завивки ресниц, на упаковке которого присутствует обозначение «Kaizer», схожее до степени смешения с товарным знаком истца №359303.

Кроме того, 08.04.2022 представителем истца у ответчика в торговой точке по адресу: <...>, ТЦ "Ананас" был приобретен товар – маникюрный инструмент, на упаковке которого присутствует обозначение «Kaizer», схожее до степени смешения с товарным знаком истца №359303.

В подтверждение факта купли-продажи названного товара истец представил кассовые чеки от 06.04.2022г. на сумму 80 руб., от 08.04.2022г. на сумму 80 руб., на которых имеются сведения о продавце – ответчике, сам приобретенный товар, видеозапись процесса закупки (DVD-диск, фиксирующий процесс приобретения истцом вышеуказанных товаров).

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены исключительные права истца на товарный знак, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием добровольно возместить причинный ущерб в виде компенсации по факту нарушения исключительных прав.

Поскольку ответчик требования претензии не исполнил, истец обратился в суд.

На основании пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ), результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются фирменные наименования; товарные знаки и знаки обслуживания; наименования мест происхождения товаров; коммерческие обозначения.

Согласно п. 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 данного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Исходя из предмета и оснований заявленных требований в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Вопросы о наличии у истца исключительного права и об использовании его ответчиком (нарушении ответчиком исключительного права) являются вопросами факта, которые устанавливаются судом в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 N 305-ЭС16-7224 по делу N А40-26249/2015).

Материалами дела подтверждено наличие у истца исключительных прав на товарный знак №359303.

Согласно п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. N 10 вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак (далее - обычный потребитель), с учетом пункта 162 настоящего постановления.

В соответствии с пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Сравниваемые обозначения на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика, и товарный знак истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к верному выводу о реализации ответчиком контрафактного товара, на упаковке которого имеется обозначение, тождественное товарному знаку истца.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Из материалов дела не следует, что истец передавал ответчику право на использование товарного знака.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на указанный товарный знак.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными названным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В пункте 3 статьи 1252 ГК РФ указано, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

При этом согласно п. 4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, пункт 59 Постановления N 10).

Истец просил взыскать компенсацию за нарушение прав на товарный знак в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Суд первой инстанции, определяя размер компенсации, исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 61 Постановления № 10 истец, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный истцом размер компенсации по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленной суммы компенсации истец представил лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от 06.04.2021, по условиям которого истец (лицензиар) предоставляет ООО Торговый дом "КЬЮТ-КЬЮТ" право использовать товарный знак № 359303 в отношении товаров и услуг по семи классам МКТУ путем его размещения 4 способами.

В силу пунктов 2.1, 2.4 лицензионного договора от 06.04.2021 за использование товарного знака подлежит уплате разовый паушальный платеж - 1 000 000 рублей, и последующие ежемесячные платежи в форме роялти в размере 300 000 рублей.

Указанный лицензионный договор является действующим, заключен в соответствии с требованиями закона. Во исполнение пункта 2 статьи 1235 ГК РФ указанный договор зарегистрирован в установленном порядке.

Исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по договору неисключительной лицензии от 06.04.2021, размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303 истцом рассчитан следующим образом: (1 300 000 рублей / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ/ 4 способа применения) x 2 = 92 857 рублей.

Ответчик просил снизить сумму компенсации с использованием иного расчета, исключив из указанной формулы паушальный взнос в размере 1 000 000 руб.

По расчету ответчика размер компенсации должен быть определен следующим образом: (300 000 руб. / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ / 4 способа применения/ 1 мес./ 89 субъектов РФ) x 2 = 240,77 руб.

Суд первой инстанции правильно исходил из того, что в рассматриваемом случае расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что представленный истцом договор недействительным не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа доказательств по делу он не исключен, в связи с чем, может быть принят в качестве надлежащего доказательства в целях расчета компенсации за нарушение исключительных прав.

Относительно того, что расчет осуществлен ответчиком с учетом деления стоимости по лицензионному договору, заключенному в отношении всей территории Российской Федерации, на соответствующее количество субъектов Российской Федерации, суд первой инстанции правильно указал, что поскольку лицензионный договор не предусматривает какие-либо ограничения и условия использования спорного товарного знака в субъектах РФ, в условиях установленного в РФ единого экономического пространства, свободного передвижения товаров и услуг, производить расчет суммы компенсации, исходя из деления на действие договоров в пределах одного субъекта РФ не обоснованно (постановление Суда по интеллектуальным правам от 18.01.2024г. по делу №А12-29182/2022).

Довод ответчика о том, что разовый паушальный платеж не должен быть включен в размер компенсации, также правомерно был отклонен судом первой инстанции, поскольку в силу п.5 ст.1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

Таким образом, в лицензионном договоре можно одновременно установить как фиксированный разовый лицензионный платеж, так и периодические платежи.

Как правило, паушальный платеж выступает минимальной платой, которую правообладатель получит, даже если лицензиат не будет использовать предоставленный объект интеллектуальных прав и не будет периодических платежей.

Поскольку и паушальный платеж, и периодические платежи составляют стоимость права использования объекта интеллектуальных прав, суд первой инстанции обоснованно указал, что обе суммы подлежат учету при расчете компенсации за нарушение исключительного права на этот объект.

Расчет компенсации исходя из срока использования товарного знака в течение 1 месяца ответчиком не обоснован. Указанный срок использования ответчиком не подтвержден.

Кроме того, судом первой инстанции правомерно принято во внимание, что представленный ответчиком расчет компенсации не соответствует требованиям справедливости, равенства и соблюдения баланса прав и законных интересов сторон, поскольку размер исчисленной ответчиком суммы компенсации не покрывает затраты правообладателя на защиту своего исключительного права, что противоречит пункту 4 статьи 1 ГК РФ, согласно которому никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В апелляционной жалобе заявитель представляет следующий расчет компенсации: 300 000 рублей / 7 классов МКТУ / 13 количество товаров в классе по условиям договора / 4 способа применения)*2 = 1 648,35 руб., с которым суд апелляционной инстанции также не может согласиться.

Ответчик делит стоимость права использования на количество товаров в классе.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 N 310-ЭС20-9768 по делу N А48-7579/2019 отмечена необходимость соотнесения условий лицензионного договора, которым истец обосновывает расчет компенсации, и обстоятельств допущенного ответчиком нарушения, в том числе в части перечня товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам).

В постановлении Суда по интеллектуальным правам от 21.06.2024 по делу № А21-4292/2023 приведена следующая правовая позиция.

"При определении цены, взимаемой при сравнимых обстоятельствах за правомерное использование спорного товарного знака, необходимо также учитывать виды товаров в рамках одного класса МКТУ, поскольку это может оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом правообладателю вознаграждения, однако это не означает, что размер вознаграждения по лицензионному договору должен быть арифметически поделен на количество наименований товаров, указанных в лицензионном договоре.

Заключение лицензионного договора на использование товарного знака в отношении нескольких наименований товаров, входящих в один класс МКТУ, является обычной хозяйственной практикой.

Например, если товарный знак зарегистрирован в отношении товаров 8-го класса МКТУ: кусачки для ногтей; ножницы; пилочки для ногтей, то разумно предположить, что по лицензионному договору будет предоставлено право использования в отношении всей группы указанных товаров (вид товаров: маникюрные инструменты). Соответственно, вознаграждение по такому лицензионному договору будет охватывать всю эту группу товаров.

В такой ситуации, если ответчик будет использовать товарный знак при продаже лишь одного товара, например ножниц, то стоимостью, которая обычно взимается при сравнимых обстоятельствах, будет вознаграждение по лицензионному договору за всю указанную группу товаров, и исходя из этой стоимости будет рассчитываться компенсация.

Если по лицензионному договору предоставлено право использования в отношении товаров одного класса МКТУ, то вознаграждение по такому договору, по общему правилу, составляет стоимость права использования, взимаемую при использовании любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары по этому лицензионному договору относятся к разным видам, поэтому для целей расчета компенсации вознаграждение должно быть снижено".

Таким образом, обязанность доказывания отнесения товаров по лицензионному договору к разным видам возлагается на ответчика, который в рамках настоящего спора таких доказательств не представил.

В соответствии со свидетельством на товарный знак № 359303, правообладателю предоставлено право использования товарного знака, в том числе, в отношении 13 товаров 8 класса МКТУ: инструменты для маникюра; инструменты для педикюра; ножницы для маникюра; ножницы для стрижки волос; пилки для ногтей; электрические пилки для ногтей; пинцеты для эпилирования; устройства для завивки волос (неэлектрические); приборы (электрические и неэлектрические) для полировки ногтей; щипцы для завивки волос; щипцы для удаления ногтей; щипчики для ногтей; щипчики для завивки ресниц.

По условиям анализируемого договора (п. 1.2.) право использования спорного товарного знака предоставлено лицензиату в отношении семи классов МКТУ:

03 - ногти искусственные; ресницы искусственные.

08 - инструменты для маникюра; инструменты для педикюра; ножницы для маникюра; ножницы для стрижки волос; пилки для ногтей; электрические пилки для ногтей; пинцеты для эпилирования; устройства для завивки волос (неэлектрические); приборы (электрические и неэлектрические) для полировки ногтей; щипцы для завивки волос; щипцы для удаления ногтей; щипчики для ногтей; щипчики для завивки ресниц.

11 - аппараты для загара; сушилки воздушные; сушилки для волос.

21 - гребни; изделия щеточные; кисточки для бритья; предметы домашней утвари для косметики; предметы домашней утвари туалетные; принадлежности для снятия грима [неэлектрические]; пудреницы; пуховки для пудры; расчески; расчески электрические; футляры для расчесок; щетки; щеточки для бровей; щеточки для ногтей.

26 - бигуди; зажимы для волос; изделия декоративные для волос; кисти; шапочки для окраски волос; шпильки для волос.

35 - продвижение товаров 03, 08, 11, 21 и 26 классов [для третьих лиц]; услуги снабженческие для третьих лиц [закупка и обеспечение предпринимателей товарами 03, 08, 11, 21 и 26 классов].

44 - маникюр; парикмахерские; салоны красоты.

Ответчиком не доказано, что товары 08 класса МКТУ, указанные в лицензионном договоре, относятся к разным видам.

Таким образом, оснований для расчета компенсации исходя из количества товаров 8 класса МКТУ, в отношении которых истец предоставил лицензиату право использования спорного товарного знака, не имеется.

В настоящем споре ответчиком не представлялись какие-либо доказательства, в том числе иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца.

Примененный истцом алгоритм определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, не противоречит положениям статьи 1515 ГК РФ, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 61 Постановления № 10.

Относительно заявления ответчика об уменьшении размера компенсации судебная коллегия исходит из того, что взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом, исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака возможно в случае, если судом определена иная цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель.

При этом для определения размера стоимости права использования товарного знака суд должен определить (с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле) на что конкретно направлены (если они имеются) доводы ответчика о необходимости взыскания компенсации в меньшем размере, чем заявлено истцом, - на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного по формуле (пункты 1, 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ).

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (пункт 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ), императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться лишь на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права. При определении стоимости права использования спорного товарного знака необходимо учитывать способ его использования нарушителем, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования.

В настоящем деле ответчиком не представлены доказательства, позволяющие прийти к выводу об иной стоимости права использования товарного знака.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил исковые требования в полном объеме, взыскав с ответчика 92 857 рублей.

Довод ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем товара, судебная коллегия не может принять во внимание, поскольку ответчик, являясь профессиональным субъектом предпринимательской деятельности, должен быть осведомлен о свойствах, качественных и иных характеристиках товара, а также о том, что реализация товара с нанесенным на него зарегистрированными товарными знаками осуществляется с ограничениями, предусмотренными законом, в силу чего предприниматель несет риск наступления неблагоприятных последствий, возможных в результате такого рода деятельности.

Понесенные истцом судебные расходы распределены судом первой инстанции правильно, в соответствии с требованиями ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции установлена, исследована и оценена вся совокупность обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора, имеющимся по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы возлагаются на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 июля 2024 года по делу № А65-12826/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО "Камсар-Трейд" - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.


Председательствующий Е.А. Митина


Судьи В.А. Копункин



С.Ш. Романенко