Постановление от 2 марта 2020 г. по делу № А42-9340/2019

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А42-9340/2019
02 марта 2020 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 02 марта 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Пряхиной Ю.В.

судей Масенковой И.В., Семиглазова В.А.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Ш.М. Гасановым,

при участии:

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: представитель В.В. Юдакин по доверенности от 24.12.2019;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-776/2020, 13АП-705/2020) АО «ГМЗ «Химмаш» и АО «Концерн Росэнергоатом» на решение Арбитражного суда Мурманской области от 28.11.2019 по делу № А42-9340/2019 (судья Тарасов А.Е.),


по иску акционерного общества «Группа машиностроительных заводов «Химмаш»

к акционерному обществу «Концерн Росэнергоатом»

о взыскании



установил:

Акционерное общество «Группа машиностроительных заводов «Химмаш» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с иском к Акционерному обществу «Концерн Росэнергоатом» (далее – ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в общей сумме 11325125 руб., возникшего у ответчика в результате необоснованного начисления и удержания, при оплате поставленного товара, неустоек за несвоевременную поставку товара (7938000 руб.) и за несвоевременный возврат аванса (937125 руб.) на основании договора поставки от 31.01.2017 № 17/107/КВ/3558, а также в виде неучтенной при оплате поставленного товара полученной суммы по банковской гарантии (2450000 руб.).

Истец в обоснование исковых требований указал на то, что ответчиком при начислении неустойки за невозврат аванса по договору и за несвоевременную поставку истцом товара необоснованно не были учтены положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как договорная неустойка и проценты являются несоразмерными последствиям нарушенного обязательства.

Также ответчик необоснованно начислил истцу неустойку на всю сумму договора, в то время как поставка оборудования предполагалась в два этапа; начисление неустойки является необоснованным, поскольку нарушений в сроках поставки оборудования истцом вследствие виновных действий самого истца не допущено; нарушение сроков поставки было вызвано действиями самого ответчика и третьих лиц, которые долго не согласовывали истцу технические условия на оборудование по договору; также ответчик необоснованно не учел полученное им по банковской гарантии.

Решением от 28.11.2019 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 4275250 руб. неосновательного обогащения, 30058,92 руб. судебных расходов; в остальной части в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с решением суда, стороны обжаловали его в апелляционном порядке.

Истец в своей апелляционной жалобе решение суда от 28.11.2019 в части отказа в удовлетворении требований просил отменить, принять по делу новый судебный акт, иск удовлетворить. АО «ГМЗ «Химмаш» ссылается на то, что судом первой инстанции необоснованно не применены нормы статей 401, 404, 405, 406 Гражданского кодекса Российской Федерации; в период исполнения договора между истцом и ответчиком велась переписка по обсуждению технических параметров поставляемого оборудования: ответчик требовал соблюдения иных технических параметров, нежели указаны в техническом задании к договору, что в итоге повлекло сдвиг срока поставки; на момент ведения переписки истец не мог знать о том, что техническое задание останется в первоначальном виде, а изготовление оборудования по техническому заданию, содержание которого не определено, недопустимо.

Истец также ссылается на необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайства о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера неустойки.

По мнению истца, суд первой инстанции сделал ошибочный вывод о том, что проценты в сумме 937125 руб. начислены в связи с неисполнением истцом обязательств по возврату аванса.

Ответчик в своей апелляционной жалобе просил решение суда от 28.11.2019 отменить, в удовлетворении требований отказать в полном объеме. АО «Концерн Росэнергоатом» указало на то, что само по себе установление неустойки за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, исходя из общей суммы цены договора, не противоречит статьям 330, 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и соответствует воле сторон; применив контррасчет неустойки истца и фактически, помимо воли сторон договора, изменив условие договора о начислении неустойки за просрочку поставки, суд в решении не указал норму закона, на основании которой он самостоятельно поменял условие договора и снизил неустойку в отсутствие обстоятельств и оснований, предусмотренных статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации; ссылки суда первой инстанции на частичное надлежащее исполнение истцом обязательств не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку истец в установленный договором срок не осуществил поставку ни одной из двух партий продукции (даже частично); выплата по банковской гарантии не может рассматриваться как ответственность истца за неисполнение обязательств по договору.

Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, по результатам открытого конкурса, проведенного в соответствии с требованиями Федерального закона РФ от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) был заключен договор поставки от 31.01.2017 №17/107/КВ/3558 (далее – договор), предметом которого является изготовление и поставка поставщиком кондиционеров (далее – продукция, оборудование) в количестве и ассортименте, по цене и в сроки согласно спецификации №1, спецификации №2 (приложение №1), техническому заданию (приложение №7), являющимися неотъемлемыми частями настоящего договора, приемка и оплата покупателем продукции на условиях и в сроки, определенные настоящим договором; изготовителем продукции, поименованной в спецификации, является АО «ГМЗ «Химмаш».

Цена договора составляет 49000000 руб. (пункт 2.1).

Предмет и сроки поставки продукции согласованы сторонами в Спецификациях №№ 1, 2 к договору, из которых следует:

- Спецификация №1 к договору – поставка кондиционеров промышленных КЦХ-1,5 (2 шт.) и КЦХ-2,0 (2 шт.) на сумму 24500000 руб., срок поставки – 30.05.2017;

- Спецификация №2 к договору – поставка кондиционеров промышленных КЦХ-1,5 (2 шт.) и КЦХ-2,0 (2 шт.) на сумму 24500000 руб., срок поставки – 20.10.2017.

Оплата покупателем стоимости продукции и выполненных работ производится в соответствии с разделом 6 спорного договора.

Пунктом 6.1.1. договора предусмотрен авансовый платеж по договору в размере 15% от цены продукции в сумме 7350000 руб. Окончательная оплата по спорному договору производится в течение 45 календарных дней, с даты подписания грузополучателем акта входного контроля.

Поставщик в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств, в том числе по отдельному этапу, по поставке продукции, по требованию покупателя в срок не позднее 15 календарных дней с даты получения требования покупателя, обязан вернуть на расчетный счет покупателя полученный по договору аванс в полном объеме с начисленными на его сумму процентами в размере 0,05% от суммы аванса за каждый день просрочки поставки, начиная с первого дня просрочки и до дня возврата аванса на расчетный счет покупателя, определяемого по дате списания денежных средств с расчетного счета поставщика (пункт 6.4).

В случае нарушения поставщиком сроков поставки и/или сроков предоставления документации согласно пункту 3.5 договора, поставщик обязан выплатить покупателю неустойку в размере 0,05% от цены договора за каждый день просрочки, начиная с первого дня просрочки и до дня завершения поставки включительно, определяемого по дате подписания грузополучателем акта входного контроля (пункт 9.1).

Суммы штрафных санкций (неустойки, пени, штрафы), предусмотренные разделом 7 договора, могут быть удержаны (зачтены) стороной договора с другой стороны в одностороннем порядке при производстве взаиморасчетов (пункт 9.14).

Перечень и состав поставляемого оборудования по договору согласован сторонами в техническом задании к спорному договору (приложение №7).

Истец в обеспечение обязательства по возврату аванса по договору, предоставил ответчику Банковскую гарантию от 16.02.2017 №331-17/БГ (т. 1, л.д. 50), кроме того, в обеспечение исполнения взятых на себя основных обязательств по договору (включая, но не ограничиваясь, нарушение поставщиком сроков и иных условий поставки, предусмотренных договором), истец предоставил ответчику Банковскую гарантию от 16.02.2017 №332-17/БГ (т. 1, л.д. 52).

В ходе изготовления и поставки оборудования по договору между сторонами велась переписка по вопросу согласования характеристик поставляемого оборудования.

Ответчик, во исполнение условий договора, платежным поручением от31.03.2017 №1074 перечислил истцу аванс по спорному договору в сумме 7350000 руб.

В связи с тем, что продукция по договору была поставлена истцом с нарушением согласованных сторонами сроков поставки, ответчик посчитал просрочку поставки за следующие периоды:

- поставка продукции со сроком поставки 30.05.2017 осуществлена 13.04.2018, что подтверждается соответствующей товарной накладной № 180410/03, следовательно, просрочка составила 318 календарных дней (с 31.05.2017 по 13.04.2018);

- поставка продукции со сроком поставки 20.10.2017 осуществлена 19.04.2018, что подтверждается соответствующей товарной накладной № 180416/01, следовательно, просрочка составила 181 календарный день (с 21.10.2017 по 19.04.2018).

Поскольку первая партия поставки осуществлена в согласованный сторонами срок не была, ответчик направил в адрес истца соответствующую претензию от 20.07.2017 с требованием о поставке товара, уплате неустойки и возврате аванса согласно пункту 6.4. договора.

Так как истец требование ответчика о возврате перечисленного аванса не исполнил, учитывая истечение срока действия банковской гарантии от 16.02.2017 №331-17/БГ, АО «Концерн Росэнергоатом» направило требование от 22.01.2018 №9/Ф05-80/1929 о выплате по ней в банк-гарант (т. 2, л.д. 35).

Банк по требованию ответчика по банковской гарантии от 16.02.2017 № 331-17/БГ платежным поручением от 09.02.2018 № 1925 перечислил 7350000 руб. (т. 2, л.д. 37) в связи с неисполнением истцом обязательств по возврату аванса по договору без начисленных на аванс процентов по пункту 6.4. договора

При этом, на момент исполнения Банком требования о выплате по банковской гарантии от 16.02.2017 № 331-17/БГ поставка продукции истцом осуществлена не была, первая часть продукции поставлена истцом 13.04.2018, то есть после выплаты банком суммы по гарантии на возврат аванса.

С учетом изложенного, ответчик в порядке пункта 6.4 договора определил период для начисления процентов в количестве 255 календарных дней (с 31.05.2017 по 09.02.2018) и начислил проценты за невозврат аванса в размере 937125 руб.

Поскольку продукция по спорному договору в полном объеме поставлена была лишь 19.04.2018, ответчик, полагая наличие просрочки поставки по договору на 324 календарных дня (период с 31.05.2017 по 19.04.2018), в порядке пункта 9.1. договора начислил истцу соответствующую неустойку в сумме 7938000 руб.

Кроме того, в виду наличия просрочки поставки продукции по договору и истечения срока действия банковской гарантии от 16.02.2017 № 332-17/БГ ответчик направил требование от 22.01.2019 № 9/Ф05-80/2069 о выплате по ней в банк-гарант (т. 2, л.д. 32).

Таким образом, сумма обеспечения исполнения договора по указанной гарантии в размере 2450000 руб. была выплачена банком по требованию ответчика платежным поручением от 09.02.2018 №1973 (т. 2, л.д. 34) и в последствии компенсирована истцом Банку, что подтверждается представленным в материалы дела платежным поручением от 14.02.2018 №413 (т. 1, л.д. 113).

С учетом указанных обстоятельств, ответчик уведомлением от 04.10.2018 на основании пункта 9.14. договора и положений статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации уведомил истца о зачете встречных однородных требований и в одностороннем порядке в счет оплаты поставленного оборудования по договору зачел сумму 8875125 руб. (7938000 руб. + 937125 руб.).

Ответчик платежными поручениями от 18.10.2018 перечислил истцу обусловленную цену договора за вычетом зачтенных сумм в общем размере 40124875 руб. (49000000 руб. – 8875125 руб.).

Истец, полагая, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в виде начисленных неустойки и процентов в общей сумме 8875125 руб. и в виде полученной и неучтенной суммы по банковской гарантии в размере 2450000 руб., оплаченной банком в счет просрочки поставки оборудования, направил в адрес ответчик соответствующую претензию об оплате суммы неосновательного обогащения.

Поскольку ответчик в добровольном порядке указанную сумму не оплатил, истец обратился с настоящим иском в суд.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу статьи 506 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Из смысла данной правовой нормы следует, что для взыскания неосновательного обогащения необходимо доказать факт получения ответчиком имущества либо денежных средств без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований и его размер.

В силу пункта 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны. Условием для прекращения обязательства зачетом является факт получения соответствующей стороной заявления о зачете. Предусмотренных статьей 411 ГК РФ случаев недопустимости зачета в данном случае не имеется.

Как разъясняется в пункте 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 65 от 29.12.2001 "Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований", для прекращения обязательства зачетом согласно статье 410 ГК РФ необходимо не только наличие встречных однородных требований, срок исполнения которых наступил, но и заявление о зачете хотя бы от одной из сторон. Для прекращения обязательства зачетом заявление о зачете должно быть получено соответствующей стороной (пункт 4 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 29.12.2001 N 65). Следовательно, волеизъявление стороны должно быть выражено в письменной форме, четко и ясно, зачет по умолчанию действующее гражданское законодательство не допускает.

Вместе с тем, ответчик должен доказать наличие обязательства, на основании которого у него возникло встречное однородное денежное требование к истцу.

С учетом изложенного, а также в силу пункта 9.14. договора, ответчик уведомил истца о зачете встречных требований по начисленным неустойке в сумме 7938000 руб. и процентам в размере 937125 руб., и удержал указанные суммы при окончательном расчете с истцом по оплате поставленного оборудования.

В силу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. Неустойкой (штрафом, пенями) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о необоснованности начисления ответчиком неустойки за просрочку поставки оборудования по договору от цены всего договора.

Ответчик в рамках спорного договора начислил истцу неустойку за просрочку поставки оборудования за период с 31.05.2017 по 19.04.2018 в сумме 7938000 руб., при этом, расчет произведен сплошным периодом от цены договора (49000000 руб.), в то время как в срок до 31.05.2017 (по 30.05.2017) истец должен был поставить первую партию оборудования стоимостью 24500000 руб. (фактически поставленную 13.04.2018) и в срок до 21.10.2017 (по 20.10.2017) вторую партию оборудования стоимостью 24500000 руб. (фактически поставленную 19.04.2018).

Следовательно, исчисление неустойки произведено ответчиком от цены всего договора, а не от стоимости просроченной поставки оборудования и без учета частичной поставки оборудования, то есть, неустойка по существу начислена за просрочку исполнения обязательства, срок исполнения которого не наступил, что является неправомерным. Начисление неустойки за надлежащее выполнение обязательства противоречит смыслу статьи 330 ГК РФ, самостоятельного признания такого условия ничтожным не требуется, а судом первой инстанции обоснованно начисленная сумма неустойки скорректирована, исходя из периода просрочки и размера просроченного обязательства.

Неустойка составляет сумму 6112750 руб., в связи с чем ответчик необоснованно начислил истцу 1825250 руб. неустойки и произвел зачет встречного обязательства на указанную сумму.

Ответчиком в рамках спорного договора была удержана полученная им по банковской гарантии № 332-17/БГ сумма 2450000 руб.

Суд первой инстанции правомерно посчитал указанные действия ответчика необоснованными, в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Согласно пункту 1 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Гарант не вправе выдвигать против требования Бенефициара возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии (пункт 2 статьи 370 ГК РФ).

В настоящем случае, ответчик за просрочку поставки оборудования по спорному договору, помимо применения такого способа обеспечения исполнения обязательства, как начисление неустойки за просрочку поставки, применил и такой способ обеспечения обязательства как получение денежных средств по гарантии.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что за несвоевременную поставку оборудования по договору ответчик дважды получил обеспечение исполнения обязательств по договору, что противоречит действующему законодательству. Ответчику, при производстве зачета встречных однородных требований следовало учесть полученные им от гаранта в обеспечение обязательства денежные суммы, поскольку указанные суммы были затребованы ответчиком у Банка по банковской гарантии в связи с неисполнением истцом взятых на себя по договору обязательств в согласованный сторонами срок.

Поскольку истец компенсировал Банку выплаченную последним ответчику по требованию по банковской гарантии сумму 2450000 руб., соответственно, на стороне ответчика образовалось неосновательное обогащение в указанном размере.

Вопреки утверждению ответчика, спорная сумма по банковской гарантии была списана именно за просрочку исполнения истцом обязательств, причем без обоснования в последующем предъявления к выплате данной суммы.

Следовательно, общая сумма неосновательного обогащения ответчика, состоящая из необоснованно удержанной суммы неустойки и суммы по банковской гарантии, составила 4275250 руб.

Доводы истца о том, что судом первой инстанции необоснованно не применены нормы статей 401, 404, 405, 406 Гражданского кодекса Российской Федерации; в период исполнения договора между истцом и ответчиком велась переписка по обсуждению технических параметров поставляемого оборудования: ответчик требовал соблюдения иных технических параметров, нежели указаны в техническом задании к договору, что в итоге повлекло сдвиг срока поставки; на момент ведения переписки истец не мог знать о том, что техническое задание останется в первоначальном виде, а изготовление оборудования по техническому заданию, содержание которого не определено, недопустимо; признаны судом апелляционной инстанции необоснованными и подлежат отклонению.

Апелляционный суд отмечает, что поскольку переговоры велись по техническому заданию, при условии, что объективных оснований невозможности выполнить работы по договору на основании уже имеющегося Технического задания не было, истец должен был выполнить работы по существующему ТЗ, разъяснив отсутствие необходимости изменений заказчику, либо приостановить работы, в случае, если заказчик настаивает на произвольном изменении технического задания. При этом, согласования, которые производятся в разумный срок, относятся к обычному исполнению сторонами обязательств по договору, и к исключению какого-либо периода из просрочки не ведут.

Истец, в силу положений статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации, о приостановлении работ по договору ответчику не заявлял, соответственно, обязан был исполнить договор по уже согласованному между сторонами техническому заданию.

Суд первой инстанции верно указал на то, что представленная в материалы дела переписка сторон не свидетельствует о приостановлении работ по изготовлению оборудования, а пояснения специалиста истца, в силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не являются допустимыми доказательствами по делу.

Таким образом, ссылки истца на отсутствие вины в его действиях признаются судом апелляционной инстанции необоснованными. О специфике заключаемого сторонами договора, истец, как профессиональный участник рынка изготовления и поставки спорной продукции по договору, обязан был знать, следовательно, мог и должен был предвидеть процедуру согласования технических условий.

Истец ходатайствовал о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера неустойки.

Как следует из пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку по заявлению должника о таком уменьшении.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Пленум N 7) даны следующие разъяснения положений статьи 333 Гражданского кодекса, подлежащие применению в настоящем споре.

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме. При взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 Гражданского кодекса могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (пункт 71 Пленума N 7).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (пункт 73 Пленума N 7).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункт 74 Пленума N 7).

Из вышеприведенных положений Пленума N 7 следует, что коммерческая организация вправе подать заявление об уменьшении неустойки, но она обязана доказать несоразмерность неустойки последствиям допущенного ею нарушения исполнения обязательства, размер которой был согласован сторонами при заключении договора.

Суд первой инстанции проверил обоснованность начисления неустойки, и с учетом нарушения срока исполнения взятых на себя в рамках спорного договора обязательств, пришел к правильному выводу о правомерности ее начисления в заявленном размере в связи с допущенными истцом нарушениями условий договора.

Поскольку истцом факт ненадлежащего исполнения договора в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции опровергнут не был, апелляционный суд соглашается с судом первой инстанции о наличии оснований для начисления ответчиком неустойки.

Апелляционная инстанция полагает, что основания для снижения неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Должнику недостаточно заявить об уменьшении неустойки, он должен доказать наличие оснований для ее снижения.

Апелляционный суд также отмечает, что в каждом конкретном случае при уменьшении неустойки необходимо оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, а также считает недопустимым уменьшение неустойки при неисполнении должником бремени доказывания несоразмерности, представления соответствующих доказательств, в отсутствие должного обоснования и наличия на то оснований.

Иной подход позволяет недобросовестному должнику, нарушившему условия согласованных с контрагентом обязательств, в том числе об избранных ими мерах ответственности и способах урегулирования спора, извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Указанная позиция также следует из Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.12.2019 № 307-ЭС19-14101 по делу № А56-64034/2018.

Таким образом, суд апелляционной инстанции, проверив расчет неустойки, с учетом его перерасчета судом первой инстанции, полагает его соразмерным последствиям нарушения истцом своих обязательств, и считает обоснованным отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера неустойки.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, что в соответствии со статьей 270 АПК РФ, не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции вынесен законный и обоснованный судебный акт, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, в связи с чем решение суда надлежит оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд






ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Мурманской области от 28.11.2019 по делу №А42-9340/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


Ю.В. Пряхина


Судьи



И.В. Масенкова


В.А. Семиглазов