Решение от 6 мая 2021 г. по делу № А44-4508/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Большая Московская улица, дом 73, Великий Новгород, 173020

http://novgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Великий Новгород

Дело № А44-4508/2020

06 мая 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 29 апреля 2021 года.

Решение в полном объеме изготовлено 06 мая 2021 года.

Арбитражный суд Новгородской области в составе судьи Родионовой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Соколовой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью "Новгородская энергосберегающая компания" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к областному государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению "Новгородский агротехнический техникум" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 786 272,28 руб.

встречному исковому заявлению

областного государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения "Новгородский агротехнический техникум"

к обществу с ограниченной ответственностью "Новгородская энергосберегающая компания"

о признании контракта ничтожной сделкой и применении последствий ничтожности сделки,

при участии в заседании:

от истца (заявителя): представитель не явился,

от ответчика: представитель не явился,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Новгородская энергосберегающая компания" (далее - истец, Общество) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к областному государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению "Новгородский агротехнический техникум" (далее - ответчик, Учреждение) о взыскании задолженность по энергосервисному контракту №3 от 31.07.2018 в сумме 639 906,45 руб. за период с декабря 2018 года по май 2020 года, пеней в сумме 149 398,07 руб., а также расходов по оплате государственной пошлины (с учетом уточнений, принятых к рассмотрению протокольным определением суда от 11.02.2021).

Определением от 03.03.2021 суд принял к совместному рассмотрению с первоначальным иском встречное исковое заявление Учреждения к Обществу о признании энергосервисного контракта №3 от 31.07.2018 ничтожной сделкой и применении последствий ничтожности сделки в виде обязания Общества демонтировать оборудование, установленное в здании ОГБПОУ, расположенном по адресу: Великий Новгород, пр. А.Корсунова, д. 38 (приложение № 6 к контракту «перечень основного оборудования, используемых для реализации мероприятий по энергосбережению и повышению энергетической эффективности»), а также о взыскании с Общества судебных расходов.

Рассмотрение спора откладывалось в целях выяснения дополнительных обстоятельств и исследования дополнительных доказательств, в том числе истребованных у лиц, не являющихся участниками процесса.

В судебное заседание 29.04.2021 стороны своих представителей не направили, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

От Общества в суд поступило заявление об уточнении иска в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором истец окончательно просил взыскать с ответчика 786 272,28 руб., в т.ч. 639 906,45 руб. долга и 146 365,83 руб. неустойки за период с 06.02.2019 по 14.01.2021.

Уточненные исковые требования приняты судом к рассмотрению.

Представитель ответчика в предыдущих судебных заседаниях исковые требования Общества не признавал по основаниям, изложенным в отзыве на иск и дополнительных пояснениях к нему, ссылаясь на ничтожность энергосервисного контракта №3 от 31.07.2018, ввиду его заключения без соблюдения конкурентных процедур, предусмотренных Федеральным законом от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», в связи с чем, просил удовлетворить встречные исковые требования. Помимо прочего, полагал, что требования о взыскании пеней в заявленном истцом размере также не подлежат удовлетворению, поскольку истцом не были выставлены ответчику счета и акты выполненных работ в установленный контрактом срок.

На основании части 3 статьи 156 АПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей сторон.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 31.08.2018 сторонами подписан энергосервисный контракт №3 от 31.07.2018 (далее - Контракт), предметом которого является осуществление Исполнителем (Общество) мероприятий, направленных на энергосбережение и повышение энергетической эффективности использования энергетических ресурсов Заказчиком (Учреждение).

В соответствии с условиями раздела 2 Контракта Исполнитель обязался обеспечить экономию расходов Заказчика на оплату энергетических ресурсов, а Заказчик обязался выплачивать в течение срока действия Контракта процент от экономим расходов на оплату энергетических ресурсов в стоимостном выражении.

Ожидаемая величина экономии энергетических ресурсов (в натуральном выражении) в плановый период (шесть лет) должна составить не менее 10 % от энергетического базиса, а именно не менее 761,9394 Гкал.

Ожидаемый размер экономии расходов Заказчика на оплату энергетических ресурсов в плановый период (шесть лет) должен составить (по тарифам на -энергетические ресурсы, существующим на день заключения Контракта) не менее 1 412 308,01 руб. (экономия расходов на тепловую энергию).

Обязательство Исполнителя по обеспечению экономии расходов, заказчика на поставки энергетических ресурсов считается исполненным, если размер экономии (доли размера экономии), достигнутой в результате исполнения контракта, в натуральном выражении равен или больше размера экономии (доли размера экономии) энергетического ресурса, указанного в Приложении № 2 к Контракту.

Все затраты на установку, пуско-наладку оборудования и его обслуживания в течение срока действия настоящего Контракта несет Исполнитель. Работы и услуги в рамках настоящего Контракта выполняются силами Исполнителя (пункты 2.2, 2.5-2.7).

Согласно пункту 2.10 Контракта к объектам Заказчика, на которых предполагается реализация Контракта, относится: здание ОГБ ПОУ «Новгородский агротехнический техникум» по адресу: Великий Новгород, пр. А. Корсунова, д. 38.

Перечень мероприятий по энергосбережению, являющихся предметом Контракта, в соответствии с пунктом 4.1 Контракта определен в приложении №5 к Контракту, в том числе: мероприятия по разработке системы погодного регулирования на систему отопления, мероприятия по установке системы погодного регулирования на систему отопления, мероприятия по техническому обслуживанию оборудования.

Перечень устанавливаемого оборудования в соответствии с пунктом 4.2 Контракта определен сторонами в приложении №6 к Контракту.

В пункте 6.2 Контракта установлено, что после окончания действия Контракта все права собственности, прибыль от всех усовершенствований и оборудования, созданных или установленных на объектах Заказчика, переходит в собственность Заказчика без всякой дополнительной платы.

Как установлено в разделе 3 Контракта, цена по Контракту определяется и виде пропета экономии соответствующих расходов Заказчика на поставки энергетических ресурсов. Объем экономии энергетических ресурсов в натуральном и денежном выражении за отчетный период определяется в соответствии с Приложением 3 Контракта.

Процент экономии, подлежащий уплате Исполнителю за выполнение работ по Контракту, составляет 99 % экономии, определенной несоответствии с п. 2 Контракта. Данный фиксированный процент экономии не подлежит изменению в ходе исполнения настоящего Контракта. Если достигнутый Исполнителем в календарном периоде размер экономии (доля размера экономии), определенный в стоимостном выражении по ценам (тарифам) на соответствующий энергетический ресурс, фактически сложившимся за период достижения предусмотренного контрактом размера экономии (доли размера экономии), менее размера экономии (доли размера экономии) соответствующих расходов заказчика на оплату энергетического ресурса, предусмотренного контрактом для соответствующего периода, размер платежа рассчитывается от фактически достигнутого (пункты 3.1 – 3.3 Контракта).

Пунктами 3.4 - 3.8 стороны согласовали следующий порядок расчетов:

- в целях проведения расчетов Заказчик в срок до 5 (пятого.) числа периода, следующего за отчетным, направляет Исполнителю копию счетов на оплату тепловой энергии посредством факсимильной или электронной связи, а Исполнитель, в срок до 10 (десятого) числа периода, следующего за отчетным, направляет Заказчику Акт выполнения энергосервисных услуг, содержащий расчет фактической экономии энергетических ресурсов и расчет подлежащего уплате Исполнителю процента от такой экономии, определенной в соответствии с п. 3.3 Контракта;

- Заказчик в течение 3 рабочих дней со дня поступления документов, указанных в п. 3.4 Контракта, обязан рассмотреть и подписать Акт выполнения энергосервисных услуг (Приложение №4) либо направить Исполнителю письменные обоснованные возражения, с указанием выявленных недостатков. В случае обоснованности требований Заказчика Исполнитель в течение 5 (пяти) рабочих дней устраняет выявленные недостатки своими силами и за свой счет. Подписание Акта осуществляется в течение одного рабочего дня после устранения Исполнителем указанных недостатков;

- в случае не подписания Акта выполнения эиергосервисиых услуг в сроки, .указанные в п. 3.5 Контракта и отсутствия письменных обоснованных возражений Заказчика, Акт считается подписанным Сторонами, и Исполнитель имеет право предъявить Заказчику к оплате суммы но расчетам, представленным с Актом, подписанным Исполнителем в одностороннем порядке;

- в течение 15 (пятнадцать) рабочих дней со дня подписания Акта выполнения энергосервисных услуг Заказчик обязан осуществить расчеты с Исполнителем путем перечисления денежных средств на его расчётный счёт (безналичная форма расчета).

В разделе 7 Контракта сторонами предусмотрена ответственность сторон за нарушение условий Контракта, в т.ч. установлено, что Заказчик несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства по оплате Контракта путем выплаты исполнителю неустойки (штрафа, пеней), которая начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства начиная со дня, следующего после дня истечения установленного энергосервисным контрактом срока исполнения обязательства. Размер такой неустойки (штрафа, пеней) устанавливается в размере 0.05% от суммы платежа, который должен быть уплачен Заказчиком.

Согласно пункту 9.1 Контракт вступает в силу с момента его заключения и действует 6 (шесть) лет, начиная с даты, когда Исполнитель начал осуществлять мероприятия, предусмотренные Приложением № 5 к Контракту, в частности, ввел оборудование, предусмотренное Приложением № 7 к Контракту, в эксплуатацию.

Расторжение Контракта допускается по соглашению Сторон или решению суда по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (пункт 9.2 Контракта).

01.12.2018 сторонами подписан Акт ввода в эксплуатацию, согласно которому:

- оборудование системы автоматического погодного регулирования согласно проекта №180911-ОВ-ПЗ установлено и введено в эксплуатацию на объекте Заказчика по адресу: <...>;

- Исполнитель передал Заказчику техническую документацию на оборудование;

- Исполнитель с «01» декабря 2018 начал оказывать, а Заказчик получать энергосервисные услуги на объекте Заказчика;

- Заказчик не имеет претензий к Исполнителю по качеству и срокам установки оборудования и ввода его в эксплуатацию;

- Заказчик обязуется проводить оплату оказанных Исполнителем услуг в соответствии с условиями Контракта.

В период с декабря 2018 года по май 2020 года Общество оказывало Учреждению предусмотренные Контрактом услуги посредством установленного оборудования.

На основании полученных от ответчика копий актов приема услуг отопления за декабрь 2018 года, январь и февраль 2019 года, подписанных Учреждением и ООО «Тепловая компания Новгородская», истец направил в адрес ответчика акты выполнения энергосервисных услуг за декабрь 2018 года №1533 от 31.12.2018, за январь 2019 гола №304 от 31.01.2019, за февраль 2019 года №306 от 28.02.2019.

Указанные акты ответчиком подписаны не были, оплата не произведена.

В последующие месяцы Учреждение не передавало Обществу документы (счета, акты), содержащие объемы потребленной тепловой энергии. В свою очередь, истцом акты оказанных услуг не оформлялись.

04.08.2020 истец обратился в адрес ответчика с претензией, содержащей требование об оплате услуг, оказанных на основании заключенного контракта.

Оставление Учреждением претензии Общества без ответа и удовлетворения явилось истцу основанием для обращения в суд с настоящим (уточненным в процессе рассмотрения) исковым заявлением.

При разрешении возникшего спора арбитражный суд исходит из следующего.

Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 ГК РФ). Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (пункт 1 статьи 781 ГК РФ).

В соответствии с нормами главы 5 Федерального закона от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 261-ФЗ) энергосервисный договор (контракт) может быть заключен как заказчиком (статья 19 Федерального закона N 261-ФЗ), так и государственным или муниципальным заказчиком (статья 21 Федерального закона N261-ФЗ).

При этом энергосервисный договор (контракт) может быть заключен как самостоятельный договор, так и быть заключенным при включении его условий в договоры купли-продажи, поставки, передачи энергетических ресурсов (статья 20 Федерального закона N 261-ФЗ).

В соответствии со статьей 21 Федерального закона N 261-ФЗ в целях обеспечения государственных или муниципальных нужд государственные или муниципальные заказчики вправе заключать государственные или муниципальные энергосервисные договоры (контракты); государственные или муниципальные энергосервисные договоры (контракты) заключаются и оплачиваются в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации и законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

В соответствии с частью 1 статьи 2 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее – Федерального закона N 44-ФЗ) законодательство Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается на положениях Конституции Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетного кодекса Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона и других федеральных законов, регулирующих отношения, указанные в части 1 статьи 1 настоящего Федерального закона. Нормы права, содержащиеся в других федеральных законах и регулирующие указанные отношения, должны соответствовать настоящему Федеральному закону.

Согласно части 1 статьи 1 Федерального закона N 44-ФЗ (в редакции, подлежащей применению к спорным правоотношениям) данный Федеральный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся:

1) планирования закупок товаров, работ, услуг;

2) определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей);

3) заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества), от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, а также бюджетным учреждением, государственным, муниципальным унитарными предприятиями либо иным юридическим лицом в соответствии с частями 1, 2.1, 4 и 5 статьи 15 настоящего Федерального закона.

В соответствии с частью 5 статьи 3 Федерального закона N 44-ФЗ государственное бюджетное учреждение не является государственным заказчиком, так как в соответствии с данной нормой государственный заказчик – это государственный орган (в том числе орган государственной власти), Государственная корпорация по атомной энергии "Росатом", Государственная корпорация по космической деятельности "Роскосмос", орган управления государственным внебюджетным фондом либо государственное казенное учреждение, действующие от имени Российской Федерации или субъекта Российской Федерации, уполномоченные принимать бюджетные обязательства в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации от имени Российской Федерации или субъекта Российской Федерации и осуществляющие закупки.

Как следует из буквального понимания указанной нормы, перечень лиц, являющихся государственными заказчиками, ограничен и расширительному толкованию не подлежит.

Федеральным законом N 44-ФЗ предусмотрено, что бюджетные учреждения являются заказчиками и обязаны осуществлять закупки в порядке, предусмотренном Федеральным законом N 44-ФЗ, только в следующих случаях:

- если такие закупки производятся за счет субсидий, предоставляемых из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, на что обращено внимание в Письме Минфина России от 29 августа 2014 г. N 02-03-11/43458 (часть 1 статьи 15 Федерального закона N 44-ФЗ);

- государственные или муниципальные заказчики передали указанным лицам свои полномочия на осуществление закупок на безвозмездной основе на основании соглашений (часть 6 статьи 15 Федерального закона N 44-ФЗ).

В силу положений статьи 15 Федерального закона N 44-ФЗ бюджетные учреждения осуществляют закупки за счет субсидий, предоставленных из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, и иных средств в соответствии с требованиями Федерального закона N 44-ФЗ, за исключением определенных случаев, указанных в этой норме.

При наличии правового акта, принятого бюджетным учреждением в соответствии со статьей 2 Федерального закона от 18 июля 2011 года N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" (далее – Федеральный закон N 223-ФЗ) и размещенного до начала года в единой информационной системе, данное учреждение вправе осуществлять в соответствующем году закупки:

- за счет грантов, передаваемых безвозмездно и безвозвратно гражданами и юридическими лицами, в том числе иностранными гражданами и иностранными юридическими лицами, а также международными организациями, получившими право на предоставление грантов на территории Российской Федерации в установленном Правительством Российской Федерации порядке, субсидий (грантов), предоставляемых на конкурсной основе из соответствующих бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, если условиями, определенными грантодателями, не установлено иное;

- за счет средств, полученных при осуществлении им иной приносящей доход деятельности от физических лиц, юридических лиц (за исключением средств, полученных на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию).

Федеральный закон N 223-ФЗ в соответствии с частью 1 статьи 2 Закона N 44-ФЗ также является частью законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок, так как регулирует отношения по закупке товаров, работ, услуг.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона N 223-ФЗ целями регулирования указанного Федерального закона являются обеспечение единства экономического пространства, создание условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц, указанных в части 2 настоящей статьи, в том числе и бюджетных учреждений.

Положение о закупке является документом, который регламентирует закупочную деятельность заказчика и должен содержать требования к закупке, в том числе порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупки) и условия их применения, порядок заключения и исполнения договоров, а также иные связанные с обеспечением закупки положения (часть 2 статьи 2 Закона о закупках).

Действующее законодательство, регулирующее закупочную деятельность, не содержит определений понятиям государственных (муниципальных) нужд и нужд бюджетных учреждений.

Ранее понятия государственных нужд и нужд государственных бюджетных учреждений определялись статьей 3 Федерального закона от 21.07.2005 N 94-ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд", а именно:

- под государственными нуждами понимались обеспечиваемые за счет средств федерального бюджета или бюджетов субъектов Российской Федерации и внебюджетных источников финансирования потребности Российской Федерации, государственных заказчиков в товарах, работах, услугах, необходимых для осуществления функций и полномочий Российской Федерации, государственных заказчиков (в том числе для реализации федеральных целевых программ), для исполнения международных обязательств Российской Федерации, в том числе для реализации межгосударственных целевых программ, в которых участвует Российская Федерация (далее также - федеральные нужды), либо потребности субъектов Российской Федерации, государственных заказчиков в товарах, работах, услугах, необходимых для осуществления функций и полномочий субъектов Российской Федерации, государственных заказчиков, в том числе для реализации региональных целевых программ (далее также - нужды субъектов Российской Федерации);

- под нуждами федеральных бюджетных учреждений и бюджетных учреждений субъектов Российской Федерации понимаются обеспечиваемые федеральными бюджетными учреждениями, бюджетными учреждениями субъектов Российской Федерации (независимо от источников финансового обеспечения) потребности в товарах, работах, услугах соответствующих бюджетных учреждений..

По смыслу Федерального закона N 44-ФЗ, регулирующего отношения в сфере закупок с 01.01.2014, понятие "нужды" не изменилось, данный термин в настоящее время понимается аналогичным образом.

Таким образом, бюджетное учреждение вправе осуществлять закупки как на основании Федерального закона N 44-ФЗ (по общему правилу части 1 статьи 15 Федерального закона N 44-ФЗ), так и на основании Федерального закона N 223-ФЗ в установленных случаях.

При определении подлежащего применению закона имеет значение правовой статус заказчика, источник финансирования и ориентированность договора на реализацию и удовлетворение публичных интересов.

В рассматриваемом споре контракт заключался в интересах бюджетного учреждения, не являющегося государственным заказчиком, был направлен на энергосбережение и повышение энергетической эффективности использования энергетического ресурса, поставляемого на объект Учреждения.

На момент заключения спорного контракта закупочная деятельность Учреждения, осуществляемая в соответствии с положениями Федерального закона N 223-ФЗ, регулировалась Положением о порядке проведения закупок товаров, работ, услуг для нужд ОГБПОУ «Новгородский агротехнический техникум», принятым директором Учреждения и утвержденным руководителем Департамента сельского хозяйства и продовольствия Новгородской области 17.12.2015. Положение от 17.12.2015 в установленном порядке размещено на официальном сайте Учреждения.

04.09.2019 министром образования Новгородской области было утверждено новое Положение о закупках товаров, работ, услуг для нужд ОГБОУ «Новгородский агротехнический техникум», на момент рассмотрения настоящего спора действующее в редакции, утвержденной 09.04.2021.

По мнению суда, Учреждение не представило достаточных доказательств того, что заключение энергосервисных контрактов для ответчика возможно исключительно за счет ежегодных целевых ассигнований, предоставляемых Учреждению из бюджета Новгородской области на оплату коммунальных услуг.

Из пояснений, предоставленных суду Министерством образования Новгородской области, следует, что Учреждение имело возможность использовать на оплату услуг, оказываемых по заключенному энергосервисному контракту, средства экономии по расходам коммунальных услуг.

Иными словами, Учреждение вправе направлять не использованный в течение календарного года остаток субсидии, предоставленной на оплату коммунальных ресурсов, на осуществление в следующем календарном году соответствующих расходов, при наличии такого остатка и за исключением средств субсидии, подлежащих возврату в областной бюджет, как это следует из пункта 4.4.1 Соглашения о порядке и условиях предоставления из областного бюджета субсидии на финансовое обеспечение выполнения государственного задания на оказание государственных услуг Учреждению от 19.01.2018 №106.

Однако, наличие указанного права не исключает право Учреждения использовать для оплаты коммунальных и энергосервисных услуг иные – не целевые бюджетные средства. Данный вывод подтверждается нормами Положений о закупках товаров, работ, услуг для нужд, как Положения от 17.12.2015, действовавшего в период заключения спорного контракта, так Положения, утвержденного 04.09.2019.

Так Положение от 04.09.2019 (в первоначальной редакции и в редакции от 04.09.2021) содержит специальный раздел – раздел 17, регулирующий порядок заключения энергосервисного контракта.

Положение от 17.12.2015 не содержало специальной нормы, определяющей особый порядок заключения энергосервисного контракта, что, однако, не исключало возможности его заключения в соответствии с общими нормами данного Положения.

При этом, из раздела 10 Положения от 17.12.2015 следует, что оно распространяло свое действие, в том числе, и на закупки в сфере коммунальных услуг, что, в свою очередь, противоречит доводам ответчика о возможности Учреждения производить оплату коммунальных услуг исключительно за счет бюджетных средств.

Суд также принимает во внимание, что ответчиком не представлено доказательств того, что на момент заключения спорного контракта (июль – август 2018 года) в распоряжении Учреждения имелась определенная сумма экономии бюджетных средств, выделенных в 2017 году, которая могла быть использована на оплату контракта.

Соответственно, Учреждение было вправе заключить энергосервисный контракт в установленном законом порядке, как за счет бюджетных средств, так и за счет средств от приносящей доход деятельности.

Из совокупного толкования вышеизложенных правовых норм следует, что, заключая энергосервисный контракт для собственных нужд и за счет средств, полученных от приносящей доход деятельности, при наличии принятого в установленном порядке Положения о закупках, Учреждение должно было руководствоваться Федеральным законом №223-ФЗ.

В соответствии с правовыми нормами Федерального закона №223-ФЗ (в редакции, действующей на момент заключения спорного договора), в случае, если заказчиком выступает государственное бюджетное учреждение, Положение о закупке должно быть утверждено органом, осуществляющим функции и полномочия учредителя бюджетного учреждения (пункт 6 части 3 статьи 2 Закона).

В силу части 2 статьи 3 Федерального закона №223-ФЗ Положением о закупке предусматриваются конкурентные и неконкурентные закупки, устанавливается порядок осуществления таких закупок с учетом положений настоящего Федерального закона.

Способы неконкурентной закупки, в том числе закупка у единственного поставщика (исполнителя, подрядчика), также устанавливаются положением о закупке (часть 3.2 статьи 3 Федерального закона №223-ФЗ).

Как установлено в части 5.1 статьи 3 Федерального закона №223-ФЗ, договоры на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг заключаются заказчиком по результатам закупок, осуществляемых в соответствии с планом закупки (если сведения о таких закупках в обязательном порядке подлежат включению в план закупки).

Согласно части 2 статьи 4 Федерального закона №223-ФЗ заказчик размещает в единой информационной системе план закупки товаров, работ, услуг на срок не менее чем один год.

Как следует из части 5 статьи 4 Федерального закона №223-ФЗ, при закупке у единственного поставщика (исполнителя, подрядчика) информация о такой закупке, предусмотренная настоящей частью, может быть размещена заказчиком в единой информационной системе в случае, если это предусмотрено положением о закупке.

Заказчик также вправе не размещать в единой информационной системе сведения о закупке товаров, работ, услуг, стоимость которых не превышает сто тысяч рублей. В случае, если годовая выручка заказчика за отчетный финансовый год составляет более чем пять миллиардов рублей, заказчик вправе не размещать в единой информационной системе сведения о закупке товаров, работ, услуг, стоимость которых не превышает пятьсот тысяч рублей (пункт 1 части 15 статьи 4 Федерального закона №223-ФЗ).

Аналогичная норма содержалась в редакции Федерального закона №223-ФЗ, действовавшей на момент принятия Положения о порядке проведения закупок товаров, работ, услуг для нужд Учреждения от 17.12.2015.

В пункте 4.1.1 Положения о закупках, утвержденного руководителем Департамента сельского хозяйства и продовольствия Новгородской области 17.12.2015 и действовавшего на момент заключения спорного контракта, определено, что данное Положение регламентирует закупки любых товаров, работ, услуг для собственных нужд Техникума, кроме закупок товаров, работ, услуг стоимостью до 400 тысяч рублей с учетом налогов. Согласно пункту 3.2 указанного Положения в план закупок не включаются закупки до 400 000,00 руб.

Таким образом, Положением о закупках от 17.12.2015 предусматривалось, что Учреждение вправе было осуществлять закупки услуг стоимостью до 400 000,00 руб. на условиях неконкурентной закупки.

Доказательств того, что на момент заключения спорного контракта утвержденное в установленном порядке Положение о закупках от 17.12.2015 было отменено, изменено либо признано недействительным, материалы дела не содержат.

Представленный в материалы дела энергосервисный контракт от 31.07.2018 №3 содержит все необходимые для его заключения существенные условия, предусмотренные действующим законодательством, в т.ч. Федеральным законом N 261-ФЗ, статьей 108 Федерального закона №44-ФЗ, а также Требованиями к условиям энергосервисного договора (контракта), утвержденными Постановлением Правительства РФ от 18.08.2010 №636 (далее – Требования №636).

В пункте 2.2 контракта стороны определили минимальный размер экономии в натуральном и денежном выражении соответствующих расходов Учреждения на поставку энергетического ресурса – тепловой энергии:

- ожидаемая величина экономии энергетических ресурсов (в натуральном выражении) в плановый период (шесть лет) должна составить не менее 10 % от энергетического базиса, а именно не менее 761,9394 Гкал,

- ожидаемый размер экономии расходов заказчика на оплату энергетических ресурсов в плановый период (шесть лет) должен составить (по тарифам на -энергетические ресурсы, существующим на день заключения контракта) не менее 1 412 308,01 руб.

В пункте 3.3 контракта сторонами установлен максимальный процент указанной экономии, который подлежит уплате Обществу, - 99% от экономии, определенной в соответствии с пунктом 2 контракта.

Указанные договорные нормы не противоречат положениям статьи 108 Федерального закона №44-ФЗ и Требованиями №636, в т.ч. Требованиями №636 допускается устанавливать в контракте период достижения определенного размера экономии сроком, превышающим один год.

Таким образом, предполагаемая стоимость услуг за один календарный год, исходя из ожидаемого по условиям контракта размера 1/6 доли экономии расходов Учреждения на оплату тепловой энергии, не превышала размер стоимости услуг, закупка которых согласно Положению о закупках от 17.12.2015 не требовала проведения конкурентных процедур. Согласно представленному суду расчету стоимости оказанных истцом ответчику энергосервисных услуг, стоимость таких услуг за 2019 календарный год составила 402 288,47 руб. (т.3 л.д. 53).

В соответствии с пунктом 5 Требований №636 в пункте 2.5 контракта стороны определили, что обязательство исполнителя по обеспечению экономии расходов заказчика на поставки энергетических ресурсов считается исполненным, если размер экономии (доли размера экономии), достигнутой в результате исполнения контракта, в натуральном выражении равен или больше размера экономии (доли размера экономии) энергетического ресурса, указанного в Приложении № 2 к контракту (т.е. более или равно 10% экономии энергетического ресурса от энергетического базиса).

Под базисным периодом сторонами принят 2017 год (Приложение №1 к контракту).

На момент рассмотрения настоящего спора со стороны истца условия контракта исполнялись в установленные сроки и с достижением ожидаемого результата.

О надлежащем выполнении истцом условий контракта свидетельствуют:

- подписанный сторонами и скрепленный печатями организаций акт от 01.12.2018 ввода в эксплуатацию оборудования системы автоматического погодного регулирования, согласно которому Учреждение не имеет претензий к качеству и срокам установки оборудования;

- расчет размера экономии тепловой энергии в натуральном выражении, достигнутой за спорный период (с декабря 2018 года по май 2020 года), произведенный истцом по формуле, утвержденной сторонами в Приложении №3 к договору и соответствующей положениям Требований №636.

Рассмотрев доводы ответчика, изложенные в отзыве на иск, а также во встречном исковом заявлении, суд приходит к выводу об отсутствии оснований считать заключенный сторонами контракт недействительной сделкой по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей среды (пункт 75 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, договор, заключенный в нарушение императивных требований Федерального закона N 44-ФЗ без проведения конкурса или аукциона, является ничтожной сделкой на основании пункта 2 статьи 168 ГК РФ.

Вместе с тем, как установлено судом, к правоотношениям, связанным с заключением спорной сделки, подлежали применению положения Федерального закона N 223-ФЗ.

Как указывалось выше, цели правового регулирования названных законов в силу прямого на то в них указания не являются аналогичными. В случае осуществления закупок для государственных или муниципальных нужд основополагающим является эффективное, зачастую экономное расходование бюджетных средств, а при закупках отдельными видами юридических лиц - эффективное удовлетворение потребностей самого заказчика, который самостоятельно устанавливает правила осуществления им закупок, утверждая соответствующее положение о закупках, определяя виды конкурентных процедур, критерии отбора.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 11.07.2018 N 305-ЭС17-7240 указал, что часть 1 статьи 2 Федерального закона N 223-ФЗ, а также регламентируемые нормами Гражданского кодекса Российской Федерации организационно-правовые формы и правовой статус лиц, являющихся субъектами отношений закупки, регулируемой Федеральным законом N 223-ФЗ, и определенных нормами частей 2, 5 статьи 1 названного Закона, свидетельствуют о воле законодателя на регулирование спорных отношений в целом как гражданско-правовых, то есть основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Субъекты, указанные в частях 2, 5 статьи 1, пункте 2 части 1 статьи 3.1 Федерального закона N 223-ФЗ, в силу норм ГК РФ (глава 4), являются субъектами гражданских правоотношений и участниками гражданского оборота. Создавая такие юридические лица или участвуя в их деятельности, государство реализует невластные полномочия (статьи 124, 125 ГК РФ).

При закупках, осуществляемых субъектами, указанными в нормах Федерального закона N 223-ФЗ, стороны таких отношений выступают как юридически равноправные, никакая сторона не наделена властными полномочиями по отношению к другой стороне, что также свидетельствует о гражданско-правовом характере отношений.

Различные цели действия указанных законов и принципы осуществления закупок определяют особенности регулирования отношений, возникших при применении этих законов, а также правовые последствия несоблюдения субъектами закупок их требований.

Нормы Федерального закона N 223-ФЗ не содержат, в отличие от Федерального закона N 44-ФЗ, норм о явно выраженном законодательном запрете, аналогичном запрету, изложенному в части 2 статьи 8 Федерального закона N 44-ФЗ.

Таким образом, исходя из цели указанного Закона, принципов закупочной деятельности, гражданско-правового характера этих отношений, при установленных по делу обстоятельствах, оснований для вывода о нарушении публичных интересов заключенным договором у суда не имеется.

Положения Федерального закона N 223-ФЗ возлагают, в первую очередь, именно на заказчика обязанности по соблюдению правил осуществления закупочной деятельности, в связи с чем, возлагать последствия нарушения процедуры заключения договора на исполнителя по договору, лишив его права на получение платы за оказанные услуги, неправомерно.

Таким образом, правовые последствия для Общества, оказавшего энергосервисные услуги по контракту, заключенному с Учреждением, даже при наличии допущенных сторонами нарушений правил закупки, установленных Федеральным законом N 223-ФЗ, не идентичны последствиям выполнения работ с нарушениями правил Федерального закона N 44-ФЗ.

Аналогичная правовая позиция изложена в Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц", утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.05.2018.

Как разъяснено в пункте 20 Обзора, заявление заказчика и (или) победителя о недействительности договора и применении последствий его недействительности (требование, предъявленное в суд, возражение против иска и т.п.) не имеет правового значения, если обстоятельства, на которые ссылается заявитель в обоснование недействительности, вызваны недобросовестными действиями самого заявителя, а предъявление иска направлено на уклонение от исполнения договорного обязательства.

Согласно пункту 5 статьи 166 Кодекса заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Таким образом, допущенные самим заказчиком нарушения (его собственные неправомерные действия при проведении закупки) не могут быть положены судом в основу признания договора недействительным по иску, предъявленному таким заказчиком после исполнения сторонами договора на протяжении длительного времени и при обстоятельствах, когда к стороне, предъявившей такой встречный иск, заявлены требования, связанные с ненадлежащем исполнением оспариваемого договора.

При изложенных обстоятельствах, встречные исковые требования Учреждения к Обществу не подлежат удовлетворению.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в период с декабря 2018 года по май 2020 года, включительно, Обществом выполнялись обязательства, принятые по условиям заключенного сторонами энергосервисного контракта.

Документов, свидетельствующих о наличии у ответчика претензий к качеству оказанных истцом в спорный период услуг, в материалы дела не представлено.

Произведенный истцом в соответствии с условиями контракта расчет размера экономии, достигнутого в результате исполнения контракта за спорный период, а также расчет стоимости энергосервисных услуг (т.3 л.д.52-53) проверен судом, признан правильным и соответствующим законодательным и договорным нормам.

Представитель ответчика в судебном заседании также подтвердил арифметическую верность представленного истцом расчета, как в части размера достигнутой экономии, так и в части стоимости услуг.

Судом отклоняется довод ответчика, изложенный в дополнительных пояснениях от 30.03.2021 №228, о том, что при отсутствии в контракте согласованного сторонами порядка распределения сверхприбыли, оплате истцу подлежит только достигнутый объем экономии энергетического ресурса в пределах 10% от объема потребления тепловой энергии в базовом расчете.

Исходя из совокупного толкования правовых норм, изложенных в Требованиях №636 и статье 108 Федерального закона №44-ФЗ, суд приходит к выводу, что порядок определения механизма распределения дополнительной экономии энергетического ресурса в обязательном порядке подлежит включению в контракт и дальнейшему учету при осуществлении взаиморасчетов в том случае, если при заключении контракта сторонами было выбрано одно из следующих основных условий его заключения:

1) фиксированный размер экономии в денежном выражении соответствующих расходов заказчика на поставки энергетических ресурсов, максимальный процент указанной экономии, который может быть уплачен исполнителю в соответствии с энергосервисным контрактом;

2) подлежащий уплате исполнителю в соответствии с энергосервисным контрактом фиксированный процент экономии в денежном выражении соответствующих расходов заказчика на поставки энергетических ресурсов, минимальный размер указанной экономии в денежном выражении (часть 3 статьи 108 Федерального закона №44-ФЗ).

Однако, при заключении спорного контракта сторонами в качестве основного условия его заключения был выбран соответствующий пункту 3 части 3 статьи 108 Федерального закона №44-ФЗ порядок определения результативности оказанных Обществом услуг и размера их стоимости, а именно:

- минимальный размер экономии в денежном выражении соответствующих расходов заказчика на поставки энергетических ресурсов, максимальный процент указанной экономии, который может быть уплачен исполнителю в соответствии с энергосервисным контрактом.

При таких условиях контракта наличие дополнительной экономии исключается.

В связи с изложенным, требование истца о взыскании с ответчика задолженности по оплате энергосервисных услуг за период с декабря 2018 года по май 2020 года в размере 639 906,45 руб. подлежит удовлетворению.

Другим требованием истца, является требование о взыскании с ответчика неустойки, начисленной в соответствии с условиями контракта за период с 06.02.2019 по 14.01.2021, уточненный размер которой, по расчету истца от 28.04.2021, составил 146 365,83 руб.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе неустойкой.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В контракте сторонами установлена ответственность заказчика за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства по оплате контракта путем выплаты исполнителю неустойки за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного энергосервисным контрактом срока исполнения обязательства, в размере 0.05% от суммы платежа, который должен быть уплачен.

Оспаривая требование о взыскании неустойки, ответчик в своих пояснениях от 02.03.2021 ссылается на не исполнение Обществом предусмотренного пунктом 3.4 контракта обязательства по направлению Учреждению в срок до 10 (десятого) числа периода, следующего за отчетным, Актов выполнения энергосервисных услуг, содержащих расчет фактической экономии энергетических ресурсов и расчет подлежащего уплате исполнителю процента от такой экономии.

Согласно положениям пункта 1 статьи 404 ГК РФ, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Вместе с тем, в силу положений пунктов 1 и 2 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно требованиям статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Оценив доводы сторон в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что ответчиком не представлено доказательств того, что Учреждением были приняты все необходимые меры для надлежащего исполнения обязательств перед Обществом, в том числе, доказательств обращения в адрес истца с требование представить акты выполнения энергосервисных услуг, содержащие необходимые расчеты.

Доказательств не возможности осуществления Учреждением своевременной оплаты оказанных услуг в отсутствии оформленных Обществом актов выполнения энергосервисных услуг материалы дела также не содержат.

Напротив, как установлено судом, Учреждение располагало всеми необходимыми данным для осуществления самостоятельного расчета, как размера экономии энергетического ресурса, достигнутого в тот или иной календарный месяц, так и размера подлежащего уплате исполнителю процента от такой экономии.

Как следует из пункта 3.4 контракта, указанные расчеты должны были производиться на основании счетов на оплату тепловой энергии, выставляемых ответчику за расчетный период энергоснабжающей организацией (ООО «Тепловая Компания Новгородская»), копии которых должны были передаваться Учреждением Обществу в срок до 5 (пятого) числа периода, следующего за отчетным.

Учреждением данное обязательство не исполнялось, счета Обществу для осуществления расчетов не представлялись, ввиду чего Обществом не были оформлены акты.

В тоже время, располагая необходимыми данными об объемах потребленного коммунального ресурса, Учреждение имело возможность самостоятельно производить расчет достигнутого размера экономии энергетического ресурса по формуле, утвержденной контрактом, равно как и размера подлежащего уплате исполнителю процента от такой экономии.

Довод ответчика о том, что Общество также располагало данными, необходимыми для осуществления расчетов, опровергается тем, что в процессе рассмотрения спора после предоставления ответчиком в материалы дела актов услуг теплоснабжения, подписанных Учреждением и ООО «Тепловая Компания Новгородская», Общество на основании данных, содержащихся в этих актах, было вынуждено уточнять размер исковых требований (т.3 л.д. 26-27).

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что меры ответственности за не исполнение ответчиком обязательств по оплате услуг должны начисляться, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного энергосервисным контрактом срока исполнения соответсвующего обязательства, т.е. по истечении сроков, установленных пунктами 3.4, 3.5 и 3.8 контракта.

Проверив произведенный истцом расчет неустойки, суд установил допущенные в расчете ошибки при определении периода начисления неустойки за нарушение обязательств по оплате услуг за январь, февраль, апрель, декабрь 2019 года и за апрель 2020 года, а именно: истцом не были учтены положения статей 191 и 193 ГК РФ при выпадении окончательного срока представления ответчику акта оказанных услуг на выходные дни, что повлекло неверное начало отсчета 3 рабочих дней, предоставленных ответчику на подписание акта, и последующих 15 рабочих дней на оплату услуг.

По расчету суда, размер неустойки, подлежащей начислению на просрочку в исполнении обязательств ответчика за период с 06.02.2019 по 14.01.2011, составляет 146 232,31 руб.

Как установлено судом, ответчик, исходя из вида его основной деятельности, указанного в ЕГРЮЛ, не относится к числу отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, перечень которых утвержден Постановлением Правительства РФ №434 от 03.04.2020.

В связи с чем, Учреждение не подлежит безусловному освобождению от начисления штрафных санкций. Доказательств того, что надлежащее исполнение ответчиком обязательств оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, вызванной угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемыми органами государственной власти и местного самоуправления мерами по ограничению ее распространения, материалы дела не содержат.

Как следует из разъяснений, данных в Обзорах по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1 (вопрос 5) и №2 (вопрос 1), утв. Президиумами Верховного Суда РФ 21.04.2020 и 30.04.2020, установление нерабочих дней в период с 30 марта по 30 апреля 2020 года, а в период с 6 по 8 мая 2020 года основанием для переноса срока исполнения обязательств исходя из положений статьи 193 ГК РФ не является.

В силу положений статьи 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Ответчик о несоразмерности заявленной истцом неустойки не заявил.

Размер неустойки – 0,05 % от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки определен сторонами в контракте, подписав который ответчик согласился со всеми его условиями.

В связи с изложенным, суд не находит оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ.

Таким образом, требования истца о взыскании с ответчика неустойки подлежат удовлетворению в размере - 146 232,31 руб.

В соответствии с частью 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В силу статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации при уменьшении истцом размера исковых требований сумма излишне уплаченной государственной пошлины возвращается истцу в порядке, предусмотренном статьей 333.40 настоящего Кодекса.

В связи с изложенным, расходы истца по оплате государственной пошлины суд распределяет следующим образом: 18 722,00 руб. пошлины подлежит взысканию в пользу истца с ответчика, 4 173,00 руб. пошлины подлежит возврату истцу из федерального бюджета в связи с уменьшением размера исковых требований, 3,00 руб. пошлины приходится на истца, ввиду частичного отказа в иске. 6 000,00 руб. расходов по оплате пошлины, понесенных ответчиком, относятся на Учреждение ввиду отказа в удовлетворении встречного иска.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с областного государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения "Новгородский агротехнический техникум" в пользу общества с ограниченной ответственностью "Новгородская энергосберегающая компания" 786 138,76 руб., в т.ч. 639 906,45 руб. задолженности и 146 232,31 руб. неустойки, а также 18 722,00 руб. в возмещение расходов на оплату государственной пошлины.

В остальной части иска обществу с ограниченной ответственностью "Новгородская энергосберегающая компания" отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "Новгородская энергосберегающая компания" из федерального бюджета 4 173,00 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 19.08.2020 №319.

В удовлетворении встречного иска областному государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению "Новгородский агротехнический техникум" отказать.

Исполнительный лист и справку на возврат государственной пошлины выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Четырнадцатый Арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его вынесения.

Судья

О.В. Родионова