Решение от 1 февраля 2024 г. по делу № А71-16091/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 16091/2023
01 февраля 2024 года
г. Ижевск




Резолютивная часть решения объявлена 25 января 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 01 февраля 2024 года.


Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Мелентьевой А.Р., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 1 000 000 рублей штрафа,


при участии представителей:

истца: ФИО3 – представитель (доверенность от 17.07.2023),

ответчика: не явился (уведомлен),



установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов» (далее – ООО «ЛазерЛов») обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2) о взыскании 1 000 000 руб. штрафа.

Истец требования поддержал, привел доводы, изложенные в иске.

Ответчик явку компетентного представителя в заседание не обеспечил, ходатайств по делу не заявил. На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие ответчика, уведомленного о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статьи 123 АПК РФ, по имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов, 21.01.2021 между сторонами заключен договор коммерческой концессии № 103/21.

Пунктом 1.1 договора предусмотрено, что правообладатель предоставляет пользователю право использования в его предпринимательской деятельности комплекс исключительных прав (далее – КИП), а пользователь обязуется своевременно уплатить правообладателю вознаграждение в порядке и на условиях, определенных в разделе 2 договора.

Стороны в пункте 11.1 договора предусмотрели, что пользователь, лица, входящие в состав участников пользователя и его органов управления, обязуются до окончания срока действия договора и в течение трех лет с даты прекращения действия договора не осуществлять конкурирующей деятельности, в частности, не осуществлять деятельность, непосредственно конкурирующую с основной деятельностью правообладателя, то есть не заниматься аналогичной предпринимательской деятельностью без применения КИП правообладателя путем открытия иных объектов, оказывающих подобные услуги (пункт 11.1.1).

Нарушением данных требований будет признаваться осуществление конкурирующей деятельности, как пользователем, так и любыми зависимыми или аффилированными с пользователем лицами, если правообладателем будет установлено, что конечным бенефициаром такой деятельности является пользователь (пункт 11.3).

В случае нарушения требований, предусмотренных разделом 11 договора, пользователь несет ответственность в соответствии с пунктом 13.6 договора (пункт 11.7).

В пункте 13.6 договора стороны согласовали, что в случае нарушения пользователем положений по ограничению конкуренции, предусмотренных разделом 11 договора, пользователь выплачивает правообладателю штраф в размере 1 000 000 руб. за каждый факт нарушения.

Согласно пункту 16.4 договора прекращение договора не освобождает стороны от исполнения обязательств, предусмотренных договором и возникших до момента прекращения, а также обязательств, связанных с прекращением договора и закрытием студии пользователя

В феврале 2021 года ответчик открыл студию в Кирове, приступил к ведению предпринимательской деятельности с использованием КИП.

В переписке месенджера сети интернет в марте 2023 года ответчик сообщил истцу о намерении закрыть ИП и расторгнуть договор коммерческой концессии. В период с марта по июнь 2023 года между сторонами велась переписка о расторжении договора, согласовывалось подписание соглашения о расторжении договора.

Также в июне 2023 года истец с помощью ООО «Агентство маркетинговых исследований ЛОГОС» осуществил проверку студии ответчика на предмет ведения конкурирующей с истцом деятельности.

Согласно представленному в материалы дела отчету тайного покупателя, ответчик в период расторжения договора ответчик оказывал услуги по лазерной депиляции в той же студии. Использованной ранее при работе с использованием КИП истца, ответчик использует политику ценообразования истца, оказывает идентичные услуги.

Истец направил посредством электронной почты в адрес ответчика требование о выплате штрафа за нарушение положений договора об ограничении конкуренции в размере 1 000 000 рублей на основании пункта 13.6. договора в течение 10 календарных дней с момента получения указанного требования, которое оставлено последней без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили истцу основание для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями о взыскании штрафа

Заслушав пояснения истца, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд считает требования подлежащими частичному удовлетворению исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1033 ГК РФ договором коммерческой концессии могут быть предусмотрены ограничения прав сторон по этому договору, в частности могут быть предусмотрены:

обязательство правообладателя не предоставлять другим лицам аналогичные комплексы исключительных прав для их использования на закрепленной за пользователем территории либо воздерживаться от собственной аналогичной деятельности на этой территории;

обязательство пользователя не конкурировать с правообладателем на территории, на которую распространяется действие договора коммерческой концессии в отношении предпринимательской деятельности, осуществляемой пользователем с использованием принадлежащих правообладателю исключительных прав.

Согласно пункту 1 статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Стороны в пункте 11.1 договора предусмотрели, что пользователь, лица, входящие в состав участников и органов управления пользователя, обязуются до окончания срока действия договора и в течение трех лет с даты прекращения его действия не осуществлять конкурирующую деятельность, в частности не осуществлять деятельность, непосредственно конкурирующую с основной деятельностью правообладателя.

Из пунктов 11.7, 11.7.1 договора следует, что в случае нарушения пользователем требований, предусмотренных разделом 11 (ограничение конкуренции), пользователь несет ответственность, предусмотренную пунктом 13.6 договора, в соответствии с которым в случае нарушения пользователем положений по ограничению конкуренции пользователь выплачивает правообладателю штраф в размере 1 000 000 руб. за каждый факт нарушения.

Как разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора", по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора; условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения, сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

В действующем законодательстве закреплен принцип перспективного расторжения договора - прекращение его на будущее время.

Прекращение договора по общему правилу ведет к освобождению сторон от дальнейшего исполнения принятых на себя обязательств. Вместе с тем в некоторых случаях стороны остаются обязанными по согласованным ими обязательствам. В договоре могут быть такие условия, которые остаются действительными в силу своей природы и после его прекращения, по своему характеру предназначены действовать даже после прекращения договора.

Исходя из содержания пункта 2 статьи 453 ГК РФ вопрос о сохранении действия (прекращении) обязательства в случае расторжения договора должен решаться с учетом существа обязательства, подлежащего исполнению соответствующей стороной при расторжении договора. Подлежит исследованию, что именно прекращается в результате расторжения договора, а что может сохранить свою силу. При сохранении обязательства сохраняется и его обеспечение.

Из условий пункта 11.1 договора прямо следует воля сторон на урегулирование их отношений в период после расторжения договора, следовательно, не связанные с исполнением предмета договора обязательства пользователя, предусмотренные разделом 11 договора и регулирующие его поведение при осуществлении конкурирующей деятельности, в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора в течение установленного срока.

Обязательство предпринимателя не вести конкурирующую деятельность не является предметом договора и не прекращается вместе с расторжением договора, его исполнение предполагается и после расторжения договора.

Возможность взыскания штрафа или неустойки зависит от действительности обеспеченного штрафом (неустойкой) обязательства в момент нарушения. Если такое обязательство не является предметом договора и в силу своей природы предполагает его исполнение и после расторжения договора, и имеет целью регулирование отношений сторон в период после расторжения, штраф начисляется и за нарушения, имевшие место после расторжения договора.

Штраф, налагаемый в порядке пункта 13.6 договора, не является мерой ответственности за нарушение обязательств, относящихся к предмету договора и прекратившихся вместе с расторжением договора, а является ответственностью за нарушение связанных с прекращением договорных отношений обязательств, действующих после прекращения договора, может быть начислен и после расторжения договора.

Следовательно, расторжение договора не препятствует реализации принадлежащего правообладателю права на взыскание с пользователя штрафа за осуществление конкурирующей деятельности, поскольку соответствующее условие содержится в договоре, которое не противоречит положениям статьи 1033 ГК РФ и принципу свободы договора.

Возражения ответчика о том, что договор коммерческой концессии от 21.01.2021 № 103/21 не заключен в связи с отсутствием его государственной регистрации, судом отклонен как несостоятельный.

Отсутствие государственной регистрации не свидетельствует о незаключенности договора, поскольку в силу пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Договор подписан сторонами без замечаний и протокола разногласий, предмет договора, все существенные и необходимые условия согласованы и приняты к исполнению.

Более того ответчик признал данный договор путем частичной оплаты по нему концессионной платы.

Таким образом, доводы ответчика не приняты судом во внимание в силу действия принципа эстоппель (принципа непротиворечивого поведения).

Верховный Суд Российской Федерации неоднократно в своих постановлениях обращал внимание на необходимость соблюдения участниками гражданского оборота принципа добросовестности при осуществлении своих прав и обязанностей.

Как разъяснено в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая его действие, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").

На основании исследования представленных в материалы дела доказательств суд пришел к выводу, что ответчик подписал договор, открыл студию, а также в течение определенного периода исполнял его условия: осуществлял деятельность, производил оплату роялти.

Принимая во внимание, что спорный договор исполнялся (при этом обстоятельства объема исполнения и его надлежащего или ненадлежащего характера находятся за пределами предмета настоящего спора), доводы ответчика о недействительности договора отклоняются судом как необоснованные.

Ответчик в своем отзыве не оспаривает ведение деятельности в период с марта по август 2023 года по адресу <...> вместе с тем просит снизить сумму штрафа со ссылкой на статью 333 ГК РФ до 50 000 руб.

Как следует из пункта 1 статьи 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 N 263-О разъяснил, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательств и другое (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 N 17).

Как следует из Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.05.2013, оценивая степень соразмерности неустойки при разрешении споров, судам надлежит исходить из действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате нарушения ответчиком (должником) взятых на себя обязательств.

Поскольку исполнение обязательства должно быть более выгодным, нежели его неисполнение и уплата штрафных санкций, суд, исходя из возражений ответчика как в отношении оснований для применения неустойки как меры ответственности за нарушение обязательства, так и в отношении ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства, для исключения необоснованной выгоды кредитора за счет должника исходя из, в том числе, компенсационного характера неустойки в гражданско-правовых отношениях, отсутствия в материалах дела доказательств, подтверждающих значительность убытков истца, а также закрытие салона ответчика, считает возможным снизить предъявленную неустойку до 250 000 руб. (по 50 000 руб. за каждый месяц продолжения нарушения обязательств по договору).

Доказательств продолжения ведения деятельности ответчика в период после августа 2023 года истцом не представлено (статья 65 АПК РФ).

С учетом изложенного суд полагает требование истца о взыскании штрафа подлежащим удовлетворению, при этом полагает возможным снизить размер штрафа до 250 000 руб.

Указанный размер штрафа, по мнению суда, является разумным и обоснованным и направленным на сохранение баланса интересов, восстановления нарушенных прав истца. В удовлетворении остальной части исковых требований истцу следует отказать.

С учетом принятого решения на основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на ответчика и подлежат возмещению истцу в сумме 23 000 руб.

Руководствуясь статьями 15, 110, 167-171, 176, 181 АПК РФ, Арбитражный суд Удмуртской Республики



решил:

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 250 000 рублей штрафа; а также 23 000 рублей в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Удмуртской Республики.



Судья А.Р. Мелентьева