Постановление от 5 марта 2026 г. 9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд) № 09АП-46686/2025 № 09АП-50595/2025 город Москва 06 марта 2026 года Дело № А40-21526/2025 Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2026 года Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи, О.Н Лаптевой, судей Д.В Пирожкова, Е.А. Птанской, при ведении протокола судебного заседания секретарем А.А. Голубцовой, рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А40-21526/2025 по иску ООО «Мираж-Медиа» (ОГРН: <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: <***>) третьи лица: 1) ООО «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» (ОГРН: <***>), 2) ФИО2, 3) ФИО3, 4) ООО «Мираж-Мьюзик», 5) ФИО4 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, при участии в судебном заседании: от истца - ФИО5 по доверенности от 15.01.2026, генеральный директор ФИО6.(лично, паспорта), ФИО7 по доверенности от 25.10.2025, от ответчика - ФИО8 по доверенности от 17.03.2025, от третьих лиц: ООО «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» - генеральный директор ФИО9.(приказ 20.01.2017) ФИО2 - ФИО2(лично, паспорт), ФИО8 по доверенности от 17.03.2025, ФИО3 - ФИО5 по доверенности от 25.10.2024, ФИО7 по доверенности от 10.06.2025, ООО «Мираж-Мьюзик» - генеральный директор ФИО10 (лично, паспорт), ФИО4 - не явился, извещен, Общество с ограниченной ответственностью «Мираж-Медиа» (далее – истец, общество «Мираж-Медиа») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на музыкальные произведения в размере 2.600.000 руб. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены Общество с ограниченной ответственностью «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» (далее – ООО «Продюсерский центр Мираж Мьюзик»), ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее - ФИО3). Решением Арбитражного суда города Москвы от 19 июня 2025 года исковые требования удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взыскана компенсация за нарушение исключительного права в размере 1.300.000 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано. Не согласившись с принятым решением, ответчик, ФИО2 и общество «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить решение суда первой инстанции, принять новый судебный акт, в котором в удовлетворении исковых требований отказать. Указывают, что истец не является правообладателем спорных произведений, лицензионный договор, представленный в материалы дела, является ничтожным, размер компенсации несоразмерен допущенным нарушениям. В порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с апелляционной жалобой обратилось общество с ограниченной ответственностью «Мираж Мьюзик» (далее – общество «Мираж Мьюзик»), которое просит привлечь общество «Мираж Мьюзик» к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, перейти к рассмотрению дела по правилам первой инстанции. В обоснование доводов своей жалобы заявитель ссылается на то, судом первой инстанции сделаны выводы непосредственно затрагивающие права общества «Мираж Мьюзик», которое не было привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Указывает, что именно общество «Мираж Мьюзик» является правообладателем спорных произведений («Я больше не прошу», «Солнечнее лето», «Безумный мир», «Снежинка», «Я снова вижу тебя», «Музыка нас связала», «Наступает ночь» и другие) на основании договоров о передаче исключительных прав, заключенных с авторами. Также обществом «Мираж Мьюзик» заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы. Указывает, что о вынесении решения Арбитражным судом города Москвы от 19.06.2025 по делу № А40-21526/25-15-176 заявителю стало известно из общедоступных средств массовой информации, в которых сообщалось о разрешении судом спора с участием ФИО3 После получения данной информации заявителем была изучена картотека арбитражных судов, где было обнаружено настоящее дело, а также установлено наличие целого ряда аналогичных дел с исковыми требованиями к различным ответчикам на общую сумму свыше 40 миллионов рублей. Учитывая, что оспариваемым решением подтверждается принадлежность прав на произведения общества «Мираж-Медиа», в то время как исключительные права на те же объекты на основании ранее заключенных договоров принадлежат заявителю, есть основания полагать, что имеет место злоупотребление правом. Подобные действия вводящие суды и иных участников правоотношений в заблуждение относительно действительного правообладателя, направлены на неосновательное обогащение и взыскание компенсаций за использование прав, которые у истца отсутствуют. Поскольку общество «Мираж-Медиа» не привлекался к участию в деле и не был надлежащим образом уведомлен о времени и месте судебного заседания, а также о вынесении решения, срок на подачу апелляционной жалобы был пропущен по уважительной причине. Истец и ФИО3 возражали против восстановления пропущенного срока на обжалование и принятия апелляционной жалобы к производству, поскольку ФИО11 – генеральному директору общества «Мираж-Медиа» было известно о всех текущих разбирательствах и лицензионном договоре между истцом и ФИО3 с самого начала разбирательств по всей серии дел о незаконном публичном исполнении произведений на концертах. По мнению истца, соучредительство в старом ООО «Мираж Мьюзик», направленное ФИО10 в 2011 году уведомление ФИО4, наличие судебных споров относительно различных объектов интеллектуальной собственности, использование чужого товарного знака в собственном фирменном наименовании, продюсирование ФИО10 общества «Продюсерский центр Мираж Мьюзик»и группы «Мираж Джуниор», получение претензий о незаконном использовании музыкальных произведений со ссылкой на лицензионный договор от 2021 года свидетельствуют о том, что ФИО10 постоянно находится в контексте «миражовских дел» и не мог не знать о существующих процессах. Суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 159, 184, 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным восстановить срок на подачу апелляционной жалобы общества «Мираж Мьюзик», поскольку доказательств афиллированности (участие в обществе в качестве учредителя, генерального директора иного контролирующего деятельность общества лица) заявителя апелляционной жалобы по отношению к сторонам спора, третьим лицам в материалах дела отсутствуют. Кроме того, обществом «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» заявлено ходатайство о привлечении ФИО4 (далее – ФИО4) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. В обоснование ходатайства общество «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» ссылается на то, что на момент проведения мероприятия правообладателем спорных произведений являлся именно ФИО4 Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 ноября 2025 года суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции. Привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, общество с ограниченной ответственностью «Мираж Мьюзик» (далее – общество «Мираж-Мьюзик»). Апелляционным судом установлено следующее. Как следует из материалов дела, истец основывает свои права на лицензионном договоре №01/21 от 16.06.2021 г., заключенном с ФИО3 Между тем, общество «Мираж-Мьюзик» указывает, что 03.04.2004 г. ФИО3 передал обществу «Мираж-Мьюзик» исключительные права, включая право публичного исполнения, на большой каталог своих произведений, сроком на 50 лет по авторскому договору №01/04-АИ от 03.04.2004 г. В связи с чем лицензионный договор от 16.06.2021 г., заключенный между ФИО3 и ООО «Мираж-Медиа» является ничтожной сделкой на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку его условия противоречат закону, а именно: он нарушает исключительные права, ранее переданные и принадлежащие ООО «Мираж-Мьюзик». Истец в своем ходатайстве о прекращении производства по апелляционной жалобе ООО «Мираж Мьюзик» указывает, что в обоснование своих доводов ООО «Мираж-Мьюзик» ссылается на договор от 25.09.2024 г., однако спорный концерт состоялся 07.01.2024 г., в связи с чем права и обязанности ООО «МиражМьюзик» в настоящем споре не затронуты. Однако, из представленного обществом «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» ходатайства о привлечении к участию в деле ФИО4 следует, что общество «Мираж-Мьюзик» является правообладателем в настоящее время, а на момент проведения мероприятия (07.01.2024г.), права принадлежали ФИО4 Таким образом, из апелляционной жалобы общества «Мираж-Мьюзик» следует, что судом первой инстанции принято решение о правах и обязанностях не привлеченных к участию в деле общество «Мираж Мьюзик» и ФИО4 Указанное в силу пункта 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием к отмене решения суда и на основании части 6.1 статьи 268 Кодекса обстоятельством для перехода к рассмотрению настоящего дела судом апелляционной инстанции по правилам, предусмотренных Кодексом для рассмотрения дела судом первой инстанции. Дело рассмотрено апелляционным судом в порядке части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Представители истца, ФИО3 поддержали заявленные исковые требования. Представители ответчика, иных третьих лиц против требований искового заявления возражали. ФИО4, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, явку представителя в судебное заседание не обеспечил, дело рассмотрено в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие указанного лица. Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, Девятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям Исковые требования по настоящему делу мотивированы следующим. Как следует из материалов дела, 16.06.2021 г. общество «Мираж-Медиа» (лицензиат) заключило с гражданином ФИО3 (лицензиаром) лицензионный договор № 01/21 (далее – лицензионный договор от 16.06.2021 г.), согласно которому ФИО3 (лицензиар) предоставляет обществу «Мираж-Медиа» (лицензиату) за вознаграждение право на использование произведений, указанных в соответствующих приложениях на территории и в течение срока без сохранения за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (исключительная лицензия) способом публичного исполнения (пункт 1.1). В рамках настоящего договора лицензиар разрешает лицензиату использовать произведение совместно с другими объектами авторских и/или смежных прав, в том числе в сопровождении слов, музыки, изображений, иллюстраций, художественным оформлением, послесловиями, предисловиями, комментариями, пояснениями, и т.п., а также разрешает лицензиату вносить в произведение (и/или его части/фрагменты) изменения, сокращения и/или дополнения (пункт 1.2). Стороны пришли к соглашению, что настоящим договором лицензиар разрешает лицензиату предоставлять третьим лицам право на использование произведений способом публичного исполнения – право лицензиата на заключение сублицензионных договоров (пункт 1.3). В лицензионном договоре от 16.06.2021 г. № 01/21 в разделе «Термины и их определения» определено, что под «произведением» понимается результат творческой деятельности автора (-ов), представляющий собой обнародованное/необнародованное музыкальное произведение с текстом или без текста, в котором каждая из частей произведения, а именно музыкальное произведение и текст, имеют самостоятельное значение и могут быть использованы независимо друг от друга, в том числе при передаче права на их использование третьим лицам и их защите как самостоятельного результата интеллектуальной деятельности. Перечень произведений указан в соответствующем приложении. Под «публичным исполнением» понимается способ использования произведения, а именно представление исполнителем/музыкантом или коллективом исполнителей/музыкантов произведения в живом исполнении либо с помощью технических средств в концертных выступлениях или на иных мероприятиях на платной/бесплатной основе в местах, открытых для свободного посещения, или в местах, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи. Согласно приложению № 1 к лицензионному договору от 16.06.2021 г. № 01/21, ФИО3 (лицензиар) предоставил обществу «Мираж-Медиа» (лицензиату) на условиях исключительной лицензии право на использование следующих музыкальных произведений: - «Музыка нас связала» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Я больше не прошу» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Ты словно тень» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Я жду тебя» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Брось» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Дух ночи» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Отпусти меня (Пальчиком маня)» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Ты, где-то здесь (В ритме шагов)» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Скорость» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Эхо2 (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Двое нас (Не в первый раз)» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Зайчик (Солнечный зайчик)» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Звезда (Я уйду)» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Снова вместе» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Млечный путь» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Новый герой» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО13); - «Где я» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО13); - «Я снова вижу тебя» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО12); - «Наступает ночь» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Море грез» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО3); - «Снежинка» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Я не шучу» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО13); - «Звезды нас ждут» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Эта ночь» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Волшебный мир» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Безумный мир» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Видео» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Электричество» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Солнечное лето» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2); - «Я не хочу» (автор музыки ФИО3, автор текста ФИО2). В обоснование своих исковых требований общество «Мираж-Медиа» указало на то, что в отсутствие согласия правообладателя произведения «Звезды нас ждут», «Я больше не прошу», «Море грез», «Солнечное лето», «Безумный мир», «Млечный путь», «Видео», «Снежинка», «Эта ночь», «Я снова вижу тебя», «Новый герой», «Музыка нас связала», «Наступает ночь» публично исполнялись на концерте «Маргарита Суханкина» 07.01.2024 с 18:00 в ДК ПЗ по адресу <...>. В подтверждение обстоятельств публичного исполнения произведений представлена копия электронного билета № 133935, видеозапись названного мероприятия (USB-флешнакопитель). Общество «Мираж-Медиа» направило в адрес организатора мероприятия ИП ФИО1 досудебную претензию с требованием о взыскании компенсации в размере 2.600.000 руб. за нарушение исключительных прав на музыкальные произведения. Указанная претензия была оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для обращения общества «Мираж-Медиа» в Арбитражный суд города Москвы с исковыми требованиями по настоящему делу. Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное. Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом. В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации музыкальные произведения с текстом или без текста являются объектами авторских прав. В силу пункта 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение. По общему правилу, каждый из соправообладателей вправе использовать результат интеллектуальной деятельности, исключительное право на который принадлежит им совместно (пункт 3 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим использование произведения одним из соправообладателей не влечет нарушение исключительного права. Специальное правило установлено в отношении соавторов в абзаце первом пункта 2 статьи 1258 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому произведения, созданные в соавторстве, используются соавторами совместно, если соглашением между ними не предусмотрено иное. Последствия несоблюдения данного требования о совместном использовании произведения законом не установлены. При раздельном соавторстве автор части музыкального произведения (композиции или текста) имеет право ее использовать по своему усмотрению (абзац второй пункта 2 статьи 1258 Гражданского кодекса Российской Федерации). Из буквального толкования положений абзацев второго и третьего пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что незаконным признается только использование, осуществляемое иными, чем правообладатель, лицами. Поэтому сам автор (правообладатель) не может нарушить свое исключительное право. Несоблюдение установленного в законе требования об использовании произведения соавторами совместно дает основание соавторам предъявить соответствующие требования к соавтору, который осуществлял использование без их согласия (например, о распределении вознаграждения, полученного от такого использования). В случаях публичного исполнения произведения, при котором фактически лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения, является соавтор, а юридически таким лицом признается организатор публичного исполнения, следует исходить из следующего. Согласно пункту 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения, является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, т.е. лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия. При представлении произведения в живом исполнении лицом, организующим публичное исполнение, является лицо, обеспечивающее участие исполнителя (исполнителей). При отсутствии доказательств иного предполагается, что таким лицом является лицо, владеющее местом, где такое исполнение осуществляется. Лицо, организующее публичное исполнение, должно заключить договор о предоставлении ему права на публичное исполнение произведения с правообладателем или с организацией по управлению правами на коллективной основе и должно выплачивать полагающееся вознаграждение. При отсутствии такого договора организации по коллективному управлению правами обращаются в суд с требованием о привлечении к ответственности организаторов публичного исполнения произведений. Организатор публичного исполнения не может быть привлечен к ответственности в случае публичного исполнения музыкальных произведений соавтором, который обладает исключительным правом на исполняемое произведение. В силу подпункта 6 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации право публичного исполнения принадлежит автору произведения или иному правообладателю. Использование произведения указанным способом автором или иным правообладателем не может быть ограничено, а также не должно иметь препятствий, в том числе со стороны организации, осуществляющей коллективное управление авторскими и смежными правами. По смыслу пункта 1 статьи 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации организация, осуществляющая коллективное управление авторскими и смежными правами, действует в интересах правообладателей. В силу пунктов 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Предъявление иска организацией, осуществляющей коллективное управление авторскими и смежными правами, в связи с использованием автором своего исключительного права на публичное исполнение произведения не может рассматриваться как действие в интересах правообладателя. Разъяснения, которые даны в пункте 93 Постановления № 10, в подобных ситуациях не подлежат применению, поскольку использование осуществляется самим автором, являющимся правообладателем. В случае публичного исполнения музыкального произведения самим соавтором (соправообладателем) организатор мероприятия не может считаться лицом, осуществляющим публичное исполнение, поскольку в противном случае соавторы лишатся возможности самостоятельно осуществлять публичное исполнение и могут только распоряжаться исключительным правом, заключая договоры с организатором публичного исполнения. Для распоряжения исключительным правом на произведение требуется согласие всех соправообладателей, если они не договорились об ином (пункт 3 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации), а использование произведения соправообладатели могут осуществлять самостоятельно, для соавторов действует специальное правило – только совместно (пункт 2 статьи 1258 Гражданского кодекса Российской Федерации), но специальные последствия нарушения этого права законом не предусмотрены. Следовательно, следует исходить из того, что при нарушении права одного из соавторов иными соавторами, могут быть применены общие меры защиты. Согласно пункту 2 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренные Кодексом способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по требованию правообладателей, организаций по управлению правами на коллективной основе, а также иных лиц в случаях, установленных законом. Помимо указанных лиц, правом на предъявление требования о защите исключительного права обладают доверительный управляющий (пункт 49 Постановления № 10) и издатель, если произведение опубликовано анонимно или под псевдонимом (пункт 86 Постановления № 10). Закон также признает право на предъявление требования о защите исключительного права за лицензиатами, обладателями исключительной лицензии (статья 1254 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное право они могут реализовать лишь в случае, если допущенным нарушением затронуты предоставленные им правомочия по использованию результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (абзац третий пункта 79 Постановления № 10). Нормы пункта 79 Постановления № 10 не ограничивают право исключительного лицензиата на обращение в суд лишь теми правомочиями, которые предоставлены ему по лицензионному договору. Для того чтобы определить, затронуты ли конкретным нарушением правомочия лицензиата, необходимо оценивать, наступают ли именно у лицензиата неблагоприятные имущественные последствия от конкретных действий. Если ответчик использует объект тем же способом, который предоставлен истцу по лицензии, то презюмируется, что правомочия лицензиата затронуты и он обладает правом на иск. Вместе с тем правомочия лицензиата могут быть затронуты и в иных случаях (когда способы использования не совпадают), но такое обстоятельство истец должен доказывать специально. Из материалов настоящего дела следует и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что ФИО3 является автором музыкальных произведений «Звезды нас ждут», «Я больше не прошу», «Море грез», «Солнечное лето», «Безумный мир», «Млечный путь», «Видео», «Снежинка», «Эта ночь», «Я снова вижу тебя», «Новый герой», «Музыка нас связала», «Наступает ночь», а именно, автором музыки. Общество «Мираж-Медиа» в подтверждение наличия у него исключительных прав на данные музыкальные произведения представило лицензионный договор от 16.06.2021 г. № 01/21, заключенный с ФИО3, в соответствии с которым ФИО3 (лицензиар) предоставляет обществу «Мираж-Медиа» (лицензиату) за вознаграждение право на использование произведений, указанных в соответствующих приложениях на территории и в течение срока без сохранения за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (исключительная лицензия) способом публичного исполнения. В приложении № 1 к лицензионному договору от 16.06.2021 г. в отношении каждого произведения указан автор музыки и автор текста. С учетом того, что ФИО3 является автором музыки спорных 13-ти произведений, то, соответственно, по лицензионному договору от 16.06.2021 г. обществу «Мираж-Медиа» были предоставлены права на музыкальные произведения без текста как на отдельный объект авторских прав. В обоснование своих правовых позиций ответчик – ИП ФИО1, третьи лица – общество «Продюсерский центр Мираж-Мьюзик», ИП ФИО2 оспаривают наличие у истца прав на предъявление иска, ссылаясь на то, что согласно пункту 1.2 лицензионного договора при использовании произведений (музыкальных произведений с текстом) действительными являются лишь соглашения, подписанные обеими сторонами, то есть и ФИО2, и ФИО3 Для подтверждения своих прав истец должен был заключить договор с обоими соавторами. Лицензионный договор от 16.06.2021 г. № 01/21 заключен только ФИО3 и, следовательно, в части 8 произведений, созданных в соавторстве, является ничтожным. В обоснование своих правовых позиций третьи лица - общество «Мираж-Мьюзик», ФИО4 указывает, что 03.04.2004 г. ФИО3 передал обществу «Мираж-Мьюзик» исключительные права, включая право публичного исполнения, на большой каталог своих произведений, сроком на 50 лет по авторскому договору №01/04-АИ от 03.04.2004 г. В связи с чем лицензионный договор от 16.06.2021 г., заключенный между ФИО3 и обществом «Мираж-Медиа» является ничтожной сделкой на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку его условия противоречат закону, а именно: он нарушает исключительные права, ранее переданные и принадлежащие обществу «Мираж-Мьюзик». На момент проведения мероприятия (07.01.2024г.) указанные права принадлежали ФИО4 Апелляционный суд отмечает следующее. Все спорные песни, указанные в договоре о соавторстве, были созданы в период действия ГК РСФСР 1964 года. Согласно статье 475 ГК РСФСР 1964 года предметом авторского права могут быть произведения драматические и музыкально-драматические, а также музыкальные с текстом или без текста. Распоряжение и использование объектов, созданных в соавторстве, регламентировалось ст. 482 ГК РСФСР 1964 года: Авторское право на произведение, созданное совместным трудом двух или более лиц (коллективное произведение), принадлежит соавторам совместно независимо от того, образует ли такое произведение одно неразрывное целое или состоит из частей, каждая из которых имеет также и самостоятельное значение. Каждый из соавторов сохраняет свое авторское право на созданную им часть коллективного произведения, имеющую самостоятельное значение. Часть коллективного произведения признается имеющей самостоятельное значение, если она может быть использована независимо от других частей этого произведения (статьи 482 ГК РСФСР 1964 года). Таким образом, в соответствии с законодательством, действующим на момент создания произведений, музыка и слова песни могли быть использованы самостоятельно, они имеют самостоятельное значение, а каждый из соавторов вправе использовать созданную им часть произведения. Доказательств того, что спорные 13 произведений были изначально созданы именно как единые музыкальные произведения с текстом в материалах дела отсутствуют. В материалы дела не предоставлено доказательств того, что автор текста произведения вносил творческий вклад в создание его музыкальной части и наоборот - автор музыкальной части вносил творческий вклад в создание текста произведения. Изложенные ответчиком и третьими лицами доводы не обоснованы конкретными нормами права, в соответствии с которыми согласованная между соавторами возможность распоряжения частей произведения по отдельности противоречит действующему законодательству, напротив, это прерогатива соавторов. Вопреки доводам ответчика и третьих лиц, музыкальные произведения с текстом и музыкальные произведения без текста являются разными объектами авторских прав. В настоящем случае по лицензионному договору от 16.06.2021 г. № 01/21 обществу «Мираж-Медиа» переданы права на музыкальные произведения без текста (права, принадлежащие только Литягину А.В.) как на отдельный объект авторских прав. В исковом заявлении также указано на то, что иск предъявлен в защиту исключительных прав на музыкальные произведения без текста. Соответственно, ссылки ответчика и третьих лиц на то, что договор должен был быть заключен и с автором музыки (ФИО3) и автором текста (ФИО2), подлежат отклонению. Вопреки доводам ответчика и третьих лиц, в силу пункта 4.1 договора о соавторстве от 27.12.2008 г. часть произведения (слова или музыка по отдельности), использование которой возможно независимо от других частей, может быть использована ее автором (уполномоченным представителем, правообладателем) по своему усмотрению. В договоре о соавторстве от 27.12.2008 г. прямо указано на то, что часть произведения (слова или музыка по отдельности) может быть использована ее автором. Каждый из соавторов (уполномоченный представитель, правообладатель) вправе самостоятельно принимать меры по защите своих прав (пункт 3.3 договора о соавторстве от 27.12.2008 г.). Доводы ответчика и третьих лиц о том, что положения пункта 1.2 договора о соавторстве от 27.12.2008 г., согласно которым при использовании произведений действительными являются только соглашения о передаче прав или лицензионные соглашения, согласованные и подписанные обеими сторонами; соглашения или лицензии по использованию произведений, подписанные только одним автором (уполномоченным представителем, правообладателем), являются недействительными, судом апелляционной инстанции оцениваются исходя из системного толкования данного договора, а именно предусматривают недействительность в случае распоряжения любым из соавторов именно всем произведением (текст и музыка). При указанном толковании заключение ФИО3 с истцом лицензионного договора от 16.06.2021 г. № 01/21 положений договора о соавторстве от 27.12.2008 г. не нарушает. В отношении нарушения правил квалификации спорного мероприятия как сложного объекта суд апелляционной инстанции отмечает следующее. Возражая по существу заявленных требований ответчик и третьи лица указывают, что концерт проводился на основании договора, в соответствии с условиями которого общество «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» обязуется показать (исполнить) музыкальное театрально-зрелищное шоу-представление «Музыка нас связала» (далее – Представление), а ИП ФИО1 предоставить возможность для его показа (исполнения) и оплатить эти услуги (пункт 1.1 договора). В соответствии с пунктом 1.10 договора, общество «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» предоставляет ИП ФИО1 неисключительную лицензию на использование Представления, являющегося сложным объектом (статья 1240 Гражданского кодекса Российской Федерации), способом публичного исполнения. Общество «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» со своей стороны указало, что на законных основаниях использует музыкальные произведения, указанные в иске, на основании лицензионного договора №НЛА–020/17 от 03.02.2017 г., заключенного с ООО «Национальное Музыкальное Издательство» (далее–общество «НМИ»). В свою очередь, общество «НМИ» получило права на произведения ФИО3 по лицензионному договору № НАС–001/14 от 09.06.2014 г. Несмотря на то, что срок действия данного договора истек в 2019 году, выданная лицензия продолжает действовать в течение всего срока охраны авторского права (пункт 1 статья 1281 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть в течение жизни автора и 70 лет после его смерти, что предусмотрено как законодательством, так и самим договором (пункт 1.13.3 (14) – договор между ООО «НМИ» и ИП ФИО3). Отклоняя доводы ответчика и третьих лиц о том, что организованное ИП ФИО1 мероприятие является сложным объектом, а права ответчика подтверждаются договором, заключенным с обществом «Продюсерский центр Мираж-Мьюзик», суд апелляционной инстанции исходит из следующего. Действительно, в материалы дела ответчиком был представлен договор от 26.12.2023 г. № 26/12/23. Согласно пункту 1.1 договора, общество «Продюсерский центр Мираж-Мьюзик» (исполнитель) обязуется показать (исполнить) музыкальное театрально-зрелищное шоу представление «Музыка нас связала», а ИП ФИО1 (заказчик) предоставить возможность для его показа (исполнения) и оплатить эти услуги. В пункте 1.10 договора указано, что исполнитель предоставляет заказчику неисключительную лицензию на использование представления, указанного в пункте 1.1, являющегося сложным объектом (статья 1240 Гражданского кодекса Российской Федерации), способом публичного исполнения представления. В свою очередь общество «Продюсерский центр Мираж-Мьюзик» ссылается на то, что ему принадлежат права на музыкальное театрально-зрелищное шоу представление «Музыка нас связала», которые приобретены на основании лицензионного договора от 01.03.2017 г. № 01/03/2017, заключенного с ИП ФИО2 В лицензионном договоре от 01.03.2017 г. № 01/03/2017 отражено, что под представлением понимается театрально-зрелищное представление - сложный объект, включающий несколько охраняемых результатов интеллектуальной деятельности разных жанров, объединенных единым творческим замыслом, под рабочим названием «Музыка нас связала». Под произведением понимается (как в единственном, так и во множественном числе) означает музыкальное произведение с текстом или без текста, исключительная лицензия на использование которого (с правом сублицензирования) принадлежит лицензиару. Пунктом 1.3 лицензионного договора от 01.03.2017 г. № 01/03/2017 предусмотрено, что договор является простой (неисключительной) лицензией и заключается с сохранением за лицензиаром права на выдачу аналогичных и любых иных лицензий любым третьим лицам в соответствии с подпункт 1 пункт 1 статьи 1236 Гражданского кодекса Российской Федерации. Стороны особо оговорили, что лицензия предоставляется только для версий представления, утвержденных в приложении № 2 к договору (пункт 1.5). Согласно пункту 6.1 лицензионного договора от 01.03.2017 г. № 01/03/2017, договор вступает в силу с даты подписания, указанной в преамбуле договора и действует до полного исполнения сторонами своих обязанностей по нему. В части предоставления лицензиаром лицензиату простой (неисключительной) лицензии на использование произведений настоящий договор действует в течение срока. В лицензионном договоре от 01.03.2017 г. № 01/03/2017 отражено, что под сроком понимается период времени использования произведений в составе представления, равный сроку действия исключительного права на произведение согласно законодательству Российской Федерации. В приложении № 1 к лицензионному договору от 01.03.2017 г. № 01/03/2017 приведен перечень из 12 произведений: «Видео», «Где я», «Звезды нас ждут", «Млечный путь», «Музыка нас связала», «Наступает ночь», «Новый герой», «Снежинка», «Снова вместе», «Солнечное лето», «Электричество», «Эта ночь». В приложении № 2 к лицензионному договору от 01.03.2017 г. № 01/03/2017 приведен перечень 4-х версий представлений. Все версии представлений именуются «Музыка нас связала», во всех версиях указан режиссер-постановщик ФИО9, автор сценария ФИО14, жанр музыкальное шоу, возрастная категория 6+, основной вокал ФИО15. Продолжительность для версии № 1 определена 2 часа, для версии № 2 - 1 час 15 минут, для версии № 3 - 50 минут, для версии № 4 - 20 минут. При этом пунктом 3.4 лицензионного договора от 01.03.2017 г. № 01/03/2017 предусмотрено, что лицензиат самостоятельно приобретает лицензию (разрешение) на использование произведений в части авторского права ФИО3 Соответственно, заключение лицензионного договора от 01.03.2017 г. № 01/03/2017 обществом «Продюсерский центр Мираж-Мьюзик» с ИП ФИО2 не освобождало общество «Продюсерский центр Мираж-Мьюзик» об обязанности заключения договора с ФИО3 Кроме того, действующее законодательство не содержит определения понятия сложных объектов, вместе с тем законодатель в качестве сложных перечисляет следующие объекты: аудиовизуальное произведение, театрально-зрелищное представление, мультимедийный продукт, базы данных. Согласно пункту 1 статьи 1240 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, организовавшее создание сложного объекта, включающего несколько охраняемых результатов интеллектуальной деятельности (кинофильма, иного аудиовизуального произведения, театрально-зрелищного представления, мультимедийного продукта, базы данных), приобретает право использования указанных результатов на основании договоров об отчуждении исключительного права или лицензионных договоров, заключаемых таким лицом с обладателями исключительных прав на соответствующие результаты интеллектуальной деятельности. В случае, когда лицо, организовавшее создание сложного объекта, приобретает право использования результата интеллектуальной деятельности, специально созданного или создаваемого для включения в такой сложный объект, соответствующий договор считается договором об отчуждении исключительного права, если иное не предусмотрено соглашением сторон. Лицензионный договор, предусматривающий использование результата интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта, заключается на весь срок и в отношении всей территории действия соответствующего исключительного права, если договором не предусмотрено иное. Легальное понятие театрально-зрелищного представления также не закреплено действующим законодательством. Вместе с тем в части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации при характеристике смежного права на исполнение приводятся следующие разновидности театрально-зрелищного представления: театральное, цирковое, кукольное и эстрадное представления (статья 1313 Гражданского кодекса Российской Федерации). В пункте 17 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, отмечено, что статья 1240 Гражданского кодекса Российской Федерации называет один признак сложного объекта: он включает в себя несколько охраняемых результатов интеллектуальной деятельности, однако, по смыслу закона, он должен представлять собой единое целое завершенное произведение, в котором невозможность использования хотя бы одной составляющей его части приведет к утрате авторского замысла создателя сложного объекта, в результате чего нарушится целостность результата интеллектуальной деятельности и его дальнейшее применение станет невозможным. С учетом изложенного оценка спорного мероприятия на предмет наличия единого авторского замысла производится в целях определения его правовой природы как сложного объекта интеллектуальных прав (театрально-зрелищного представления) либо публичного исполнения музыкальных произведений. Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что тексты выступления ФИО15 написаны под каждую музыкальную композицию отдельно и не связаны между собой единым замыслом. Несмотря на то, что спорное мероприятие включает в себя различные результаты интеллектуальной деятельности (музыка, хореография, свет, видео), таковое не является театрально-зрелищным представлением, поскольку изъятие какой-либо составляющей его части не способно привести к утрате авторского замысла как единого сложного объекта (например, изъятие части музыкальных произведений из представления). Именно ответчик, заявляя о наличии у него прав на проведение театрально-зрелищного представления с использованием спорных музыкальных произведений, обязан доказать обстоятельства того, что музыкальные произведения использовались в составе сложного объекта, чего в настоящем случае им не сделано. Сами по себе обстоятельства использование нескольких результатов интеллектуальной деятельности при проведении мероприятия об указанном не свидетельствуют. Как указано выше, помимо лицензионного договора от 01.03.2017 г. № 01/03/2017, заключенного обществом «Продюсерский центр Мираж-Мьюзик» с ИП ФИО2, третье лицо заявило о наличии прав на использование спорных произведений на основании лицензионного договора от 03.02.2017 г. № НЛА-020/17 с обществом «НМИ». Так, согласно лицензионному договору от 03.02.2017 г. № НЛА-020/17 ИП ФИО3 (лицензиар) на срок предоставил обществу «НМИ» (лицензиат) права на использование объектов 1 и произведений, а лицензиат обязуется выплачивать лицензиару вознаграждение, указанное в договоре, а также выполнять иные обязанности, возложенные на него настоящим договором. Настоящий договор является исключительной лицензией и заключается без сохранения за лицензиаром права выдачи лицензий на использование объектов 1 и произведений другим лицам в течение срока для использования на территории (пункт 2.1). В пункте 1.12 договора указано, что «Объекты 1» означает собирательно фонограмма и/или запись исполнения и/или исполнение и/или видеоклип и/или фотография и/или обложка. «Произведение» (как в единственном, так и во множественном числе) означает результат интеллектуальной деятельности автора, созданные автором музыку и/или текст, в том числе музыкального произведения с текстом (либо без текста), а также музыкальное произведение с текстом в целом, название которого указано в приложении № 3 и/или в иных приложениях к настоящему договору. В случае если по настоящему договору лицензиар передает лицензиату право на использование более чем одного произведения, положения договора будут распространяться на каждое произведение, указанное в приложении № 3 и/или в иных приложениях к договору. В случае если произведение создано в соавторстве, и лицензиару принадлежат права не всех авторов (соавторов) произведения, лицензиар передает лицензиату право на использование в пределах принадлежащих ему прав, о чем делается отметка в соответствующем приложении в графах 2Отметка о том, в части прав какого автора лицензиар передает лицензиату право на использование» (пункт 1.5). «Срок» означает период времени продолжительностью 5 лет, который начинает исчисляться с момента подписания сторонами настоящего договор (пункт 1.18). Соответственно, срок действия лицензионного договора от 03.02.2017 г. № НЛА-020/17 предусмотрен до 03.02.2022 г. Ранее между обществом «НМИ» и ИП ФИО3 был заключен аналогичный лицензионный договор от 09.06.2014 г. № НАС-001/14, сроком действия 5 лет (пункт 1.18), то есть до 09.06.2019 г. Соответственно, после истечения сроков лицензионных договоров с ИП ФИО3, обществом «НМИ» не могло передать права обществу «Продюсерский центр Мираж-Мьюзик» на период более продолжительный, чем обладало само. Доводы ответчика и третьих лиц о том, что несмотря на истечение срока действия договора от 09.06.2014 г. № НАС-001/14 с обществом «НМИ» в 2019 году, выданная лицензия продолжает действовать в течение всего срока охраны авторского права (в течение всей жизни автора и семидесяти лет, считая с 1 января года, следующего за годом смерти), апелляционным судом не принимаются, поскольку вступают в противоречие с пунктом 1.18, которым установлен 5-летний срок представления прав использования объектов и произведений. Оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей ГК Российской Федерации РСФСР 1964 года, статьями 1225, 1229, 1250, 1252, 1259, 1270, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», апелляционный суд приходит к выводу о доказанности фактов наличия у истца правомочия на обращение с иском в защиту исключительного права на произведения и отсутствие у ответчика законных оснований для публичного исполнения спорных музыкальных произведений на концерте «Маргарита Суханкина» (без текста), в защиту которых обратилось общество «Мираж-Медиа». Из материалов дела следует, что общество «Мираж-Медиа» избрало способ определения компенсации по пункту 3 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, из расчета права использования одного произведения в виде публичного исполнения по 100.000 руб. без НДС за каждый факт исполнения 2.600.000 руб. (100.000 руб.* 13 * 2 = 2.600.000 руб.). Истцом в материалы дела представлено четыре договора за период с 2010 по 2024 год, из которых следует, что 100.000 руб. является ценой, которая взымается правообладателем за право использования одного спорного произведения путем публичного исполнения: ? № 7/010 от 10.09.2010 г. с ФИО16, ? б/н от 27.09.2013 г. с ИП ФИО17, ? № 05/24 от 05.12.2024 с ООО «Ника Сервис», ? № 07/24 от 08.12.2024 с ИП ФИО18 При этом договор № 7/010 от 10.09.2010 г. был заключен с ФИО15, которая является вокалисткой спорного концерта. Договор от 27.09.2013 с ФИО17 был заключен на проведение концерта из 10 композиций. Суд апелляционной инстанции, оценив размер заявленной компенсации как несоразмерной последствиям нарушения, и приняв во внимание правовые позиции, изложенные в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 г. № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее - Постановление № 28-П), Постановлении № 10, и снижает размер компенсации до 1.300.000 руб. (в два 13 раза) до однократной стоимости права использования 13-ти музыкальных произведений. Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности, истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования. Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе. Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 г., суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств. Определение судом компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации. При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом положений подпункта 3 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего объекта интеллектуальных прав тем способом, который использовал нарушитель. Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иной стоимости права использования соответствующего произведения исходя из существа нарушения, условий этого договора, либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика. В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства. Взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака возможно в трех случаях: 1) при ином определении судом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель. В этом случае частичное удовлетворение требований является результатом не «снижения» размера компенсации, а взыскания компенсации, исходя из установленного размера стоимости права использования товарного знака; 2) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации; 3) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании постановлений Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 г. № 28-П и от 24.07.2020 г. № 40-П. Снижение подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика на основании абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовых позиций, сформулированных в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 г. № 28-П, от 24.07.2020 г. № 40-П и от 14.12.2023 г. № 57-П. Такое снижение производится после определения судом стоимости права использования. Суд апелляционной инстанции признает несостоятельными доводы ответчика и третьих лиц о недействительности представленных лицензионных договоров, так как сами по себе обстоятельства того, что договоры № 05/24 от 05.12.2024 с ООО «Ника Сервис», № 07/24 от 08.12.2024 с ИП ФИО18 датированы декабрем 2024 года, то есть заключены незадолго до подачи иска в суд не свидетельствуют об их недействительности. Оплата по лицензионным договорам подтверждена платежными поручениями от 15.12.2024 г. № 1688, от 18.12.2024 г. № 65. Ссылаясь на то, что представленные лицензионные договоры заключены спустя восемь месяцев после проведения мероприятия, ответчик и третьи лица каких-либо данных о значительном изменении цены не приводят. Доводы ответчика и третьих лиц том, что расчет компенсации должен производиться по ставкам РАО из расчета 5% от дохода (выручки) от продажи билетов, не могут быть приняты апелляционным судом, так как спорные музыкальные произведения изъяты из управления РАО, что подтверждается сведениями, представленными на официальном сайте РАО (помечены значком «*»). Отклоняя доводы ответчика и третьих лиц о том, что валовая выручка мероприятия меньше суммы компенсации, суд апелляционной инстанции исходит из того, что обязанность по доказыванию иной стоимости правомерного использования объектов интеллектуальных прав возложена законом на ответчика. Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда. Валовый сбор - Отчет о продаже билетов подписан только ответчиком и не может являться достоверным доказательством, а также считаться сравнимым обстоятельством стоимости права использования. Сами по себе обстоятельства того, что общий сбор при продаже билетов оказался меньше размера компенсации, не свидетельствует о том, что размер компенсации является чрезмерным. В материалы дела не представлено доказательств того, что выплата компенсации повлечет существенные финансовые последствия для имущественного положения предпринимателя. Судебная практика, которую приводит общество «Продюсерский центр Мираж Мьюзик» о перерасчете компенсации касается иных обстоятельств нарушения и другого способа расчета компенсации. Ссылки ответчика и третьих лиц на Заключение специалиста также не могут быть признаны апелляционным судом обоснованными. Н а стр. 5-6 Заключения приведены источники, на которых базируется исследование, однако среди них отсутствует ГК РСФСР 1964 года, учет положений которого необходим в силу того, что спорные музыкальные произведения создавались в конце 1980-х годов. Также обращает на себя внимание то обстоятельство, что исследовательская часть (например, по анализу практики о взыскании компенсации) выходит за рамки поставленного вопроса. Наконец, выводы по данному вопросу являются суждениями о вопросах права, которые выходят за рамки компетенции специалистов, так как являются прерогативой суда. Специалисты сузили ответ до практики расчета в отношении произведений, находящихся в управлении РАО. Между тем, ставки РАО не подлежат применению, поскольку спорные произведения изъяты из его управления. Кроме того, материалы дела, а также Заключения не содержат реальных доказательств дохода нарушителей, ибо представляют собой заверенные ответчиками по делам данные о валовом доходе. Между тем, надлежащим доказательством может служить исключительно бухгалтерская документация. Также Заключение не содержит оценки лицензионных договоров, представленных истцом, что исключает достоверность сделанных выводов. Ответчиком заявлено ходатайство о проведении оценочной экспертизы. Представители истца, ФИО3 возражали. Иные лица поддержали заявленное ходатайство. В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе. Суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для удовлетворения заявленного ответчиком ходатайства о назначении экспертизы, поскольку ответчик не обосновал необходимость ее проведения. В материалы дела как истцом, так и самим ответчиком и третьими лицами, представлено достаточно доказательств, позволяющих суду установить сравнимую стоимость права использования музыкальный произведений. Кроме того, ответчиком не представлены ответы экспертных организаций, с приложением документов на экспертов, подтверждающих их квалификацию, также доказательств перечисления денежных средств для оплаты экспертизы на депозитный счет Арбитражного суда города Москвы в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 04.04.2014 г. «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе». Как указано выше, третьи лица - общество «Мираж-Мьюзик», ФИО4 в обоснование своих правовых позиций указываали, что 03.04.2004 г. ФИО3 передал обществу «Мираж-Мьюзик» исключительные права, включая право публичного исполнения, на большой каталог своих произведений, сроком на 50 лет по авторскому договору №01/04-АИ от 03.04.2004 г. с приложением № 1. В связи с чем, лицензионный договор от 16.06.2021 г., заключенный между ФИО3 и обществом «Мираж-Медиа» является ничтожной сделкой на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку его условия противоречат закону, а именно: он нарушает исключительные права, ранее переданные и принадлежащие обществу «Мираж-Мьюзик». На момент проведения мероприятия (07.01.2024г.) указанные права принадлежали ФИО4 Истец - общество «Мираж-Мьюзик» заявило о фальсификации указанного приложения в части указания на то, что оно является приложением именно к указанному договору. Указал, что ФИО3 никогда не предоставлял право использования его музыкальных произведений, указанных в настоящем приложении, на условиях по договору от 03.04.2004 г. Представленное обществом «Мираж-Мьюзик» Приложение № 1 к договору от 03.04.2004 г. содержит признаки фальсификации. На этом основании истец просит признать сфальсифицированным Приложение № 1 к договору от 03.04.2004 г. в части указания на то, что оно является приложением именно к указанному договору. Истцом представлено заключение специалиста по исследованию Приложения № 1 договору. Общество «Мираж-Мьюзик» заявило о назначении экспертизы. В судебном заседании представитель ФИО10 отказался от подержания ходатайства о назначении экспертизы (протокол и аудиозапись судебного заседания Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2026 г.). Согласно абзацу 3 пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 г. № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» (далее - Постановление № 46) не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а также если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства. В рассматриваемом случае с ответчика взыскивается компенсация за внедоговорное использование музыкальных произведений, автором которых является ФИО3, а текущим правообладателем на основании представленного лицензионного договора – общество «Мираж-Медиа». Ответчик не ссылался на наличие договорных или иных правоотношений с обществом «Мираж-Мьюзик» или ФИО4 в подтверждение правомерности использования музыкальных произведений на мероприятии. На этом основании апелляционный суд, заслушав всех лиц, участвующих в деле относительно данного заявления о фальсификации, отказал в заявления о фальсификации доказательств, заявленного в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая положения абзаца 3, пункта 39 Постановления № 46, так как оно подано в отношении Приложение № 1 к договору от 03.04.2004 г., которое, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства, значимые для правильного рассмотрения настоящего дела. При этом заявляя доводы о том, что обществом «Мираж-Мьюзик» или ФИО4 неправомерно привлечены апелляционным судом в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, истец основывается на неправильном толковании норм материального и процессуального права и не учитывают правовые позиции высших судебных инстанций, в связи с чем коллегия судей полагает указанный довод несостоятельным и подлежащим отклонению. В соответствии с частью 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда. Из указанной нормы следует, что наличие у такого лица права связано с тем, что он является предполагаемым субъектом спорного материального правоотношения, его интересы направлены на предмет уже существующего спора, и не могут быть заявлены в отношении предмета, которым не охватываются заявленные требования. Таким образом, квалифицирующим признаком третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является наличие материально-правовой заинтересованности в результате рассматриваемого дела как способного повлиять на его права и интересы. В рассматриваемом случае обществом «Мираж-Мьюзик» или ФИО4 было заявлено о принадлежности им прав на произведения. Суд также принимает во внимание во внимание сложность спора и длительность рассмотрения дела. Доводы ответчика и третьих лиц о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом также подлежат отклонению как необоснованные. Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). По смыслу вышеприведенных норм добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов использования гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. Между тем, ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что действия истца направлены исключительно на причинение вреда ответчику или третьему лицу. Сами по себе факты сбора доказательств нарушения исключительного права и последующее обращение правообладателя с иском в защиту нарушенных прав не может быть квалифицировано в качестве злоупотребления правом. Учитывая изложенное, согласно пункту 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение Арбитражного суда города Москвы от 19 июня 2025 года подлежит отмене ввиду нарушения судом норм процессуального права на основании пункта 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявленных исковых требований в части, с ответчика в пользу следует взыскать компенсацию в размере 1.300.000 руб. В удовлетворении остальной части иска следует отказать. Судебные расходы по иску и по апелляционной жалобе распределяются между сторонами в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, главой 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации. Поскольку с рассмотрения суда был снят вопрос о назначении по делу экспертизы, с депозита Девятого арбитражного апелляционного суда следует возвратить обществу «Мираж-Медиа» денежные средства в размере 75.000 руб., зачисленные по платежному поручению № 94 от 26.01.2026 г., по указанным в нем реквизитам. Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 4 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд Решение Арбитражного суда города Москвы от 19 июня 2025 года по делу № А40-21526/2025 отменить. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МИРАЖ-МЕДИА» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) сумму компенсации за нарушение исключительных прав в общем размере 1.300.000 руб. В остальной части в удовлетворении заявленных исковых требований отказать. Возвратить с депозита Девятого арбитражного апелляционного суда денежные средства в размере 75.000 (семьдесят пять тысяч) рублей, зачисленные по платежному поручению № 94 от 26.01.2026, ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МИРАЖ-МЕДИА» по реквизитам, указанным в платежном поручении № 94 от 26.01.2026: плательщик ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МИРАЖ-МЕДИА»; ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 20.05.2021, ИНН: <***>, КПП: 772001001, р/с <***>, банк плательщика: ПАО Сбербанк г.Москва, БИК 044525225, к/с 30101810400000000225. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 103.000 руб. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Суд по интеллектуальным правам. Председательствующий судья О.Н Лаптева Судьи Д.В. Пирожков Е.А. Птанская Суд:9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд) (подробнее)Истцы:ООО "МИРАЖ-МЕДИА" (подробнее)Иные лица:ООО "Мираж-Мьюзик" (подробнее)Судьи дела:Ким Е.А. (судья) (подробнее) |