Решение от 2 сентября 2020 г. по делу № А24-2987/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А24-2987/2020
г. Петропавловск-Камчатский
02 сентября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 августа 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 02 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску федерального государственного унитарного предприятия «Главный центр специальной связи» (ИНН 7717043113, ОГРН 1027700041830)

к Управлению Судебного департамента в Камчатском крае (ИНН 4101126110, ОГРН 1084101004536)

о взыскании 223 099,74 руб.,

при участии:

от истца: не явились,

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности от 11.02.2020 № 02/22 (сроком на 1 год), диплом ВСВ 1793270, выдан 18.06.2006 (рег. № 1871),

установил:

федеральное государственное унитарное предприятие «Главный центр специальной связи» (далее – истец, Предприятие; адрес: 129626, <...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением о взыскании с Управления Судебного департамента в Камчатском крае (далее – ответчик, Управление; адрес: 683049, <...>) 223 099,74 руб. долга по оплате оказанных услуг.

Требования заявлены со ссылкой на статьи 309, 310781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком денежных обязательств по государственному контракту оказания услуг специальной связи по доставке отправлений от 09.01.2020 № 023-1-0-1-20-63.

Истец в предварительное судебное заседание, открытое 19.08.2020, явку своего представителя не обеспечил, о месте и времени его проведения, а также о возможности перехода к рассмотрению дела в судебном заседании извещен надлежащим образом по правилам статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе путем публикации судебного акта на сайте суда в сети Интернет.

В день проведения предварительного судебного заседания 19.08.2020 от ответчика поступил отзыв на исковое заявление, в связи с чем на основании статьи 163 АПК РФ суд объявил перерыв в судебном заседании до 26.08.2020 для изучения позиции Управления и предоставления истцу возможности представить возражения на отзыв. При публикации сведений о перерыве в сети Интернет суд также указал на возможность перехода к рассмотрению дела в судебном заседании в порядке части 4 статьи 137 АПК РФ.

26.08.2020 в 00 час. 53 мин. (камчатское время) от истца через систему «Мой арбитр» поступило ходатайство об участии в онлайн-заседании, которое удовлетворено судом 26.08.2020 в 09 час. 50 мин.

В предварительном судебном заседании, продолженном 26.08.2020 в 16 час. 00 мин., судом установлено подключение к онлайн-заседанию посредством веб-конференции, сеанс которой прекращен в 16 час. 11 мин. в связи с отсутствием подключения со стороны представителя истца, заявившего ходатайство.

Также от истца 25.08.2020 в 20 час. 49 мин. (камчатское время) через систему «Мой арбитр» поступили возражения на отзыв ответчика с приложенными к нему дополнительными документами. Дополнительно истец возразил против перехода к рассмотрению дела в судебном заседании, указав в качестве причины на отсутствие штатного юриста в штате филиала истца в Камчатском крае (Управление специальной связи по Камчатскому краю), просил назначить следующее судебное заседание путем онлайн-заседания на другую дату для обеспечения возможности участия в нем юриста предприятия из г. Москвы. При невозможности назначить онлайн-заседание, истец просил назначить его с применением системы видеоконференц-связи (далее – ВКС) при содействии Арбитражного суда г. Москвы или Арбитражного суда Московской области.

Рассмотрев возражения истца против перехода к рассмотрению дела в судебном заседании и заявленные им ходатайства об участии в следующем заседании посредством веб-конференции (онлайн-заседание) или с применением системы ВКС, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с частью 4 статьи 137 АПК РФ во взаимосвязи с разъяснениями, приведенными в пункте 28 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», если лица, участвующие в деле, отсутствуют в предварительном судебном заседании, но они извещены о времени и месте его проведения и ими не были заявлены возражения относительно рассмотрения дела в их отсутствие, суд вправе завершить предварительное судебное заседание и начать рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции.

Таким образом, возможность завершения предварительного судебного заседания с переходом к рассмотрению дела по существу в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции обусловлена отсутствием на то возражений со стороны лица, отсутствующего в предварительном судебном заседании.

Между тем возражения стороны не могут носить формальный характер и должны быть обоснованы конкретными обстоятельствами, с которыми заявитель связывает невозможность рассмотрения дела по существу в его отсутствие (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-25160, от 16.08.2019 № 305-ЭС19-13680, от 20.04.2018 № 305-АД18-7, от 25.12.2018 № 305-ЭС18-21125).

Возражая относительно перехода в основное судебное заседание, истец не указал, какие еще процессуальные действия необходимо совершить или какие дополнительные доказательства ему необходимо представить, без которых невозможно было бы завершить предварительное судебное заседание и перейти к рассмотрению дела по существу в основном судебном заседании.

При этом истцом, инициировавшим судебное разбирательство, вместе с исковым заявлением представлены все документы, которые он посчитал достаточным раскрыть в порядке статьи 65 АПК РФ. В связи с поступившим отзывом ответчика в предварительном судебном заседании объявлялся перерыв, за время которого истец воспользовался правом на представления своих возражений относительно доводов Управления, к которым, в том числе, приложены доказательства, обосновывающие заявленные возражения. На необходимость представления каких-либо еще документов в опровержение позиции ответчика истец в направленных возражения не указал, в связи с чем суд пришел к выводу, что истцом раскрыты все имеющиеся у него доказательства, обосновывающие заявленные исковые требования.

Возражая против перехода к рассмотрению дела по существу в порядке части 4 статьи 137 АПК РФ, истец указал в качестве причины лишь на необходимость обеспечения участия в судебном заседании юриста Предприятия посредством веб-конференции (онлайн-заседания) либо посредством видеоконференц-связи. Вместе с тем невозможность участия в судебном заседании в назначенную дату конкретного представителя не является препятствием к реализации сторонами по делу их процессуальных прав, в том числе путем привлечения иного представителя. В частности, истцом не обоснованы причины невозможности участия в качестве представителя истца руководителя его Камчатского филиала – Управления специальной связи по Камчатскому краю, которым подано исковое заявление. При этом с учетом положений статей 59, 61 АПК РФ для участия руководителя филиала в судебном заседании от имени истца наличие у него высшего юридического образования или ученой степени по юридической специальности не требуется. Кроме того, определение суда от 03.07.2020, содержащее сведения о дате рассмотрения дела, получено истцом 23.07.2020, что с учетом даты проведения заседания (19.08.2020) свидетельствует о наличии у истца возможности заблаговременно решить вопрос о направлении своего юриста в суд по месту рассмотрения дела.

При этом суд учитывает, что возражая против перехода к рассмотрению дела в основном судебном заседании, истец не указывает на необходимость личного участия, а просит обеспечить участие его представителя посредством веб-конференции (онлайн-заседания) либо посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда г. Москвы или Арбитражного суда Московской области.

Вместе с тем возможность участия стороны в судебном заседании путем использования системы ВКС обусловлена наличием соответствующей технической возможности, под которой понимается наличие в арбитражном суде исправной системы ВКС и объективной возможности проведения судебного заседания данным способом в пределах установленного законом срока рассмотрения дела (статья 153.1 АПК РФ во взаимосвязи с разъяснениями, приведенными в пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»).

В рассматриваемом случае с учетом значительной разницы во времени между г. Петропавловском-Камчатским и г. Москва, в котором находится истец и суды, при содействии которых он просит обеспечить его участие, (9 часов), а также с учетом установленных режимов работы судов объективная техническая возможность для удовлетворения ходатайства истца о проведении судебного заседания с использованием систем ВКС отсутствует. По тем же причинам суд не усматривает возможности в проведении онлайн-заседания путем организации веб-конференции, с учетом сформированного графика судебных заседаний и отсутствия возможности назначить судебное заседание с учетом вышеуказанной разницы во времени. В организованном судом онлайн-заседании 26.08.2020 представитель истца не смог принять участия, что объясняется, вероятно, именно значительной разницей во времени: заседание открыто в 16 час. 00 мин. по камчатскому времени, что соответствует 7 час. 00 мин. московского времени.

При этом суд принимает во внимание, как уже отмечено ранее, что свои пояснения и возражения, а также дополнительные доказательства истец представил в материалы дела, в связи с чем рассмотрение дела без участия истца в рассматриваемом случае его процессуальных прав не нарушает.

С учетом изложенных обстоятельств суд находит возражения истца относительно перехода к рассмотрению дела в судебном заседании необоснованными, указанные в возражениях причины – неуважительными, а назначение дела к рассмотрению на иную дату – нецелесообразным, исходя из принципов процессуальной экономии и предоставления сторонам возможности раскрыть все имеющиеся доказательства, которой они воспользовались.

В связи с чем на основании части 1 статьи 136, части 4 статьи 137 и части 3 статьи 156 АПК РФ суд провел предварительное судебное заседание, завершил его, открыл и провел судебное заседание первой инстанции в отсутствие надлежащим образом извещенного истца.

Поскольку возражения на отзыв истец ответчику не направил, а представитель Управления на отложении судебного разбирательства для ознакомления с новыми доказательствами не настаивал, суд предоставил ему возможность ознакомиться с поступившими документами непосредственно в судебном заседании.

Представитель ответчика в предварительном, а затем в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве, указав на необоснованность предъявленных исковых требований. Полагает, что государственный контракт от 09.01.2020 № 023-1-0-1-20-63 является ничтожной сделкой в силу закона, в связи с чем не может быть положен в основу иска. Услуги за период с 22.10.2019 по 31.12.2019, стоимость которых предъявлена к оплате, оказывались в рамках государственного контракта от 05.02.2019 № 1-1-63/2019, на который прямо указана ссылка в актах, но за пределами его стоимости более чем на 10 %. С учетом представленного истцом дополнительного соглашения от 07.11.2019 № 1 и писем от 15.10.2019 и от 06.11.2019, представитель ответчика пояснил, что в части, не превышающей 10 % от суммы контракта от 05.02.2019 № 1-1-63/2019, исковые требования не оспаривает. В остальной части считает требования не подлежащими удовлетворению, поскольку услуги в нарушение законодательства о контрактной системе закупок оказаны за пределами согласованной стоимости и установленных лимитов. Также обратил внимание суда, что согласно представленным актам услуги были оказаны не только непосредственно Управлению, но и судам Камчатского края без предварительного согласования с заказчиком, что и привело к превышению согласованной цены контракта. В то же время необходимость в отправке судебных дел в вышестоящие суды на обжалование посредством спецсвязи при наличии заключенного с АО «Почта России» централизованного контракта не имелось.

Истец в поданном исковом заявлении и возражениях на отзыв просит исковые требования удовлетворить в полном объеме, обращая внимание на заключенное сторонами дополнительное соглашение от 07.11.2019 № 1 к государственному контракту от 05.02.2019 об увеличении цены контракта на 10%, а также на письма ответчика, в которых он просит не прерывать оказания услуг и гарантирует их оплату. Считает необоснованным доводы ответчика о том, что приемка в рамках контракта от 09.01.2020 не осуществлялась, обращая внимание, что отправка и получение отправлений специальной связи осуществлялись истцом в рамках вышеуказанного дополнительного соглашения. Полагает, что государственный контракт от 09.01.2020 является действительным и заключенным, поскольку распространение действия государственного контракта на предыдущий период не противоречит действующему законодательству.

Заслушав пояснения представителя ответчика, изучив доводы истца, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 05.02.2019 между Управлением (заказчик) и Предприятием (исполнитель) заключен государственный контракт оказания услуг специальной связи по доставке отправлений № 1-1-63/2019, по условиям которого исполнитель обязуется оказывать заказчику, а заказчик – принимать и оплачивать услуги специальной связи по приему, обработке, хранению, доставке и вручению отправлений согласно перечню (пункт 1.1).

Цена контракта составляет 214 600 руб. Стоимость услуг определяется на основании тарифов, указанных в Приложениях № 2, 2а к государственному контракту, которые могут быть изменены по инициативе исполнителя с предварительным письменным уведомлением заказчика не позднее, чем за 30 календарных дней до даты введения в действие новых тарифов, что является основанием для подписания дополнительного соглашения. Если соглашение не будет подписано в установленный срок, контракт автоматически прекращает свое действие на 31-й день в части услуг, относительно которых заказчиком не подписано направленное исполнителем дополнительное соглашение о введении новых (измененных) тарифов (пункты 3.1, 3.3, 3.4).

Факт оказания услуг оформляется актом об оказанных услугах (пункт 4.1). оплата производится заказчиком в течение 5 календарных дней с даты получения от исполнителя соответствующего счета (пункт 3.2).

Исполнитель вправе, предварительно уведомив заказчика, приостановить оказание услуг в одностороннем порядке в случае невыполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком своих обязательств, предусмотренных государственным контрактом, в том числе несвоевременной оплаты счетов, выставленных исполнителем, до даты устранения заказчиком допущенных нарушений (пункт 2.1.3).

Контракт вступает в силу с момента подписания и распространяет свое действие на правоотношения, возникшие с 09.01.2019 по 31.12.2019 (пункт 6.3).

Пунктом 6.4 контракта стороны предусмотрели возможность его изменения и/или дополнения в период действия путем заключения дополнительных соглашений в соответствии с действующим законодательством и положениями государственного контракта (пункт 6.4 контракта).

Письмом от 15.10.2019 Управление обратилось к Предприятию с просьбой заключить дополнительное соглашение на сумму 21 460 руб. в целях бесперебойного продолжения оказания услуг специальной связи по доставке почтовых отправлений судам Камчатского края до конца 2019 года, гарантировав оплату оказанных услуг.

Письмом от 06.11.2019 ответчик повторно обратился к истцу с просьбой продолжить оказание услуг до конца 2019 года, гарантировав оплату и указав, что 07.11.2019 в адрес Предприятия будет направлено письмо, содержащее сумму договора оказания услуг специальной связи по доставке почтовых отправлений.

07.11.2019 между Управлением (заказчик) и Предприятием (исполнитель) заключено дополнительное соглашение № 1, в пункте 1 которого указано, что в связи с увеличением объема услуг спецсвязи стороны пришли к соглашению увеличить цену государственного контракта на 10 %. Цена контракта составляет 236 060 руб.

Сторонами не оспаривается, что оказанные Предприятием в рамках контракта от 05.02.2019 услуги на сумму 214 600 руб., изначально согласованную контрактом от 05.02.2019, приняты ответчиком без замечаний и возражений и оплачены. В подтверждение оплаты услуг на сумму 214 600 руб. ответчиком также представлены платежные поручения от 19.03.2019 № 386249, 386256, 386257, от 04.04.2019 № 484904, от 24.04.2019 № 584639, от 26.04.2019 № 600267, от 27.05.2019 № 739251, 739288, от 31.05.2019 № 778053, от 04.06.2019 № 795136, от 26.06.2019 № 16404, от 10.07.2019 № 95236, от 02.08.2019 № 216780, от 08.08.2019 № 241790, от 26.09.2019 № 494214, 494217, 494219, от 23.01.2019 № 656306, 656307, от 12.11.2019 № 768017, от 31.12.2019 № 220452.

Основанием для обращения истца в суд послужила неоплата ответчиком, в том числе после направления ему истцом досудебной претензии, услуг, оказанных Предприятием по актам от 05.10.2019 № 1038, от 28.10.2019 № 1123, от 30.10.2019 № 1154, от 31.10.2019 № 1165, от 13.11.2019 № 1228, от 30.11.2019 № 1293, 1294, от 10.12.2019 № 1364 на сумму 223 099,74 руб., что также засвидетельствовано актом сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.12.2019.

Оценив содержание государственного контракта от 05.02.2019 № 1-1-63/2019, суд приходит к выводу, что он заключен в соответствии с требованиями закона, и между сторонами сложились отношения по возмездному оказанию услуг, регулируемые главой 39 ГК РФ, общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре, а также положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ).

В силу статей 779, 781 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В соответствии со статьями 309, 314 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов в период времени, в течение которого они должны быть исполнены, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В силу части 2 статьи 34 Закона № 44-ФЗ, при заключении контракта указывается, что цена контракта является твердой и определяется на весь срок исполнения контракта, а в случае, предусмотренном частью 24 статьи 22 настоящего Федерального закона, указываются цены единиц товара, работы, услуги и максимальное значение цены контракта, а также в случаях, установленных Правительством Российской Федерации, указываются ориентировочное значение цены контракта либо формула цены и максимальное значение цены контракта, установленные заказчиком в документации о закупке. При заключении и исполнении контракта изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей и статьей 95 настоящего Закона.

Подпунктом «б» пункта 1 части 1 статьи 95 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что изменение существенных условий контракта допускается по соглашению сторон, если по предложению заказчика увеличиваются предусмотренные контрактом количество товара, объем работы или услуги не более чем на десять процентов или уменьшаются предусмотренные контрактом количество поставляемого товара, объем выполняемой работы или оказываемой услуги не более чем на десять процентов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 452 ГК РФ соглашение об изменении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное.

Таким образом, законом установлена возможность увеличения объема оказываемой услуги и изменения цены контракта, заключенного в порядке, установленном Законом № 44-ФЗ, путем подписания дополнительного соглашения, но не более чем на 10 процентов от цены контракта.

Из материалов дела следует, что цена контракта от 05.02.2019 составляет 214 600 руб. (пункт 3.1). Ответчик оплатил оказанные услуги в сумме 214 600 руб.

После исчерпания предусмотренного контрактом лимита оплаты до истечения установленного срока действия контракта, а также в связи с увеличением объема услуг спецсвязи, стороны заключили дополнительное соглашение от 07.11.2019 № 1 об увеличении цены контракта на 10%, до суммы 236 060 руб. (или на 21 460 руб.).

Остаток неисполненного ответчиком обязательства по контракту, с учетом увеличения его цены на 10 %, составляет 21 460 руб. В данной части исковые требования Управлением не оспариваются.

Представленными в материалы дела актами оказанных услуг и актом сверки, подписанными ответчиком без возражений, подтверждается факт оказания истцом ответчику услуг по государственному контракту от 05.02.2019 № 1-1-63/2019 в 2019 году дополнительно на сумму 223 099,74 руб., что превышает согласованную сторонами стоимость контракта, в том числе с учетом ее увеличения на 10%.

Доводы истца о том, что оказанные им и принятые ответчиком услуги на сумму 223 099,74 руб. подлежат полной оплате, суд находит безосновательными.

Целью регулирования Закона № 44-ФЗ, в соответствии с которым между сторонами заключен контракт, является, в том числе, предотвращение неэффективного использования бюджетных средств и недопущение предоставления отдельным лицам преимуществ в получении госзаказа по сравнению с теми претендентами, кто имеет возможность предложить более выгодные условия удовлетворения государственных либо муниципальных нужд.

По общему правилу поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления, на что также указано в пункте 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее – Обзор от 28.06.2017).

Согласование сторонами выполнения услуг без соблюдения требований Закона № 44-ФЗ и удовлетворение требований о взыскании стоимости таких услуг открывает возможность для недобросовестных исполнителей и государственных (муниципальных) заказчиков приобретать незаконные имущественные выходы в обход Закона № 44-ФЗ, тогда как никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 № 18045/12, от 04.06.2013 № 37/13).

Истец, как профессиональный участник рынка соответствующих услуг, с учетом ранее сложившихся между сторонами отношений, располагая информацией о стоимости своих услуг, соглашаясь с ценой контракта, действуя разумно и осмотрительно, исходя из объема принятых к исполнению заявок на оказание услуг, имел возможность предусмотреть полный объем расходов, необходимых к несению, и предвидеть последствия, которые могли наступить при согласовании цены контракта. Истец знал (должен был знать), что оказывает услуги, превышающие согласованную сторонами цену контракта, вопреки предписаниям Закона № 44-ФЗ, во исполнение несуществующего обязательства (обязательства на сумму, превышающую цену контракта). Исчерпание цены контракта не влечет обязанность Управления оплатить Предприятию услуги, пусть и оказанные в период действия контракта, но сверх предусмотренной за них цены.

В рассматриваемом случае необходимо учитывать тот факт, что оплата оказанных услуг предполагала бюджетное финансирование, а поэтому произвольное изменение цены контракта является недопустимым.

При этом судом учтены разъяснения, изложенные в пунктах 21, 22 Обзора от 28.06.2017, которые предусматривают возможность взыскания стоимости услуг, оказанных в отсутствие контракта или с превышением его максимальной цены, в случаях, когда из закона или сложившейся ситуации (носящей экстренный характер) следует, что оказание услуг для соответствующего исполнителя вне зависимости от его волеизъявления является обязательным.

Проанализировав содержание правоотношений сторон, условия заключенного контракта, предусматривающие право исполнителя приостановить оказание услуг в случае неполучения оплаты выставленных счетов (пункт 2.1.3), характер оказываемых услуг, не связанных с пересылкой сведений, составляющих государственную или иную охраняемую законом тайну, суд приходит к выводу, что оказанные услуги не носили незамедлительный (экстренный) характер, в связи с чем истец не был лишен возможности прекратить их исполнение после исчерпания цены контракта.

Оценивая доводы заявителя со ссылкой на приложенный к иску контракт от 09.01.2020 № 023-1-0-1-20-63, суд приходит к следующим выводам.

В материалы дела истцом представлен государственный контракт оказания услуг специальной связи по доставке отправлений от 09.01.2020 № 023-1-0-1-20-63, сторонами которого указаны Управление (заказчик) и Предприятие (исполнитель), с условиями, аналогичными условиям контракта от 05.02.2019 № 1-1-63/2019. Согласно пункту 3.1 контракта цена контракта составляет 223 920,41 руб. Контракт вступает в силу с момента подписания сторонами и распространяет свое действие на правоотношения, возникшие с 22.10.2019 по 31.12.2019 (пункт 6.3).

В соответствии с пунктом 2 статьи 425 ГК РФ стороны вправе установить, что условия заключенного ими договора применяются к отношениям, возникшим до заключения договора, если иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений.

В соответствии с частью 1 статьи 2 Закона № 44-ФЗ законодательство Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается на положениях Конституции Российской Федерации, ГК РФ, Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ) и состоит из Закона № 44-ФЗ и других федеральных законов, регулирующих отношения, указанные в части 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ. Нормы права, содержащиеся в других федеральных законах и регулирующие указанные отношения, должны соответствовать Закону № 44-ФЗ.

Следовательно, к отношениям по контрактам, которые заключаются в соответствии с Законом № 44-ФЗ, применяются нормы ГК РФ с учетом положений Закона № 44-ФЗ.

В пункте 2 статьи 3 Закона № 44-ФЗ установлено, что определение поставщика (подрядчика, исполнителя) – это совокупность действий, которые осуществляются заказчиками в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, начиная с размещения извещения об осуществлении закупки товара, работы, услуги для обеспечения государственных нужд (федеральных нужд, нужд субъекта Российской Федерации) или муниципальных нужд либо в установленных настоящим Федеральным законом случаях с направления приглашения принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя) и завершаются заключением контракта.

Закупка товара, работы, услуги для обеспечения государственных или муниципальных нужд – совокупность действий, осуществляемых в установленном настоящим Федеральным законом порядке заказчиком и направленных на обеспечение государственных или муниципальных нужд. Закупка начинается с определения поставщика (подрядчика, исполнителя) и завершается исполнением обязательств сторонами контракта. Если в соответствии с Законом № 44-ФЗ не предусмотрено размещение извещения об осуществлении закупки или направление приглашения принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), закупка начинается с заключения контракта и завершается исполнением обязательств сторонами контракта (пункт 3 статьи 3).

Кроме того, в части 1 статьи 94 Закона № 44-ФЗ установлено, что исполнение контракта включает в себя комплекс мер, реализуемых после заключения контракта и направленных на достижение целей осуществления закупки путем взаимодействия заказчика с поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Помимо этого, в соответствии с пунктом 3 статьи 219 БК РФ принятие бюджетных обязательств осуществляется путем заключения государственных (муниципальных) контрактов и иных договоров.

Таким образом, контракт, заключаемый заказчиком на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд в соответствии с Законом № 44-ФЗ, вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения, а также применяется к правоотношениям, возникшим с момента (а не до момента) его заключения (письмо Минфина России от 07.08.2017 № 24-06-01/50455).

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что положения пункта 2 статьи 425 ГК РФ не применяются к отношениям, регулируемым Законом о контрактной системе, в связи с тем, что обязательственные правоотношения между заказчиком и поставщиком начинаются исключительно с момента заключения контракта. Таким образом, возможность заключения контракта позднее даты его фактического исполнения противоречит основным принципам Закона № 44-ФЗ.

При этом суд учитывает, что согласно сведениям, содержащимся в Единой информационной системе в сфере закупок, государственный контракт (далее – ЕИС), за номером 023-1-0-1-20-63, указанным на представленному суду контракте от 09.01.2020, в ЕИС фактически размещен другой контракт – государственный контракт от 23.04.2020, заключенный между Управлением и Предприятием на аналогичный вид услуг, но на другую сумму (214 600 руб.), и на другой период (срок исполнения по 31.12.2020).

Представитель ответчика в судебном заседании подтвердил, что документ, представленный истцом в материалы дела как контракт от 09.01.2020 № 023-1-0-1-20-63, в ЕИС не размещался, как и извещение о заключении такого контракта, протокол подведения итогов закупки и т.р.

Проанализировав указанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что представленный в материалы дела контракт от 09.01.2020 № 023-1-0-1-20-63 заключен без соблюдения процедур, установленных Законом № 44-ФЗ, и содержит условия о его ретроспективности, противоречащие вышеуказанным нормативным положениям, что в силу статей 166, 168 ГК РФ свидетельствует о его ничтожности.

Доводы истца относительно недобросовестности ответчика в спорных правоотношениях не могут быть положены в основу решения об удовлетворении иска ввиду наличия прямого законодательного запрета на оплату услуг, оказанных для государственных нужд в отсутствие соответствующего договора, о чем указано ранее в настоящем решении. Удовлетворение при указанных обстоятельствах исковых требований означало бы стимулирование и поддержку со стороны судов действий, совершенных в обход закона, что является недопустимым в силу принципов и задач судопроизводства. К тому же Предприятию, являвшемуся контрагентом ответчика по государственному контракту от 05.02.2019 № 1-1-63/2019, был известен порядок осуществления отношений в указанной сфере, и оказывая услуги после полного исчерпания предусмотренного контрактом лимита оплаты до истечения установленного срока действия контракта без заключения нового контракта в соответствии с Законом № 44-ФЗ, истец, действуя добросовестно, разумно и осмотрительно, не мог не знать, что услуги оказываются им при очевидном отсутствии обязательства. Правом на отказ от исполнения контракта Предприятие не воспользовалось, оказание услуг не приостанавливало.

В силу абзаца третьего пункта 1 статьи 2 ГК РФ гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Предприятие, являясь коммерческой организацией, действуя разумно и осмотрительно, должно было понимать, что оказывая ответчику услуги вне рамок заключенного в установленном законом порядке государственного контракта, принимает на себя все предпринимательские риски, связанные с осуществлением такой деятельности.

В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке (пункт 1). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2).

При изложенных обстоятельствах требования истца о взыскании задолженности за оказанные, но не оплаченные услуги признаются судом обоснованными и подлежащими удовлетворению в сумме 21 460 руб., составляющей 10 % от первоначально установленной цены контракта с учетом заключенного между сторонами дополнительного соглашения от 07.11.2019 № 1. Требование истца об оплате оказанных услуг для государственных нужд на сумму, превышающую установленную контрактом, в том числе с учетом ее увеличения на 10 %, в отсутствие государственного контракта на данную стоимость услуг, заключенного в соответствии с требованиями Закона № 44-ФЗ, не подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы истца по оплате государственной пошлины подлежат возмещению ему за счет ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований, то есть в сумме 718 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Управления Судебного департамента в Камчатском крае в пользу федерального государственного унитарного предприятия «Главный центр специальной связи» 21 460 руб. долга и 718 руб. расходов по оплате государственной пошлины, а всего – 22 178 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья О.А. Душенкина