Решение от 31 августа 2025 г. по делу № А31-7904/2024

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КОСТРОМСКОЙ  ОБЛАСТИ

156000, <...>

http://kostroma.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е



Дело № А31-7904/2024
г. Кострома
1 сентября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 28 августа 2025 года

Полный текст решения изготовлен 1 сентября 2025 года


Арбитражный суд Костромской области в составе судьи Смирновой Екатерины Николаевны, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Панфиловой А.С., рассмотрев исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Торговая площадка» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 359303, а также 140 руб. расходов на приобретение товара, 132 руб. почтовых расходов, 2 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины ( с учетом уточненных требований),

при участии в заседании:

от истца: не явился, извещён,

от ответчика: не явился, извещён,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Торговая площадка» (далее - ответчик) о взыскании 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 359303, а также 140 руб. расходов на приобретение товара, 132 руб. почтовых расходов, 2 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины (с учетом уточненных требований).

Стороны явку представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены.

Ответчик ходатайствовал об отложении судебного разбирательства, мотивированное задержкой судебного заседания по настоящему делу.

Рассмотрев указанное ходатайство, суд не усматривает оснований для его удовлетворения.

Доказательств объективной невозможности принять участие в настоящем судебном заседании, суду не представлено.

Аргументации, какие именно доказательства или пояснения ответчик планировал представить именно в результате личного присутствия, суду не приведено.

Кроме того, суд ранее, определением от 03.07.2025 уже удовлетворил ходатайство ответчика об отложении судебного разбирательства, однако никаких дополнительных доказательств и пояснений ответчик суду не представил.

Согласно части 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Таким образом, суд приходит к выводу, что заявленное ходатайство об отложении судебного разбирательства направлено на затягивание судебного процесса и воспрепятствование принятию законного и обоснованного судебного акта, в связи с чем суд отказывает в его удовлетворении.

Ответчик иск оспорил.

Дело рассмотрено в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие сторон, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, по имеющимся материалам.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 является правообладателем исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 359303, зарегистрированного 08.09.2008 в отношении товаров 3, 8, 11, 21, 26-го и услуг 35, 44-го классов МКТУ.

По утверждению правообладателя, 08.09.2021 года в торговом помещении, расположенном по адресу: <...>, правообладателем был приобретен товар – Маникюрный инструмент, содержащий обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 359303 .

В обоснование покупки у ответчика спорного товара правообладатель представил в материалы дела кассовый чек от 08.09.2021 выданный ООО «Торговая площадка», с индивидуальным номером налогоплательщика (<***>), а также видеозапись процесса приобретения товара, произведенную в целях самозащиты гражданских прав, на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса РФ.

Правом использования результатом интеллектуальной деятельности статья 1229 Гражданского кодекса РФ наделяет лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности (правообладатель).

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами.

Разрешения на использование товарного знака правообладатель обществу не предоставлял.

По правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Поскольку правообладатель разрешения на использование товарного знака (знака обслуживания) № 359303 обществу не предоставлял, истец посчитал свои исключительные права нарушенными, руководствуясь вышеназванными нормами права, обратился в суд с требованием выплаты компенсации в размере 92 857 руб. из расчета: (1 300 000 рублей / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ / 4 способа применения) х 2. В основу данного расчета положен лицензионный договор от 06.04.2021 о предоставлении права использования товарного знака «KAIZER» по свидетельству Российской Федерации № 359303, заключенный между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «Торговый Дом КЬЮТ-КЬЮТ».


Ответчик иск оспорил.

Не оспаривая факт реализации данного товара, ответчик указал что спорный товар был закуплен им у поставщика, однако документов об этом не сохранилось, правообладателю не причинено убытков, имел место один факт реализации товара закупочной стоимостью 220 руб., незначительность нарушения подтверждается обращением в суд с настоящим иском только спустя 2 года и 11 месяцев, также отметил необоснованность расчета размера компенсации, представил контррасчет размера компенсации.


Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Надлежащим доказательством принадлежности прав на товарный знак в силу пункту 1 статьи 1504 Гражданского кодекса РФ является Свидетельство на товарный знак, которое выдается федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в течение месяца со дня государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков.

Как видно из материалов дела, ФИО1 является правообладателем исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 359303, зарегистрированного 08.09.2008 в отношении товаров 3, 8, 11, 21, 26-го и услуг 35, 44-го классов МКТУ.

В этой связи, суд считает доказанным статус истца как правообладателя исключительных прав на указанный товарный знак.

Как установлено судом, 08.09.2021 года в торговом помещении, расположенном по адресу: <...>, правообладателем был приобретен товар – Маникюрный инструмент, содержащий обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 359303 .

В обоснование покупки у ответчика спорного товара правообладатель представил в материалы дела кассовый чек от 08.09.2021 выданный ООО «Торговая площадка», с индивидуальным номером налогоплательщика (<***>), а также видеозапись процесса приобретения товара, произведенную в целях самозащиты гражданских прав, на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса РФ.

Судом просмотрена видеозапись покупки, качество которой позволяет определить местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки ответчика, отображает процесс приобретения спорного товара, процесс его оплаты, выдачи кассового чека.

Видеозапись зафиксировала и содержание (реквизиты) выданного в процессе покупки кассового чека, соответствующего приобщенному к материалам дела кассовому чеку от 08.09.2021, а также внешний вид приобретенного спорного товара, соответствующего представленному в материалы дела вещественному доказательству – маникюрному инструменту.

В этой связи, суд находит кассовый чек в совокупности с представленной видеозаписью достаточным доказательством, указывающим на заключение сторонами договора розничной купли-продажи спорного товара.

При этом в силу действующего гражданского законодательства общество несет ответственность за своего работника - продавца, нахождение в трудовых отношениях с которым он не отрицает.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми не запрещенными законом способами.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством, как указано в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

В силу части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса РФ  осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям пункта 2 информационного письма Президиума ВАС  РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания и др.

Таким образом, кассовый чек является надлежащим документом, на основании которого покупатель может подтвердить факт продажи ему товара, приобретенного по договору розничной купли-продажи, и в силу правил статьи 493 Гражданского кодекса РФ (договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара).

Поскольку ответчик осуществлял предпринимательскую деятельность путем заключения договоров розничной купли-продажи, то нахождение спорного товара на прилавке, на стенде исходя из правовой позиции ВАС РФ, изложенной в Информационном письме № 122 от 13.12.2007, должно расценивается судом как публичная оферта.

Поскольку видеозапись и кассовый чек признаны судом допустимым и достоверным доказательством, то факт распространения ответчиком спорного товара следует считать доказанным.

Суду в рамках настоящего дела на основании части 3 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ и положений пункта 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», необходимо установить, является ли используемое ответчиком обозначение на спорном товаре, сходным по степени смешения с зарегистрированным истцом товарным знаком.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», пункта 162 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» вопрос о наличии внешнего сходства между рисунком (изображением) персонажа и образом, используемым ответчиком на упаковке товара, является вопросом факта, не требует специальных знаний и может быть разрешен судом без назначения экспертизы, с позиции рядового потребителя.

Незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак в соответствии с пунктом 34 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При визуальном сравнении изображений зарегистрированного товарного знака истца № 359303  с реализованным ответчиком товаром и изображениями на нем, суд считает возможным установить визуальное сходство – надпись KAIZER, с короной над буквой I.

Руководствуясь пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также положениями Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 № 647, учитывая высокую различительную способность спорного товарного знака, его узнаваемость, суд приходит к выводу о визуальном и графическом сходстве реализованного предпринимателем товара и охраняемых объектов интеллектуальных прав правообладателя.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Доказательств получения от правообладателя разрешения на использование обозначений, сходных с принадлежащим ему товарным знаком № 359303, ООО «Торговая площадка» суду не предоставило.

В этой связи суд считает факт использования ответчиком прав правообладателя на товарный знак № 359303 доказанным.


Рассмотрев требования правообладателя о взыскании компенсации, суд приходит к следующему.

В статье 1515 Гражданского кодекса РФ установлено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

- в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

- в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Таким образом, пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор способа защиты по собственному усмотрению.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

В абзаце 2 пункта 61 постановления № 10 указано, что заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель (абзац 5 пункт 61 постановления № 10).

В данном деле истец определил размер компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, исходя из двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, в обоснование которой представил лицензионный договор от 06.04.2021 о предоставлении права использования товарного знака «KAIZER» по свидетельству Российской Федерации № 359303, заключенный между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «Торговый Дом КЬЮТ-КЬЮТ».

Суд изучил представленный договор и приходит к следующему.

В рассматриваемом случае истцом заявлена к взысканию с ответчика сумма компенсации за незаконное использование ООО «Торговая площадка», исключительных прав предпринимателя на спорный объект интеллектуальной собственности в размере 92 857 руб. из расчета: (1 300 000 рублей / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ / 4 способа применения) х 2, рассчитанная исходя из условий вышеуказанного лицензионного договора.

Вместе с тем само по себе представление лицензионного договора (либо иных договоров) не предполагает, что компенсация должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом положений ст. 1301, 1311, 1406.1, п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права, способы использования права по договору и характер допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); аффилированность между лицензиаром и лицензиатом; иные обстоятельства.

С учетом указанных обстоятельств суд может определить иную стоимость права использования объекта интеллектуальных прав тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, а, следовательно, и иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Как указано в пункте 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П, предусмотренная п. 3 ст. 1252 ГК РФ компенсация, будучи мерой гражданско-правовой ответственности, имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2017 года № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Суд рассмотрел вопрос обоснованности включения в расчет паушального платежа в размере 1 000 000 руб. и пришел к следующим выводам.

Так, в силу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

Таким образом, в лицензионном договоре можно одновременно установить как фиксированный разовый лицензионный платеж (паушальный платеж), так и периодические платежи (например, процент от продаж).

Поскольку и паушальный взнос, и периодические платежи составляют стоимость права использования объекта интеллектуальных прав, обе суммы подлежат учету при расчете компенсации за нарушение исключительного права на этот объект, а доводы ответчика об обратном подлежат отклонению.

Также суд отклоняет контррасчет ответчика, учитывающий 5 организаций, которым представлено право использования товарного знака, поскольку основания учитывать в расчете всех лиц, которым предоставлена лицензия, отсутствуют.

Нарушение допущено ответчиком, а значит истец правомерно рассчитывает размер компенсации исходя из стоимости правомерного использования спорного товарного знака для одного лица.

В качестве обоснования своих требований истец представил заключенный с ООО Торговый Дом КЬЮТ-КЬЮТ (ИНН <***>) (лицензиатом) лицензионный договор от 06.04.2021 о предоставлении права использования товарного знака "KAIZER" по свидетельству Российской Федерации № 359303.

Исходя из сопоставления срока действия лицензионного договора (до 19.10.2025) и даты правонарушения (08.09.2021) следует, что нарушение допущено ответчиком в период действия лицензионного договора о предоставлении права использования спорного товарного знака.

По условиям анализируемого договора (п. 1.2.) право использования спорного товарного знака предоставлено лицензиату в отношении семи классов МКТУ:

03 - ногти искусственные; ресницы искусственные.

08 - инструменты для маникюра; инструменты для педикюра; ножницы для маникюра; ножницы для стрижки волос; пилки для ногтей; электрические пилки для ногтей; пинцеты для эпилирования; устройства для завивки волос (неэлектрические); приборы (электрические и неэлектрические) для полировки ногтей; щипцы для завивки волос; щипцы для удаления ногтей; щипчики для ногтей; щипчики для завивки ресниц.

11 - аппараты для загара; сушилки воздушные; сушилки для волос.

21 - гребни; изделия щеточные; кисточки для бритья; предметы домашней утвари для косметики; предметы домашней утвари туалетные; принадлежности для снятия грима [неэлектрические]; пудреницы; пуховки для пудры; расчески; расчески электрические; футляры для расчесок; щетки; щеточки для бровей; щеточки для ногтей.

26 - бигуди; зажимы для волос; изделия декоративные для волос; кисти; шапочки для окраски волос; шпильки для волос.

35 - продвижение товаров 03, 08, 11, 21 и 26 классов [для третьих лиц]; услуги снабженческие для третьих лиц [закупка и обеспечение предпринимателей товарами 03, 08, 11, 21 и 26 классов].

 44 - маникюр; парикмахерские; салоны красоты.

В соответствии с п. 1.3 договора, право использования спорного товарного знака предоставлено лицензиату следующими четырьмя способами: путем его размещения с указанием "товарный знак по лицензии: на товаре, который лицензиат производит, предлагает к продаже, продает, демонстрирует на выставках и ярмарках или иным образом вводит в гражданский оборот; на упаковке и этикетках товара, ценниках к товару; в сопроводительной и деловой документации к товару; в предложениях о продаже товара, объявлениях, на вывесках и в рекламе, в том числе в сети Интернет.

Согласно разделу 2 указанного договора, лицензиат выплачивает лицензиару за предоставление права использования товарного знака № 359303 комбинированное вознаграждение: разовый паушальный платеж за предоставление права использования товарного знака № 359303 составляет 1.000.000 руб.; ежемесячный платеж в форме роялти за предоставление права использования товарного знака № 359303 в размере 300.000 руб. (фиксированное вознаграждение).

Указанный договор, недействительным не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа доказательств по делу он не исключен, в связи с чем, суд полагает данное доказательство надлежащим в целях расчета компенсации за нарушение исключительных прав.

В свою очередь, ответчик фактически осуществил нарушение прав истца на товарный знак одним способом и путем продажи одного товара "маникюрный инструмент", относящегося к 08 классу МКТУ.

С учетом реализации ответчиком одного контрафактного товара, который относится к 08 классу МКТУ, размер компенсации исходя из стоимости права использования товарного знака подлежит определению с учетом данного обстоятельства и условий предоставления права использования товарного знака "KAIZER" по лицензионному договору от 06.04.2021.

В связи с изложенными обстоятельствам, суд полагает обоснованной в данном случае сумму компенсации в размере 92 857 руб.

Оснований для снижения размера компенсации на основании статьи 1252 Гражданского кодекса РФ, суд не усматривает.

Установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40- П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021).

В силу абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Указанной нормой права предусмотрена возможность снижения размера компенсации ниже пределов, установленных Кодексом, но не менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю.

В рассматриваемом случае общество одним действием не нарушало права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, следовательно, указанная норма права не применима.

Оснований применить постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40- П суд также не усматривает, поскольку ответчиком, в нарушение, ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено соответствующих доказательств.

Временной отрезок, в течение которого истец реализовал свое право на судебную защиту, как и стоимость товара, правового значения не имеет.

Доказательств приобретения товара у уполномоченного лица, ответчик суду, в нарушение положений ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суду не представлено.

Поэтому иск подлежит удовлетворению в полном объеме.


Разрешая вопрос о распределении судебных издержек и судебных расходов по делу, суд приходит к следующим выводам.

Истцом заявлены судебные издержки в виде стоимости контрафактного товара в размере 140 руб., расходов на отправку почтовой корреспонденции в размере 132 руб..

В подтверждение несения данных расходов истцом представлены: кассовые чеки от 08.09.2021, 27.07.2024, 19.09.2024.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно пункту 2 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ  с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Предметом иска является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав.

В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

В связи с изложенным, расходы на приобретение представленного в материалы дела товара в размере 140 руб., стоимость которого не оспорена, отвечают установленным статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ критериям судебных издержек.

В случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (пункт 4 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1).

Обязанность по представлению суду при подаче искового заявления документов, подтверждающих направление другим лицам, участвующим в деле, копий искового заявления и приложенных к нему документов ч. 1 ст. 126 Арбитражного процессуального кодекса РФ возложена на истца, следовательно, понесенные представителем истца расходы в размере 132 руб. в связи с отправлением претензии и искового заявления признается судом судебными издержками, связанными с рассмотрением дела применительно к ст. 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Кроме того, истцом при обращении в суд произведена уплата государственной пошлины в размере 2 000 руб. на основании платежного поручения от 24.07.2024 № 12894, указанные расходы относятся к судебным по правилам ст. 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Судебные расходы и издержки в виде стоимости почтовых расходов на отправку претензии и иска, стоимости спорного товара подтверждены документально.

Поэтому на основании статьи 110  Арбитражного процессуального кодекса РФ с ответчика в пользу предпринимателя следует взыскать 2 000 руб. – расходов по оплате государственной пошлины, 140 руб. расходов на приобретение товара, 132 руб. почтовых расходов.

Суд приобщил в качестве вещественного доказательства по делу представленный истцом маникюрный инструмент.

В связи с признанием судом вещественного доказательства по делу маникюрного инструмента контрафактным товаром, возмещением истцу его стоимости, последний в силу пункта 75 Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» подлежит уничтожению после вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торговая площадка» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 359303, а также 140 руб. расходов на приобретение товара, 132 руб. почтовых расходов, 2 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

Вещественное доказательство по делу №А31-7904/2024 – товар – Маникюрный инструмент в количестве 1 шт. передать на уничтожение, как изъятое из оборота.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месячного срока со дня его принятия или в арбитражный суд кассационной инстанции в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Костромской области.


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании и  приобщена к делу.

Судья                                                                  Е.Н. Смирнова