Постановление от 25 октября 2022 г. по делу № А13-3403/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ


25 октября 2022 года

Дело №

А13-3403/2020



Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего судьи Боровой А.А., судей Бычковой Е.Н., Кравченко Т.В.,

рассмотрев 18.10.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Вологодские опалубки» ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 06.05.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2022 по делу № А13-3403/2020 (-58),

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области от 18.03.2020 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Вологодские опалубки», адрес: 160022, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 17.07.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1.

Решением от 27.11.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1

Конкурсный управляющий ФИО1 09.03.2021 обратилась в суд с заявлением о признании недействительными сделками перечисление денежных средств с расчетных счетов Общества в пользу ФИО2 за период с 14.03.2017 по 13.01.2019 на общую сумму 15 830 600 руб.

В порядке применения последствий недействительности сделки конкурсный управляющий просила взыскать с ФИО2 названную сумму в конкурсную массу.

Требование в части оспаривания платежей на сумму 2 468 000 руб. выделено в отдельное производство и объединено в одно производство с заявлением о признании недействительным договора займа от 17.04.2018.

В оставшейся части, определением от 06.05.2022, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2022, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить указанные определение от 06.05.2022 и постановление от 18.07.2022, а спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Податель кассационной жалобы не согласен с выводами судов о том, что представленные в материалы дела доказательства подтверждают возврат ответчиком полученных им от Общества денежных средств: суды сослались на договоры займа, которые в материалах обособленного спора отсутствуют; полномочия лиц, подписавших соглашения о зачетах, не проверены, достоверность указанных соглашений не установлена; наличие встречных обязательств не подтверждено.

Конкурсный управляющий полагает, что содержание хозяйственных операций, на которые указали суды, лишено экономического смысла. Кроме того, суды не дали оценки доводам заявителя о признании недействительными сделок по общим основаниям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

ФИО2 представил письменные возражения на кассационную жалобу, просит оставить без изменения принятые по делу судебные акты.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, по результатам осуществления мероприятий конкурсного производства, конкурсным управляющим выявлены перечисления денежных средств с расчетных счетов должника на корпоративную карту в общей сумме 13 362 600 руб. в период с 14.03.2017 по 30.01.2018; 11.01.2019; 13.01.2019, которые были получены наличными денежными средствами в отделениях публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие» и публичного акционерного общества «Сбербанк России» руководителем и участником должника ФИО2

Обращаясь о признании списания денежных средств недействительными сделками, конкурсный управляющий сослался на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статей 10, 168, 170 ГК РФ, полагая, что правовое основание для получения ФИО2 спорных сумм отсутствовало.

Возражая относительно предъявленных к нему требований, ответчик указал на то, что спорные перечислении представляли собой выдачу в его пользу должником займов по договорам займа: от 02.10.2017 на сумму 1 986 000 руб.; от 04.07.2017 на сумму 280 000 руб.; от 08.12.2016 на сумму 120 000 руб.; от 27.04.2016 на сумму 9 790 000 руб., а также выдачу под отчет 75 000 руб.

Согласно пояснениям ответчика, обязательства по возврату займа были прекращены зачетом встречных требований, а именно, требований ФИО2 к контрагентам должника: индивидуальному предпринимателю ФИО3, обществам с ограниченной ответственностью «Спектр», «Альтернатива», «ИТК», «Пеллетэкс», «Стройбат».

В отношении полученных под отчет денежных сумм ответчик сослался на то, что они израсходованы в процессе хозяйственной деятельности должника, что подтверждается авансовыми отчетами и карточной счета 71.1.

Отказывая в признании сделки недействительной, суд согласился с приведенными пояснениями ответчика с учетом показаний свидетеля – бывшего главного бухгалтера Общества ФИО4, которая подтвердила получение спорных сумм ФИО2 на основании его устных распоряжений и указала, что все операции, отраженные по счетам 71.1 и 73.01 являются реальными.

Суд пришел к выводу о том, что перечисление денежных средств на указанных выше условиях не причинило вреда кредиторам должника, факт прекращения обязательств из договоров займа документально не опровергнут.

Суд указал на то, что не имеют обоснования и не отражены в регистрах бухгалтерского учета банковские операции по снятию 282 000 руб. в период с 21.01.2018 по 13.01.2019, но задолженность перед большей частью кредиторов должника образовалась после совершения платежей на сумму 217 000 руб. за период до 21.01.2018, а ранее возникший долг перед обществом с ограниченной ответственностью «Кирилловская электросеть» не являлся значительным.

Суд квалифицировал спорные платежи как совершенные в рамках обычной хозяйственной деятельности и для целей ее осуществления, отметил, что конкурсным управляющим оспорены сделки на общую сумму, значительно превышающую сумму требований кредиторов.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, квалифицирующими признаками недействительности сделок должника, совершенных за три года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) является их убыточность и цель причинения вреда кредитором в результате их совершения.

Оспариваемые платежи имели место в указанный выше трехлетний период подозрительности.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), разъяснено, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Указанные последствия вывода должником имущества в пользу третьих лиц (аффилированных лиц) могут иметь место и в том случае, если факты нарушения обязательств перед кредиторами отмечены после совершения очевидно убыточных для должника сделок, когда возникшая вследствие неправомерных действий такого рода недостаточность имущества должника имеет длящийся характер, и ущерб, причиненный должнику в результате вывода его имущества при отсутствии встречного предоставления, не компенсирован до момента наступления срока осуществления расчетов с кредиторами.

Перечисление денежных средств с расчетного счета должника в пользу иного лица влечет его имущественной базы при отсутствии встречного предоставления, следовательно, является убыточным.

При получении наличных денежных средств с корпоративной карты за счет должника цель их получения ФИО2 не оговаривалась, что следует из содержания отраженных в определении суда первой инстанции показаний свидетеля, пояснившего, что выдача денежных средств имела место на основании устных указаний ФИО2 и лишь впоследствии сведения об указанных операциях отражались в регистрах бухгалтерского учета.

Выводы суда о том, что перечисление денежных средств представляло собой выдачу займов в пользу ответчика основано, фактически, на данных аналитического учета по счету 73.01, отраженных в карточках указанного счета, которые представлены в материалы дела в виде распечаток, достоверность которых никем не подтверждена. Первичные документы, которые послужили основанием для внесения этих сведений, судом не исследовались.

Вывод суда о предоставлении ФИО2 займов на спорные суммы противоречит иному выводу, содержащемуся в обжалуемом определении о том, что перечисление денежных средств было направлено на финансирование текущей деятельности должника.

Суммы перечислений не совпадают с указанными ответчиком условиями договоров займа о размерах согласованных займов.

Реквизиты авансовых отчетов, которые подтверждают цели расходования ФИО2 полученных под отчет 75 000 руб. судом первой инстанции не названы.

В отношении суммы 282 000 руб. отсутствие оснований для осуществления спорных платежей подтверждено ответчиком и иного судом первой инстанции не установлено.

Таким образом, правовые основания получения ФИО2 спорных сумм надлежащим образом судом не выявлены.

Указывая на то, что полученные ФИО2 от должника суммы были им возмещены Обществу посредством подписания актов взаимозачета, суд первой инстанции реальности наличия требований, погашенных зачетом, не проверил.

При этом, участие в указанных хозяйственных операциях аффилированного лица, оформление финансовых взаимоотношений между ФИО2 и контрагентами должника квитанциями к приходно-кассовым ордерам, отсутствие экономического обоснования постоянной выдачи ФИО2 займов третьим лицам, постоянное использование конструкции зачета встречных требований для погашения заемных обязательств, вызывает обоснованные сомнения в реальности правоотношений, на которые ссылается ответчик.

Исходя из правовой позиции, сформулированной в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в такой ситуации к контролирующему должника лицу подлежал применению повышенный стандарт доказывания реальности правоотношений, положенных в основание его возражений относительно требований конкурсного управляющего, в частности, правоотношений займа, а также реальности обязательств, зачетом которых оформлен возврат займа. В нарушение данного положения бремя доказывания было возложено судом исключительно на конкурсного управляющего.

Исходя из разъяснений пунктов 6, 7 Постановления № 63, наличие цели причинения вреда кредиторам при совершении подозрительных сделок при наличии признаков неплатежеспособности Общества и в отношении контролирующего должника лица, а также факт причинения вреда презюмируются.

Бремя опровержения указанных презумпций, в данном случае, также возлагалось на ответчика.

Между тем, в обжалуемом определении отсутствуют выводы, сделанные со ссылкой на представленные ФИО2 доказательства, которыми бы опровергался факт недостаточности денежных средств должника для расчетов с независимыми кредиторами на момент совершения обжалуемых платежей, а также раскрывающих экономических смысл спорных правоотношений, который соответствовал бы стандартному поведению участников гражданского оборота при осуществлении хозяйственной деятельности, в том числе, предоставлении займов.

Учитывая изложенное, вывод суда об отсутствии оснований для квалификации платежей как подозрительных сделок в силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве нельзя признать основанным на представленных в деле доказательствах. Доводы конкурсного управляющего о признании спорных сделок недействительными по общим основаниям гражданского законодательства и вовсе не получили оценки суда первой инстанции.

Апелляционным судом указанные недостатки не устранены.

При таких обстоятельствах, определение от 06.05.2022 и постановление от 18.07.2022 подлежат отмене, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, определить круг обстоятельств, входящих в предмет доказывания по обособленному спору, установить эти обстоятельства исходя из оценки совокупности представленных в материалы дела доказательств и принять по делу законный и обоснованный судебный акт, правильно применив нормы материального права и не допустив нарушений процессуального права.

По результатам нового рассмотрения суду следует распределить расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение спора, в том числе судом кассационной инстанции в порядке статьи 110 АПК РФ..

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 06.05.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2022 по делу № А13-3403/2020 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Вологодской области на новое рассмотрение.


Председательствующий



А.А. Боровая



Судьи


Е.Н. Бычкова

Т.В. Кравченко