Постановление от 26 апреля 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail:17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1547/2026(2)-АК

Дело № А71-19812/2023
27 апреля 2026 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2026 года. Постановление в полном объеме изготовлено 27 апреля 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Е.О. Гладких, Л.В. Саликовой,


при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А.А. Шляковой,

при участии в судебном заседании:


в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от кредитора ООО «Гамбит» - ФИО1, удостоверение адвоката, доверенность от 05.06.2024,

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего должника ФИО2 ФИО3

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 29 декабря 2025 года


об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки по перечислению 04.07.2018 со счета должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 денежных средств в размере 150 741,00 рублей,

вынесенное судьей И.В. Шумиловой,

в рамках дела № А71-19812/2023


о признании ФИО2 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика индивидуальный предприниматель ФИО4 (ИНН <***>),

установил:

в Арбитражный суд Удмуртской Республики 15.11.2023 поступило заявление ФИО2 (далее – должник, ФИО2) о признании его несостоятельным (банкротом) при наличии неисполненных перед кредиторами обязательств в сумме 2 441 971,33 рубля.

Определением от 17.11.2023 заявление должника принято к производству суда, возбуждено производство по делу о его банкротстве.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 января 2024 года (резолютивная часть от 18.01.2024) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО3, член саморегулируемой организации ассоциации арбитражных управляющих «Синергия».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 15(7705) от 27.01.2024, стр.157.

В Арбитражный суд 23.07.2025 через электронную систему «Мой арбитр» поступило заявление финансового управляющего ФИО3 о признании недействительности сделки по перечислению денежных средств со счета ФИО2 в пользу ИП ФИО4 с назначением платежа за пошив спецодежды: 28.06.2018 в сумме 194 732,00 руб., 02.07.2018 в сумме 120 982,00 руб., 03.07.2018 в сумме 101 253,00 руб., 04.07.2018 в сумме 150 741,00 руб., всего в сумме 567 708,00 руб., и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ИП ФИО4 567 708,00 руб., которое определением от 30.07.2025 принято к производству суда и назначено к рассмотрению.

В последующем 14.10.2025 финансовым управляющим ФИО3 представлено в суд ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором просила признать недействительной сделку по перечислению 04.07.2018 денежных средств со счета ФИО2 в пользу ИП ФИО4 в размере 150 741,00 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО4 указанных денежных средств.

Уточнения заявленных требований в порядке статьи 49 АПК РФ приняты судом.

ИП ФИО4 представлены возражения по заявленным управляющим требованиям с ходатайством о применении к требованиям управляющего срока исковой давности.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 декабря 2025 года (резолютивная часть от 10.12.2025) в удовлетворении заявления


финансового управляющего ФИО2 ФИО3 о признании недействительной сделки по перечислению 04.07.2018 денежных средств в размере 150 741 рублей со счета ФИО2 в пользу ФИО4 с назначением платежа: «за выполнение отделочных и завершающих работ» отказано. С ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 7 500 рублей.

Не согласившись с судебным актом, финансовый управляющий ФИО3 подала апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 29.12.2025 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы указывает на то, что оспариваемые перечисления денежных средств в пользу ответчика недействительны в силу статьи 170 ГФ (прикрывают дарение). Апеллянт обращает внимание суда на то, что в назначении оспариваемого платежа указано на оплату по счету № 70 от 29.06.2018 за выполнение отделочных и завершающих работ, без НДС. До прекращения деятельности в статусе индивидуального предпринимателя основным видом деятельность должника являлась - 62.01 Разработка компьютерного программного обеспечения, в качестве дополнительных указаны: 62.02 Деятельность консультативная и работы в области компьютерных технологий, 62.09 Деятельность, связанная с использованием вычислительной техники и информационных технологий, прочая. Согласно выписке по операциям на счете с расчетного счета ООО «Гамбит» в пользу ИП ФИО2 перечислены денежные средства в общей сумме 2 819 722,06 рубля с назначением платежа: «Оплата по договору за разработку программного обеспечения». Полученные от ООО «Гамбит» денежные средства должник ФИО2 в тот же день направляет не на исполнение обязательств перед ООО «Гамбит» (оплату субподрядчикам за разработку программного обеспечения, оплату поставщикам за компьютерный софт, оплату поставщика за комплектующие для компьютерного оборудования). Все полученные от ООО «Гамбит» денежные средства ИП ФИО2 выводит в этот же день путем направления на расчетный счет нескольким индивидуальным предпринимателям с назначениями платежа «за выполнение отделочных и завершающих работ» и «за пошив спецодежды», что никак не соотносится с его видом деятельности. При этом ни должником, ни контрагентом по оспариваемой сделке не раскрыто: в каком помещении планировалось осуществление отделочных работ и какой экономический смысл имелся у должника в данном виде работ. Получатель денежных средств ИП ФИО4 полученные денежные средства расходует не на покупку необходимых материалов для выполнения работ, а в этот же день выводит всю денежную сумму на физическое лицо. Вышеуказанная цепочка взаимосвязанных и последовательных сделок по перечислению денежных средств на расчетные счета нескольких ИП носит мнимый характер и


направлена на вывод наличных денежных средств. Ответчик не представил какие-либо документы, которые могли бы доказать реальность хозяйственных отношений между сторонами, такие как накладные, акты, счета-фактуры, платежные поручения, и бухгалтерскую отчетность, а также подтверждение возмездности оказания услуг. Апеллянт считает, что указанные перечисления в пользу ответчика недействительны в силу статей 10 и 168 ГК РФ (злоупотребление правом). По мнению апеллянта сделка совершена в отсутствие экономической целесообразности безвозмездного перечисления денежных средств (прямой запрет на дарение между юридическими лицами); при наличии задолженности перед иными кредиторами; при несовершении должником обычных для гражданского оборота разумных действий по максимизации прибыли от деятельности, что не могло отвечать его интересам. Апеллянт усматривает признаки очевидного отклонения участника гражданского оборота от добросовестного поведения, а вышеуказанные факты, свидетельствуют о наличии схемы, направленной на вывод ликвидного актива. Имеющаяся перед обществом «Гамбит» задолженность в размере 2,8 млн. рублей возникла в 2018 году, что подтверждено вступившим в законную силу судебным актом от 12.08.2021. Оспариваемый платеж совершен в ущерб интересам должника, ответчик знал об истинной цели сделки – о причинении ущерба должнику и кредиторам, т.е. о злоупотреблении правом. Срок исковой давности для предъявления финансовым управляющим заявления об оспаривании сделки не пропущен, поскольку о совершенном платеже управляющему стало известно после получения 10.03.2025 выписки по счету должника, открытого в филиале Точка Банк КИВИ Банк, а 23.07.2025 предъявлены в суд требования об оспаривании сделки.

Кроме того, в апелляционной жалобе содержатся ходатайства о восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы и предоставлении отсрочки по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2026 финансовому управляющему ФИО3 восстановлен пропущенный срок на подачу апелляционной жалобы; предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе на срок до окончания рассмотрения дела; апелляционная жалоба управляющего принята к производству суда и назначена к рассмотрению.

До начала судебного заседания кредитором ООО «Гамбит» представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором поддерживает доводы апелляционной жалобы, просит отменить определение суда и удовлетворить заявленные финансовым управляющим требования, ссылаясь на наличие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной применительно к положениям статей 10, 168 и п.2 статьи 170 ГК РФ. Кредитор указывает, что срок исковой давности для предъявления требования финансовым управляющим не пропущен. Полагает, что в рассматриваемом


случае оспариваемая сделка выходит за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заинтересованным лицом с правами ответчика ФИО4 представлен отзыв, в котором просит оставить обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, ссылаясь на законность и обоснованность определения суда.

От заинтересованного лица с правами ответчика ФИО4 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие и отсутствие его представителя.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, должником 04.07.2018 перечислены в адрес ИП ФИО4 денежные средства в размере 150 741,00 рублей с указанием в назначении платежа «оплата по счету № 70 от 29.06.2018 за выполнение отделочных и завершающих работ, без НДС».

Финансовый управляющий ФИО3, полагая, что указанный платеж совершен должником без встречного предоставления, при наличии неисполненных должником обязательств перед кредиторами, осведомленности ответчика о противоправной цели совершенного платежа в ущерб интересам должника и его кредиторам, обратилась в суд с настоящим заявлением о признании сделки недействительной, как совершенной со злоупотреблением правами, применительно к положениям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик ФИО4, возражая против заявленных требований, указал, что перечисление денежных средств было произведено за выполнение отделочных работ; сделка совершена за пределами трехлетнего срока подозрительности, не доказана совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной как по специальным основаниям, так и по общегражданским основаниям, сославшись также на пропуск управляющим срока исковой давности для оспаривания сделки должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что спорный платеж совершен за пределами периода подозрительности, предусмотренного статьей 61.2 Закона о банкротстве; платеж укладывается в понимание сделок с пороками, не выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок, в связи с чем, не могут быть квалифицированы в качестве совершенных со злоупотреблением прав применительно к положениям статей 10, 168, 170 ГК РФ, применив к заявленным управляющим требованиям срок исковой давности.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, выслушав представителя кредитора ООО «Гамбит» в судебном заседании (в режиме веб-


конференции), проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального права, не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В силу статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по


основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Таким образом, законодателем определены критерии для отнесения сделки к сделкам должника.

При этом, охраняемый законом интерес в случае оспаривания сделки в рамках дела о банкротстве должника состоит в наиболее эффективном достижении целей процедур банкротства, в частности, в возможности пополнения конкурсной массы, удовлетворения требований кредиторов или уменьшения прав требований к должнику.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан,


не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно названной норме для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате


возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как установлено судом и следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда определением арбитражного суда от 17.11.2023, оспариваемая сделка совершена 04.07.2018, т.е. за пределами трехлетнего периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением


пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений по их применению, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ в предмет доказывания входят установление факта ущемления интересов других лиц; установление недобросовестности сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их


сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При этом, учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес с учетом вышеприведенных разъяснений может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вместе с тем, суд первой инстанции посчитал, что финансовый управляющий, ссылаясь на несоответствие оспариваемого платежа требованиям статьи 10 ГК РФ, в обоснование своих доводов фактически приводит совокупность обстоятельств, которые являются основанием для признания сделки недействительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так, в обоснование заявленного требования финансовый управляющий указывает на отсутствие реальных правоотношений между сторонами, что спорный платеж произведен без встречного предоставления, что свидетельствует о злоупотреблении правами и влечет недействительность сделки по перечислению денежных средств на счет ИП ФИО4

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Управляющий также ссылается на мнимость сделки по перечислению денежных средств.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия (формальное исполнение), что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое


имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

При этом, управляющий и кредитор общество «Гамбит» также указывают на притворность сделки.

В силу пункта 2 статьи 170 УК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой


Гражданского кодекса Российской Федерации», что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Данные нормы подлежат применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по безвозмездному отчуждению имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Из материалов дела не следует, что оспариваемый платеж был осуществлён в отсутствие правового основания либо с целью безвозмездного вывода актива должника.

В связи с чем, для квалификации спорной сделки в качестве мнимой либо притворной, основания отсутствовали.

Проанализировав вышеуказанные нормы права, сопоставив их с обстоятельствами оспариваемого платежа, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10, 168 170 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как верно установил суд первой инстанции, в рассматриваемом случае финансовый управляющий должника, ссылаясь на недействительность платежа по признаку злоупотребления правом, не указав, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции правомерно исходил из того, что ссылка финансового управляющего на нормы статьи 170 ГК РФ не обоснована, доказательств того, что платежи являются мнимыми либо притворными, не представлено.


Из письменных пояснений ответчика (аналогичных доводам, приведенным в отзыве) следует, что перечисления должником денежных средств были связаны с выполнением ответчиком отделочных и завершающих (строительно-отделочных) работ. Отсутствие документов не является доказательством непредставления встречного исполнения. Из выписок о движении денежных средств следует, что работы выполнялись, за указанные работы производились перечисления.

Действительно, ответчиком не представлены документы, на основании которых был произведен оспариваемый платеж. Однако, данное обстоятельство не может являться единственным и безусловным основанием для признания платежа недействительным (учитывая период его совершения, а также наличия иных платежей с аналогичным назначением).

В связи с чем, доводы апеллянта о том, что неподтвержденность реальности правоотношений между сторонами сделки свидетельствует о выводе активов должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника (при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, в частности перед обществом «Гамбит», возникших в 2018 году), о чем процессуальному ответчику было известно, подлежат отклонению, поскольку указанные обстоятельства свидетельствуют об оспоримости сделки, признаки которой охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, данный платеж был совершен за пределами трехлетнего срока подозрительности, в отсутствие доказательств наличия у должника признаков неплатежеспособности.

Для констатации ничтожности сделки по общегражданским основаниям, помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

Доказательств аффилированности сторон сделки, а, соответственно, осведомленности о цели совершаемой сделки, суду не представлено.

Вовлеченность ответчика в совершенные должником действия по перечислению денежных средств с целью причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторов, не нашла своего подтверждения материалами дела.

Судебная коллегия отмечает, что правоприменительная практика, последовательно формируемая Верховным Судом Российской Федерации применительно к вопросу о разграничении по существу тождественных специальных составов недействительности сделок (статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве) и общегражданских (статьи 10, 168 ГК РФ), складывается таким образом, что применение общих положений допустимо лишь в тех исключительных случаях, когда оспариваемая сделка имеет пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительных и преференциальных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской


Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14) и др.), так как в противном случае подобная произвольная переквалификация влечет к безосновательному увеличению сроков исковой давности, имея в виду, что специальные составы недействительности являются оспоримыми, соответственно позволяют осуществить защиту нарушенных прав в пределах годичного срока исковой давности, а общегражданские – влекущими ничтожность сделки, давностный срок по ним составляет три года (пункты 1 и 2 статьи 181 ГК РФ).

Проверив доводы апелляционной жалобы, сопоставив их с материалами настоящего обособленного спора, судебная коллегия считает, что процессуальная позиция финансового управляющего, поддержанная кредитором ООО «Гамбит», заявивших о ничтожности сделки применительно к положениям статей 10, 168, 170 ГК РФ, фактически указывает на неравноценное встречное исполнение обязательств по оспариваемому платежу, с целью причинения вреда кредиторам должника, что охватывается диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, которая не может быть применена к спорным правоотношениям ввиду того, что сделка значительно отстоит от трехгодичного периода подозрительности относительно даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Аргументация финансового управляющего и кредитора ООО «Гамбит» относительно наличия у сторон сделки цели причинения имущественного вреда кредиторам должника, судом обоснованно не принята во внимание, поскольку фактически апеллянтом указывается о наличии у сторон разных целей, обусловивших совершение сделки, тогда как для применения положений статей 10, 168, 170 ГК РФ злонамеренная цель причинения вреда у участников сделки должна быть единонаправленной.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной (ничтожной).

Переоценивать выводы суда первой у судебной коллегии оснований не имеется.

При рассмотрении настоящего заявления ответчиком заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце первом пункта 32 постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом по заявлению стороны в


споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, указанным в статьях 61.2 или 61.3 названного Закона, возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 названного Закона.

Из абзаца второго пункта 32 постановления № 63 следует, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры банкротства, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также об имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права. Таким образом, в целях применения срока исковой давности необходимо оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности быть информированным о совершении оспариваемой сделки и оснований для признания ее недействительной.

В качестве даты, с которой стало известно о совершении оспариваемых платежей, финансовый управляющий указал 10.03.2025 - дату предоставления выписок о движении денежных средств по расчетному счету должника (л.д.40).

Суд первой инстанции, оценив доводы управляющего в указанной части,


обоснованно исходил из того, что получение финансовым управляющим выписок о движении денежных средств по расчетному счету должника только 10.03.2025 не свидетельствует о том, что только с указанного момента финансовый управляющий мог узнать об оспариваемой сделке, учитывая отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что финансовый управляющий в разумные сроки после введения процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника (18.01.2024), действуя добросовестно, в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязанностей принял все возможные и достаточные меры для получения сведений об открытых на имя должника счетов и о движении денежных средств по ним (в кратчайшие сроки) с целью их анализа на предмет обоснованности перечисления и оспаривания сделок.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Финансовый управляющий должен оперативно запрашивать необходимую информацию об имуществе должника, в том числе у государственных органов и кредитных организаций, и такое обращение не связано с невозможностью получить необходимую информацию от должника, процедуры банкротства ограничены определенным судом сроком, и управляющий должен принять все возможные меры для выполнения всех необходимых мероприятий в соответствующие сроки.

Как видно из материалов дела, решением суда от 18.01.2024 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3

Соответственно, финансовый управляющий, действуя разумно и проявляя должную осмотрительность, мог своевременно получить сведения о спорных платежах.

При этом в материалы дела не представлены доказательства того, что имелись обстоятельства, которые объективно препятствовали финансовому управляющему своевременно обратиться с запросом для получения необходимых выписок о движении денежных средств по счетам должника.

Обоснование наличия объективных причин, свидетельствующих о невозможности получения выписок по счетам должника в разумный срок после введения процедуры реализации имущества, финансовым управляющим также не приведено.

Не представлены такие доказательства и суду апелляционной инстанции.


Учитывая срочный характер проводимых в отношении должника процедур, в рамках которых должны быть проведены действия по формированию конкурсной массы, управляющий не вправе затягивать выполнение возложенных на него обязанностей и предоставленных ему для


этого прав.

При таком положении в рассматриваемой ситуации подлежит применению пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, что влечет отказ в удовлетворении заявленного требования ввиду пропуска финансовым управляющим срока исковой давности.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Поскольку управляющий обратился в суд с настоящим заявлением 23.07.2025, по истечении полутора лет после введения процедуры реализации имущества гражданина, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что срок исковой давности (годичный срок) является пропущенным.

Указанное обстоятельство явилось самостоятельным основанием для отказа в признании сделки недействительной.

Оснований для применения к данным правоотношениям положений пункта 1 статьи 181 ГК (трехгодичного срока исковой давности) не имеется, поскольку финансовым управляющим не доказано наличие у сделки пороков, выходящих за пределы пороков сделки, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве, и необходимости ее квалификации в качестве ничтожной.

На основании изложенного, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для предъявления требования об оспаривании сделки. Доводы апеллянта подлежат отклонению в указанной части, как необоснованные.

По мнению судебной коллеги, выводы суда первой инстанции, сделанные по результатам рассмотрения обособленного спора, основаны на правильном определении юридически значимых обстоятельств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с принятым судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.


Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении жалобы отказано.

Поскольку определением арбитражного апелляционного суда финансовому управляющему должника предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе, государственная пошлина подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 декабря 2025 года по делу № А71-19812/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы должника ФИО2 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе 10 000,00 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий Л.М. Зарифуллина

Судьи Е.О. Гладких


Л.В. Саликова