Решение от 13 июля 2021 г. по делу № А32-2776/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г. Краснодар Дело № А32-2776/2021

Резолютивная часть решения оглашена 06 июля 2021 года, полный текст решения изготовлен 13 июля 2021 года.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Николаева А.В., при ведении протокола судебного заседания и его аудиозаписи помощником судьи Першогуба Е.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Фабрика мороженого «Славица» (ИНН <***> ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Кубань – Мороженое» (ИНН <***> ОГРН <***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельные исковые требования относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Крымские традиции» (ИНН <***> ОГРН <***>)

о прекращении нарушения исключительного права на товарный знак, взыскании компенсации,

при участии: от истца – представитель по доверенности ФИО1, от ответчика – представитель по доверенности ФИО2, от третьего лица – не явился, извещен,

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Фабрика мороженого «Славица» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Кубань – Мороженое» о прекращении нарушения исключительного права на товарный знак, взыскании компенсации.

Истец и ответчик обеспечили явку представителей по доверенности в судебное заседание.

Третье лицо, будучи надлежащим образом извещенным о дате и времени судебного заседания, не обеспечило явку представителя по доверенности.

При неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела.

При таких обстоятельствах дело рассматривается в соответствии со ст.156 АПК РФ.

Ответчиком в материалы дела представлен отзыв, согласно которому ООО «Кубань – Мороженое» возражает относительно заявленных исковых требований.

Исследовав материалы дела, суд считает, что ООО «Фабрика мороженого «Славица» является правообладателем товарного знака № 764258 «СВЕТОФОР».

Товарный знак зарегистрирован 01.04.2019 с датой приоритета от 15.02.2017, в отношении следующих товаров 30 класса МКТУ: вещества связующие для мороженого [пищевой лед]; йогурт замороженный [мороженое]; лед для охлаждения; лед натуральный или искусственный; лед пищевой; мороженое; пищевой лед; порошки для мороженого; сорбет [мороженое].

Истцу стало известно, что ООО «Кубань-Мороженое» изготавливает продукт под наименованием «Лёд фруктовый СВЕТОФОР». Ответчик использует на упаковках своей продукции обозначение «СВЕТОФОР», тем самым нарушая исключительное право истца на товарный знак.

Использование ответчиком обозначения «СВЕТОФОР» на упаковках своей продукции подтверждается фотографиями упаковки продукции, где ответчик указан в качестве изготовителя товара

Истцом приобретена данная продукция у ИП ФИО3 (ИНН: <***>), что подтверждается товарным чеком и кассовым чеком.

На упаковке приобретённого фруктового льда в качестве производителя указано ООО «Крымские традиции», в качестве изготовителя указано ООО «Кубань-Мороженое».

Полагая, что ответчик использует на упаковке изготавливаемой им продукции обозначение «СВЕТОФОР», сходное до степени смешения с товарным знаком «СВЕТОФОР» № 764258, правообладателем которого является истец, ООО «Фабрика мороженого «Славица» заявляет о взыскании компенсации в размере 1 000 000 руб.

В рамках соблюдения досудебного порядка урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлено претензионное письмо с требованием прекратить нарушение исключительного права.

Претензионное письмо оставлено адресатом без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения с исковым заявлением в суд.

Разрешая вопрос об обоснованности заявленных исковых требований, суд руководствуется следующим.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса РФ к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности), отнесены, в том числе, фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, а также коммерческие обозначения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Пленум № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик указывает, что истец стал правообладателем товарного знака № 764258 только 25.09.2020, до этого знак принадлежал ИП ФИО4 На представленной в материалы дела фотографии указана дата производства спорного товара – 18.07.2020, то есть в период, когда истец не являлся правообладателем товарного знака.

Отклоняя довод ответчика в указанной части, суд руководствуется следующим.

Согласно материалам дела, между истцом и ИП ФИО4 заключено соглашение об уступке права требования на возмещение убытков и взыскании компенсации от 09.07.2020.

Предметом указанного соглашения является уступка права требования на возмещение убытков и взыскании компенсации за незаконное использование товарных знаков «СВЕТОФОР» №№ 764257, 764258 за период, когда цедент (ИП ФИО4) правообладателем названных товарных знаков.

Таким образом, истец вправе требовать взыскания компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 764258, в том числе за период, когда правообладателем товарного знака был ИП ФИО4

Однако ответчик указывает, что право требования возмещения убытков или выплаты компенсации может быть передано по соглашению об уступке требования, которое подлежит регистрации в соответствующем порядке (пункт 2 статьи 389 ГК РФ).

Сведений о регистрации представленного соглашения от 09.07.2020 в Роспатенте истцом не представлено.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», договор, на основании которого производится уступка по сделке, требующей государственной регистрации, должен быть зарегистрирован в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом. Такой договор, по общему правилу, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации (пункт 2 статьи 389, пункт 3 статьи 433 ГК РФ).

Согласно правовой позиции ответчика, соглашение об уступке права требования от 09.07.2020, заключенного между ФИО4 и ООО «Фабрика мороженого «Славица» является незаключенным и не влечет юридических последствий.

Отклоняя вышеуказанный довод ответчика, суд указывает следующее.

Согласно п. 1 соглашения от 09.07.2020 стороны установили, что Цедент в период с 23.06.2020 по 24.09.2020 являлся правообладателем следуют товарных знаков:

товарный знак «СВЕТОФОР» № 764257, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 18.12.2001, в отношен следующих товаров 30 класса МКТУ: пищевой лёд;

товарный знак «СВЕТОФОР» № 764258, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 01.04.2019, в отношен следующих товаров 30 класса МКТУ: вещества связующие для мороженого [пищевой лед]; лед замороженный [мороженое]; лед для охлаждения; лед натуральный или искусственный; лед пищевой (мороженое), пищевой лед; порошки для мороженого; сорбет [мороженое}.

П. 2 соглашения установлено, что цедент передает, а цессионарий принимает право требования возмещения убытков о взыскания компенсации за незаконное использование товарных знаков, принадлежащее цеденту на основании положений ст. 1515 ГК РФ ко всем лицам, нарушившим исключительные права товарные знаки, за период, когда цедент был правообладателем товарных знаков.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10, в силу статьи 1480 ГК РФ регистрация товарных знаков в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр товарных знаков) осуществляется Роспатентом в порядке, установленном пунктом 1 статьи 1503 ГК РФ.

По смыслу положений пункта 1 статьи 1477, статьи 1481, пункта 1 статьи 1484 ГК РФ обозначение, которое заявлено на государственную регистрацию и проходит экспертизу в Роспатенте, до даты его регистрации в Государственном реестре товарных знаков товарным знаком не является.

Положения статьи 1491 ГК РФ не могут быть расценены как свидетельство того, что действия, совершенные до даты государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков, являются нарушением исключительного права на товарный знак.

Использование третьими лицами обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с заявленным на регистрацию в качестве товарного знака обозначением, в период между датой подачи заявки (датой приоритета) и датой регистрации этого товарного знака не может считаться нарушением исключительного права на товарный знак.

Дата подачи заявки служит лишь моментом отсчета срока действия исключительного права и определяет согласно пункту 1 статьи 1494 ГК РФ дату приоритета (в частности, в целях применения пункта 6 статьи 1483 ГК РФ).

Материалами дела подтверждено, что датой внесения сведений о государственной регистрации договора об отчуждении исключительного права на товарный знак № 764258 является 25.09.2020.

Кроме того, в материалы дела представлено письмо Роспатента от 15.04.2021, согласно которому уполномоченный орган указывает о том, что Роспатент осуществляет государственную регистрацию распоряжений исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 1232 ГК РФ, Правилами государственной регистрации и Административным регламентом. Указанные нормативные правовые акты не содержат положений, определяющих требования к соглашению об уступке права требования возмещения убытков или выплаты компенсации за незаконное использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, условия и порядок регистрации такого соглашения в Роспатенте.

Суд также приходит к выводу о том, что государственной регистрации, в данном случае, подлежит лишь переход исключительного права, а не весь объем уступленных по договору цессии прав, таких как право требования взыскания компенсации или убытков.

Таким образом, доводы ответчика в указанной части не обоснованы и подлежат отклонению.

Ответчик также указывает, что производил продукцию по заказу третьего лица в рамках договора поставки СТМ № 019/-КМ от 30.03.2018.

В соответствии с п. 73 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 использование результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации по поручению или заданию правообладателя (например, выпуск типографией экземпляров произведений по заданию издательства, производство товаров с нанесением товарного знака по договору с правообладателем) охватывается исключительным правом правообладателя и не требует заключения лицензионного договора.

Использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации по поручению или заданию лица, нарушающего исключительное право правообладателя, в свою очередь, также образует нарушение исключительного права.

К лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, могут быть применены меры защиты исключительных прав, предусмотренные статьей 1252 ГК РФ.

При этом с учетом положений пункта 6.1 статьи 1252 ГК РФ лицо, давшее поручение или задание незаконно использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, и лицо, исполнившее такое поручение или задание, перед правообладателем отвечают солидарно, за исключением случаев, когда лицо, действовавшее по поручению или заданию, не знало и не должно было знать о нарушении исключительного права правообладателя. Заявленное к такому лицу требование удовлетворению не подлежит, что не исключает возможности применения к нему иных мер защиты исключительного права, перечисленных в пункте 5 статьи 1250 ГК РФ.

Довод ответчика, что он не знал и не должен был знать о нарушении исключительных прав истца, несостоятельны.

ООО «Кубань – мороженное», являясь профессиональным коммерческим предприятием, должен убедиться в правомерности использования обозначения «Фруктовый светофор» на упаковке производимых им товаров.

Сведения о наличии зарегистрированных товарных знаков в Российской Федерации являются открытыми, находящимися в свободном доступе.

Ответчик имел возможность получить информацию из реестров посредством сети Интернет или направления запроса в регистрирующий орган, однако не реализовал своего права и допустил к продаже товар без проверки.

Таким образом, ответчик, будучи специализированным субъектом права, ведущим экономическую деятельность, совершил действия, выраженные в предложении к продаже и продаже товаров с нарушением исключительных прав, что напрямую нарушает действующее законодательство, о чем он, как специализированный субъект не может не знать.

С учетом вышеизложенного отсутствуют основания для освобождения ответчика от ответственности за нарушение права на товарный знак.

Доводы ответчика относительно того, что товарный знак и обозначение, используемое на спорной упаковке, не являются сходными до степени смешения, подлежат отклонению, как противоречащие материалам дела.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 13 Информационного письма от 13 декабря 2007 г. № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений может быть разрешен самим судом без назначения экспертизы на основе Правил рассмотрения заявки.

В силу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При этом, словесные обозначения сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений может быть звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) (пункт 42 Правил № 482).

Звуковое (фонетическое) сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков, близость звуков, составляющих обозначение, расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу, наличие совпадающих слогов и их расположение, число слогов в обозначениях, место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений, близость состава гласных, близость состава согласных, характер совпадающих частей обозначений, вхождение одного обозначения в другое, ударение. При этом одним из наиболее распространенных случаев звукового сходства является фонетическое вхождение одного обозначения в другое.

Смысловое сходство определяют на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей; в частности, совпадение значения обозначений в разных языках; совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

В п. 43 Правил № 482 отражено, что изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

1) внешняя форма;

2) наличие или отсутствие симметрии;

3) смысловое значение;

4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);

5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно Международной Классификации Товаров и Услуг, полотна пильные относятся к 7 классу товаров указанной Классификации.

Сильным элементом в спорном обозначении является слово «СВЕТОФОР», которое несет основную индивидуализирующую нагрузку, на которую и падает логическое ударение.

Элементы «Лед», «Фруктовый» являются слабыми элементам в спорном обозначении, поскольку слово «Лед» указывает на вид товара и является неохраняемым элементом; слово «Фруктовый» имеет описательную характеристику для товаров 30 класса (фруктовый – состоящий из фруктов) и является слабым элементом.

Потребители запоминают обозначение именно по элементу «СВЕТОФОР», а не по элементу «Фруктовый».

Применив приведенные выше критерии оценки сходства до степени смешения, на основании проведенного анализа представленных сторонами доказательств, а также непосредственного осмотра вещественного доказательства, суд пришел к выводу о том, что наименование «Лёд фруктовый СВЕТОФОР» сходно до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 764258, о чем свидетельствуют сходность смыслового значения, внешней формы, и характера изображения. Таким образом, сравниваемые объекты возможно ассоциировать один с другим, а, следовательно, они схожи до степени смешения.

Материалы дела свидетельствуют о том, что разрешение на использование товарного знака путем заключения соответствующего договора ответчик не получал.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истцом в достаточной мере подтвержден факт незаконного использования ответчиком объекта исключительных прав истца на товарный знак путем предложения к продаже и продажи товара, изображающего соответствующий товарный знак.

Истец просит взыскать с ответчика 1 000 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 764258.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик заявляет о чрезмерности отыскиваемой истцом компенсации.

При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика, суд руководствуется следующим.

Как разъяснено в п. 61 Пленума № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В п. 62 Пленума № 10 указано следующее. Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 N 8953/12, размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 г. № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Арбитражного суда Алтайского края» разъяснено, что суд, исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика – индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей.

При определении размера компенсации суд принимает во внимание тот факт, что по аналогичным спорам компенсация за незаконное использование товарного знака составляет порядка 500 000 руб. (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 18.03.2020 N С01-225/2020 по делу N А19-31013/2018, Постановление Суда по интеллектуальным правам от 08.02.2017 N С01-1295/2016 по делу N А50-4929/2016, Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019 N 15АП-18838/2019 по делу N А32-16174/2019).

Однако, учитывая, что в данном случае ООО «Кубань – Мороженое», не единственный нарушитель исключительного права ООО «Фабрика мороженного «Славица», при этом требования к ООО «Крымские традиции» не заявлены, с ответчика в пользу истца подлежит компенсация в размере 250 000 руб.

Заявляя настоящие исковые требования, истец также просит суд запретить ответчику использовать обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 764258, принадлежащим истцу: обязать ответчика в незамедлительном порядке уничтожить за свой счет товары, которые находятся у ответчика и содержат обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 764258, принадлежащим истцу; упаковку (плёнку), которая находится у ответчика и содержит обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 764258, принадлежащим истцу.

Рассмотрев вышеуказанные исковые требования, суд находит их подлежащими частичному удовлетворению.

Истец не указал какую именно продукцию (конкретная партия продукции, место ее нахождения, дата производства) ответчику необходимо изъять из гражданского оборота и уничтожить, не указали период ее производства, не доказали факт нахождения контрафактной продукции именно у ответчика.

В связи с недоказанностью наличия указанных обстоятельств, решение суда о понуждении ответчика изъять из оборота и уничтожить за собственный счет контрафактный товар, этикетки, упаковки товаров, на которых размещено используемое обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 764258, будет фактически неисполнимым и не приведет к защите заявленных истцом прав.

Аналогичная правовая позиция изложена, например в Постановлении Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2020 по делу № А09-7278/2018.

В силу статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Как указано выше, ответчик использовал обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца, при осуществлении деятельности, в отношении которой действуют исключительные права истца на товарный знаки по свидетельству 764258 для следующих товаров 30 класса МКТУ: вещества связующие для мороженого [пищевой лед]; йогурт замороженный [мороженое]; лед для охлаждения; лед натуральный или искусственный; лед пищевой; мороженое; пищевой лед; порошки для мороженого; сорбет [мороженое]. Изложенное свидетельствует о нарушении ответчиком прав истца на указанные товарные знаки.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение суда должно служить средством эффективной защиты нарушенного права и соответствовать конституционному принципу исполнимости судебного решения (постановления от 15 января 2002 года N 1-П, от 14 мая 2003 года N 8-П, от 14 июля 2005 года N 8-П, от 12 июля 2007 года N 10-П, от 14 мая 2012 года N 11-П, от 10 марта 2016 года N 7-П, от 9 июля 2020 года N 34-П).

С учетом вышеизложенного, суд полагает обоснованными исковые требования в части обязания общества с ограниченной ответственностью «Кубань – Мороженое» прекратить действия, связанные с использованием обозначения «СВЕТОФОР», сходного до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 764258, при производстве, реализации и предложении к продаже товаров: вещества связующие для мороженого (пищевой лед), йогурт замороженный (мороженое), лед для охлаждения, лед натуральный или искусственный, лед пищевой, мороженое, порошки для мороженого, сорбет (мороженое).

Расходы по оплате госпошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации также подлежат возложению на ответчика с учетом того, что исковые требования удовлетворены частично.

Руководствуясь гл. 20 АПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Кубань – Мороженое» (ИНН <***> ОГРН <***>) прекратить действия, связанные с использованием обозначения «СВЕТОФОР», сходного до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 764258, при производстве, реализации и предложении к продаже товаров: вещества связующие для мороженого (пищевой лед), йогурт замороженный (мороженое), лед для охлаждения, лед натуральный или искусственный, лед пищевой, мороженое, порошки для мороженого, сорбет (мороженое).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кубань – Мороженое» (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фабрика мороженого «Славица» (ИНН <***> ОГРН <***>) сумму компенсации за незаконное использование товарного знака в размере 250 000 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 11 750 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его изготовления в полном объеме, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия. Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Краснодарского края.

Судья А.В.Николаев