Решение от 16 августа 2017 г. по делу № А75-6110/2017

Арбитражный суд

Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

ул. Мира, д. 27, г. Ханты-Мансийск, 628011, тел. (3467) 95-88-71, сайт http://www.hmao.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А75-6110/2017
17 августа 2017 г.
г. Ханты-Мансийск


Резолютивная часть решения объявлена 10 августа 2017 г.

Полный текст решения изготовлен 17 августа 2017 г.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе судьи Голубевой Е.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело № А75-6110/2017 по заявлению акционерного общества «Управление технологического транспорта» к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре о признании недействительным решения от 20.12.2016 № 36 и требования № 634 от 13.04.2017, при участии заинтересованного лица - Управления Федеральной налоговой службы по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре,

при участии представителей:

от заявителя – ФИО2, доверенность от 16.12.2016,

от ответчика - ФИО3, доверенность от 27.03.2017,

от заинтересованного лица – ФИО4, доверенность от 18.08.2016,

у с т а н о в и л:

акционерное общество «Управление технологического транспорта» (далее – заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (далее - Инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 20.12.2016 № 36 и требования № 634 от 13.04.2017.

К участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (далее - Управление).

Инспекция и Управление в отзывах на заявление просят в удовлетворении заявленных требований отказать.

В судебном заседании представитель Общества поддержал заявленные требования, представители Инспекции и Управления поддержали доводы отзывов на заявление.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, налоговым органом на основании решения заместителя начальника Инспекции от 28.12.2015 № 22 в период с 28.12.2015 по 22.08.2016 проведена выездная налоговая проверка Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2012 по 31.12.2014.

В ходе проверки налоговый орган пришел к выводу о том, что при расчете налоговых обязательств в проверяемый период Обществом необоснованно включена сумма налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость за 2012 – 2013 годы по взаимоотношениям с контрагентами ООО «СибАвтоТранс» , ООО «Интро» и ООО «Эверест».

Также налоговый орган пришел к выводу о том, что Обществом были допущены факты несвоевременного перечисления в бюджет налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в отношении своих работников; при проверке правильности формирования налоговой базы по транспортному налогу установлено расхождение с данными, представленными Обществом, вследствие не включения в налоговую декларацию по транспортному налогу транспортных средств, а также неправильное применение ставки транспортного налога в связи с неверным определением категории транспортных средств.

Результаты проверки отражены в акте выездной налоговой проверки от 21.10.2016 № 32 (т.4, л.д. 1-74).

Обществом на акт проверки были представлены возражения от 30.11.2016.

По результатам рассмотрения материалов проверки 20.12.2016 заместителем начальника Инспекции принято решение № 36 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения (т.1, л.д. 23-107).

Согласно указанному решению Обществу предложено уплатить 18 304 828, 85 руб., в том числе:

- НДС в сумме 3 090 020 руб.;

- транспортный налог в сумме 98 841 руб.;

- штраф в соответствии с пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса за неполную уплату транспортного налога в сумме 6 589 руб.;

- штраф в соответствии со статьей 123 Налогового кодекса в сумме 4 262 671 руб.;

- пени за неполную уплату НДС в сумме 1 386 652, 66 руб.;

- пени за неполную уплату транспортного налога в сумме 46 665,72 руб.;

- пени за несвоевременное перечисление НДФЛ в сумме 9 413 389,47 руб.

При этом с учетом доводов налогоплательщика о применении смягчающих вину обстоятельств Инспекция усмотрела основания для снижения в три раза суммы штрафов по Транспортному налогу и по НДФЛ, а штраф за несвоевременную уплату НДС не начислялся в связи с истечением сроков давности привлечения к налоговой ответственности.

В рамках соблюдения досудебного порядка урегулирования спора Общество направило в Управление апелляционную жалобу на решение Инспекции (т.5, л.д. 1-9). Решением Управления от 07.04.2017 № 07-15/05427 апелляционная жалоба Общества оставлена без удовлетворения (т.1, л.д. 108-116).

Не согласившись с принятым решением Инспекции, Общество обратилось с настоящим заявлением в суд.

В заявлении Общество ссылается на неправомерность доначисления НДС, соответствующих сумм пени и штрафов по статье 122 Налогового кодекса по взаимоотношениям с контрагентами ООО «СибАвтоТранс», ООО «Интро», ООО «Эверест», необоснованность начисления пени и штрафов по НДФЛ и транспортному налогу. Также заявитель просит снизить размер начисленных штрафов в связи с несоразмерностью наказания.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суд соглашается с выводами Инспекции о том, что в ходе выездной налоговой проверки налогоплательщик не подтвердил реальность взаимоотношений с контрагентами ООО «СибАвтоТранс», ООО «Интро», ООО «Эверест», что послужило основанием для исключения из состава налоговых вычетов по НДС сумм НДС по взаимоотношениям с названными юридическими лицами.

Соглашаясь с указанными выводами Инспекции суд исходит из следующего.

Из положений главы 21 Налогового кодекса следует, что НДС представляет собой изъятие в бюджет части добавленной стоимости, создаваемой на всех стадиях производства, и определяется как разница между суммами налога со стоимости реализованных услуг и суммами налога, уплаченного поставщику за данные услуги.

В соответствии с пунктом 1 статьи 146 Налогового кодекса объектом налогообложения НДС признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

Согласно пункту 1 статьи 154 Налогового кодекса налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено указанной статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 40 Налогового кодекса, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога.

Сумма налога при определении налоговой базы в соответствии со статьями 154 - 159 и 162 Налогового кодекса исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы, а при раздельном учете - как сумма налога, полученная в результате сложения сумм налогов, исчисляемых отдельно как соответствующие налоговым ставкам процентные доли соответствующих налоговых баз (пункт 1 статьи 166 Налогового кодекса).

Налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Налогового кодекса, на установленные статьей 171 Налогового кодекса налоговые вычеты.

Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Налогового кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Налогового кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено названной статьей Налогового кодекса, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

В пункте 9 статьи 172 Налогового кодекса предусмотрено, что вычеты сумм налога, указанных в пункте 12 статьи 171 Налогового кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при получении оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав, документов, подтверждающих фактическое перечисление сумм оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав, при наличии договора, предусматривающего перечисление указанных сумм.

В соответствии со статьей 169 Налогового Кодекса документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом все сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные пунктом 5 статьи 169 Налогового кодекса, должны быть достоверны, включая сведения о лице, осуществляющем ту или иную хозяйственную операцию.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Указанные первичные документы должны отражать действительные факты хозяйственной жизни того лица, от имени которого они составлены.

Из содержания указанных выше правовых норм следует, что документы, представляемые налогоплательщиком для подтверждения правомерности предъявления сумм НДС к вычету, должны содержать сведения, позволяющие впоследствии налоговому органу определить достоверность осуществления хозяйственной операции налогоплательщика с конкретным контрагентом.

Таким образом, анализ положений главы 21 Налогового кодекса в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговый вычет сумм НДС, уплаченную налогоплательщиком контрагенту при приобретении товара, лежит на налогоплательщике (постановление Президиума ВАС РФ № 14473/10 от 09.03.2011). Именно налогоплательщик должен подтвердить реальное выполнение соответствующих обязательств, отраженных в представленных налоговому органу первичных документах, конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым налогоплательщиком заявлена налоговая выгода в виде вычетов по НДС.

Суд соглашается с выводами Инспекции о том, что по взаимоотношениям с вышеназванными контрагентами Общество не подтвердило факт реального оказания транспортных услуг ООО «СибАвтоТранс» и ООО «Интро», а также факт поставки ГСМ силами ООО «Эверест», то есть не подтвердило реальность конкретных хозяйственных операций с конкретными контрагентами.

По взаимоотношениям с ООО «СибАвтоТранс».

В ходе выездной налоговой проверки установлено, что в проверяемом периоде между Обществом (заказчик) и ООО «СибАвтоТранс» (исполнитель) заключен договор от  02.02.2012 № 60 на оказание транспортных услуг. В рамках данного договора ООО «СибАвтоТранс» принял на себя обязательство оказания услуг погрузочно-разгрузочных работ с использованием грузоподъемной техники.

Учредителем (руководителем) ООО «СибАвтоТранс» в проверяемом периоде являлся ФИО5 ООО «СибАвтоТранс» состоял на учете в МИФНС России № 24 по Свердловской области, 23.10.2012 организация была исключена из ЕГРЮЛ в связи с ликвидацией.

Все документы от имени ООО «СибАвтоТранс» подписаны директором ФИО5

В ходе выездной налоговой проверки было установлено, что на основании генеральной доверенности от 05.04.2011 директор ООО «СибАвтоТранс» ФИО5 уполномочил ФИО6 представлять интересы ООО «СибАвтоТранс», на основании указанной доверенности ФИО6 открыл расчетный счет в Няганском филиале ОАО Западно-Сибирского коммерческого банка, в карточке с образцами подписей указано, что ООО «СибАвтоТранс» находится по тому же адресу, что является адресом самого Общества – г. Нягань, ул. Сибирская, д.4, корп.2.

Вызванный на допрос ФИО6 не явился для дачи показаний.

Согласно протоколу допроса свидетеля ФИО5 от 05.11.2015 № 1223 ФИО5 никаких обязанностей директора в ООО «СибАвтоТранс» не исполнял, никакие документы не подписывал, никаких счетов в банке не открывал, доверенностей никому от своего имени не давал, паспорт не терял, каким образом, Общество зарегистрировано от его имени не знает (т.6, л.д. 25-32).

В ходе проверки направлен запрос в Управление ГИБДД ГУВД по Свердловской области от 13.08.2015 № 11-17/06839 о предоставлении сведений о зарегистрированных транспортных средствах находящихся в собственности у ООО «СибАвтоТранс». Согласно полученному ответу от 30.08.2015 № 22/8020 автотранспортные средства на ООО «СибАвтоТранс» не регистрировались.

Из ответа Инспекции Гостехнадзора по Свердловской области от 25.08.2015 следует, что самоходные машины тракторы, дорожно-строительные спецмашины и механизмы за ООО «СибАвтоТранс» на каком-либо праве не зарегистрированы.

Таким образом, налоговым органом установлено, что ООО «СибАвтоТранс» не имело автотранспортных средств для оказания услуг погрузочно-разгрузочных работ в целях исполнения обязательств по договору.

Анализ движения денежных средств по расчетным счетам ООО «СибАвтоТранс» показал, что счета носят «транзитный» характер, основная часть денежных средств перечислялась по договорам займов физическим лицам с дальнейшим обналичиванием. Также из анализа выписки по операциям на счетах ООО «СибАвтоТранс» усматривается, что расходы, связанные с обычной хозяйственной деятельностью (выплата заработной платы, налогов, электроэнергии, водоснабжения и т.д.) отсутствуют.

При анализе расходной части выписок банка по счетам ООО «СибАвтоТранс» не установлен факт привлечения реальных организаций, выполняющих транспортные услуги. Также не установлен факт привлечения по договорам аренды техники, рабочего персонала для м исполнения договорных обязательств перед Обществом.

Таким образом, Инспекцией обосновано сделан вывод, что названная организация не способна была выполнить комплекс услуг по заключенному с Обществом договору. Доказательств, опровергающих указанный вывод, заявителем ни в ходе проведения проверки, ни при рассмотрении настоящего спора не представлено.

В соответствии со статьей 95 Налогового кодекса на основании постановления от 22.08.2016 № 1 Инспекцией была назначена почерковедческая экспертиза подписей на документах по взаимоотношениям с ООО «СибАвтоТранс». Протоколом от 22.08.2016 № 1 представитель Общества был ознакомлен с постановлением о назначении почерковедческой экспертизы (т.5, л.д. 107-110).

По результатам проведения почерковедческой экспертизы экспертом ООО «Экспертно-Оценочный центр» ФИО7 было составлено заключение от 23.09.2016 № 562-2016, согласно которому подписи на счетах-фактурах от имени ФИО5 выполнены не им, а иным лицом.

Довод Общества о том, что назначенная в ходе проверки почерковедческая экспертиза недействительна, так как проведена с нарушением законодательства об экспертной деятельности, отклоняется судом по следующим основаниям.

При назначении и производстве экспертизы проверяемое лицо, согласно пункту 7 статьи 95 Налогового кодекса, имеет право заявить отвод эксперту, просить о назначении эксперта из числа указанных им лиц; представить дополнительные вопросы для получения по ним заключения эксперта; присутствовать с разрешения должностного лица налогового органа при производстве экспертизы и давать объяснения эксперту; знакомиться с заключением эксперта. Обществом замечаний по постановлению не представлено, свое право заявить отвод эксперту не реализовано, дополнительные вопросы для получения по ним заключения эксперта не представлялись.

Почерковедческая экспертиза проводилась независимым экспертом, чья квалификация подтверждена надлежащими документами. Эксперт ООО «Экспертно-Оценочный центр» ФИО7 осуществляет экспертную деятельность на основании соответствующих документов, подтверждающих ее квалификацию и опыт.

Согласно постановлению о назначении экспертизы от 22.08.2016 проведение экспертизы обусловлено необходимостью установления обстоятельств (принадлежность подлинности подписей руководителя организации-контрагента), в отношении которых Инспекция не обладала специальными познаниями. Указанное постановление соответствует требованиям пункта 3 статьи 95 Налогового кодекса, в нем отражены основания для назначения экспертизы, фамилия эксперта и наименование организации, в которой должна быть произведена экспертиза, вопросы, поставленное перед экспертом, и материалы, предоставляемые в распоряжение эксперта.

Сам по себе тот факт, что почерковедческая экспертиза проведена на основании копий документов не является основанием для признания выводов эксперта недостоверными. Пунктом 5 статьи 95 Налогового кодекса определено, что эксперт может отказаться от дачи заключения, если предоставленные ему материалы являются недостаточными или если он не обладает необходимыми знаниями для проведения экспертизы.

В рассматриваемом случае экспертом не заявлено о недостаточности или некачественности предоставленных на экспертизу материалов, следовательно, им признано, что исследуемые документы отвечают необходимым требованиям и позволяют ответить на поставленные перед экспертом вопросы.

Заявляя о недостоверности названного заключения и невозможности его использования в качестве доказательства, Общество, в нарушении положений статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представило иного заключения, с иными выводами эксперта, отличными от выводов заключения от 09.06.2016 № 305-2016, не заявлено о проведении судебной почерковедческой экспертизы.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что экспертное заключение от 23.09.2016 № 562-2016как доказательство при рассмотрении настоящего дела соответствует критерию допустимости, поскольку оно получено в соответствии с нормами федерального законодательства об экспертной деятельности, эксперт предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперт имеет необходимое образованно, квалификацию и стаж работы по специальности, выводы эксперта носят категоричный, а не предположительный характер.

Кроме того, указанное экспертное заключение не является единственным доказательством при рассмотрении настоящего дела, а оценивается в совокупности с иными доказательствами, полученными в ходе проведения выездной налоговой проверки.

Таким образом, суд соглашается с выводами Инспекции о том, что ООО «СибАвтоТранс» не обладал необходимыми ресурсами для выполнения спорного объема погрузочно-разгрузочных работ, отсутствуют доказательства привлечения указанным лицом техники для выполнения работ для Общества на ином праве (например, аренды), движение денежных средств по расчетным счетам свидетельствует о их «транзитном характере», доказательств ведения обычной хозяйственной деятельности не имеется, лицо, указанное в качестве руководителя и учредителя, отрицает свою причастность к деятельности ООО «СибАвтоТранс», почерковедческой экспертизой подтверждена поддельность подписи на счетах-фактурах, оформленных от имени ООО «СибАвтоТранс», на основании которых Общество производило расчет своих налоговых обязательств по НДС.

По взаимоотношениям с ООО «ИНТРО».

В подтверждение факта взаимоотношений с ООО «ИНТРО» Обществом представлен договор от 30.08.2012 на оказание транспортных услуг, по условиям которого ООО «ИНТРО» обязалось оказать по заявкам Общества транспортные услуг автомобильной и дорожно-строительной техникой (т.6, л.д. 86-89).

Руководителем (учредителем) ООО «ИНТРО» в спорный период времени являлся ФИО8, в настоящее время руководителем является ФИО9 (с 03.12.2013). В ответ на ранее направленный запрос налогового органа ФИО9 не представил документы со ссылкой на то, что документы находятся у бывшего директора ФИО8 (т.6, л.д. 106).

Справки о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ и реестр сведений о доходах физических лиц за 2011-2012 годы ООО «ИНТРО» не представлялись, сведения о зарегистрированных правах на имущество и транспортные средства отсутствуют.

В качестве документов, подтверждающих исполнение договоров, Обществом были представлены акты выполненных работ и путевые листы без указания маршрута следования либо места выполнения работ, указаны ФИО водителей, а также государственные номера на автомобили МАЗ, а именно <***> и <***>. В путевых листах по оказанным услугам погрузчиком марки ТО-18Б государственный регистрационный знак не указан, поэтому невозможно определить кому принадлежит данный вид техники и где стоит на учете.

Налоговый орган установил, что автомобиль с государственным номером <***> принадлежит машине CHEVROLET KLAS, а не МАЗ; автомобиль МАЗ с государственным номером <***> принадлежит физическому лицу ФИО10, при этом ООО «ИНТРО» справки по форме 2-НДФЛ на ФИО10 не предоставляло, перечисления заработной платы по расчетным счетам ООО «ИНТРО» в адрес физических лиц не осуществлялись. По вызову на допрос ФИО10 на допрос не явился.

Таким образом, из представленных налогоплательщиком документов усматривается, что траспортные средства, указанный в первичных документах, не принадлежат ООО «ИНТРО», доказательств оформления с кем-либо арендных отношений в отношении конкретных транспортных средств не имеется, автомобиль с государственным номером <***> не является автомобилем МАЗ, как указано в первичных документах.

Анализ банковской выписки ООО «ИНТРО» свидетельствует о том, что операций, присущих обычной хозяйственной деятельности по счетам не осуществляется, в спорный период времени производились перечисления за оплату продуктов питания и по договорам займа, счет использовался для перераспределения денежных средств, так как все поступающие суммы в этот же день или на следующий списывались на счета иных организаций, что свидетельствует о «транзитном характере» движения денежных средств по счету.

Все документы от имени ООО «ИНТРО» подписаны директором ФИО8. Подлинность подписи ФИО8 в заявлении на государственную регистрацию юридического лица была подтверждена нотариусом ФИО11

В соответствии со статьей 95 Налогового кодекса на основании постановления от 22.08.2016 № 1 Инспекцией была назначена почерковедческая экспертиза подписей на документах по взаимоотношениям с ООО «ИНТРО». Протоколом от 22.08.2016 № 1 представитель Общества был ознакомлен с постановлением о назначении почерковедческой экспертизы (т.5, л.д. 107-110).

По результатам проведения почерковедческой экспертизы экспертом ООО «Экспертно-Оценочный центр» ФИО7 было составлено заключение от 23.09.2016 № 562-2016, согласно которому подписи на счетах-фактурах от имени ФИО8 выполнены не им, а иным лицом.

Доводы, по которым суд считает указанное заключение эксперта надлежащим доказательством, изложены ранее.

Таким образом, суд соглашается с выводами Инспекции о том, что в ходе проверки было достоверно установлено, что ООО «ИНТРО» не обладало необходимыми ресурсами для выполнения спорного объема транспортных услуг, отсутствуют доказательства привлечения указанным лицом техники для выполнения работ для Общества на ином праве (например, аренды), движение денежных средств по расчетному счету свидетельствует о его «транзитном характере», доказательств ведения обычной хозяйственной деятельности не имеется, лицо, указанное в качестве руководителя и учредителя, на допрос не явилось и не подтвердило факт взаимоотношений с Обществом, почерковедческой экспертизой подтверждена поддельность подписи на счетах-фактурах, оформленных от имени ООО «ИНТРО», на основании которых Общество производило расчет своих налоговых обязательств по НДС.

По взаимоотношениям с ООО «Эверест».

В подтверждение факта взаимоотношений с ООО «Эверест» Обществом представлен договор поставки нефтепродуктов № 19 от 04.12.2012, по условиям которого поставщик (ООО «Эверест») обязался передать в собственность Общества нефтепродукты. Со стороны Общества договор подписан управляющим директором ФИО12, со стороны контрагента – ФИО13 (т.5, л.д. 19-22)

Также представлены товарные накладные, которые от имени Общества подписаны ФИО14, который при допросе в качестве свидетеля отрицал, что он отпускал дизтопливо ООО «Эверест» (т.5, л.д. 103-106).

В МИФНС России № 25 по Свердловской области было направлено поручение от 12.09.2014 № 1022 о допросе свидетеля ФИО13, руководителя ООО «Эверест», согласно поступившему уведомлению от 06.10.2014 № 1153 ФИО13 на допрос не явился.

Работниками УМВД России по ХМАО - Югре в отношении ФИО13 проведены розыскные мероприятия, в ходе которых было установлено, ФИО13 по указанному адресу не проживает, при допросе соседей установлено, что по указанному адресу (<...>) ООО «Эверест» не находится, указанный дом является жилым, без офисных помещений.

Транспортные средства, в том числе позволяющие осуществлять перевозку ГСМ в рамках договора с Обществом, за ООО «Эверест» не зарегистрированы.

Из пояснений заявителя следует, что доставка ГСМ производилась на месторождение силами ООО «Эверест», при этом поставка производилась для выполнения работ Обществом для АО «РИТЭК». Как пояснили представители Общества, ООО «Эверест» имело необходимую технику для поставки ГСМ непосредственно на месторождении. Указанное опровергается сведениями, представленными по запросу суда АО «РИТЭК», согласно которым в 2011-2012 годах договоры с ООО «Эверест» не заключались, информация о допуске работников и техники ООО «Эверест» на месторождения АО «РИТЭК» отсутствует (т.12, л.д. 30).

При проведении проверки Инспекцией не был установлен факт приобретения ООО «Эверест» дизельного топлива у поставщиков (производителей). Заявителем также не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ООО «Эверест» приобретало ГСМ у сторонних организаций в целях исполнения обязательств по договору с Обществом.

Так как ООО «Эверест» не является производителем дизельного топлива и факт приобретения ООО «Эверест» дизельного топлива у контрагентов (производителей ГСМ), а также факт аренды транспортных средств либо приобретения транспортных услуг у третьих лиц не установлен, налоговый орган пришел к обоснованному выводу о том, что ООО «Эверест» обязательство по договору от 04.12.2012 №19 не выполняло.

В соответствии со статьей 95 Налогового кодекса на основании постановления от 22.08.2016 № 1 о назначении почерковедческой экспертизы была назначена почерковедческая экспертиза подписей на документах по взаимоотношениям с ООО «Эверест».

По результатам проведения почерковедческой экспертизы экспертом ООО «Экспертно-Оценочный центр» ФИО7 было составлено заключение от 23.09.2016 № 562-2016, согласно которому подписи на счетах-фактурах от имени ФИО13 выполнены не им, а иным лицом.

Доводы, по которым суд считает указанное заключение эксперта надлежащим доказательством, изложены ранее.

Таким образом, суд соглашается с выводами Инспекции о том, что в ходе проверки было достоверно установлено, что ООО «Эверест» не обладало необходимыми ресурсами для поставки ГСМ на месторождения, отсутствуют доказательства привлечения указанным лицом техники для доставки и перевозки ГСМ для Общества на ином праве (например, аренды), АО «РИТЭК», на чьих месторождениях якобы имелась техника ООО «Эверест», не подтвердило указанную информацию, движение денежных средств по расчетному счету свидетельствует о его «транзитном характере», доказательств ведения обычной хозяйственной деятельности не имеется, лицо, указанное в качестве руководителя и учредителя, на допрос не явилось и не подтвердило факт взаимоотношений с Обществом, почерковедческой экспертизой подтверждена поддельность подписи на счетах-фактурах, оформленных от имени ООО «Эверест», на основании которых Общество производило расчет своих налоговых обязательств по НДС.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 по делу № А40-71125/2015, противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров. Аналогичные разъяснения подлежат применению и по отношению к услугам, работам.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления № 53, в этом случае налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Оценивая доводы налогового органа и налогоплательщика, касающиеся проявления должной осмотрительности, необходимо иметь в виду, что по условиям делового оборота при осуществлении выбора контрагента субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 № 15658/09).

Следовательно, опровергая проявление должной осмотрительности, налоговый орган вправе приводить аргументы о том, что налогоплательщик исходил лишь из коммерческой привлекательности сделки и не придавал значения добропорядочности контрагентов, а также доказывать, что налогоплательщик должен был знать о допускаемых контрагентами нарушениях.

В свою очередь налогоплательщик может дать объяснение тому, какие соответствующие деловому обороту критерии учитывались им при выборе контрагента, доказывать свою осведомленность о том, каким образом (за счет каких ресурсов, с привлечением каких соисполнителей и т.п.) должен был исполняться договор.

Оценивая доводы заявителя о предоставлении в ходе выездной налоговой проверки документов, свидетельствующих о проявлении должной осмотрительности при выборе в качестве контрагентов ООО «СибАвтоТранс», ООО «ИНТРО» и ООО «Эверест», суд приходит к выводу о их необоснованности.

Обществом не представлено доказательств того, какие сведения на дату заключения спорного договора о деловой репутации контрагентов, их платежеспособности, наличии у контрагентов необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта свидетельствовали о том, что в рассматриваемом случае Общество проявило осмотрительность при выборе указанных контрагентов.

Документы, проверенные Обществом у контрагентов (свидетельство о государственной регистрации и постановке на учет, в том числе выписка из ЕГРЮЛ, устав), представленные только после получения акта проверки, но не представленные при проведении проверки, свидетельствуют лишь о наличии сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ и не характеризует организацию как добросовестного налогоплательщика и контрагента, имеющего положительную деловую репутацию, как конкурентоспособное лицо на рынке услуг (товаров, работ), действующее через уполномоченного представителя, обеспечивающего интересы Общества. Меры на получение свидетельств и выписок из ЕГРЮЛ, иных документов регистрационного характера, не являются достаточными, полученные налогоплательщиком сведения не позволяют квалифицировать контрагента как добросовестного налогоплательщика, гарантирующего исполнение своих обязательств уполномоченными представителями

Доказательств наличия деловой переписки со спорными контаргентами Обществом не представлено, как и не представлено пояснений, по каким критериям были отобраны названные юридические лица в качестве контрагентов для обеспечения выполнения Обществом работ для иных заказчиков на месторождениях, допуск на которые является ограниченным. Обществом не представлено доказательств того, что им согласовывался проезд транспортных средств спорных контрагентов на месторождения с заказчиками.

В судебном заседании представители Общества подтвердили, что в 2012 году проверки контрагентов не производились и после проведения выездной налоговой проверки в Обществе утвержден и введен в действие новый регламент договорной работы, согласно которому установлен перечень обязательных документов, которые контрагенты должны предоставить до заключения договора, введен в действие регламент закупок ГСМ, сотрудник службы безопасности проводит работу по проверке благонадежности контрагентов с использованием системы Контур - Фокус, заключен соответствующий договор.

Проявление должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагента предполагает не только проверку его правоспособности, то есть установление юридического статуса, возникновение которого обусловлено государственной регистрацией юридического лица, но и личности лица, выступающего от имени юридического лица, а также соответствующих полномочий на совершение юридически значимых действий, подтвержденных удостоверением личности, решением общего собрания или доверенностью. Какие-либо доверенности на имя представителей спорных контрагентов, их налоговую или бухгалтерскую отчетность, деловую переписку, свидетельствующую о ведении переговоров со спорными контрагентами, Общество ни в ходе проверки, ни в суд не предоставило.

Указанные документы о государственной регистрации организации носят справочный характер о регистрации контрагента в качестве юридического лица и постановке его на учет в налоговом органе и не характеризуют контрагента как добросовестного, надежного и стабильного участника хозяйственных взаимоотношений.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 25.05.2010 № 15658/09, налогоплательщик в подтверждение проявления им должной осмотрительности вправе приводить доводы в обоснование выбора контрагента, имея в виду, что по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Однако, заявителем не представлено доказательств того, что на момент заключения договоров Общество располагало информацией о положительной деловой репутации этой организации. Обществом не представлено сведений о фактическом месте нахождения контрагентов на момент заключения сделок, данных о физических лицах, выступающих от их имени, номера телефонов, доказательств проверки полномочий руководителя поставщика (исполнителя, поставщика) на момент вступления в хозяйственные взаимоотношения.

Таким образом, Общество не доказало, что при осуществлении финансово - хозяйственной деятельности при выборе спорных контрагентов проявило должную осмотрительность.

В силу положений пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации Общество осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно на свой риск, следовательно, при вступлении в гражданские правоотношения оно должно проявлять разумную осмотрительность, так как последствия выбора недобросовестного контрагента ложатся на общество.

Подписывая договоры и принимая счета-фактуры и другие документы, Общество знало, что на основании этих документов могут быть заявлены вычеты по НДС, поэтому должно было убедиться в том, что они подписаны полномочным представителем, содержат достоверные сведения, что в рассматриваемом случае заявителем сделано не было. Неблагоприятные последствия в виде невозможности применения налоговых вычетов по НДС по счетам-фактурам, оформленным от имени спорных контрагентов, являются следствием неосмотрительности Общества при выборе контрагентов и ненадлежащего отношения к документальному оформлению отношений с ним.

Таким образом, налоговый орган правомерно пришел к выводу об отсутствии документального подтверждения приобретения Обществом ГСМ именно у ООО «Эверест», оказания транспортных услуг ООО «ИНТРО» и ООО «СибАвтоТранс», а также непредставления налогоплательщиком доказательств проявления должной осмотрительности при выборе указанных лиц в качестве контрагентов.

Отражение операций с вышеуказанными контрагентами в бухгалтерском учете налогоплательщика также не свидетельствует об их реальности, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету хозяйственных операций.

В свою очередь Инспекцией установлены обстоятельства, безусловно свидетельствующие, что представленные заявителем первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Эверест», ООО «ИНТРО» и ООО «СибАвтоТранс» указывают на искусственное создание условий для получения необоснованной налоговой выгоды вне связи с фактическими хозяйственными отношениями.

При таких обстоятельствах решение Инспекции в части доначисления Обществу НДС в результате применения необоснованных налоговых вычетов по операциям с ООО «Эверест», ООО «ИНТРО» и ООО «СибАвтоТранс» является правомерным, основанным на нормах главы 21 Налогового кодекса.

Доводы Общества о том, что Обществом НДФЛ за проверяемый налоговым органом период уплачен, задолженности нет, в связи с этим у налогового органа отсутствуют основания для взыскания пени, является несостоятельным.

Согласно подпункту 1 пункта 3 статьи 24 и пункту 1 статьи 226 Налогового кодекса, налоговые агенты обязаны исчислить, удержать и перечислить удержанные суммы НДФЛ в порядке, предусмотренном статьей 226 Налогового кодекса. Исчисление суммы НДФЛ производится налоговыми агентами нарастающим итогом с начала налогового периода до итогам каждого месяца (пункт 3 статьи 226 Налогового кодекса).

Согласно положениям статьи 226 Налогового кодекса удержание начисленной суммы НДФЛ производится налоговым агентом за счет любых денежных средств, выплачиваемых налоговым агентом налогоплательщику, при их фактической выплате налогоплательщику.

Налоговые агенты обязаны перечислять суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня фактического получения в банке наличных денежных средств па выплату дохода, а также дня перечисления дохода со счетов налоговых агентов в банке на счета налогоплательщика (подпункт 1 пункта 6 статьи 226 Налогового кодекса).

Из предоставленных Обществом за 2012-2014 годы справок по форме 2-НДФЛ установить у налогового агента наличие задолженности и ее размер по каждому случаю выплаты дохода невозможно, поскольку указанные в справках даты фактического получения в банке наличных денежных средств и выплаты дохода налогоплательщику не содержат.

Также справки по форме 2-НДФЛ не являются налоговой декларацией, проверка которых проводится в рамках камеральной налоговой проверки в порядке, предусмотренном статьей 88 Налогового кодекса. По результатам камеральных проверок, на что ссылается Общество, невозможно выявить факт нарушения в виде несвоевременного (неполного) перечисления НДФЛ в бюджет.

В свою очередь, при проведении выездной налоговой проверки, анализируя всю хозяйственную деятельность налогоплательщика, в том числе данные карточек счетов 70 «Расчеты с работниками по заработной плате», 68.01 «Расчеты по НДФЛ», данные банковского счета налогоплательщика.

Суд принимает во внимание то обстоятельство, что по существу выводы Инспекции о нарушении Обществом как налоговым агентом обязанности по своевременному перечислению удержанного НДФЛ в бюджет заявителем не оспариваются.

В силу пункта 1 статьи 75 Налогового кодекса пеней признается установленная настоящей статьей денежная сумма, которую налогоплательщик должен выплатить в случае уплаты причитающихся сумм налогов или сборов, в том числе налогов, уплачиваемых в связи с перемещением товаров через таможенную границу Таможенного союза, в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки.

Сумма соответствующих пеней уплачивается помимо причитающихся к уплате сумм налога или сбора и независимо от применения других мер обеспечения исполнения обязанности по уплате налога или сбора, а также мер ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах (пункт 2 статьи 75 Налогового кодекса).

В соответствии с пунктом 3 статьи 75 Налогового кодекса пеня начисляется за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налога или сбора, начиная со следующего за установленным законодательством о налогах и сборах дня уплаты налога или сбора, если иное не предусмотрено главами 25 и 26.1 Налогового кодекса.

Согласно статье 123 Налогового кодекса неправомерное неудержание и (или) неперечисление (неполное удержание и (или) перечисление) в установленный Налоговым кодексом срок сумм налога, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от суммы, подлежащей удержанию и (или) перечислению.

Поскольку заявителем не опровергнуты факты несвоевременного перечисления в бюджет сумм удержанного НДФЛ за 2012 -2014 годы, суд соглашается с законностью выводов Инспекции о наличии оснований для начисления пени по правилам статьи 75 Налогового кодекса и штрафа по статье 123 Налогового кодекса.

При этом, согласившись с доводами налогоплательщика, Инспекция установила смягчающие вину обстоятельства и снизила размер штрафа по статье 123 Налогового кодекса в три раза. Оснований для изменения решения в указанной части у суда не имеется.

Согласно статье 114 Налогового кодекса налоговая санкция является мерой ответственности за совершение налогового правонарушения. Налоговые санкции устанавливаются и применяются в виде денежных взысканий (штрафов) в размерах, предусмотренных статьями главы 16 Налогового кодекса. При наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше, чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей главы 16 Налогового кодекса за совершение налогового правонарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 112 Налогового кодекса обстоятельствами, смягчающими ответственность за совершение налогового правонарушения, признаются:

1) совершение правонарушения вследствие стечения тяжелых личных или семейных обстоятельств;

2) совершение правонарушения под влиянием угрозы или принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости;

2.1) тяжелое материальное положение физического лица, привлекаемого к ответственности за совершение налогового правонарушения;

3) иные обстоятельства, которые судом или налоговым органом, рассматривающим дело, могут быть признаны смягчающими ответственность.

Согласно пункту 4 статьи 112 Налогового кодекса смягчающие ответственность обстоятельства за совершение налогового правонарушения устанавливаются судом или налоговым органом, рассматривающим дело, и учитываются им при наложении санкций за налоговые правонарушения в порядке, установленном статьей 114 Налогового кодекса.

Таким образом, судом, рассматривающим дело, так же как и налоговым органом при привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности по результатам мероприятий налогового контроля, могут быть признаны смягчающими иные обстоятельства.

Как указано в пункте 19 постановлении Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.1999 № 41/9 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Налогового кодекса Российской Федерации», если при рассмотрении дела о взыскании санкции за налоговое правонарушение будет установлено хотя бы одно из смягчающих ответственность обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 112 Налогового кодекса, суд при определении размера подлежащего взысканию штрафа обязан в соответствии с пунктом 3 статьи 114 Налогового кодекса уменьшить его размер не менее чем в два раза по сравнению с предусмотренным соответствующей нормой главы 16 Налогового кодекса.

Учитывая, что пунктом 3 статьи 114 Налогового кодекса установлен лишь минимальный предел снижения налоговой санкции, суд по результатам оценки соответствующих обстоятельств (например, характера совершенного правонарушения, количества смягчающих ответственность обстоятельств, личности налогоплательщика, его материального положения) вправе уменьшить размер взыскания и более чем в два раза.

Таким образом, право относить те или иные фактические обстоятельства, не указанные прямо в статье 112 Налогового кодекса, к обстоятельствам, смягчающим ответственность налогоплательщика, и устанавливать размер, предоставлено как налоговому органу, так и суду.

Суд соглашается с доводами Инспекции о том, что при определении размера штрафа за несвоевременное перечисление НДФЛ в бюджет по статье 123 Налогового кодекса Инспекцией были учтены все установленные при проверке смягчающие обстоятельства, в результате чего размер санкции был снижен в 3 раза.

Иных обстоятельств, смягчающих вину заявителя, в нарушении срока уплаты НДФЛ, в том числе на срок более 200 дней, судом не установлено, заявителем не указано и решение Инспекции в указанной части изменению не подлежит.

Аналогичная оценка дана судом и доводам ответчика о необходимости снижения размера санкции по части 1 статьи 122 Налогового кодекса в отношении транспортного налога. Инспекцией при вынесении оспариваемого решения уже были учтены в качестве смягчающих обстоятельств следующие – негативные последствия для бюджета компенсируются начислением пени, Общество признало свою вину в налоговом правонарушении.

Оснований для снижения размера штрафа по части 1 статьи 122 Налогового кодекса в большем размере судом не усматривается.

Доводы Общества относительно того, что в ходе камеральных налоговых проверок по транспортному налогу и по НДС у налогового органа отсутствовали какие-либо претензии, что исключает их возникновение при проведении выездной налоговой проверки судом отклоняется как основанный на неверном толковании норм налогового законодательства. Факт проведения в отношении одного и того же периода времени камеральной налоговой проверки, в ходе которой не были обнаружены нарушения, и выездной налоговой проверки, по результатам которой нарушения были установлены, сам по себе не является основанием для признания незаконными результатов выездной налоговой проверки, и не свидетельствует о нарушении прав налогоплательщика. Положения Налогового кодекса не предполагают дублирования контрольных мероприятий в рамках выездных и камеральных налоговых проверок. В связи с этим они не исключают выявление при проведении выездной налоговой проверки (как более углубленной формы налогового контроля) таких нарушений, которые не были обнаружены при проведении камеральной налоговой проверки (Определение Конституционного Суда РФ от 10.03.2016 № 571-О).

Приняв во внимание то, что в соответствии с частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания решения налогового органа незаконным арбитражный суд должен установить несоответствие данного решения установленным нормам законодательства и нарушение этим решением прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, арбитражный суд считает, что при рассмотрении настоящего спора оснований для признания решения Инспекции незаконным не имеется.

Кроме того, Обществом заявлено об оспаривании требования № 634 от 13.04.2017, выставленного к уплате на основании оспариваемого решения от 20.12.2016.

Пунктом 1 статьи 45 Налогового кодекса установлено, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. В случае неисполнения неуплаты или неполной уплаты налога в установленный срок, согласно пункту 2 статьи 45 Налогового кодекса, взыскание налога с организации производится в порядке, предусмотренном статьями 46 и 47 Налогового кодекса.

Положения пункта 2 статьи 69 Налогового кодекса предусматривают направление налогоплательщику требование об уплате налога направляется при наличии у него недоимки.

Пунктом 52 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» определено, что при рассмотрении споров о признании требования недействительным по мотиву неуказания в нем каких-либо из перечисленных в пункте 4 статьи 69 НК РФ сведений, судам необходимо учитывать, что в основе требования об уплате налога лежит либо решение, принятое по результатам рассмотрения материалов налоговой проверки, либо представленная налогоплательщиком налоговая декларация, либо налоговое уведомление.

Поскольку суд пришел к выводу о законности решения Инспекции от 20.12.2016, которым определены суммы недоимки по налогам, сумме пени и штрафов, подлежащих уплате налогоплательщиком, оснований для признания требования № 634 от 13.04.2017, выставленного к уплате на основании оспариваемого решения от 20.12.2016, у суда не имеется.

Руководствуясь статьями 167-170, 180-182, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении заявления акционерного общества «Управление технологического транспорта» отказать.

Принятые определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.05.2017 по настоящему делу обеспечительные меры в виде приостановления действия решения межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре от 20.12.2016 № 36 отменить с даты вступления решения суда в законную силу.

Настоящее решение может быть обжаловано в Восьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в суд кассационной инстанции при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.А. Голубева