Решение от 30 августа 2024 г. по делу № А45-9861/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-9861/2024
г. Новосибирск
30 августа 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 19 августа 2024 года.

Решение изготовлено в полном объеме 30 августа 2024 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Надежкиной О.Б., при ведении протокола судебного заседания секретарем Гукасян Л.В., рассмотрев дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>), г. Уфа

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>), г. Новосибирск

об обязании прекратить использование обозначения «ПЛАНЕТА» при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенных третьими лицами) в магазине, находящемся по адресу <...>,

при участии в судебном заседании представителей:

истца – (онлайн) ИП ФИО1, паспорт;

ответчика – не явился, извещён,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее по тексту – истец, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее по тексту – ответчик, ИП ФИО2) об обязании прекратить использование обозначения «ПЛАНЕТА» при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенных третьими лицами) в магазине, находящемся по адресу <...>.

Истец в судебном заседании заявил ходатайство об уточнении заявленных требований, согласно которому просит взыскать с ответчика в пользу Истца компенсацию на основании пп.1 п.4 ст.1515 ГК РФ в размере 600 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации №№299509, 647502 за последние три года до 25.03.2024 включительно.

Ответчик в судебное заседание не явился, отзыв на исковое заявление в материалы дела не представил.

В силу пункта 3 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчик считается извещенным надлежащим образом, и суд считает возможным разрешить спор в его отсутствие на основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев материалы дела, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению, при этом исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что Истец является правообладателем товарных знаков (знаков обслуживания) «ПЛАНЕТА» по свидетельствам Российской Федерации № 299509, 647502 (далее – Товарные знаки), зарегистрированных в отношении различных услуг 35 класса МКТУ, связанных с продажей и продвижением товаров.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 11.05.2022 по делу №А45- 3121/2022 с индивидуального предпринимателя ФИО2 (Ответчика) взыскано в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (Истца) 600 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№299509, 647502.

При этом в решении Суда установлено, что Ответчик использовал сходное до степени смешения с вышеуказанными товарными знаками (знаками обслуживания) обозначение «Планета» в качестве индивидуализации услуг своей торговой точки (магазина), расположенной по адресу <...> ФИО3, 42.

Также решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.12.2022 по делу №А45- 15210/2022 с Ответчика взыскано в пользу Истца 600 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№299509, 647502 при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенных третьими лицами) в своей торговой точке (магазине), расположенной по адресу <...>.

Истец 24.03.2024 провел закупку товара в магазине, находящемся по адресу <...>, из которой следует, что Ответчик продолжает использование обозначения «ПЛАНЕТА» для индивидуализации услуг этого магазина.

Исключительные права на товарные знаки №299509 и №647502 принадлежат истцу и ответчику не передавались.

В виде компенсации за нарушение исключительных прав на указанные товарные знаки, истец просит взыскать с ответчика 600000 рублей по правилам подпункта 1 и подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вышеуказанные обстоятельства явились причиной обращения ИП ФИО1 в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

В силу ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания.

Пунктом 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В силу ст. 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (ст. 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в п. 2 указанной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно положениям п. 2 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Никто не вправе "использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, Для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (п. 3 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 1538 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица, в частности, осуществляющие предпринимательскую деятельность, могут использовать для индивидуализации принадлежащих им торговых, промышленных и других предприятий (статья 132 Гражданского кодекса Российской Федерации) коммерческие обозначения, не являющиеся фирменными наименованиями и не подлежащие обязательному включению в учредительные документы и единый государственный реестр юридических лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1539 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладателю принадлежит исключительное право использования коммерческого обозначения в качестве средства индивидуализации принадлежащего ему предприятия любым не противоречащим закону способом (исключительное право на коммерческое обозначение), в том числе путем указания коммерческого обозначения на вывесках, бланках, в счетах и на иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет", если такое обозначение обладает достаточными различительными признаками и его употребление правообладателем для индивидуализации своего предприятия является известным в пределах определенной территории.

Таким образом, с учетом положений ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, товарный знак, фирменное наименование и коммерческое обозначение являются самостоятельными результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В силу п. 3 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Угроза смешения зависит от сходства противопоставляемых товарного знака и спорного обозначения, а также оценки однородности обозначенных ими товаров и услуг.

Лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок (п. 3 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (п. 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122).

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между использованным обозначением и товарным знаком следует исходить из Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482).

Согласно п. 41 Правил N 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 Правил N 482, согласно которым словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы, при этом сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам (учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях). При выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарного знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на -среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, изложена правовая позиция, согласно которой при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В обоснование исковых требований истец указывает на основное сходство товарных знаков истца и обозначения ответчика, а именно слово "ПЛАНЕТА".

Однако, имеющиеся визуальные (графические) отличия словесного элемента «Планета», используемого ответчиком изображении, а также характер изобразительных элементов, входящих в состав этого обозначения, прямо свидетельствуют об отличительном характере указанных изображений и не позволяют сделать вывод о наличии сходства до степени смешения между оцениваемыми элементами.

Товарные знаки истца содержат словесное наименование "ПЛАНЕТА", выполненное определенным шрифтом (товарный знак N 299509 и товарный знак 647502).

Слово "ПЛАНЕТА" в использовавшемся ответчиком изображении, выполнено иным стилизованным шрифтом с изобразительными элементами в отличие от товарных знаков истца, отличаются по цветовой гамме от цветовой гаммы товарных знаков истца, которым используются черный цвет.

Решающее значение при сравнении товарного знака с противопоставленными обозначениями имеет именно визуальный критерий сходства сравниваемых обозначений. Обозначения в использовавшемся ответчиком изображении существенно различаются внешней формой акцентирующих на себе внимание изобразительных элементов, их цветовым исполнением, характером этих изображений в составе соответствующих композиций, графическим исполнением шрифтовых единиц, их цветом, при этом противопоставленный товарный знак истца является только словесным.

В силу данных обстоятельств сравниваемые обозначения производят разное общее зрительное впечатление, они не ассоциируются друг с другом в целом, что обусловливает вывод об отсутствии между ними сходства. Вывод о сходстве делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом, а также презумпции разумности и добросовестности участников правоотношений (Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N2979/06, от 17.04.2012 N 16577/11).

Оригинальное графическое исполнение словесного обозначения может привести к восприятию его как изобразительного обозначения, а не словесного. Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.07.2006 N 2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию. В данном случае такая угроза отсутствует. Истцом не представлено доказательств того, что кто-либо из потребителей был введен в заблуждение вывеской Ответчика, полагая, что услуги оказываются истцом или лицом, заключившим с ним лицензионный договор на использование товарных знаков N 299509 и N 647502.

Согласно положениям статьи 2 Федерального закона от 28.12.2009 N 381-ФЗ "Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации" оптовая и розничная торговля - вид торговой деятельности, связанной с приобретением и продажей товаров, передачей товара от одного лица другому (от продавца покупателю).

В соответствии с шестым официальным трехъязычным изданием одиннадцатой редакции МКТУ в Российской Федерации (МКТУ-11) (совместное издание Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатент) и Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный институт промышленной собственности» (ФИПС)) к 35 классу МКТУ относятся услуги по рекламе; управлению бизнесом, организация бизнеса, бизнес-администрирование; служба офисная

Класс 35 включает, в основном, услуги, связанные с управлением бизнесом, эксплуатацией, организацией и администрированием коммерческих или промышленных предприятий, а также рекламу, услуги маркетинга и продвижения. В целях классификации продажа товаров не считается услугой.

Судом установлено, что истец в собственной предпринимательской деятельности спорные товарные знаки не использует. Предприниматель заключил лицензионные договоры, предоставляющие иным лицам право пользования товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации №299509 и №647502.

Так, 05.04.2018 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (Республика Башкортостан) заключен лицензионный договор, по условиям которого правообладатель предоставляет лицензиату неисключительное права на использование товарного знака N 299509 "ПАЛАНЕТА". Стоимость права на использование товарного знака определена в размере 5 000 руб. в год. Согласно дополнительному соглашению от 01.06.2018 к указанному лицензионному договору указанному лицу также предоставляется право использования товарного знака N 647502 "ПАЛАНЕТА" в отношении всех услуг 35 класса МКТУ.

Аналогичные лицензионные договоры в последующем также заключены 03.05.2018 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и ООО "Планета" (Красноярский край), 01.01.2020 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (Республика Башкортостан), а также 02.02.2022 индивидуальным предпринимателем ФИО1, ООО "Холдинговая компания "Бизнесинвестгрупп" с индивидуальным предпринимателем ФИО6 (Республика Татарстан).

При этом спорные товарные знаки использовались ответчиком на иной территории – в Курской области, однако доказательств, свидетельствующих о том, что спорные товарные знаки истца являются узнаваемыми и ассоциируются именно с организацией истца и той предпринимательской деятельностью, которую он ведет, в том числе с его продукцией, услугами и так далее, истцом не представлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Для признания действий по приобретению исключительного права на средство индивидуализации злоупотреблением правом должна быть установлена цель совершения соответствующих действий. На необходимость учета цели действий при анализе добросовестности поведения обращено внимание, в частности, в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 11 "О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях".

С точки зрения определения намерений при установлении вопроса о добросовестности приобретения исключительного права на средство индивидуализации, исследованию подлежат как обстоятельства, связанные с самим приобретением исключительного права, так и последующее поведение правообладателя, свидетельствующее о цели такого приобретения. При этом недобросовестность истца должна быть прежде всего установлена на стадии приобретения исключительного права на средство индивидуализации, поскольку именно в этот момент реализуется намерение (умысел) на недобросовестное конкурирование с иными участниками рынка посредством использования исключительного права на средство индивидуализации, предусматривающего запрет иным лицам применять для индивидуализации товаров и услуг тождественные или сходные обозначения.

Последующее поведение правообладателя может лишь подтверждать либо опровергать тот факт, что при приобретении исключительного права на средство индивидуализации он действовал недобросовестно.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Истец на основании пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ просит взыскать 600 000 руб. компенсации, определенной им в результате увеличенного вдвое размера выручки ответчика от реализации товаров при осуществлении им деятельности за последние три года и самостоятельно уменьшенной истцом.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 20.11.2012 N 8953/12 указывал, что размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Из содержания представленных истцом лицензионных договоров следует, что за вычетом издержек за регистрацию, истец определил стоимость правомерного использования своего права около 4 573 руб. в год, при этом просит взыскать 600 000 руб. сумму компенсации, которая несопоставима со стоимостью использования спорных товарных знаков.

Вместе с тем суд не может признать в достаточной степени обоснованным доводы истца о том, что практически безвозмездное предоставление права использования товарного знака (знака обслуживания) является проявлением обычной хозяйственной практики лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

При этом суд исходит из того, что товарный знак (знак обслуживания) является средством индивидуализации товаров, работ, услуг и предназначен для достижения целей предпринимательской деятельности, прежде всего для достижения прибыли.

На этом основано содержащееся в статье 1478 ГК РФ правило о том, что обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.

С учетом данного обстоятельства предоставление права использования товарного знака (знака обслуживания) иным лицам, не относящихся к числу аффилированных с правообладателем лиц, на безвозмездной основе скорее является исключением из обычной деловой практики (аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении СИП N С01-219/2019 от 27.08.2021).

Это обстоятельство в совокупности с иными может учитываться при установлении цели обладания исключительным правом на товарный знак и применения мер защиты.

При рассмотрении довода о наличии в действиях лица по применению конкретных мер защиты исключительного права признаков злоупотребления правом суд должен исходить из оценки совокупности фактических обстоятельств, которые могут свидетельствовать о преследуемой правообладателем цели.

Суд приходит к выводу о том, что, предоставляя право использовать знак обслуживания практически безвозмездно, ФИО1 определяет фактическую ценность данного средства индивидуализации, которая в рассматриваемом случае стремится к нулю.

Заявляя требование о взыскании компенсации в сумме 600 000 рублей, истец исходит из того, что за последние три года до 22.09.2023 включительно в магазине, находящемся по адресу: <...>, общий размер торговой наценки на реализованный товар составил 10 млн.руб., прибыль от деятельности указанного магазина составила 5 млн.руб.

С учетом изложенного, по мнению истца, размер компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ с учетом пункта 2 статьи 1477 ГК РФ составит 20 млн.руб. (10 млн.руб.Х2), однако истец просит взыскать с ответчика компенсацию в сумме 600 000 рублей.

При этом, требований о пресечении нарушения прав в виде запрета ответчику использовать спорные товарные знаки истцом не заявлено.

При указанных обстоятельствах заявленные истцом исковые требования удовлетворению не подлежат.

Исходя из совокупности всех указанных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что обращение истца к лицу, использующему сходное с этим же знаком обслуживания обозначение, с иском о взыскании компенсации в размере 600 000 руб. свидетельствует не о стремлении данного лица защитить право на знак обслуживания, а исключительно о намерении причинить другому лицу вред путем взыскания с него необоснованно высокой и не соответствующей определенной им самим ценности знака обслуживания компенсации.

Вышеизложенное согласуется с позицией Суда по интеллектуальным правам, изложенной в постановлении от 13.12.2023 по делу №А40-263169/2022.

Указанное свидетельствует о наличии в действиях индивидуального предпринимателя ФИО1 по обращению с настоящим иском злоупотребления правом, что в силу части 2 статьи 10 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске (аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 29.07.2022 по делу N А32-8379/2021).

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что решением Суда по интеллектуальным правам от 19.04.2023 по делу №СИП-51/2023 правовая охрана товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 647502 в отношении услуг 35-го класса досрочно прекращена.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина подлежит отнесению на истца.

руководствуясь статьями 49, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

в иске отказать.

Решение арбитражного суда, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд, город Томск.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>), г. Уфа, в доход федерального бюджета 9 000 рублей 00 копеек государственной пошлины по иску.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Исполнительный лист выдать по заявлению взыскателя.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев с момента вступления решения в законную силу при условии, если решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.


Судья О.Б. Надежкина